ГЛАВА 18

Тильда по-прежнему старалась не оставлять мужа одного. Да, он действительно чувствовал себя гораздо лучше, и недавнее отравление не мешало ему гонять слуг и отдавать приказы. Стоило Тильде уйти на завтрак, как Фран собрал полную спальню министров, и когда королева вернулась, из-за двери доносился гневный голос супруга:

– Не думайте, что я так просто закрою глаза на ваши упущения! Из-за таких, как вы, Лиммер и не может полностью восстановиться после войны. На виселицу захотелось? Так я вам ее обеспечу.

– И давно они там? – спросила Тильда у охраны, как всегда, дежурившей под дверью.

– С четверть часа, – ответил один из мужчин. – Его величество просил передать, что освободится где-то через полчаса.

– Благодарю, – кивнула королева и разместилась в кресле в гостиной. Да уж… Ференцу сейчас стоит думать о своем здоровье, а не о министрах. Однако супруга это, похоже, мало заботило. А Тильда, глядя в окно на сад, думала о том, что ничегошеньки не знает о Ференце. Как это возможно? За полгода не узнать о человеке ничего. Они ведь виделись почти каждый день. Виделись. Но говорили ли? А еще Тильда по-прежнему испытывала безумный страх от одной мысли, что с Франом может что-то случиться снова. Это удивляло ее, ставило в тупик.

Наконец, из спальни его величества потянулись министры. Они кланялись Тильде, она же хотела, чтобы в комнатах как можно скорее снова стало тихо. Дождалась, пока последний министр исчез за дверью, и нырнула в спальню.

Ференц сидел в кровати, опираясь на подушки. На нем была свежая одежда, волосы были тщательно расчесаны. Супруг разглядывал бумаги, разложенные прямо на кровати, хмурился и покусывал губу. Видимо, увиденное ему не нравилось.

– Тебе стоило бы отдохнуть, – тихо сказала Тильда. За эти дни она привыкла обращаться к мужу на «ты», когда рядом не было посторонних.

– Некогда, – ответил Ференц недовольно. – Иначе они мне угробят страну.

– За три дня? – улыбнулась королева.

– Иногда и этого достаточно. Как прошел завтрак? Как поживают матушка и Алекс?

– Беспокоятся о тебе.

Фран усмехнулся. Было очевидно, что в это он не верит.

– Что ж, в следующий раз скажи им, что я вполне здоров, и их беспокойство беспочвенно.

– Так и передам, – пообещала Тильда.

Сейчас, когда муж начал выздоравливать, она снова смущалась в его присутствии. Хотя, чему уж тут смущаться? Случившееся сблизило их и связало крепче любых канатов. А еще Тильда осознала, что этот мужчина стал ей дорог, и ни за что на свете она не допустит, чтобы он пострадал снова. Конечно, если будет такая возможность.

– Так хочется прогуляться, – Ференц с тоской посмотрел на окно. – Такое чувство, что я лежу в постели не три дня, а как минимум месяц.

– Ты просто не привык сидеть без дела, – улыбнулась Тильда. – Но надо отдыхать. Целитель должен приехать к вечеру. Посмотрит, как идет процесс выздоровления.

– Награди его от меня, хорошо?

– Обязательно, – кивнула королева. – Он действительно талантливый целитель.

– Таланта мало. Главное, что он не служит моим врагам, – меланхолично заметил король. – Прикажи принести мне корреспонденцию.

– Не переутомляйся, – напомнила Тильда, удивляясь, откуда Фран берет силы заниматься всем этим.

– Почитаешь мне сама. – Король едва заметно пожал плечами. – Может, там есть что-то интересное? Или важное.

– Тебе бы уже доложили.

– В моей ситуации нельзя быть в этом уверенным. Да и в эти дни я мало кого принимал, если не сказать – и вовсе никого. А там могут быть донесения с границы или отчеты тайной службы… Правда, они бы сами доложили, если бы вдруг выяснили, кто на меня покушался. От тайной службы толка нет.

– Я пошлю за письмами.

Тильда смирилась, что Ференц настроен только на работу. Он все еще был бледен и едва мог подняться, чтобы дойти до уборной или умыться, и даже пара шагов выматывала его, но Фран думал о Лиммере и только о нем. Интересно, насколько глупо ревновать короля к его стране? Тильда усмехнулась.

Она послала за секретарем, приказала тому принести письма и с довольно увесистой пачкой вернулась к Ференцу, а секретарь остался ждать под дверью на случай, если придется срочно записать королевское повеление.

