ГЛАВА 57

ГЛАВА 57

За те несколько дней, что я пробыла в клане я поняла, как же сильно ударил по людям не столько пожар, сколько страх, когда пропала защитная магия.

Оказалось, что треть Лесных сбежало в соседние леса, боясь набегов чужаков. Но теперь, когда магия восстановилась, они стали постепенно возвращаться домой.

— Корень парейника бы им проглотить! — в сердцах пожелал Горбатый закусить жгучим растением, глядя, как еще одна пара возвратилась в лес.

— Перестань, они вернулись домой. Нас и так мало, если мы будем против друг друга, то долго не проживем!

— Они нас бросили!

— Не бросили. Посмотри, вот эта пара еле ходит, потому что у главы семьи больные ноги, а жена много лет загибалась, работая от рассвета до заката. Они ушли, чтобы выжить и не мешать другим защищаться, какой от них толк? Они не просили построить себе дом, потому что и сами не могли помочь в строительстве.

— Хорошо, а вон та молодежь?! Только поженилась же год назад! Молодые и сильные!

— Девушка вот-вот родит!

— Ладно, а вон те два молодых лба? Бегают, в животе никого не носят.

— А вот это просто трусы. Надо загрузить их самой черной работенкой, чтобы проучить, раз хотят вернуться. И дать испытательный срок.

Горбатый кивнул:

— Этим и займусь! А то душа не на месте!

И ушел, решительно размахивая руками. Жажда спраедливости в нем не угаласа ни на минуту после нападения Полевок!

Дни за хлопотами пролетали незаметно. Зубастый обходил меня стороной, только завидев на горизонте — выбирал другую дорогу. Иногда я ловила его задумчивый взгляд, словно он размышлял, как же ко мне подступиться.

По этому поводу даже Ведунья высказалась:

— Смотри, боится, что стрясешь его с дерева удачи! — как-то вечером сказала пожилая женщина.

И в этом было зерно разума.

Чем больше Зубастый напирал на меня, тем больше я противодействовала. Первая буря встречи прошла, и теперь мы оба с опаской относились друг к другу.

— Не подрывай мой авторитет! — как-то буркнул новый вождь, проходя сзади меня. И я даже не поняла сначала, это он обратился ко мне.

В этом время я составляла перепись материалов, которые у нас есть и собирала идеи о более экономичном использовании. И только потом поняла, что атмосфера в клане поменялась. На нового вождя все больше смотрели с недовольством, а меня все больше хвалили.

Это было опасно, потому что Зубастый затаился не зря. И эта угроза, сказанная, словно невзначай, как его наивысшая точка тихого кипения.

Мне нужно было отступить, дать ему утвердить авторитет, но вопросы клана требовали решения, а я не могла остаться в стороне.

Да еще пришедшие новости от торговцев, с которыми мы обменивались продуктами, полностью заполнили мои мысли: король Долин умер, завещав трон Младшему принцу. Горцы закрыли короткий торговый путь, ссылаясь на оползень, которого и не было, а мирные морские неожиданно решили попытать счастье и напасть на Долину.

— Неудача поселилась в Долине! Только недавно все восхищались, как ловко генералу Полевок удалось уговорить горцев и как умело внести смуту и сместись Чанраха с поста главы западных земель, а тут такое невезение! — сетовал одинокий торговец, сгружая нам провизию и загружая ягоды и дичь в обмен.

Мне нужно было чем-то занять себя от зари до зари с перерывов на короткий сон, иначе я сошла бы с ума от мыслей, что роились в голове.

Каждая новая новость о сражении Дерека с очередным врагом заставляло вздрагивать и с новой силой отдаваться работе в клане.

— Так ему и надо! Это все за его злодеяния! Все воздается с лихвой, Великий Янус все видит! — шептались Лесные.

Каждое сражение было все кровавей и кровавей, союзники становились врагами, но Воин оправдывал свое имя.

Я боялась за него ночами и проклинала днем. Молилась под луной, чтобы он не пострадал, а, стоя под ясным солнцем, желала ему выучить урок.

Мысли о Дереке настолько вытеснили опасения о Зубастом, что я совсем не заметила опасности, когда вечером прогуливалась у реки. Меня не насторожило ни шуршание в кустах, ни ощущение слежки. Я расслабилась, списав это на любопытных детишек клана, и совсем забыла, что кое-кто мечтает со мной поквитаться.