Глава 15

Холод. Это было первое, что я почувствовала, возвращаясь в сознание. Пронзительный холод, который словно проникал в самые кости. Затем пришла боль — тупая, ноющая боль в запястьях и лодыжках.

Я медленно открыла глаза и попыталась понять, где нахожусь.

Огромный зал простирался вокруг меня, освещенный десятками факелов, которые горели синеватым, неестественным пламенем. Потолок терялся во тьме где-то высоко наверху, а стены были покрыты древними барельефами, изображающими сцены смерти и воскрешения.

Я лежала на каменной платформе в центре зала, и теперь поняла источник боли — мои руки и ноги были прикованы к камню тяжелыми железными кандалами. Цепи были короткими, не позволяя даже толком повернуться на бок.

— Наконец-то проснулась, — произнес знакомый голос.

Я повернула голову и увидела Смертею, которая медленно приближалась к платформе. В синеватом свете факелов ее лицо казалось еще более мертвенным, чем обычно.

— Где я? — хрипло спросила я. Горло было сухим, словно я не пила несколько дней.

— В катакомбах под Лар-Халидом, — ответила Смертея, остановившись рядом с платформой. — В древней гробнице Мастеров Смерти. Очень подходящее место для того, что нам предстоит сделать.

Я попыталась сосредоточиться на своей магии, призвать хотя бы искорку огня, но ничего не произошло. Кандалы на запястьях стали теплее на мгновение — в них явно были вплавлены антимагические руны.

— Что вы от меня хотите? — спросила я, хотя догадывалась об ответе.

Смертея усмехнулась и обвела рукой зал. Теперь я смогла лучше рассмотреть стены — и семь больших ниш полукругом.

— Видишь эти гробницы, детка? — сказала Смертея, посмеиваясь. — Здесь покоятся великие маги прошлого. Те, кто постиг тайны жизни и смерти глубже всех остальных. Они спят уже много веков, но сон их не вечен.

Она подошла к одной из ниш и ласково провела рукой по каменной крышке саркофага внутри.

— Чтобы пробудиться, им нужна свежая жизненная сила. И не просто любая — им нужна кровь и плоть рода Наджелайна. Но даже это не все — это должен быть огненный маг, Ренелин. Это опасно, связываться с вами, ты же знаешь.

Мое сердце екнуло.

Но я начала хорохориться почти сразу.

— А, ну это я уже знаю, не трудись, песня стара.

— Ах. Ты еще и выделываешься. С каким же наслаждением я тебя пришибу, дорогая. Но не сейчас. Род Наджелайна — один из древнейших и сильнейших родов огненных магов. Ваши представители столетиями занимают высочайшее положение, и нужно подловить хоть одного из вас в момент слабости. Это непросто. Студенчество рядом с некромантами — отличный момент.

Она наклонилась ко мне так близко, что я почувствовала исходящий от нее запах гниения.

И зашептала:

— Хочешь новость? Этого ты точно не знаешь. Огонь Наджелайна — единственная сила, способная полностью уничтожить нежить. Только тссс! Впрочем, — она распрямилась и заговорила в полный голос, — тебя тут никто не услышит. А я… О, отомщу. Ваш род веками охотится на нас, сжигает наших слуг, разрушает наши планы. Но теперь у нас есть шанс изменить все. И именно поэтому твоя кровь так ценна для нас, — продолжала она. — Твоя жизненная сила, пропущенная через ритуал поглощения, даст мастерам не просто новую жизнь — она даст им власть над самим огнем Наджелайна.

— Вы хотите принести меня в жертву, — констатировала я, изгибая бровь. — Скукотища, профессор. Я бы придумала более интересную месть для нерадивой студентки.

Я демонстративно откинулась, стараясь лежать спокойно.

Боги, откуда во мне эта сила?

Я же два года дрожала от собственной тени. А теперь умираю от страха, но не отступлю.

— О нет, детка, — покачала головой Смертея. — Обычное жертвоприношение — это слишком просто и быстро. Мы планируем кое-что более… изысканное.

Она села на край платформы, и ее глаза загорелись нездоровым блеском.

— Семь великих мастеров будут питаться тобой медленно, по капле, по кусочку. Твоя жизненная сила будет поддерживать их месяцами, возможно, годами. И с каждым днем они будут становиться сильнее, пока не обретут власть над огнем твоего рода.