Фран протянул руку, забрал письма и разложил их перед собой на одеяле. Нахмурился, изучив адреса.

– Вот письмо от твоего отца, – показал пухлый конверт. – Читай!

Тильда сняла печать и увидела знакомый почерк. Батюшка писал лично! Хотя обычно поручал корреспонденцию секретарю.

– Ваше величество Ференц Лиммерский, наш дражайший зять, – прочитала она. – Мы получили весточку от вас и рады узнать, что у вас все благополучно. Только хотелось бы уточнить, почему в письме вашем ничего не сказано о пожаре во дворце, едва не унесшем жизнь нашей дочери Тильды? Мы, как родители, хотели бы узнавать о подобном не от посторонних источников, а лично от вас, супруга моей дочери и нашего родича.

– А шпионы не дремлют! – перебил Тильду муж. – Уже нажаловались твоему папеньке.

– Шпионы? – Она подняла голову от письма.

– А кто же еще мог ему доложить? Или они, или мои враги. А может, это одни и те же люди? Как считаешь?

– Возможно… Читать дальше?

– Да, пожалуйста.

– По вопросу же увеличения наших войск на границах Илонда считаем нужным сообщить, что это вынужденная мера в ответ на увеличение их численности с вашей стороны…

– Врет и не краснеет, – фыркнул Фран.

– Надеюсь, данное недоразумение будет решено к нашему общему согласию.

Дальше Тильда прочитала обычные в таких случаях вопросы о здоровье и самочувствии, благополучии членов королевской семьи. Затем отложила письмо.

– И все-таки, отец очень быстро узнал о пожаре, – задумчиво произнесла она.

– Сложно не согласиться, – кивнул Ференц. – Вот только Донтон не нашел никого, кто мог бы шпионить на Илонд, а Арт знает толк в шпионах.

Тильда покосилась на супруга. К чему он упомянул Артура? Намекает на ее чувства к нему? Вот только чувств уже не осталось. Тильда поняла, что любила образ, а не человека, и настоящий Арт не имеет ничего общего с Лейраном, которого она знала в Илонде. Этот человек гораздо более строгий и серьезный, внушавший глубокое уважение, но… любовь рассеялась. И Тильда осталась с пустым сердцем и раскрытыми глазами, заметив то, на что ранее не обращала внимания.

– Дальше отчеты… – проговорила она.

– Читай.

И она читала. Фран прослушал еще три письма, а затем сказал:

– Я устал, продолжим после.

– Тебе сейчас следует отдыхать, а не работать, – снова напомнила Тильда.

– Расскажи об этом моим врагам.

Она украдкой вздохнула. За полгода она так и не поняла, насколько много врагов у ее мужа. Сейчас же хотелось помочь ему хоть чем-то, но чем? Она всего лишь девчонка, которая, как оказалось, мало что знает о реальной жизни. А вокруг слетелись вороны, готовые заклевать…

– Я тебя расстроил? – сразу уловил Фран. – Не бери в голову, во мне говорит болезнь, я становлюсь излишне желчным.

– Нет, дело не в тебе, – ответила Тильда. – Скорее, во мне самой. У меня такое чувство, что полгода я спала, и вдруг проснулась.

– Видимо, это был не самый приятный сон, – хмыкнул король.

– Скорее, я почти его не помню, – улыбнулась королева. – А теперь наступило пробуждение, и оказалось, что реальный мир совсем не такой, как виделся во сне.

– Знакомое ощущение. Меня оно преследовало после начала войны. Будто я долгое время не видел истины, а потом проснулся, и мой мир был в огне.

– Страшное пробуждение.

– Отрезвляющее, я бы сказал.

Фран на мгновение закрыл глаза, затем снова открыл.

– Тебе тоже стоит отдохнуть, – произнес он. – Ты слишком много времени проводишь у моей постели.

– Я твоя жена.

– Жены проводят время в постели, а не около нее.

Щеки Тильды вспыхнули, а Ференц вдруг рассмеялся, как мальчишка.

– Тебе бы все шутить! – воскликнула Тильда.

– А что еще мне остается? Уж не плакать ведь? Я жив, ты жива. Жизнь продолжается.

– Мне бы твое мужество.

– Тебе хватает и своего.

Тильда только покачала головой. Нет, своего не хватало. Особенно сейчас, когда придуманный ею мирок дал трещины. И рядом оказалось не чудовище, а живой человек. А те, кто казались людьми, наоборот, чудовища. От понимания этого было страшно.

– Не бери в голову, правда, – сразу заметил Фран. – Это всего лишь… покушение. Бывает. Я даже привык.

