ГЛАВА 30

Своего нового ареста Алекс никак не ожидал. Понимал, реакция Ференца на арест Донтона последует, но не думал, что она затронет его самого. Фран вспылил. Можно даже сказать, оступился, и в результате Александр оказался в тюрьме. Только здесь не дворец, и несмотря на то что отнеслись к нему со всем уважением, задерживаться тут его высочество не собирался. Он выждал, пока закроются все двери, и его точно никто не побеспокоит, а затем громко позвал:

– Ворон!

И вдруг понял, что магией в этом месте и не пахнет. Алекс призвал собственную силу и осознал, что не создаст даже маленького пульсара. Прошелся по камере, присел в удобное кресло. Сердце застучало где-то в жилке на шее. Страх. Давно Александр не ощущал страха. Беспомощность, вот что его пугало. Алекс настолько привык держать все ниточки в своих руках, что, оказавшись без них, запаниковал.

Затем сел, задумался. А зачем, собственно, паника? Их контракт с Вороном нерушим. И пусть темный маг старается встретиться с его высочеством, это в его же интересах. А может, хватит ума на большее? Алекс ведь никак не может быть замешан в восстании, сидя в тюрьме из-за самодурства брата. Удобно. Главное, чтобы окружающие решились действовать без его отмашки.

Успокоенный этими мыслями, принц прошел к достаточно широкой кровати, снял камзол и лег. Ну, Ференц! Все-таки выделился, подлец! То отпускает, то вдруг арестовывает снова. Неймется ему! Ничего, скоро эпоха короля Лиммера закончится. И у страны будет другой король.

Успокоенный этими мыслями, Алекс закрыл глаза. Он спал некрепко. Можно даже сказать, дремал – крепкий сон был для него редкостью. Поэтому, когда несколько часов спустя лязгнули дверные засовы, тут же проснулся, однако даже не пошевелился. Посмотрим, рискнет ли охрана разбудить его для допроса. Впрочем, в камеру вошел не охранник.

– Ваше высочество, – окликнул его знакомый голос, и Алекс открыл глаза.

Ворон! Причем, не один, а с сопровождением. Вместе с ним в камеру ввалилось огромное количество людей, и в большом в общем-то помещении мигом стало тесно. Принц едва не протер глаза, не слишком доверяя увиденному.

– Наш принц! – обратился к нему тей Барринз, один из самых продажных типов в этом городе. – О, нет. Наш король!

– Фран скончался? – с надеждой спросил Александр.

– Нет, но он бежал из дворца. Мы его ищем и обязательно найдем, а пока что… вот.

И Барринз протянул Алексу невесть откуда взявшуюся корону. Хотя, если дворец захвачен, что им стоило наведаться в сокровищницу? Небось, и свои карманы набили королевским имуществом. Хотя, имущества того не так уж много после войны.

– Нет, я не смею… – пробормотал принц, хотя руки уже готовы были протянуться к короне.

– Прошу, ваше высочество! Только вы достойны править Лиммером. Верные люди уже ждут вас снаружи.

– Я… благодарен.

Алекс наклонил голову, будто скрывая набежавшие на глаза слезы, а на самом деле стараясь скрыть хищный блеск и рвущуюся улыбку, а затем позволил надеть на него корону. Ворон молодец, все сделал правильно. Именно сейчас – лучшее время для свержения Ференца.

– Прошу.

Ворон указал ему на дверь камеры, и Алекс направился в коридор. Его провожатый указал путь прочь из тюрьмы, а вокруг действительно столпились люди, и при появлении Александра все они разразились приветственными криками. Принц отмечал, кто именно пришел его встретить. Этих людей следует выделить, раз они рискнули всем и навестили его даже в тюрьме. И кто не пришел, Алекс тоже хорошо запомнил. Хотя, они могли остаться во дворце, но в этом можно будет разобраться и потом.

– Ваше высочество! – Люди приветствовали его.

– Вы не представляете, как для меня важна ваша поддержка, – обратился к ним Александр. – У меня не хватает слов, чтобы выразить свою признательность. Благодарю! Если бы не вы…

И смахнул слезы радости. Ворон следовал за ним черной тенью, убеждаясь, что никто не укоротит век его хозяину. Что же… Вот власть Франа и пала, но нужно обязательно найти его самого, иначе рано или поздно его величество испортит Алексу игру.

– Прошу, – Барринз указал на подготовленный экипаж, и будущего короля со всеми почестями повезли ко дворцу. Александру хотелось, чтобы его приветствовал народ, но на улицах было не так много людей. А это уже просчет Ворона. Всесторонняя поддержка нового монарха должна быть видна сразу и ни у кого не вызывать сомнений. И все-таки сейчас Алекс был согласен закрыть глаза на недочеты. Главное, что власть наконец-то в его руках.

