Глава 7

О том, что я пришла в сознание, я решила оповестить всех в округе пронзительным визгом. Открыв глаза и застонав от невыносимой качки и свиста ледяного ветра в ушах, я пожалела, что не сдохла еще в том лесу, когда меня поймали разбойники.

Подо мной проплывал Запретный лес, окрашенный в первые лучи восходящего солнца. А сама я висела в лапе настоящего дракона, который на мой визг никак не отреагировал. А вот соседствующая со мной Шая демонстративно скривилась, и лапой потерла ухо, которое было ближе ко мне, чтобы после опять расслабиться в когтистой лапе, щурясь от порывов ветра.

Не прекращая визга, я вцепилась в конечность чудовища как в родную, намекая, что ни за что с ней не расстанусь, даже если дракону придет в голову сбросить с себя визжащее недоразумение в моем скромном, но очень громком, лице, визг которого плавно перешел в ультразвук. Вот тут уже недовольно заворчал и сам дракон, окинув меня оранжевым, с вертикальным зрачком, огромным глазом, размером с мою голову. Красноречивый взгляд ужаса всей моей жизни меня ни капли не впечатлил, и я продолжила верещать на одной пронзительной ноте, отчаянно зажмурившись, до боли в веках.

Через минут пять, когда я уже давно выдохлась (а на такой высоте вообще дышать затруднительно), я тихонько поскуливала, ровно до того момента, пока дракон не спикировал отвесно вниз, отчего все мои внутренности сделали синхронный кульбит. Тут у меня открылось что-то вроде второго дыхания, выдав новую порцию визга, который быстро оборвался, стоило дракону рывком приземлиться. Внутренности — гимнасты показали очередной трюк, встав на свои места и облегченно выдохнули, но не расслабились окончательно, настороженно замерев в ожидании очередной подлянки.

Секунд десять ничего не происходило, но я не торопилась открывать глаза. Очередного потрясения я просто не выдержу. Подождала еще секунд двадцать и рискнула приоткрыть один глаз и настороженно осмотреться.

Мы были во дворе мрачного замка. Шая спокойно сидела на траве, словно и не она только что спрыгнула с летающего дракона и как ни в чем не бывало вылизывалась, бросая на меня снисходительные взгляды. Не удивлюсь, если она скоро научится глаза закатывать. Никогда не встречала столь выразительной морды!

А вот дракон терпеливо замер, ожидая, когда же я спущусь. Когтистой лапой, к слову он меня уже какое-то время не держал, и я висела на нем с помощью своей силы в судорожно сжатых конечностях, которыми я обхватила расслабленную лапу Дара. Дракон смотрел на меня со смесью недоумения и сдерживаемого раздражения. Полагаю сейчас он боролся с желанием тряхнуть лапой, чтобы скинуть с себя клеща, вида королевского. Меня, то есть. но терпел. За что ему спасибо.

— П-прилетели? — заикаясь с сомнением и надеждой поинтересовалась я. Дракон молча кивнул в знак согласия. — П-п-правда? — решила я перестраховаться. Дар, в отличии от Шаи глаза закатывал превосходно, что сейчас и демонстрировал. А я висела. И даже усталости не чувствовала, хотя явно ощущала, дрожь в сведенных судорогой, от напряжения, руках (кстати, уже не связанных). Надо мной послышался полурык-полуворчание, но я немыслимым образом поняла, чего от меня хотят. — Не могу. Я рук не чувствую. — всхлипнула я, поняв как мне самой хочется уже оказаться на земле. Я бы легла и лежала, проклиная любой намек на высоту. Пусть даже высоту собственного роста. Кажется, моя фобия перешла на новый уровень.

Раздраженно рыкнув, дракон свободной лапой дернул меня и не совсем аккуратно отбросил на землю. Несмотря на болезненное приземление я облегченно вздохнула, с грустью рассматривая побелевшие скрюченные пальцы на руках. Попыталась сжать их в кулаки и только с третьей попытки у меня это вышло. Тут я поняла, что не только напряжение сыграло свою роль, но температура, так как ладони у меня были просто ледовые.

В сказках, полеты на редких видах драконах, которые страдали пацифизмом и разновидностью вегетарианства (в смысле жрали все, кроме человечины), описываются как что-то захватывающее, завораживающее и непередаваемое. Со всем этим я полностью согласна. Только в детстве мне виделось подобное описание иначе. На деле все очень, очень страшно. И это если не брать в расчет мою боязнь высоты!

Только представьте себе полет на совершенно непригодном к подобному существе, который обладает не только бронированной, а следовательно, очень жесткой и скользкой чешуей, но и острейшими наростами и рогами! И летит подобная махина далеко не плавно, как может показаться. Махи сильных крыльев то подбрасывают вверх, то резко опускают вниз, отчего стонет все твое существо, а желудок тихо радуется, что еду видел сутки назад. И все это на такой высоте, где дыхание порой спирает от холода!!! Может в сказках описывались какие-то мутированные плюшевые драконы, с ездовыми седлами, имеющие ремни безопасности повышенной прочности, с улучшенной подвеской стабилизации, как на новейших каретах, да еще с ворохом одеял и мехов, чтобы не окоченеть, мне сие не ведомо. Но мой недавний скромный опыт подсказывает, что я еще не скоро, от слова «никогда», решусь повторить подобное.

Пока я сжимала и разжимала пальцы, Дар принял человеческую форму и покачнулся. Но быстро выпрямился. Я внимательно осмотрела его и поняла что мужчине куда как хуже, чем мне. Несмотря на мою надежду, ранения, полученные от бандитов, никуда не делись и выглядели ужасно в багровых лохмотьях прежде красивой и белой рубашки. Прерывистое, хрипящее дыхание, что вырывалось с побелевших губ, глаза запали, и устало смотрели в ореоле темных кругов.

— Дар… — тихо всхлипнула я, с тревогой.

— Заткнись. — зло рыкнул мужчина, сузив глаза и сжав губы в тонкую линию. Рот я закрыла, понимая, что у него есть полное право злиться на меня. Я виновато опустила глаза, пытаясь спрятать непрошенную влагу, и закусила губу. — Узнала все, что хотела? — холодно спросил он, но уже без рычащих ноток, чему я не спешила радоваться. Как по мне, лучше бы кричал, ругался, обвинял… но он решил опять закрыться. На этот раз окончательно. По всей видимости, ему было тошно со мной даже разговаривать. И я его понимала и не винила, полностью признавая его право. — Ты узнала координаты Карлайла? — от его тона повеяло ледяной стужей, не хуже чем на высоте, на которой я недавно побывала. Вот только от его голоса я содрогнулась куда сильнее. Меня не удивляло, что он знает подобные подробности. Он-дракон! Стоит ли удивляться всему остальному?

— Да. — тихо прошептала я, боясь поднять на него глаза.

— Отлично. — прошипел он. — Иди в свою комнату и приведи себя в порядок. Как будешь готова я отправлю тебя к нему.

Его слова били не хуже пощечин, но делали больнее в сотни раз. Все же он решил от меня избавиться. Конечно! Очередное мое спасение чуть было не кончилось для него смертью. Какая ирония. Принцессу множество раз спасало именно чудовище, идя в разрез всем коконам сказок. И чуть не погиб от этого…

Удивительно, как он поборол желание скинуть меня с высоты где-нибудь посреди Запретного леса? Так нет, опять спас, не оставил, доставил до безопасного места «с ветерком» и предложил свою помощь по моей безопасной доставки к жениху.

Все верно. Так и должно было быть, после того, что он натерпелся по моей вине. Вот только его болезненный вид убивал меня, заставляя мою совесть грызть мою душу изнутри. Я ведь даже никак отблагодарить не могу…

— Дар, у тебя кровь… — попыталась я предложить свою помощь, но резко заткнулась, когда в меня вперили взгляд полный такого бешенства и злости, что я невольно задохнулась.

— Шая, отведи ее в комнату. — отдал он короткий приказ и развернувшись быстрыми шагами скрылся в замке.