Ужас пробежал по моему телу. Это было хуже простой смерти — медленная агония, растянутая на неопределенно долгое время. Это было больно, да, это было страшно.

Но кое-чего ты не знаешь, дорогая.

Огонь Наджелайна — это не про собственно огонь, хотя про него тоже, потому что говорят, что род наш древний, и каждый Наджелайна на добрую четверть дракон. Нет.

Это еще и про неукротимость.

Никогда.

— Знаешь, что самое забавное? — продолжала Смертея с извращенным удовольствием. — Я ведь почти добралась до тебя два года назад.

— Ага, и эту песню я знаю, профессор. Все как на уроке, я ваш предмет знаю лучше вас.

Кажется, я ее достала.

Не смогла сидеть спокойно, послала в меня короткую некровспышку. Было больно. По идее, именно от такой сложило Лаара. А тут даже не пустышка, могущественный некромант. У меня должны были почернеть вены? Ничего не произошло. Внутренний огонь меня спас. Я все еще сильна.

И я увидела, пока смотрела на нее, что она в замешательстве.

Но сделала вид, что все в порядке.

Брешь.

Но как ее использовать?

— Но как же было прелестно наблюдать, как тебя корежит два года от страха перед собственной магией. И как удачно, что твоя могущественная семья отправила тебя учиться именно сюда, в город, где некроманты могут свободно действовать. Очень умно было прислать к тебе Хаталя Авельтана, но… все уже свершилось.

Она достала из складок своей одежды знакомый предмет — мой амулет, Око Пламени.

— Этот милый амулетик, — сказала она, покачивая им перед моими глазами. — Действительно усиливал твою магию, — продолжала Смертея. — Но он также служил маяком.

— Вот черт, профессор, вы снова меня не удивили. Пытались?

— Ты — пища, — она заметно дрогнула, переваривая мои слова.— Когда ритуал начнется, когда мастера начнут питаться твоей сущностью, твой огонь станет их огнем. Представь только — власть Наджелайна в руках бессмертных некромантов. Мы сможем не только создавать нежить, но и защищать ее от единственной силы, способной ее уничтожить.

— Какие смелые мечты. Только знаете, что-то меня смущает, может вот это… «веками нарушали наши планы». Веками. Неужели вы настолько тупы, что не научились нас опасаться?

Смертея буквально подлетела ко мне обхватила холодной ладонью шею.

— Ты подохнешь очень медленно. И это будет невероятно больно.

Я усмехнулась прямо ей в лицо.

— Повторяетесь. Профессор.

Северные ворота Дома Высших Наук в полночь выглядели как место сбора армии. Факелы и магические светильники освещали группу из почти сорока человек — студентов, преподавателей, магов из личной охраны Килиара. Воздух был напряженным, пропитанным запахом металла, магических зелий и человеческого страха.

Хаталь стоял в центре группы, разворачивая на земле карту катакомб, которую принесла Рен. При свете кристаллов на пергаменте проступали детали подземных ходов — извилистые туннели, большие залы, места, отмеченные зловещими символами.

— Главный вход здесь, — он указал на отметку возле храма Первого Пламени в Старом городе. — Но они наверняка его охраняют. Есть еще три служебных входа, но…

— Хаталь, — голос Килиара прервал объяснения.

Брат Рен подошел ближе, и даже в неверном свете факелов было видно напряжение на его лице. За ним следовала группа из десяти магов в темных плащах — элитный отряд, каждый из которых стоил в бою десятерых обычных воинов.

— Я иду с вами, — сказал Килиар без приветствий.

— Килиар, — начал Хаталь, — ты нужен наверху. Если что-то пойдет не так…

— Что-то уже пошло не так, — жестко перебил его Килиар. — Это моя сестра. Моя семья. И я не буду сидеть наверху, пока она умирает в катакомбах.

Его голос был спокойным, но Хаталь услышал в нем ту же неукротимость, которую знал по Рен. Наджелайна не отступают, когда дело касается семьи. Он слишком хорошо понимал советника. Настолько, что, пожалуй, не имел права противоречить. Но попытался.

— Хорошо, — кивнул Хаталь. — Тогда твои люди возьмут на себя основную атаку, а мы с студентами…

— Нет, — снова перебил Килиар. — Я иду с тобой. В авангарде. Это мое право.

Хаталь посмотрел в глаза старшего Наджелайна и увидел там то же пламя, которое горело в глазах Рен. Спорить было бесполезно.

