ГЛАВА 24. СОН

Был у меня сиюминутный порыв набрать номер Риэра и спросить, за что это мне с барского плеча денюжка обломилась. Уж не за спасение ли его лохматой шкуры в той клубной подворотне? Если так, то маловато будет, как-то не ценит себя альфа. Невольно ухмыльнулась. Но, с другой стороны, кому же знать истинную свою стоимость, как не ему, и кто я такая, чтобы спорить с точностью в этом прейскуранте. Мысль, что это такой повод вознаградить меня за проведенную вместе ночь, я нахально отбросила. Тут уж я себя как-то повыше оцениваю, да и Риэр из тех кобелей, что скорее сами плату взимать за секс станут, чем платить кому-то. Ну ладно, я, конечно, откровенно язвлю, просто этот его взаимозачет в таком аспекте жизни раздражал или даже бесил слегка. В общем, от идеи позвонить альфе с наводящими вопросами отказалась. Как представила его полный ехидства голос, тянущий "На-а-адо же, пупс, и суток не продержалась, не попытавшись услышать мой голос?", так сразу и расхотелось. Упала с неба деньга — ну вот и хорошо, вот и славно. Как ее потратить с пользой для себя, теперь единственно любимой, я всегда найду.

Соседка, у которой, по словам Риэра, нашел прибежище мой Барс, не открыла, несмотря на то что я больше десяти минут топталась под ее дверью и названивала. Ну что же, придется попытаться завтра, пожилой человек, может, ложится рано или вечерами принципиально никому не открывает. Смотавшись к себе, я написала записку и вместе с парой тысяч просунула под ее дверь. Бог его знает, сколько продлится процесс возвращения моего кота в родные пенаты, а пожрать у меня Барс горазд и не абы что.

Как же приятно ощутить себя снова полноправной хозяйкой в своей квартире, по которой теперь не шастал никакой нахал и не таскал на мою мебель всяких… свободных женщин. Я приняла долгую ароматную ванну, поужинала пастой с тушеными овощами, по-быстрому навела порядок в спальне, отправив в стиралку белье, пропахшее потом и сексом, и, застелив кровать по новой, устроилась под одеялком, едва не мурлыча от удовольствия, готовясь компенсировать вчерашний недосып. Как же хорошо-то. Прикрыв глаза, я почти задремала, но навязчивая, как зудение комара, мысль зародилась в мозгу, становясь все четче, и беспардонно отогнала желанный сон. Неужели мне действительно пора думать о переезде? Ясное дело, что пережить оборот, даже наглухо закрывшись в квартире, не смогу. Что творило животное, которым я стала тогда, помнила очень смутно, но в том, что эта псина способна за ночь разгромить квартиру, не сомневалась. У отцовского друга была когда-то молодая овчарка, и я помню, чего она умудрилась в одну морду понатворить, когда он как-то сильно задержался. Нет, к таким убыткам я не готова, тем более с моей зверюги, кажется, не станется и окно вышибить и сигануть вниз в поисках свободы. Даже если это нас обеих не убьет и не покалечит, действительно, очнуться потом голышом не пойми где удовольствия, прямо скажем, никакого. Да и мои соседи вряд ли оценят концерт, который она устроит. В общем, ясно-понятно, что место жительства придется поменять. Лучше один раз найти постоянное надежное пристанище, нежели ежемесячно дергаться в поисках места, где бы пересидеть полнолуние. Вот только вариант, присланный Риэром, не для меня. Он что, думает, у меня бесхозные миллионы в матрасе зашиты? Те домики в лесу, да еще и с приличного размера участками в гектар как минимум, чтобы рядом живущих не шокировать, ни в какое ценовое сравнение с моей хрущевкой не идут. Тут едва ли не три таких квартиры продать надо, чтобы наскрести на самый скромный. Плюс такие вещи не за один же день делаются, и думаю, не за один месяц даже. М-да, похоже, быть оборотнем дороговато и хлопотно выходит в современном-то мире. А одиноким оборотнем — так вообще. До следующего полнолуния получается еще двадцать пять дней… кажется. Ворча, я сходила за ноутбуком, уточнила в сети этот вопрос и следующие пару часов потратила на рысканье по сайтам продажи и обмена недвижимости, выискивая то, сама еще толком не знаю что. Выяснила примерную стоимость моей берлоги, и оказалось, что на эти деньги я могу купить аж чуть ли не целую деревню. Заброшенную. Всего-то в каких-то двухстах км от города. Ну и что я там буду делать? Вести натуральное хозяйство, чтобы прокормиться, читать вечерами при лучинах и керосиновых лампах, потому как света там нет. Остальных удобств тоже. Дорога к ближайшему, нормально населенному пункту — гравийка, читай, ее тупо нет почти половину года, пока ненастье, и даже купи я машину, ездить на работу в тамошний райцентр не выйдет. Зато бегай себе голышом и вой на луну сколько влезет. Лепота прям. Буду одичавшей помещицей. Ладно, завтра еще поищу, должны же быть варианты. Какая-нибудь развалюха с глухим надежным подвалом на самой окраине, сарай в чистом поле, но рядом с городом, бункер, черт возьми… С этими мыслями я и уснула.