А я сидела и смотрела ему в след глазами полными слез, чувствуя как в душе нестерпимо больно. Но я была сама виновата, и его ненависть ко мне вполне обоснованна. Вот только понимание своей вины и его права, нисколько не облегчало глухую боль, что расползалась в груди, сжимая горло безжалостными тисками.

Меня отвлекла Шая, которая аккуратно потянула меня за рукав рубашки, привлекая к себе внимание. Перевела на нее взгляд, чувствуя как по замерзшей коже лица, потекли горячие, обжигающие слезы. Кошка взволнованно посмотрела мне в лицо, осторожно и медленно приблизилась и лизнула. Затем отстранилась, что-то проворчала и вновь потянула за рукав, заставляя встать на ноги и последовать за ней в замок, где в башне меня уже ждала наполненная ванная, с до сих пор горячей водой. Очередное проявление заботы хозяина замка меня доконало и я осела на пол, содрогаясь в горьких рыданиях.

***

В мрачном замке посреди Запретного леса, мужчина методично пробивал одну из стен дальнего крыла, невзирая на полученные раны, которые продолжали кровоточить. Особенно беспокоила нанесенная абсидианновым клинком. Остальные две, не вызывали опасений. Если бы мужчина позволил себе отдохнуть, сейчас от сквозных ран не осталось бы и следа.

Вместо того, чтобы заняться обработкой ран, мужчина наносил себе новые, пытаясь справиться с бешенством и злостью.

Мужчину мучила мысль, что его гостья вновь его боится. Она и раньше боялась, и в первое время его это полностью устраивало. Но со временем он понял, что не хочет видеть страха в ее глазах, когда она находится в его присутствии. И, казалось, это получилось. Он даже чувствовал начинающееся расположение девушки к его персоне.

Тогда она не знала, кто он. Он и не собирался ей открываться, опасаясь вполне логичной реакции человечки на его откровение. Но ему пришлось. Как итог, она теперь боится его до судорог. И вряд ли что-то сможет это исправить.

Он не видел другого выхода, как распрощаться с ней. Так будет лучше. В привычной среде, с привычными людьми она быстро придет в норму, возможно иногда вспоминая о нем. С содроганием.

От подобной мысли мужчина сцепил зубы, почти до скрипа и ударил вновь, вложив в удар всю его злость. Стена не выдержала и осыпалась крупной кладкой, которая прежде казалась неуязвимой.

Мысль о том, что этот замок простоял почти тысячелетие, повидал многое, вытерпел многочисленные вспышки злости хозяина замка, нападения недругов, но не пережил вынужденное расставание с очередной питомицей дракона, отрезвила мужчину.

— Нужно успокоиться. — почти прорычал он, стараясь достучаться до своего разума. — Это всего лишь человечка. Самая обычная. Что мне за дело до ее отношения ко мне?

Мужчина пару раз глубоко вздохнул, почувствовал некоторое облегчение, и вернулся в жилую часть замка. Прошелся по лаборатории, собирая необходимое для обработки ран, стараясь не смотреть в сторону письменного стола, за которым еще вчера, склонив хорошенькую головку и закусив губу, сидела принцесса и выводила цифры на бумаге красивым почерком.

Тряхнув головой, в очередной вспышке раздражения, красноволосый мужчина поднялся в свою спальню, направляясь прямиком в ванную. Довольно быстро привел себя в порядок, борясь со смертельной усталостью. Сил хватило только натянуть брюки, и кое как обработать сквозные раны от арбалетных болтов. Это было просто. За время, что он провел в ванной, ранения почти затянулись. А вот с раной на спине было сложнее. Из нее все еще сочилась кровь, а расположение было жутко неудобным, чтобы самостоятельно закрепить хотя бы повязку, не то, чтобы зашить.

Он старался не думать, что вероятно скоро придет девушка и ему придется распрощаться с ней навсегда. У него не было даже сомнений, что она захочет побыстрее его покинуть. Разве принцесса может думать иначе? Девушка считает его монстром. Увидев его в истинной форме, она кричала почти так же, как от своих ночных кошмаров…

Поэтому для него не стало открытием, когда в дверь его спальни робко постучались. Вот только он не ожидал, что так скоро. Он был не готов. Измученный, подавленный, с кровоточащей раной на спине, вероятно, он представлял собой жалкое зрелище. И не хотел, чтобы девушка видела его таким.

Поэтому с его губ сорвалось грубое:

— Я сейчас занят! Приди позже!

Пока он соображал, сколько времени ему понадобится, чтобы перестать выглядеть как полутруп, дверь открылась, и в комнату, опустив взгляд в пол, зашла девушка, теребя в пальцах подол своего платья.

— Я же сказал, не сейчас! — зарычал он, осознавая, что ее нетерпение побыстрее отправиться подальше от него, не знает границ.

Вот только вместо ожидаемого требования отправить ее к жениху и поскорее, он услышал совсем другое, что заставило его изумленно замереть и недоверчиво покоситься на неожиданно решительное личико девушки.

— Позволь мне помочь тебе.

***

— Что? — переспросил он, со странным выражением на лице, словно размышлял, убить меня сейчас, за проявленную наглость, или все же дослушать.

Я поджала губы, чувствуя предательскую нервную дрожь во всем теле, и вновь твердо посмотрела ему в глаза.

— Я хочу помочь с твоими ранами. — поражаясь своей решительности и смелости, заявила я.

Если честно, я готова была дать деру, как только услышала его грозный, злобный окрик, чтобы убралась на неопределенное время. Но что-то менее малодушное и куда более благородное, заставило пересилить остальные чувства отвечающее за самосохранение, и нагло открыть дверь, что бы, будем говорить прямо, навязать свою помощь, даже если меня будут гнать половыми тряпками. Ну, или струями пламени, что в ситуации с драконом, вероятнее.

В этот момент я вдруг подумала, что если с замужеством у меня ничего хорошего не выйдет, то можно смело открывать свое дело. Я даже рекламу придумала. «Продам дрова. Сама наломала. Принимаю заказы.»

— Я умею шить. — начала я взволнованно. — Человека, правда, никогда не зашивала, но на вышивке у меня всегда получались ровные и красивые стяжки. — понимая, какую чушь я молю, тем не менее уже не могла остановиться. — Прошу, разреши мне помочь. — тихо попросила я, с мольбой во взгляде.

Мужчина посмотрел на меня странным взглядом, в котором отразился такой спектр эмоций, что я почувствовала себя самоубийцей.

— Хорошо. — с некоторым сомнением ответил Дар, когда я уже приготовилась уворачиваться от огня. Я вскинула брови, в изумлении, боясь, что ослышалась. — Нитки и иголка на тумбочке. — небрежно указал он подбородком нужное направление, где помимо швейных принадлежностей я заметила какие-то склянки, чистые и не очень бинты.

Боясь, что он может передумать, быстро прошла к тумбочке, схватила иголку и нитку и с сомнением посмотрела на дракона, внимательно за мной следящего.

— Продезинфицировать бы. — тихо заявила я, прикусив губу под его тяжелым взглядом. Откровенно заявляю, что в такой обстановке даже дышать трудно. Не то что работать. Я чувствовала, что мне здесь мягко говоря не рады, отчего старательно отодвигала малодушные мысли о побеге.

— Спирт в синем флаконе. — не спуская с меня прищуренных глаз, ответил он. Я сглотнула, чувствуя, что к обычному напряжению, добавляется и мандраж рук. Только этого не хватало! Как в таком состоянии браться за шитье? Нужно срочно успокоиться…

— Повернись, пожалуйста, мне нужно осмотреть раны. — пискнула я, совершенно забыв, что нужно обращаться к нему повежливее, и уж точно не «тыкать».

Мужчина хмыкнул, вновь окинул меня взглядом полным сомнения, видимо размышляя, можно ли поворачиваться спиной к такой как я. Но все же выполнил мою просьбу. Правда не на стуле повернулся, а поднялся с шипением с места и почти рухнул лицом в постель.

Я испугалась, как бы он себе не навредил еще больше. А может он сознание потерял???