– А я никогда не привыкну. Неужели нельзя найти тех, кто за этим стоит? Фран…

– Мы ищем, – ответил он. – Но, видимо, плохо. Может, если повесить кого-нибудь из «искателей» на главной площади, дело пойдет быстрее, а?

– Я не знаю.

– Вот и я не знаю, Тильда. Слишком устал, правда. Иногда кажется, да гори оно все огнем. А потом вспоминаю, что простые люди ни в чем не виноваты, и приходится идти дальше. Впрочем, всегда есть вариант оставить престол Алексу. Но не хочу потом наблюдать, как он разрушить Лиммер.

– А ты уверен, что он разрушит?

Тильда даже себе самой боялась признаться, что с радостью скрылась бы из дворца вместе с Ференцом, позабыв о королевском долге. Только муж прав, это невозможно. И им надо бороться, ведь если они проиграют, цена за это будет слишком высока.

– Думаю, нам стоит вернуться в столицу, – сказал вдруг Фран. – Часть дворца уже отремонтирована, остальные повреждения также будут убраны довольно быстро.

– Но почему? Ты же говорил, мы останемся здесь на все лето!

– Потому, что пока я здесь, некоторые считают: вдали от королевских глаз можно расслабиться и ничего не делать. Например, моя тайная служба. Если вся эта история закончится благополучно, отдам это место Донтону, от него точно будет толк. А пока распорядись, чтобы на завтра все готовились к отъезду.

– Ты еще нездоров!

– И что с того? Лежать я могу и в карете. Так что не перечь мужу.

Тильда покачала головой и поднялась на ноги. Действительно, любые споры с Ференцом бесполезны, и раз он решил ехать, стоит примириться с его решением.

Поместье тут же пришло в движение, как большой улей. Захлопали двери, засуетились слуги. Тильда же вышла в сад. Франу тоже нужно отдохнуть от ее присутствия, а ей… Ей необходим был глоток свежего воздуха. И она сидела на скамье, отослав фрейлин прогуляться. Пахли розы. Солнце сияло так ослепительно, что, казалось, вот-вот растопит все вокруг. Но мысленно Тильда все равно была рядом с мужем. Она спрашивала себя, как быть дальше. Да, между ними было много недопонимания, но теперь все превратилось в дым. И Тильда с удивлением для себя понимала, насколько Ференц стал для нее дорог. И очень хотелось ему помочь. Но как, если он не позволяет? Как, если ее мир и его никак не срастутся воедино? Тильда не знала.

Она поднялась на ноги и пошла вдоль аллеи. Монтери… Они надеялись здесь отдохнуть, но получили лишь очередную боль. Может, и правильно, что Фран стремится в столицу. Там все проще, как-то понятнее. Нужные люди у него под рукой, а здесь… Здесь пока все напоминает о пережитом кошмаре.

– Ваше высочество.

На дорожке перед ней вдруг появился мужчина. Он будто вышел из тени, потому что королева готова была поклясться: мгновение назад рядом никого не было.

– Кто вы? Что вам нужно? – резко спросила она.

– Я пришел предупредить… Ваш отец намерен требовать у Лиммера разрыва вашего брака. Он знает, что между вами и его величеством ничего нет. Либо эта проблема решится, либо будет война. А я не хочу войны, ваше высочество.

– Но кто вы? – растерянно повторила она.

– Вам лучше не знать.

И человек зашагал прочь, а потом и вовсе растворился, словно и не было. Решить эту проблему? Да, несомненно. Тильда стиснула кулачки. Пусть не сегодня, когда все шумит и бурлит, да и Фран слишком слаб. Но там, во дворце… Этот вопрос необходимо закрыть раз и навсегда. Может, этот человек и солгал, но смысл? А ведь отец может настоять на магическом осмотре, и капля ее крови подскажет магу, была ли у нее близость с мужем. Даже целитель не понадобится. Сколько времени нужно отцу, чтобы потребовать подтверждения? С границы до столицы ехать достаточно долго, но… Кто даст гарантии, что уже сейчас никто не едет в королевский дворец? Некому.

Предупредить Ференца? Обязательно, но после того, как все случится. Тильда не хотела, чтобы ее муж думал, будто причина таких перемен в ней – лишь возможный визит посланника от отца. Пусть считает, что она все решила сама. Впрочем, так и есть. Это ее решение, и ничье больше. А сейчас… Сейчас их ждет дорога. И Тильда была даже немного рада тому, что они возвращаются во дворец. Почему-то там она привыкла чувствовать себя дома.