До чего же липкие эти нити. Сколько ни тряси рукой — не отцепляются, как намертво вросли в подушечки пальцев. Да еще такое чувство, что прошивают насквозь плоть от кисти до плеча, оттуда тянутся вглубь груди, к сердцу, оплетая его тончайшей сетью, которую, однако, невозможно игнорировать, и, сходясь в единый жгут, поднимаются к горлу и основанию языка. Что за хрень такая? И куда они тянутся? Злясь, я сильно махнула рукой и тут же зашипела от обжигающего импульса. От моего движения будто родился электрический ток, превратив нити в подобие тончайшей, словно волос, проволоки, по которой он помчался прочь из моего тела, заставляя их вспыхнуть, как тогда, в момент смерти Мурато-монстра. Я ошарашено проследила за поразительным световым эффектом, но не это оказалось самым странным. Спустя считанные мгновения по этим нитям-проволочкам со всех сторон побежала обратная волна свечения, причем от каждой своя, особенная, совсем не обезличенная, и у меня появилось навязчивое чувство, что я знаю, кто там скрывается в темноте, поддерживая со мной связь таким необычайным образом. Я снова взмахнула уже двумя руками, и действо повторилось, но теперь, в момент, когда накатила обратная волна, вокруг меня вдруг проступили смутные тени-образы. Точно больше десятка, они окружили со всех сторон, хоть и на большом удалении, и я почти готова была запаниковать, не понимая, это я их притянула или они как-то удерживают меня и появились, чтобы обозначить это. Разглядеть лиц не успела, ведь так же быстро, как они появились, так и исчезли, но прекрасно увидела, куда крепится второй конец каждой нити. Аккурат посередине груди появившихся фигур. Но прежде чем успела осознать, что же чувствую по отношению ко всему этому, в район затылка как будто воткнулся жесткий горячий штырь. Пробив кожу и кость, он стал давить, беспардонно проталкиваясь глубже и сверху вниз, причиняя страшную боль и явно собираясь разрушить все позвонки моей шеи.

— Слишком юная… — бесполый шелестящий голос появился прямо у меня в голове, звуча сожалеюще и презрительно одновременно. — Почему здесь ты? Должен быть другой.

Каждый звук разливался дико жгущей лавой в моем мозгу, и не в силах такое выдержать, я стала рваться вперед-вперед, пытаясь выдрать из себя эту пытающую меня гадость вместе с голосом. Она не поддавалась, продолжая напирать и крушить, рвалась к моему сердцу, собираясь прикончить. Черта с два я умру. Я орала и рычала, брыкалась и извивалась, полосовала ногтями пространство, посылая по нитям целую хаотичную бурю. И вдруг получила не просто ответ, а целый шквал силы, и проклятый штырь стремительно пополз вон из моего разума, сопровождаемый моим торжествующим воплем, которому эхом вторили вокруг.

— Не сражайся. Призови и служи, — прогрохотал проклятый голос, прежде чем я полностью избавилась от жуткого вторжения.

Я подпрыгнула на постели и едва не рухнула лицом на пол. Сердце молотило, тело было настолько мокрым от пота, что вся пижама насквозь, дыхание со свистом, как после изматывающего марафона.

— Что за чертовщина такая, — сипло выкрикнула в тишину спальни, выпрямляясь.

Трясущимися руками ощупала затылок и шею, потерла ладони друг об друга, избавляясь от навеянных сном ощущений. Мне только этих диких кошмаров не хватало. Неужто подсознание намекало, что стоит испытывать вину за участие в убийстве Мурата? Но с какой такой стати? Он меня тоже щадить не собирался.

Снова потрогала затылок, вспоминая те странные тычки в эту же точку, что испытывала перед клубом и внутри. Только вот сила воздействия была несопоставима. Это вроде как сравнивать детское дерганье за косички и снятие скальпа вкупе с проламыванием черепа. Голова, кстати, трещала жутко, но боль быстро проходила, по мере того, как замедлялось сердцебиение и успокаивалось дыхание. Но, однако же, это не снимало вопроса, что это было, насколько все реально и не происходило ли только в моей голове. Может, это какая-то нормальная для развивающегося оборотня фигня? Как… как… да, блин, откуда мне знать, какой этому можно подобрать аналог, мозги-то у меня по-прежнему работают по-людски.

— Чертов Риэр, — выругалась, шлепая босыми ногами до кухни. — Подготовил он меня, называется, к новой жизни. Это что на фиг за подготовка, когда толком ничего не знаешь. Туда не ходи, на этих не смотри, ни с кем не говори. Ну и у кого тогда спросить, что это вообще такое происходит? Плохая, господин альфа, подготовочка, если не сказать — мегахреновая.

Очень захотелось позвонить ему. Вот прям сейчас. В четыре утра. И так, чтобы обломать желательно его очередной сеанс секс-эквилибристики. И долго и нудно переспрашивать еще, изображая глуховатую и туповатую. "Что-что, прости? Извини, я не расслышала, повтори еще раз, пожалуйста… А вот тут не поняла, не объяснишь все сначала?"

Но нет. Такое он не оставит безнаказанным и в лучшем случае быстренько пошлет, а в худшем придет за компенсацией. А нам, Рори, это надо? Ни в коем случае. Звонить и выставлять себя дурой, если все, что происходит, какой-нибудь естественный процесс перестройки организма, тем более. И, вообще, желать позвонить ему уже второй раз за столь короткий срок — это мало похоже на "не обращаться ни за чем, за исключением самых супер-поганых моментов". Пистолет мне к виску не приставлен, ножа у горла нет, задницу никто откусить не пытается. Отставить хотеть звонить Риэру. Но вдруг все будет повторяться и еще и усугубится? Ну… Вот тогда и позвоню.

Заварив себе чай, я снова прихватила ноутбук и уселась перед окном, продолжив ковыряться в предложениях по недвижимости и ожидая, когда начнет светать. Воспоминания и образы из сна старалась гнать прочь, но, как назло, то непонятно-ужасное "Призови и служи" всплывало в мозгу снова и снова. Ну и что это должно значить?