Оглушенная этой мыслью, я бросилась к нему и тряхнула за здоровое плечо, без повязки.

— Дар. Дар! Ты меня слышишь?! — запаниковала я, готовая разреветься с новой силой.

— К сожалению. — глухо отозвались из подушки, но его грубость меня совершенно не задела. Главное, он живой, и даже в нормальном сознании, раз продолжает надо мной издеваться.

— Я осмотрю раны, продезинфицирую и зашью. — затараторила, стараясь справиться с волнением. Не хотелось бы, чтобы он неправильно воспринял мою телодвижения. Может решит, что я его добить вздумала? Лучше подстраховаться и сразу предупредить о своих действиях. — Для этого нужно развязать твои повязки. Вряд ли у тебя получилось сшить раны самостоятельно. — уже в процессе разбинтовывания сообщила я, трясущимися пальцами, стараясь развязать тугой узел.

— Раны от болтов можешь не трогать. — пробурчал Дар, как мне показалось утомленно. Оно и понятно, столько крови потерять!

— То есть как? — возмутилась я, совершенно забыв, что спорить с ним не следует, особенно в свете новой открывшийся информации о нем. — Тебя насквозь прошили! Возможно даже органы задеты! — воскликнула я, но подавилась своим возмущением, когда сняла таки повязку с его плеча и увидела под ней розовый шрам, на месте, где, по идее, должна зиять сквозная рана. — Но как? — трясущимися пальцами дотронулась я до розового пятнышка, размером с монету. Я было подумала, что это просто обман зрения, иллюзия, но под пальцами действительно чувствовался шелковый рубец.

Я перевела взгляд на хмурого и бледного Дара, который повернул голову и наблюдал за моей реакцией.

— Я же сказал, что не стоит о них волноваться. — раздраженно пробурчал он. Пошевелился, недовольно скривившись, послышался треск ткани и его спина, в районе поясницы, тоже показалась из-за повязки, которую он грубо порвал. На спине, в районе почки, был рубец, аналогичный тому, что красовался на плече. Уверенна, спереди, я увижу такие же отметины. — Через несколько часов не останется и следа. — выдохнул он, вновь рухнув на подушку, а из раны нанесенной заговоренным клинком, начала сочиться кровь, которую я заполошно стерла чистой тканью и зажала рану, стараясь остановить кровь, хоть и понимала, что дело это зряшное. От заговоренной стали раны не заживают.

— Не шевелись. Иначе потеряешь еще больше крови. — всхлипнула я, понимая, как мало я могу сделать. Подобная рана не затянется…

— Может прекратишь реветь и уже заштопаешь меня? — сварливо поинтересовался он. Я поджала губы, подняв на него виноватый взгляд.

— Я не уверенна, что это поможет.

— Почему же? — вдруг заинтересованно спросил Дар, вновь сместившись, чтобы иметь лучший обзор на мое смущенное и несчастное лицо.

— Тот маг ударил тебя заговоренной сталью. И…

— И раны от него не заживают? — подсказал Дар, насмешливо с нескрываемой иронией. Не разделяя его настроения, я кивнула, чувствуя, как губы вновь предательски трясутся.

Да что же такое?! Принцесса я или кисейная барышня? Что я постоянно сырость развожу. Дару от моих соплей определенно лучше не станет. Нужно брать себя в руки, пока не поздно!

Глубоко вздохнула, полная решимости, и посмотрела на неожиданно насмешливый взгляд красноволосого.

— Принцессе жаль раненного, умирающего дракона? — приподнял он бровь, с явной иронией в голосе.

Ну вот зачем он так? Умирающий?! Все мое самообладание и мысленные уговоры о стойкости полетели к чертям. Глаза вновь заполнились слезами.

— Скажи, что ты не умрешь. — всхлипнула, падая перед ним на колени. — Пожалуйста. Ты же дракон. Ты придумаешь, как залечить подобную рану, правда? — взмолилась я, кусая губы и заглядывая в его красивые глаза, в ореоле темных кругов.

— Не уверен. — вздохнул мужчина, отчего я готова была тоненько завыть от отчаяния. — Если ты провозишься еще минут пять, я кровью истеку. — пробурчал он. — Или придется показывать чудеса гибкости, чтобы заштопать себя самостоятельно, а тебя выпроводить из комнаты, чтобы не затопила тут все слезами.

Я удивленно икнула, и посмотрела на него круглыми глазами, совершенно неуместно и некрасиво смачно шмыгнув носом.

— Чего замерла? — закатил он глаза. — Будешь меня штопать? Или Шаю позвать, чтобы она увела тебя отсюда?

— Н-не надо Шаю. — несколько заторможено отозвалась я, находясь под впечатлением.

— Наконец-то. — проворчал он, вновь лег на подушку и затих, но глаз не закрыл и продолжал следить за мной.

— Как ты можешь так халатно относиться к подобным вещам?! — пришла я в себя и в возмущение. — У тебя серьезное ранение, а ты относишься к подобному, словно неудачно порезался во время бритья!

— Ничего страшного со мной не будет. — с тяжким вздохом ответил Дар, видимо уже в который раз пожалев, что вообще связался со мной. — Ты же сама сказала: я- дракон. Меня сложно убить. Заговоренной сталью в том числе. Если сейчас все же проснется твоя сознательность, и ты меня зашьешь, как и собиралась, когда напрашивалась в помощницы, то уже через несколько дней рана перестанет доставлять беспокойство.

— То есть? — изумилась я, чувствую как в один миг у меня высохли все слезы, и истерика прошла мною незамеченной. Но на рану взгляд бросила и отметила, что, таки да, она больше не кровоточит. А должна.

— То и есть. Обсидианновое оружие изобретение драконов. — пока меня просвещали, я сноровисто смочила чистую тряпку в воде и нагнулась к ране, чтобы промыть ее от лишней крови. — Драконов не берут обычные металлы. Ты и сама заметила, что человеческое оружие не приносит нам особых неприятностей. — бросила взгляд на розовые рубцы на плече и пояснице, которые уже сейчас выглядели лучше, чем пять минут назад, и была вынуждена согласиться. — Моя раса почти неуязвима, и не восприимчива к множеству орудий, ядам, болезням. Мы практически бессмертны. Но умереть мы все же можем. — промывать рану я закончила, чуть промокнула края ваткой смоченной спиртом, отчего Дар с шипением втянул воздух сквозь зубы. Но даже не дернулся. Затем последовал черед нитки и иголки окунуться в спиртовой настой, а я мысленно порадовалась, что руки больше не дрожат. Пока Дар со мной говорил, мне было легче удерживать спокойное состояние.

— Ты, вероятно, знаешь, что драконы — одна из древнейших рас. — продолжили мое просвещение, на что я была совершенно не против. — Когда-то на этом материке, царствовала только моя раса. Конфликты были и до появления других пришельцев, на этой земле. Например внутри самой расы. Мы можем умереть от когтей наших собратьев. Они разрезают почти любой материал. А еще один умник придумал совершенно другое оружие, позволяющее не оборачиваться для нападения или защиты, что бывает не всегда удобно.

Мысленно прикинула, как Дар оборачивается, к примеру, в этой комнате и занимает почти все пространство, и вновь была вынуждена с ним согласиться.

— Так и появилась заговоренная сталь с добавлением обсидиана. это изобретение, как после показала практика имеет некоторые свойства. Для одних рас ранение подобным оружием — считается приговором. На других раны действительно не заживают.

— А на драконов как действует? — подала я голос, чтобы отвлечь его от первого прокола иголкой. Я почувствовала как меня замутило. Признаться сама боялась до ужаса. Не хотелось делать ему еще больнее. Не хватало, чтобы он дернулся и навредил себе тем самым. Проколоть кожу оказалось не так-то просто, что стало для меня открытием. Я уже успела запаниковать, когда пришлось поднапрячься, чтобы сделать первый стяжек, и с тревогой посмотрела на дракона. Тот наблюдал за мной с насмешкой и снисходительной улыбкой. Недовольно поджала губы и отвернулась, возвращаясь к своему занятию. Я тут о нем переживаю, а он продолжает веселиться за мой счет. Подогреваемая злостью и возмущением, сопя как стадо ежиков, работа пошла веселее, и следующий стежек я делала не ссылаясь на чувства неблагодарного дракона.