Экипаж подъехал к дворцу, у которого уже выстроились стражники – те, кто примкнул к принцу Александру. Принц вышел и милостиво поприветствовал их, краем глаза отмечая, что из всей охраны Ференца здесь только Аверс. Интересно, что с остальными? Живы ли? Или же погибли, защищая того, кого не стоило? А вокруг ликовали люди. Кричали, приветствовали его. Алекс смущался, опускал глаза – конечно, для видимости. Уж до коронации он потерпит, а потом будет поздно сокрушаться, что под маской оказался совсем не тот, кого все ждали и желали видеть.

– Когда прикажете провести коронацию, ваше величество? – обратился к нему Барринз. А его рейтинг растет!

– Зачем оттягивать? – ответил Алекс. – Лиммеру нужна твердая рука, поэтому прямо сегодня. Но уж постарайтесь найти моего брата. Не хотелось бы неприятных неожиданностей.

– Их не будет, – заверил тот.

– И у меня тоже есть вопросы, – намекнул Ворон, и Александр кивнул. Но с его рабом стоит говорить только с глазу на глаз. Слишком уж много между ними тем, которые запретны для чужих ушей.

А пока что были приветствия и снова приветствия. Алекс распорядился назначить коронацию на полдень и готовить тронный зал – к счастью, от недавнего пожара он не пострадал.

– А где Тильда? – поинтересовался он мимоходом.

– Бежала вместе с мужем, – ответил Ворон.

Глупо… И недальновидно, учитывая, что невестка не пылала к супругу большой любовью. Зачем тогда пускаться с ним в бега? Учитывая, что теперь их не будет преследовать только ленивый. Уже вечером Алекс собирался назначить награду за голову брата. Впрочем, он бы предпочел видеть Ференца живым. Вариант с милосердной ссылкой не казался ему таким уж плохим.

– Александр!

А это матушка… Алекс обернулся с улыбкой. Его главная сторонница спешила к нему – бледная, взволнованная. Она сжала его руки, окинула взглядом с головы до ног, будто стараясь найти повреждения, убедилась, что сын невредим, и наконец-то улыбнулась в ответ.

– Я так беспокоилась! – проговорила она.

– Не стоило, матушка. – Принц нежно коснулся губами ее пальцев. – Как видите, со мной все в порядке.

– И я этом безмерно рада. Когда Ференц тебя арестовал, я думала, не выдержу и выцарапаю ему глаза!

– Жестоко с вашей стороны.

– Но справедливо! Когда состоится коронация?

– В полдень. А пока мне нужно привести себя в порядок.

– Конечно, дорогой, – закивала Изабелла. – Пойду готовить платье. О, Лима! Неужели ты услышала мои молитвы?

И королева отправилась готовиться к празднику, а Алекс прошел в свои комнаты и попросил оставить его ненадолго в одиночестве, чтобы разложить по полочкам все, что творилось у него в голове. Он тщательно закрыл за собой дверь, чтобы уже минуту спустя по теням за ним последовал Ворон. Принц окинул помощника довольным взглядом и сел в кресло.

– Хорошая работа, – сказал он. – Достойная. А главное, сделанная вовремя. Только я хочу знать одно: почему Фран жив и свободен?

– Наши люди не справились с ним, – ответил Ворон. – И у Ференца была хорошая охрана.

– Охрана? Ты смеешься надо мной? Они же давно были куплены!

– Кроме нового начальника и тех, кого он привел за собой, а это большинство.

– Они живы? – поинтересовался Алекс.

– Да, ранены, но живы, – бесстрастно ответил Ворон.

– Отлично! Значит, будет, на кого выманивать одного трусливого короля. Пригляди, чтобы они и оставались живыми. Сегодня я буду занят, завтра первые указы… А послезавтра казним. Точнее, предложим Ференцу явиться, чтобы мы сохранили им жизнь.

Ворон поморщился. Редкий случай, обычно он безукоризненно держал лицо.

– Что-то не так? – осведомился Алекс.

– Все так, ваше высочество, – ответил тот.

– Да ладно, можешь называть меня «ваше величество». Еще несколько часов, и у Лиммера будет новый король. На коронации будешь обеспечивать мою безопасность, а потом отправляйся искать Ференца. Может, и не понадобится его выманивать.

– Как думаете, где он может быть?

Алекс пожал плечами.

– Если бы Донтон был на свободе, Фран вполне мог бы найтись у него, – ответил он. – Но Арт в тюрьме, значит, идти ему некуда. Где-то в городе. Там, где его внешность не привлечет внимание. Кабаки, постоялые дворцы. Причем, брат с женой, так что становится вдвое приметнее. Прояви старание, Ворон, и я подумаю над смягчением условий нашего договора.