— Благодарю, — просто сказал он.

Ректор Рахрам, стоявший рядом, кашлянул:

— Господа, мне следует напомнить, что это крайне опасная миссия. Может быть, стоит подождать подкрепления из столицы?

— Времени нет, — коротко ответил один из магов Килиара, мужчина с шрамом через все лицо. — Каждый час промедления уменьшает шансы найти ее живой. Насколько сильнее от этого станут некроманты, представить боюсь. Магический потенциал Огненной Рен высок.

Кема, стоявшая рядом с Вайлом и восстанавливающимся Лааром, подняла руку:

— А мы знаем, что именно нас ждет в катакомбах?

Хаталь снова склонился над картой:

— Согласно этой схеме, комплекс состоит из трех уровней. Первый — это старые погребальные туннели, там должно быть относительно безопасно. Второй уровень — древние склепы, здесь возможна нежить. А третий…

Он указал на центральную часть карты, где был изображен большой круглый зал.

— Зал Вечного Покоя. Именно там они проводят ритуал.

— И сколько их? — спросил Данак, проверяя свои защитные амулеты.

— Неизвестно, — честно признался Хаталь. — В Братстве может быть до двадцати активных членов, плюс призванная нежить.

— Против сорока из нас, — подсчитал один из студентов. — Неплохие шансы.

— В открытом бою — да, — согласился Килиар. — Но в узких туннелях, полных ловушек, против врагов, знающих местность… Шансы резко падают.

Профессор Игиан, который до этого молчал, сделал шаг вперед:

— Я изучал древние катакомбы Лар-Халида. Они строились не только как места погребения, но и как крепости. Там есть обвальные ловушки, ядовитые газы, призванные стражи…

— Спасибо за оптимизм, — сухо заметил Вайл. — Еще что-нибудь жизнерадостное?

— Есть и хорошие новости, — вмешался Хаталь. — У нас есть преимущество, которого они не ожидают.

Он достал из кармана несколько писем — те самые, что он взял из кабинета Ворга перед его уничтожением.

— Переписка Братства. Здесь есть информация об их планах, структуре обороны, даже расположении некоторых ловушек.

Килиар взял одно из писем и быстро пробежал глазами:

— «Восточный туннель заблокирован обвальной ловушкой», — прочитал он вслух. — «Западный охраняется тремя скелетами-стражами». Это очень полезно.

— Тогда мы идем через северный вход, — решил Хаталь, сворачивая карту. — Он, судя по письмам, наименее охраняем.

Группа начала движение через спящий город. Лар-Халид в это время выглядел призрачно — пустые улицы, закрытые лавки, только редкие ночные патрули городской стражи. Но даже стражники, завидев такую процессию вооруженных магов, предпочитали отвернуться и сделать вид, что ничего не видели.

Старый город встретил их еще более мрачной атмосферой. Узкие извилистые улочки, древние здания, нависающие над головой, создавали ощущение, что стены вот-вот сомкнутся. Факелы в руках магов отбрасывали причудливые тени, которые словно жили собственной жизнью.

— Здесь, — указал Хаталь на неприметную дверь в стене одного из домов. — Согласно карте, это служебный вход в первый уровень катакомб.

Один из магов Килиара, специалист по замкам и барьерам, подошел к двери и несколько минут колдовал над ней. Наконец раздался тихий щелчок.

— Готово, — сообщил он. — Но будьте осторожны — за дверью чувствуется старая магия.

Хаталь первым ступил за порог. За дверью открывался узкий каменный коридор, уходящий вниз под крутым углом. Стены были покрыты древними рунами, которые слабо светились в темноте зеленоватым светом.

— Направляющие руны, — пояснил он остальным. — Они должны привести нас к центральным залам.

Группа растянулась цепочкой по коридору. Впереди шли Хаталь и Килиар, за ними — опытные боевые маги, следом студенты и преподаватели. Замыкали процессию еще несколько магов из отряда Килиара.

Воздух в туннеле был затхлым, пропитанным запахами земли, древности и чего-то еще — сладковатого и тошнотворного, что заставляло морщиться.

— Запах разложения, — тихо сказал Лаар, поправляя защитный амулет на груди. — Здесь явно обитает нежить.

— Или просто очень старые трупы, — попытался подбодрить его Вайл, но его собственный голос дрожал.