— Как обычная сталь на человека. Если не наносить смертельный удар, то рана заживет примерно с такой же скоростью, как и у человека.

После его слов я замерла, и выдохнула с нескрываемым облегчением. Посмотрела ему в лицо и не смогла сдержать робкой, не смелой улыбки. У меня словно камень с души упал. Но тут я вспомнила, что раны бывают и смертельные и с сомнением и тревогой, посмотрела на ту, что сейчас зашивала. Можно назвать ее смертельно опасной?

— Не переживай. От этого не умру. — хмыкнул Дар, для которого мои мысли не остались загадкой.

Сказать — что я обрадовалась- ничего не сказать. чувствуя, как по губам расползается донельзя глупая и счастливая улыбка, а на глаза накатывают слезы облегчения, я пряча взгляд, сделала еще несколько стежков, любуясь своей работой. Вроде мило получилось. Шов ровный и аккуратный. Могу собой гордиться.

— Готово. — отрапортовала я, украдкой стирая влагу с глаз.

— Отлично. Нанеси мазь, из зеленого пузырька, поверх шва и помоги перевязаться.

С готовностью выполнила требуемое. Уже когда перевязывала голый торс мужчины, стараясь лишний раз не смотреть на голую кожу, хотя очень хотелось, не смогла сдержать вопроса.

— А почему ты не залечишь рану магией? — обратилась я к затылку сидящего в постели Дара, завязывая аккуратный узел на бинтах.

— Во-первых, сейчас у меня нет магии в достаточном количестве для этого. Во-вторых, это побочное действие заговоренной стали. Подобную рану невозможно залечить никаким другим способом, кроме естественной регенерации.

— Почему ты говоришь, что нет магии?

— Потому что твой несостоявшийся муженек с поляны не соврал и с арбалетными стрелами в мой организм попало зелье на время блокирующее любую магию. — скривился он, осторожно поведя плечами. Я надулась от подобного определения для мага, но перечить не стала.

— Но как мы тогда спаслись? Ты тогда сказал, что подготовился. Я думала, магию ты не потерял несмотря на блокирующее зелье. — нахмурилась я, обходя продолжающего сидеть мужчину, и собирая в кучу грязные бинты пропитанные кровью.

— Я действительно подготовился. — осторожно пожал он плечами, на мгновение прикрыв глаза. Дышал он тяжело, и я забеспокоилась.

— Дар, тебе следует отдохнуть. — подошла я к нему, опасливо тронув за плечо. — Давай ты полежишь немного? — предложила с улыбкой. Он мазнул по мне мутным взглядом и нахмурился.

— Я должен перенести тебя к жениху.

Я дернулась словно от пощечины.

— Ты же говорил, что магии у тебя почти нет. — тихо произнесла я, отчаянно стараясь проглотить ком в горле, и следить, чтобы голос не дрожал.

— Хватило на оборот, хватит и чтобы пентаграмму напитать магией. — прохрипел он и побледнел еще сильнее, а я заметила, как его повело.

— И все же тебе лучше сначала поспать. Избавиться от меня всегда успеешь. — с горечью выдавила я, отводя взгляд. — если беспокоишься о моем присутствии, то до твоего пробуждения я тебя не потревожу. Могу даже из своей комнаты не выходить. — посмотрела я на свои сцепленные пальцы. Так было легче.

— О чем ты говоришь?

Не поднимая взгляда, я невесело улыбнулась.

— Я понимаю, что тебе неприятно мое общество. И признаю твое право и желание поскорее отослать меня подальше. Но не стоит этого делать в таком состоянии. Даже для того, чтобы отделаться от меня.

— Я не хотел от тебя отделаться. — тихо сказал он, смотря на меня странным взглядом.

— То есть как? — удивленно вскинула я голову.

— Я думал, это ты желаешь поскорее сбежать отсюда.

— С чего ты взял?! — воскликнула я, всплеснув руками.

— Я чудовище. Ты меня испугалась. — несколько неуверенно ответил он.

Сначала я почувствовала шок. Затем возмущение. Ну естественно я испугалась! Кто бы не испугался в начале, когда на месте дорогого существа появляешься гигантское огнедышащее чудовище из сказок?!

Но вместо потока возмущения, я засмеялась. Громко, закинув голову, со слезами на глазах, на грани истерики. Мужчина терпеливо переждал мой неуместный смех, продолжая внимательно смотреть на меня.

— Ты — придурок. — выдохнула я тяжко, отсмеявшись. Даже чувство уважения и почтения куда-то делись. Про страх вообще молчу.

Мужчина от моего заявления закашлялся.

— Что, прости? — прищурился он зло.

— Идиот, говорю. — милостиво повторила я, хоть и эпитеты несколько поменяла, но смысл от этого не поменялся. — Ты спас мне жизнь. Несколько раз! В последний раз чуть сам не умер! — орала я, совсем забывшись. — Даже если ты меня сожрать решил, моя жизнь тебе принадлежит! Ты значишь для меня больше, чем кто бы то не был! Ты один из немногих, кто так заботился обо мне, оберегал, и ни в чем не упрекнул! Да плевать я хотела, на то, кто ты есть! — рявкнула, ему в лицо, пылая гневом, пытаясь выяснить, почему чувство самосохранения, так резко меня оставило.

— А чего орала тогда как резанная? — в свою очередь рявкнул Дар.

— А ты бы не орал, когда давно вымершая, гигантская ящерица идет на тебя, после того, как одним огнедышащим дыхание спалило несколько человек?!

— Ты же поняла, что это я! — совершенно забыв про свое состояние подскочил он на ноги, нависая надо мной, угрожающей скалой. Мне бы испугаться, но почему-то чувства страха я не чувствовала. Нервы мои видимо все же не выдержали недавних потрясений. И вот итог. Моя мысленный дровник стала пополняться с геометрической прогрессией.

— Знала. И что?! Откуда мне знать, что ты разумный? — с вызовом поинтересовалась я.

— Что?! — пораженно выдохнул он. Кажется, он сейчас серьезно оскорбился.

— А то! — сложила я руки на груди. — Меня пытались вскрыть. Я чувствовала как у меня мозги плавятся! Не успела я отойти от этого, как ты становишься драконом! — орала я, словно это он во всем виноват. От моего напора, Дар даже сделал шаг назад, несмотря на свои явные преимущества. — Удивлена, как мне вообще в голову не пришло, что поинтереснее! Чего ты ожидал от меня в таком состоянии? Что я с радостными воплями, кинусь тебе в пасть?! — возмущению моему не было предела, а обвинения уже явно диктовала моя женская логика.

— Хорошо. — прищурился он, так же сложив руки на груди. — Чего тогда орала, когда я тебя унести оттуда решил? Ты хотела от меня сбежать! Я когда тебя поймал ты от ужаса сознание потеряла!!! Будешь утверждать, что не боишься меня?!

— Ты вспомни каким способом меня сюда притащил! Я до дрожи высоты боюсь, придурок! — в праведном бешенстве заорала я, понимая, как мне хочется его треснуть, за пережитые минуты в полете. Нужно было ему рану немного поковырять, все-таки, пока зашивала. Сейчас он вряд ли позволит над ним поизмываться.

Мужчина изумленно заткнулся и уставился на меня.

— Боишься высоты? — через несколько секунд переспросил он.

— Хочешь сказать, для тебя это откровением стало? — язвительно прищурилась я, но прежнего запала уже не ощущала, явно успокаиваясь. Появились даже первые признаки раскаяния.

Мужчина вновь покачнулся, а я метнулась к нему, стараясь поддержать и усадить его снова в постель. На удивление, мне это позволили.

— Я… Я забыл про твою боязнь. — выдавил он из себя, когда все же сел. Я тоже позволила себе сесть по соседству и тяжело вздохнуть. — Так ты меня не боишься?