Маг отвел взгляд. Видимо, не верил, что Алекс способен дать ему больше свободы. Сам принц тоже не был уверен в этом, и все же… За хорошую службу надо вознаграждать.

– Хотя, ступай, – сказал он. – Если вдруг возникнет угроза, ты почувствуешь. Ищи Ференца. Чем быстрее ты его найдешь, тем лучше для всех.

– Ваше величество, могу я спросить, что вы собираетесь сделать в первую очередь после коронации? – задал вопрос Ворон. – Все ждут, что вы объявите войну Илонду.

– Нет, этого не будет, – ответил Александр. – Те, кто поддерживает идею войны, не видят главного: Лиммер ослаблен длительным противостоянием так же, как и Илонд. Сейчас мы не победим. Возможно, потом… Да и с тестем Ференца у меня не самые плохие взаимоотношения. Не стоит сейчас их портить. Я начну с того, что прорежу двор. Это Фран терпел косые взгляды придворных, а я не стану. Всех неблагонадежных – в ссылку, рьяных – казнить. И в Лиммере воцарится покой и порядок.

– Я понял вас, ваше величество, – ответил Ворон, поклонился и покинул комнату, а Алекс тихо рассмеялся. Он давно знал, как будет править Лиммером. Вот только большинству это не понравится.

***

Ворон вышел из дворца и направился прочь от придворного шума и подготовки к коронации. Хорошо, что ему не придется присутствовать при этом фарсе. Короновать одного короля, когда существует другой? Что это, как не фальшивка? Да, Ворон не был сторонником Ференца, но Алекс… Худшего варианта для Лиммера придумать сложно, и Верн не желал быть причастным к тому, что задумал принц Александр. Он не сомневался: Алекс утопит страну в крови недовольных, и начнет с собственного брата. В этом была его гнилая суть, червоточина.

Верн ускорил шаг. Погода портилась. Небо заволокли тучи, начал накрапывать серый дождь. Ворон поморщился, поправил плащ, закрываясь от непогоды. Он не знал, как быть. Да, как и приказал Алекс, сделал все, чтобы посадить того на трон, но… Но не желал, чтобы Александр становился королем, и будь воля Ворона, одним принцем в Лиммере стало бы меньше.

Он остановился, снял капюшон и подставил бледное лицо каплям дождя. Надо было что-то решать. И дальше жить, повинуясь воле безумного кукловода, Верн не желал. Лучше смерть, чем такая жизнь. И чем старше он становился, тем яснее это понимал. Сам страх перед смертью постепенно отступил, оставив лишь легкую тревогу: а что там, за чертой? Его называли демоном. Может, его ждет занятное посмертие?

Верн с горечью усмехнулся. Если что-то решать, то прямо сейчас. Должна быть сила в противовес Алексу, и одного Ференца мало. На стороне его брата слишком многие. Но если…

Ворон свернул в узкий проулок. По пути он думал о кратком миге, когда Алекса заточили в магическую тюрьму. В эту минуту их связь истончилась. Верну даже показалось, что прервалась вовсе, и он свободен. Может, если заточить Александра в подобный магический мешок, Ворон сможет жить? Или хотя бы убить того, кто превратил его судьбу в непроходящий кошмар.

Раньше ему казалось, что со всем можно смириться. Нет, нельзя. Это Верн понял предельно ясно. Если бы его приемные родители узнали, как он жил эти годы, то умерли бы от горя во второй раз. И пора было положить конец этому прозябанию, поэтому вместо того, чтобы искать короля Ференца, Ворон свернул на узкую неприметную улочку. Он не сказал Алексу главного – что и так знает, где находится Фран. У Нэтти. И лишь один человек мог защитить сестру и помочь его величеству отыграть партию. Артур Донтон.

Вскоре впереди появилось невысокое здание. Оно уходило вниз, под землю, пряча десятки камер, в которых томились особо опасные преступники. А чаще просто политические заключенные. Да, в таких местах не действовала магия, но защитные контуры стояли именно на камерах. Те же охранники должны иметь возможность использовать свою силу, не так ли? А до камеры можно добраться и по теням.

Ворон дождался, пока начнется смена караульных. Открылись двери, чтобы пропустить сменщиков, и он через тень скользнул следом за ними. Охранники, игравшие в карты, не заметили, как исчезла с крючка связка ключей. А дальше дело оставалось за малым – отыскать камеру Донтона. Накануне Верн узнал, куда именно его поместили, поэтому бесшумно прокрался по коридорам к нужной двери, отпер ее и позвал:

– Тей Донтон.

Артур поднялся с узкой койки – спокойный, сосредоточенный.

– Верн? – удивился он.

– Редко меня так называют, – усмехнулся маг. – Следуйте за мной, тей Донтон. Только тихо.

– Зачем? – недоверчиво уточнил Арт.

– Я организовываю ваш побег.