Коридор постепенно расширялся, и вскоре они вышли в первый зал. Это было обширное помещение с высоким сводчатым потолком, стены которого были покрыты нишами для погребальных урн. В центре стоял древний алтарь, покрытый странными пятнами.

— Первый уровень, — прошептал Хаталь, сверяясь с картой. — Пока все соответствует схеме.

— Слишком тихо, — заметил Килиар, огладывая зал. — Для места, кишащего нежитью, здесь подозрительно спокойно.

Именно в этот момент один из студентов, неосторожно наступивший на каменную плиту возле стены, спровоцировал ловушку. Плита провалилась, и из стены выстрелили несколько отравленных дротиков.

— Берегись! — крикнул Тиво, создавая защитный барьер.

Дротики ударились о магический щит и рассыпались в пыль, но урок был понятен всем.

— С этого момента идем еще осторожнее, — приказал Хаталь. — Проверяем каждый шаг.

Они двинулись дальше, через узкий проход в дальней части зала. Коридор здесь был еще более древним — стены покрывала какая-то слизь, а в воздухе висела почти осязаемая тьма.

— Второй уровень, — объявил Хаталь, когда они спустились по крутой лестнице.

И здесь атмосфера резко изменилась. Воздух стал холоднее, а тьма — плотнее. Факелы горели тусклее, словно что-то поглощало их свет. А главное — начали раздаваться звуки.

Сначала это было едва слышное шарканье, словно кто-то волочил ноги по камню. Затем добавилось тихое постукивание — как будто костяные пальцы стучали по стенам. А потом послышался звук, от которого у всех пробежали мурашки по спине — протяжный стон, полный древней боли и злобы.

— Нежить, — прошептала Кема, сжимая посох покрепче.

— Будьте готовы к бою, — тихо приказал Килиар. — Но помните — главная цель — спасти Рен. Не ввязывайтесь в затяжные сражения.

Они продвигались все медленнее. В нишах стен начали попадаться саркофаги, многие из которых были приоткрыты. Из некоторых сочилась какая-то темная жидкость, от других исходило слабое фосфоресцирующее свечение.

— Не смотрите прямо на светящиеся гробы, — предупредил профессор Игиан. — Это может быть ментальная ловушка.

Именно тогда из одного из саркофагов послышался скрежет, и крышка начала медленно сдвигаться. Все замерли, направив оружие в сторону звука.

Из саркофага поднялась фигура в древних доспехах, держащая в руках огромный двуручный меч. То, что когда-то было лицом, теперь представляло собой череп, в глазницах которого горели красные огоньки.

— Скелет-страж, — определил один из магов Килиара. — Древний, но опасный.

Нежить повернула голову, оглядывая незваных гостей, а затем издала боевой клич — звук, похожий на скрежет металла по камню. В ответ из других саркофагов начали доносится аналогичные звуки.

— Они проснулись, — прошептал Вайл. — Все проснулись.

— Тогда бежим, — решительно сказал Хаталь. — К третьему уровню, пока они не организовались!

Группа бросилась вперед по коридору, в то время как позади раздавались звуки пробуждающейся нежити. Крышки саркофагов падали, раздавался лязг доспехов и оружия, воздух наполнялся стонами мертвецов.

— Лестница! — крикнул Килиар, указывая на спиральную лестницу в конце коридора.

Они добежали до лестницы как раз в тот момент, когда первые скелеты-стражи показались из-за поворота. Но спускаться пришлось медленно — лестница была узкой и крутой, а ступени скользкими от влаги.

— Сколько еще? — задыхаясь, спросила Мина.

— Судя по карте, еще один пролет, — ответил Хаталь, не останавливаясь.

За их спинами грохотали тяжелые шаги преследователей, но узкая лестница работала им на пользу — нежить могла спускаться только по одному.

Наконец они добрались до третьего уровня. И здесь атмосфера стала по-настоящему зловещей.

Коридоры здесь были шире и выше, а стены покрывали барельефы, изображающие ритуалы некромантии. Воздух был настолько плотным от темной магии, что дышать становилось трудно. А главное — отсюда доносились голоса.

— Слышите? — прошептал Лаар. — Они проводят ритуал.

Действительно, из глубины туннелей доносилось монотонное пение на древнем языке, периодически прерываемое командами.

— Мы близко, — сказал Хаталь, сверяясь с картой. — Еще немного, и мы дойдем до Зала Вечного Покоя.

— И до Рен, — добавил Килиар, сжимая рукоять меча.