Бросила на него усталый взгляд и молча помотала головой. Недавняя вспышка отняла у меня много сил. А ведь я почти сутки ничего не ела, и больше суток не спала. Плюс все эти переживания, происшествия… я чувствовала себя просто раздавленной, и мне хотелось отдохнуть. В идеале проспать хотя бы часов десять. Тогда можно и отношения выяснять.

— И не желаешь сбежать побыстрее? — с сомнением спросил он.

— Только если ты не против. — не стала я скрывать. — Я не хочу мешать и доставлять тебе больший дискомфорт, чем уже успела. Я слишком благодарна тебе, что бы навязываться. Поэтому, если ты против моего присутствия в твоей жизни и в этом замке, как только ты отдохнешь, отправишь меня в человеческую столицу.

— А сама ты не хочешь? — тихо, с словно боясь спугнуть ответ, задал вопрос Дар. — У тебя там жених, власть, дворец, красивая жизнь…

Я вновь невесело засмеялась и еле заметно покачала головой.

— Там, в лесу, маг сказал одну вещь. Не важно, выживу я или нет, Грег победит и захватит дворец. Он станет королем и без моей помощи, свергнув Габора. Мое участие важно только для брачного союза. Я принцесса. За кого выйду замуж — тот и станет королем. Но, как выяснилось, Грегу это совсем не требуется. Он станет хорошим правителем. Я без сожаления доверяю ему корону. — улыбнулась я.

— Но, как же ты? Ты бы стала королевой.

— И что? — усмехнулась я. — К управлению страной меня бы не допустили в любом случае. Мои обязанности бы заключались в рождении наследника и присутствии на балах и приемах. Да и красивая жизнь, только кажется такой. Подобной гнили, как во дворце, не встретишь даже в самых отпетых бандах разбойников. Только гнилые люди одеты понаряднее и носят статус аристократов.

— Твой жених, разве он тебе не дорог?

Я снисходительно посмотрела на Дара и позволила себе тихий смешок, красноречиво объясняющий, как я к этому отношусь.

— Я уважаю Грегори. Но не люблю. Вообще не знаю, как договорные браки в королевских семьях могут быть по любви. Он меня тоже не любит, насколько мне это известно. Мы даже не были помолвлены официально. Я ему ничего не должна, как и он мне. Но я рада, что именно он станет новым королем.

— И не жаль, что твой королевская династия прервется на тебе? Людьми правил род Драгон с начала освоения материка твоей расой. Больше тысячи лет. — пытался он давить мне совесть. Было, конечно, жаль, но будем говорить откровенно, сейчас я могла с уверенностью сказать, что не настолько, чтобы жертвовать жизнью ради этого.

Кровный наследник не гарантирует того, что станет хорошим правителем. Главное человек. И уже все равно, к какому роду он принадлежит. Грег — хороший вариант. Я уже говорила об этом. Его готовили к правлению. Он станет хорошим королем. Даже без меня.

Не будь другого выхода, я бы переступила через свои желания и поступила так, как требует долг, выйдя замуж за Грегори, чтобы на трон взошел достойный правитель. Но этого не требуется. Так чего себе жизнь коверкать?

— Если я узнаю, что у Грегори трудности с захватом или удержанием власти, я помогу ему, как того требует долг. До этого времени, если ты не против, я бы хотела остаться здесь. Пока тебе не надоем. А после, возможно, начну новую жизнь, где-нибудь в другой стране. Слышала, у эльфов очень красиво. — мечтательно улыбнулась я.

Сбережения у меня есть, отец всегда был перестраховщиком, и показал мне место, нашей тайной сокровищницы рода. Проблем быть не должно.

Можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь. Мне не мешает твое присутствие. — вырвал меня из мыслей Дар. Я просияла благодарной улыбной, которая сползла так же стремительно как и появилась.

— Дар, тебе нужно лечь. — забеспокоилась я, взглянув на мужчину, который был белее полотна. Дракон не стал возражать и позволил мне помочь принять ему горизонтальное положение. Хотя должна признать, помощь от меня была скорее моральная, так как поднять хотя бы его ноги у меня силенок бы не хватило. Зато я тщательно укрыла его одеялом, проверив, что бы ему нигде не дуло. — Отдыхай. — улыбнулась я, отходя к двери, заметив, что глаза мужчина прикрыл и открывать не собирается.

Уже стоя в дверях меня остановил его голос:

— Валери. — от своего полного имени я невольно вздрогнула. Все же короткую версию слышать от него было привычно. Но именно «Валери» из его уст звучало как-то по-особенному.

— Да?

— Я не смогу прийти за тобой и перенести, если начнутся кошмары. — честно предупредил он, решив больше не делать тайну из наших совместных ночевок. Как и того, что он в курсе о том, что мне об этом известно.

— Я понимаю. — согласилась я, не удержав грусти в голосе, представив, что ждет меня, стоит мне попробовать уснуть. Ничего, выдержу, как-нибудь. Первое время терпела же. К тому же, возможно, ничего страшного мне не приснится, после такого перерыва.

Внутренний голос подсказывал, что если приснится не старый репертуар, то у меня в запасе появился новый кошмар, который я пережила этой ночью в плену у разбойников.

От этой мысли загрустила еще сильнее. Но навязываться и просить не стану. Хотя очень хочется.

Благо, не потребовалось.

— Если решишь, можешь приходить сама. Только постарайся меня не будить. — медленно и лениво сказал Дар, и, кажется, тут же провалился в сон. Это хорошо, так как это не позволило ему заметить радостной улыбки, что расползлась у меня на лице.

***

Я проснулась словно от толчка. Внезапно стало холодно, неуютно и появилось чувство тревоги. Я вздрогнула и открыла глаза, готовая увидеть вокруг себя полчища врагов.

Но все оказалось куда проще… Дар перевернулся во сне на спину и перестал меня обнимать. Еле сдержала неуместный смешок по этому поводу и взглянула в окно, пытаясь определить, сколько времени мы проспали. На улице была глубокая ночь. А уснули мы рано утром. Не плохо.

Однако вставать было совершенно лень, а сон еще не до конца отпустил из своих сетей, уговаривая поспать еще пару часиков.

Тут в бой вступил мой желудок, недвусмысленно намекнув, что пора бы найти, что-нибудь поесть, пока он не стал переваривать самого себя.

В растерянности закусила губу и бросила взгляд на мужчину, спящего рядом. Выглядел он уже куда лучше, что не могло не радовать. Но, по всей видимости, просыпаться не собирался, раз до сих пор не очнулся от моего вертения и гулкого шума голодного желудка.

Мысли о еде тут же отошли на второй план. Какая может быть еда, когда у меня появилась такая уникальная возможность рассмотреть дракона с такого близкого расстояния?!

Очень осторожно, опасаясь разбудить Дара, я повернулась к нему лицом, наслаждаясь видом красивого профиля. На моих губах дрогнула глупая улыбка, а я осмелилась приподняться на локте, заглядывая в лицо мужчины и на широкую, неприкрытую одеялом грудь.

Грудь порадовала. В смысле, на месте ранения в плечо арбалетной стрелой, не осталось и следа. Только ровная, чуть загорела кожа. Во всем остальном она тоже впечатлила, как например шириной плеч и рельефом, без единого волоска. Против воли гулко сглотнула и поторопилась вернуться глазами к лицу мужчины. Лицо тоже приобрело нормальные цвета, перестав вызывать ассоциации с покойниками. Круги под глазами исчезли, а из приоткрытых губ вырывалось ровное, размеренное дыхание, свидетельствующее о глубоком и спокойном сне.

Невольно отметила, что Дар впервые на моей памяти оставил волосы распущенными и они красивым ореолом обрамляли его лицо, раскинувшись на подушке и матрасе.

Воровато осмотрелась, словно за мной мог кто-то подглядывать, закусила губу и протянула подрагивающую руку, чтобы дотронуться до тяжелой, шелковистой массы, как давно об этом мечтала. Как и предполагала, волосы у него оказались удивительно мягкие и прямые, от прикосновения с которыми, я почувствовала настоящий восторг. Хотелось медленно водить по ним пальцами, пропуская сквозь них тяжелые пряди, словно через гребень и любоваться причудливыми отблесками в красных, удивительных волосах.

