Глава 21

- Ах ты ж… - вырвалось у меня, когда он обернулся, и я тут же поняла, что это не лучший вариант приветствия в подобной ситуации. - Любопытство, госпожа Алекса, - протянул Ладер тихо, с той самой ядовитой вежливостью, которая так меня в нем раздражала. - Опасный порок. Особенно ночью. Я поправила халат, будто именно он был виноват в моем разоблачении, и изобразила полное равнодушие: - Я просто гуляла. Дышала свежим воздухом… ну, или чем тут дышат. И вдруг сюрприз! Нахожу мага, разговаривающего с мебелью. - Это зеркало, - холодно заметил он. - Для меня вся магическая мебель - это мебель, - парировала я. - Хоть шкаф, хоть табуретка, хоть зеркало, которое трясется, как студень. Он чуть прищурился, а серебристые круги на поверхности зеркала медленно погасли, будто заклинание само отступало под его волей. - Вы удивительно настойчивы в своем стремлении узнать то, что вам не следует. - А вы, - вздернула я подбородок, - удивительно талантливы в том, чтобы вести себя как человек, которому нечего скрывать, хотя скрываете вы, судя по всему, очень многое. Между нами повисла тишина. Где-то в углу пискнула мышка, зеркало испуганно дрогнуло и словно вздохнуло. Ладер смотрел на меня так, будто взвешивал, сказать правду или снова уйти в свои высокомерные намеки. - Я поселился здесь не случайно, - наконец произнес он. - Но… боюсь, остальное вам пока лучше не знать. - Ну конечно, - фыркнула я. - Потому что так всегда говорят люди, у которых в шкафу не просто скелеты, а целая семейка троллей, и все с гармошками. Он тихо усмехнулся. - Добрых снов, госпожа Алекса. И с присущей ему невозмутимостью прошествовал мимо меня, так и не потрудившись ничего объяснить. Я же подошла к зеркалу, зачем-то потыкала пальцем в стекло, потом в раму, убедилась в том, что оно больше ничем не отличается от остальных зеркал и, вздохнув, отправилась досыпать. Утро началось многообещающе: Пончик с унылым видом жарил омлет на драконьих яйцах, Умник снова мерил балки рулеткой и хмурился, а Ладер пил свой чай с видом человека, который спит с открытыми глазами. И тут на крыльце "Мечты" раздалось мелодичное, но очень настойчивое звяканье, словно кто-то одновременно играл на колокольчиках и стучал в дверь каблуками. - Госпожа Алекса, - выдохнула Лель, заглянувшая в зал, - к нам гости. Гости оказались делегацией фей. Семь сияющих, блестящих созданий, настолько обвешанных цветочными венками, брошками, браслетами, что я всерьез подумала: не сбежали ли они прямо с витрины цветочного магазина. Феи скользнули в холл так, словно это не я их приглашала, а они великодушно соизволили почтить своим присутствием мое жалкое заведение. - Мы просим, - пропела старшая фея, - номер с балконом, видом на сад и, желательно, соседями, которые не храпят. Я уже раскрыла рот, чтобы сказать, что у нас свободен один прекрасный номер в эльфийском крыле, как вдруг Лель вышла вперед и радостно сообщила: - Светлого дня! Я Лель, я здесь помогаю госпоже Алексe, и если что-то потребуется… - Ах, Лель, - протянула старшая, смерив ее презрительным взглядом с головы до пят, - ну надо же, ты еще здесь? Мы думали, ты все так же сидишь в своем лесу. Остальные феи захихикали, смех их звучал будто звон колокольчиков. Лель покраснела так, что ее щеки стали светиться. - Я… я работаю в отеле, - пробормотала она. - Конечно, - с безупречной улыбкой ответила старшая. - Кто-то ведь должен прислуживать. Я аж поперхнулась от такого нахальства. Лель сжала кулачки, но благоразумно промолчала. - Ну, - вмешалась я, - если вы закончили демонстрацию высшего пилотажа вежливости, предлагаю пройти в ваши покои. Феи, ничуть не смутившись, синхронно развернулись и величественно поплыли к лестнице, как королевская делегация. А Лель все стояла, едва сдерживая слезы, и смотрела им вслед. - Не расстраивайся, - шепнула я ей. - Пусть думают, что они выше всех. Главное, чтобы до потолка не долетели, иначе я заставлю их красить балки. Лель прыснула сквозь слезы, и я решила: ну что ж, утро уже удалось. Осталось пережить оставшийся день, а он обещал быть весьма насыщенным....