Я расхрабрилась настолько, что вскинула глаза, проверяя, насколько глубокий сон у дракона и, удовлетворившись, остановилась взглядом на его губах. Была еще одна вещь, которую я так же давно хотело испытать. А именно, проверить такие ли жесткие губы, как они могут казаться?

Затаив дыхание, то и дело опасливо проверяя не проснулся ли мужчина, стараясь убедить себя, что от одного, украденного поцелуя, о котором он даже знать не будет, ничего не случится, я медленно нагнулась и еле касаясь, дотронулась его рта, своими губами, прикрыв глаза, от удивительного коктейля чувств из восторга, нежности, волнения и волшебства.

Я позволила себе еще несколько секунд понаслаждаться ощущениями, чтобы прочувствовать их в полной мере, а после медленно открыла глаза и резко отпрянула, наткнувшись на внимательный, совершенно не сонный взгляд янтарных глаз.

Я сидела ни жива, ни мертва, под прищуренным взглядом мужчины, который обещал мне долгую мучительную смерть. Мысленно я уже прощалась с жизнью, упрямо отметив, что оно того стоило. Но все равно напряглась, когда он приподнялся на своем месте и откинулся на подушку, приняв полулежащее состояние. Мужчина сложил руки на могучей груди, отчего мышцы заиграли, что не укрылось от края моего сознания.

Мысленно дала себе подзатыльник, поняв, что перед смертью думать нужно совсем о другом. Например, как хорошо я прожила жизнь, вдаваться в философские вопросы, на тему "в чем смысл жизни?" и смогла ли я его отыскать. Но точно не о том, что в подобной позе, одеяло с него сползло еще больше, открывая все новые участки тела.

— Зачем ты это сделала? — хрипло после сна, спросил Дар, внимательно меня рассматривая.

Я приободрилась и в душе появилась надежда, что еще поживу. Раз заговорил — есть возможность договориться. Возможно, смогу выторговать себе еще время.

— Поблагодарила. — пискнула я не совсем то, что собиралась сказать. мысли смещались, мешая думать и нормально соображать.

— Поблагодарила? За что? — вздернул он бровь с недоумением.

— За то, что спас. — пожала плечами, по ходу дела, натягивая на себя одеяло повыше, так как под его взглядом меня холодом обдавало, словно я посреди снежной метели сижу.

— Я тебя и раньше спасал. — резонно заметил он. — Но прежде ты предпочитала благодарить словесно.

— Храбрости не хватало. — нервно выдала я правду, понимая что подписываю себе приговор.

— А сейчас, значит, хватило? — все так же, зло прищурившись, хмыкнул он.

— А сейчас ты спал. Я надеялась, что ты не узнаешь об этом.

Кажется, я несколько сбила его с толку. Удивленно приподнятые брови на это явно указывали.

— То есть, ты решила отблагодарить меня так, чтобы я об этом не узнал? — подвел он итог. Закусила губу, поразмыслила немного и нехотя согласилась. — Тогда в чем смысл?

— Мое моральное удовлетворение перед своей совестью. — протянула я неуверенно. Мое заявление его позабавило. Я рискнула немного сместиться, чтобы было удобнее разговаривать. Убивать меня, кажется, никто пока не собирается, что не может не радовать.

— Ты всех так благодаришь? Целуешь, чтобы об этом никто не узнал, в том числе и тот, кому ты подобным образом выражаешь благодарность?

— Ты первый. — буркнула я, понимая, что Дар действительно первый, кого я хотела отблагодарить подобным образом. Хотя кого я обманываю? Поцеловать я его хотела! И я сейчас пытаюсь скрыть свое желание благородным порывом душевной благодарности! Причем скрываю довольно коряво. — Дар, прости меня. — поморщилась я, от того, насколько жалко это прозвучало. Да и выгляжу, вероятно, я не лучше. — Обещаю, это больше не повториться. Если оскорбила — прости. Я готова понести наказание. — виновато опустила взгляд, готовая услышать если не наказание, то многочасовую отповедь на тему, как благородные драконы презирают человека, и целоваться с ними для них все равно что с тараканами.

— Ты действительно виновата. — спокойно отозвался он. Краем глаза, заметила, что Дар даже головой качнул подтверждая свой вывод. Я поджала губы, напряженно ожидая, что он скажет дальше. Если прикажет на протяжении всего времени моего тут проживания продолжать выполнять роль служанки — придется согласиться.

Главное, чтобы не отказал и дальше ночевать в его кровати.

Никогда бы не подумала, что буду так страшиться не постели с мужчиной, а ее отсутствия! Я ведь принцесса! Для меня делить ложе с мужчиной приемлемо только в том случае, если он — мой муж. Дар — мужем мне вот никак не является! Однако, почему-то меня это ни капли не смущает. Мою внутреннюю принцессу, как не странно, тоже. Видимо она решила немного поступиться принципами, ради собственного комфорта и здорового сна. Разумно. А то мне еще мучений совести не хватало, для полноты картины!

— Следует благодарить спасителя так, чтобы ему было об этом известно. Надеюсь, тебе это понятно? — вкрадчиво поинтересовался он. Я виновато кивнула. — В таком случае, исправляйся.

— В смысле? — пораженно выдохнула я.

— В прямом. Благодари, как ты решила это сделать, пока я спал, но только на этот раз не тайком. — насмешливо усмехнулся он, при этом смотря на меня вполне серьезно.

— Ты… ты это серьезно? — с недоверием спросила я. Лично мне в это не верилось. Вообще я сейчас лихорадочно искала другие варианты, что бы могло означать его заявление, кроме того, что я поняла. Может, он имел ввиду совсем другое? Просто до моего тугодумного мозга, еще не совсем дошло. Или я слышу то, что хотела бы слышать. Тоже, как вариант.

— Вполне. — кивнул он небрежно. — Если тебе не хватало смелости, потому что боялась моего неодобрения, то теперь у тебя есть мое согласие. — я гулко сглотнула, опасливо на него поглядывая, пытаясь найти в чем подвох.

Может, ему повод нужен, чтобы вышвырнуть меня? Утром ему может просто сил не хватило, сейчас он не совсем проснулся, а когда заговорил, понял, что уже запоздал со злостью, вот и подталкивает меня на такой рисковый поступок.

— Или твоя благодарность действует, только когда никто не видит? — провокационно хмыкнул он. Чуть было не ляпнула, что мол, да, так и есть. В остальное время я — неблагодарное чудовище.

Вовремя прикусила язык и нерешительно подалась вперед, не сводя с лица Дара настороженного взгляда, готовая в любой момент отпрянуть. Дракон тоже не спускал с меня внимательного взгляда, но опасности я не почувствовала, и приблизилась максимально близко, так, что почти касалась его носа своим. Замерла в нерешительности, бросила вопросительный взгляд ему в глаза, обнаружила там напряженное ожидание, и затаив дыхание, словно перед прыжком в воду, прижалась к нему в поцелуе, внимательно следя, чтобы никакой частью тела, кроме лица к нему не прикасаться.

Я ожидала что он скривиться, недовольно вздохнет или еще как-нибудь проявит то, что ему неприятно. Но Дар просто неподвижно сидел, покорно позволяя целовать его.

В душе шевельнулось чувство, похожее на азарт. Вдруг захотелось вызвать у него эмоцию. Любую. Если не положительную, то, хотя бы отрицательную, лишь бы он прекратил сидеть, словно статуя.

Поэтому я набралась храбрости, и прижалась сильнее, скользнув рукой ему по щеке, наслаждаясь чувством легкой небритости, под пальцами. Погладила пальцем скулу, подбородок, но протеста не обнаружила, что придало мне наглости.

Судорожно вспоминая свой скудный опыт в поцелуях, я внимательно отслеживала любую эмоцию, которая может появиться на его лице и углубила поцелуй, провокационно лизнув его губу, до уголка рта.

Испугавшись своего порыва, отстранилась, заглядывая ему в лицо большими глазами, решив, что на сегодня экспериментов с меня хватит. Проживу дольше. Хотела отодвинуться, но внезапно почувствовала руки у себя на спине, которые не позволили отстраниться дальше. Удивленно посмотрела на дракона, который с завидным спокойствием продолжал буравить меня бесстрастным взглядом.

Я гулко сглотнула, но голос подать не решилась, словно загипнотизированная смотря в его глаза. Поэтому чуть было не пропустила момент, когда он еле слышно выдохнул:

— Еще.

Да кто я такая, чтобы отказывать в капризах моему спасителю?! Вот и я не нашлась что можно ответить против, потому подавив улыбку, уже совершенно не боясь наказания продолжила пополнять свой личный опыт.

На этот раз его показное безразличие не обмануло меня. Я заметила, как почти незаметно напрягся, стоило мне вновь нежно поцеловать его в уголок губ. От меня не укрылось, что его пальцы на моей спине, чуть сжали ткань ночной рубашки. Хоть он и продолжал дышать ровно, но один рваный вздох, когда я скользнула языком в его рот, не упустила. И мне позволили. Все. Даже положить ладошки на широкую грудь и почувствовать, как под пальцами бешено бьется его сердце. Почти так же быстро, как мое собственное. И с некоторым любопытством скользнуть кончиком языка по одному из клыков. Надо же, они совершенно не мешают, чего я в тайне опасалась. Их наличие даже будоражит, придавая поцелую пикантную нотку.

Удовлетворившись подобными открытиями, я перестала отслеживать каждое изменение в его поведении, закрыв глаза и полностью отдавшись ощущениям. Это было потрясающе.

Безумно нежно, непередаваемо восхитительно. Никогда прежде я и подумать не могла, что получу подобный спектр эмоций от простого поцелуя. Как я уже говорила, опыт у меня скудный.

Мой самый первый поцелуй я подарила Лайему. Тогда мне было восемь, а ему почти двенадцать. Мы были детьми, но уже знали, кем станем друг другу, когда вырастим. Тогда мальчишка предложил поцеловаться, не совсем понимая, как это делается. Я тоже была несведуща в подобных вопросах, но кое-что мы все же видели, наблюдая за взрослыми.

Поцелуй был по детски неловким, корявым и слюнявым. Помню, мы после этого долго плевались с ним, с отвращением обсуждая, как взрослые могут добровольно целоваться друг с другом. Это же противно!

Больше мы не повторяли подобного опыта, придя к молчаливому согласию, что поцелуи явно не наша стезя. А потом у нас прото не стало такой возможности…

Мой второй опыт был уже со старшим братом Лайема — Грегори. Это было пару лет назад, когда я стала совершеннолетней, и впервые за несколько лет, все же встретилась со своим потенциальным женихом. Помню, как он долго удивлялся, что на месте несуразной худосочной девчонки, которую он привык видеть в компании своего младшего брата, видит меня.

Да, в детстве и юности я выглядела презабавно. Несуразно худая, с длинной шеей, узкими плечами и костлявыми ногами. Со временем я округлилась, поправилась и стала более женственной, там, где это было нужно. Поэтому не была удивлена растерянности Грега. Но мне было приятно его внимание. В тот вечер он почти не отходил от меня, практически все танцы я посветила ему, приглядываясь к человеку, которого пророчили на место Лайема. Признаться, мне понравилось то, что я видела, и позволила украсть поцелуй в тени деревьев, во дворцовом саду.

Мне понравилось и это, особенно если вспомнить мой первый опыт. Грегори не зря считается любимцем женских сердец, и по праву носит данное звание. В тот вечер он поселил в моей душе надежду, что, возможно, он станет для меня не только хорошим королем, но мы сможем поладить в совместной жизни.

Но это было и в сотой доли не те ощущения восторга, что я испытывала, когда осторожно целовала Дара, позволяя себе все больше, проверяя степень дозволенного.

Когда его язык мимолетно дотронулся до моего, я вполне отчетливо вздрогнула и всхлипнула.

— Это все еще благодарность? — хрипло спросил Дар, заглядывая мне в глаза, чуть отстранившись.

Я тяжело дышала, и с непониманием смотрела на него мутным взглядом, пытаясь понять, что от меня хотят. До сознания стал доходить смысл его слов.

— Благодарность закончилась минут пять назад. Теперь уже добровольная инициатива. Ты против? — не дожидаясь его ответа, я поцеловала его в щеку, подбородок, уголок рта и вновь сорвала быстрый поцелуй с губ, совершенно не узнавая себя.

Откуда эта распущенность? Что со мной?

Вместо ответа, меня рывком прижали к себе, заставив полностью растянуться на мужчине. Дар смотрел на меня самыми красивыми глазами, а я чувствовала, как он нежно касается моей щеки. Как пальцы спускаются на шею, ласкают кожу, а после зарываются в волосы и притягивают мою голову к себе.

Я и не думала сопротивляться, открывая для себя новый виток наслаждения, когда уже не я его, а он стал целовать мои губы, вызвав произвольный стон, что тихо сорвался с моих губ. Это дало дракону словно невидимую отмашку. Я услышала как он коротко рыкнул мне в рот, быстрый порыв ветра, и уже не я, а он лежит на мне.

Поцелуй прервался, отчего я чуть было не захныкала от разочарования, и не без удовольствия отметила, как тяжело и быстро вздымается грудь мужчины. Когда взгляд немного сфокусировался, я заметила, что его волосы упали по обеим сторонам, отгораживая нас от остального мира, красным, шелковым водопадом. Залюбовавшись на мгновение, не сразу поняла, что мужчина замер и пристально смотрит мне в лицо.

— Что-то не так? — забеспокоилась я, облизнув распухшие губы.

— Это не правильно. — выдохнул он тихо. Мне его слова не понравились.

— Почему? — с трудом выдавила я из себя. В душе началось подниматься раскаяние. Только этого не хватало! Но мысли уже проносились ураганом в голове, заставив мучительно покраснеть.

— Ты должна меня бояться.- сказал он совсем не то, что я ожидала. — Возможно, сейчас ты чувствуешь благодарность ко мне, и под силой пережитых эмоций, сейчас пытаешься забыться любым способом. Но позже придет осознание и ты пожалеешь, вспомнив кто я есть на самом деле и появится отвращение. Я не хочу этого, поэтому лучше прекратить сейчас.

Я промолчала, внимательно посмотрев ему в глаза. Вместо ответа, не разрывая зрительного контакта, я положила ладонь ему на щеку. Погладила в мимолетной ласке, заметив, как на мгновение Дар прикрыл глаза.

— Тебе неприятно?

— Нет.

Я спустила ладонь ниже, погладив бешено пульсирующую жилку на его шее.

— А сейчас?

— И сейчас. — еще более хрипло ответил он.

— А так? — провокационно провела кончиками пальцев по груди и обратно, чуть царапая ногтями.

— Валери, прекрати. — рыкнул он, сцепив зубы.

— Почему? — упрямо спросила я, прищурившись и пряча улыбку. — Тебе нравиться, мне тоже. Особенно мне нравится целовать тебя. Почему я должна остановиться?

— Чтобы потом не пожалеть.

Мужчина стиснул мою ладошку и прижал к постели, не позволяя вырвать.

Почувствовав в душе обиду и возмущение, тем не менее я поняла, что торопиться действительно не стоит, в этом Дар прав. Сомневаюсь, что пожалею о тех эмоциях и ощущениях, что подарили мне последние минуты. А вот сам дракон может засомневаться. Он уже сомневается, и мне это не нравится. Так же я поняла, что сейчас убеждать его в чем-либо бесполезно, поэтому примирительно улыбнулась и кивнула.

— Твоя взяла. Приставать больше не стану. Можешь отпустить.

Дар несколько недоверчиво посмотрел на меня, но отпустил и стремительно скатился с постели.

Неловкости, к своему удивлению я не чувствовала, даже когда обнаружила, что ночная рубашка у меня задралась и открывает ноги чуть выше колен. Невозмутимо оправила одежду, пригладила растрепанные волосы и посмотрела на напряженного Дара, в очередной раз, чуть не задохнувшись от его красоты. Особенно сейчас, когда он растрепанный, с распущенными волосами необычного цвета, свободно спадающий на красивый торс.

— Как себя чувствуешь? — спросила я нейтральным голосом, решив отвлечь его разговором. А то так и раскаиваться начнет, чего доброго, что невинную девушку совратил. Вон, уже мрачнее обычного.

Наивная девушка ни о чем не жалела, смакуя недавние воспоминания и довольно щурясь.

— Трудно сказать. — через некоторое время, проворчал он и стремительным, удивительно плавным движением, поднялся из постели, торопливо накидывая на тело рубашку, что была небрежно перекинута через спинку стоящего рядом кресла.

Его поспешность вызвала у меня снисходительную улыбку. Он что, считает, что я на него кидаться начну и грязно домогаться? Вот еще! Принцесса я или где?

— Скажи как есть. — внесла я дельное предложение, отвернувшись к нему спиной и накидывая на себя сверху халат, в котором пришла к нему в комнату для ночевки.

— Рана не беспокоит. — отозвались у меня за спиной и послышалась возня. Повернула голову и поняла, что мужчина обувается.

— А что беспокоит? — пряча хитрую улыбку, невинно поинтересовалась я. Сзади раздалось напряженное сопение, но ответа не последовало. — Магия вернулась? — встав с постели, я повернулась, но взгляд на мужчину принципиально не поднимала, чтобы не смущать его еще больше. Кто бы мог подумать, что мне доведется смущать дракона! Вместо этого принялась заправлять постель, что уже почти вошло в мою привычку, так как приходилось ухаживать за собой самостоятельно.

Я уловила, как Дар вскинул руку ладонью вверх, на которой в тот же момент заплясало пламя. Быстро сжал кулак, гася огонь и удовлетворенно кивнув.

— Вернулась.

— В таком случае, у меня к тебе небольшая просьба. — несмело улыбнулась я. Все же напрягать его не хотелось, но сил моих уже нет терпеть.

— Все таки решила уйти? — с холодным равнодушием спросил мужчина, но в голосе послышалось напряжение. Я разозлилась.

Вот если бы он сейчас не сказал такое, я бы просто озвучила свою просьбу и все. Но он сам виноват. Поэтому всю ответственность со своей совести снимаю! Я его только что целовала! Сама! И считает, что после этого я мечтаю сбежать?

Подогреваемая злостью и негодованием, смотря прямо в глаза ошарашенному мужчине, я стала медленно собирать в кулак подол длинной ночной рубашки, постепенно открывая лодыжки, колени, бедра.

Уже в районе колен, мужчина затаил дыхание, а выражение его глас приобрело хищное выражение, неотрывно следя за кромкой ткани, которая поднималась все выше и выше.

— Что ты делаешь? — не выдержал он, поднимая взгляд на мое лицо, когда сорочка открыла ноги на две ладони выше колена. — Прекрати!

— Хочу продемонстрировать свою просьбу наглядно. — злорадно сощурилась я, переставая играть и оголила одно бедро, которое вот уже сутки мешает мне жить, открывая обзор на отвратительный, безобразный, почти черный синяк в месте, где я не хило приложилась, вывалившись из повозки. Боль, конечно, уже не такая сильная, как была в первые часы, но я до сих пор прихрамываю при ходьбе, и стоять мне сейчас не приятно. Приходится всем весом опираться на вторую ногу, чтобы было не так больно. — Ты мог бы помочь с этим? — спокойно спросила я, заметив, как нахмурился мужчина, с большим недовольством рассматривая мое повреждение. — Если не с помощью магии, то, может, мазь какая есть? — растеряв воинственный настрой под его взглядом, промямлила я.

Мужчина бросил на мое лицо недовольный взгляд и быстро прошел расстояние разделяющее нас.

— Сядь. — последовал короткий приказ. Сейчас он был собран и спокоен, каким я привыкла его видеть. Рада, что удалось его отвлечь от душевных терзаний.

Я послушно села на заправленную постель в ожидании дальнейших указаний. С сосредоточенным видом, мужчина опустился передо мной, и всего лишь на миг замер, прежде чем пальцами дотронуться до гематомы. Не сдержалась и невольно скривилась, прикусив губу, которая, к счастью, несмотря на то, что ее разбил маг, не беспокоила.

От моей реакции Дар замер, бросил на меня короткий взгляд, а после уверенно накрыл синяк ладонью. Уже в следующее мгновение, от его руки стало распространяться тепло, принося успокоение и покой, от которого с губ вырвался облегченный вздох.

В удовольствии и умиротворении, прикрыла глаза, наслаждаясь теплом, что волнами обволакивало бедро и живот, словно я подставила кожу под солнечные лучи летнего солнца.

Еще несколько секунд и распространяющееся тепло стало сужаться, забирая с собой тупую боль, что преследовала меня уже почти сутки, и концентрируясь в одном месте, где ладонь Дара соприкасалась с моей голой кожей. Глаза я открыла только тогда, когда почувствовала мимолетную ласку, прежде чем мужчина отнял руку. Словно Дар погладил меня большим пальцем, по недавнему синяку. Открыла глаза, посмотрев на невозмутимого Дара, и подумала, что, вероятно, мне показалось.

— Еще есть повреждения? — деловито поинтересовался он.

— Меня когда поймали, я головой здорово приложилась об дерево. — неуверенно покаялась я, пытаясь сообразить головная боль у меня от пережитого стресса, или все же удар об дерево этому вина. Но перестраховаться не помешает. Только сотрясения мне не хватало!

Дар поднялся на ноги, что позволило мне оправить подол ночной рубашки и запахнуться халатом, запустил пальцы мне в волосы, аккуратно ощупывая голову на предмет повреждений. На затылке обнаружилась незначительная шишка. Дар сообщил, что ничего страшного она собой не представляет, но все равно залечил, отчего я вновь довольно улыбнулась и прикрыла глаза. А после он коснулся моих губ, и я почувствовала как незначительная ранка затягивается, под ласковым прикосновением.

— Тебе совсем не доставляет дискомфорта моя магия? — отстранившись, спросил он словно невзначай.

— Нет. Скорее наоборот. Так тепло становится и спокойно… — мечтательно протянула я, все еще чувствуя отголоски тепла по своему телу. — Особенно приятно от того, что становится тепло. Я ведь, на самом деле мерзлячка по-жизни. — смущенно призналась я. — Я даже летом мерзнуть умудрялась, когда все остальные не находили места от жары. — потом немного поразмышляла и все же задала вопрос, спине мужчины, который перебирал склянки на своей тумбочке, некоторые из которых опрокидывал в себя: — Ты знаешь, почему у меня такая реакция на твою магию?

— Знаю. — через несколько секунд, поразмышляв, ответил он.

— Почему? — заинтересовалась я, вставая с места, с удовольствием отмечая, что могу без проблем стоять на обеих ногах. Но мужчина не успел ответить, так как тишину комнаты нарушил жалобный гул моего голодного, несчастного желудка.

Мужчина насмешливо усмехнулся, наблюдая, как я стремительно краснею от смущения и выдал:

— Иди к себе, приведи себя в порядок, переоденься и встретимся на кухне. Там поедим и поговорим. Нужно многое обсудить. Я пока придумаю, что-нибудь с едой.

— Я могу приготовить. — в порыве благодарности, предложила я, имея ввиду бутерброды. Продукты, насколько мне известно, на кухне все еще были, несмотря на то, что питалась я уже давно тем, что появлялось у меня в комнате, магическим путем переноса.

— Нет. Мой желудок не выдержит еще и этой пытки. — съязвил мужчина, а я зло прищурилась. — Думаю, пора ввести новое правило проживания в этом замке — держись подальше от готовки. А теперь ступай, встречаемся через полчаса на кухне.