ГЛАВА 32

Ференц, в отличие от Арта, быстро принял окружающую действительность. В глубине души он давно был готов и к мятежу, и к свержению. Надеялся только, что у него еще есть время, а времени не оказалось вовсе. И теперь они с Тильдой сидели в скрипящей повозке хозяина трактира. Жена опустила голову ему на плечо и легонько сжимала его руку. Сам Фран разглядывал бурлящую столицу. Город выглядел неспокойно. Людей на улицах стало меньше, будто они выжидали, что же будет дальше. А на этот вопрос сейчас никто не смог бы ответить, даже новый король.

Александр… Все-таки подозрения Ференца подтвердились, и за происходящим стоял именно он. Его брат, его враг. Теперь между ними пропасть, и в результате последнего боя в живых останется только один. А как иначе? Алекс жаждет власти, Фран – покоя для страны. Слишком разные у них интересы. Если бы не Ворон, возможно, у Александра ничего бы не получилось, но маг был вынужден подчиняться.А еще он задал Франу загадку. Есть ли способ ограничить магию Алекса во время боя? Может, какой-то амулет или заклинание. Надо порыться в библиотеке академии. Если, конечно, они туда доберутся и их там примут. А в этом Фран не был уверен.

Когда впереди показались городские ворота, Ференц напрягся. Его вполне могли узнать вопреки шляпе, прикрывавшей лицо, будто бы от солнца, и невзрачной одежде. Но стражники были ему незнакомы, и оставалось гадать, насколько хорошо они знают в лицо своего короля.

– Куда путь держите? – спросил начальник стражи у Марка.

– К родственникам в Минникс, – ответил он. – В столице сейчас неспокойно, лучше провести время с семьей.

– И то верно, – легко согласился его собеседник. – Да у вас большая семья, я погляжу.

– А, это соседи, нам по пути, решил подвезти.

– Тогда у вас много соседей.

– Этого добра хватает!

– Проезжайте. А то мало ли, вдруг прикажут перекрыть пути. Не успеете выскочить.

– Спасибо, уважаемый, – ответил Марк и снова тронул поводья.

Ворота остались за спиной, и Фран понял, что едва дышал все это время. Он сидел неподвижно еще несколько минут прежде, чем позволил себе закрыть лицо руками и глубоко вздохнуть.

– Все в порядке? – встрепенулась Тильда. – Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо, – ответил Ференц. – Не тревожься.

Она так посмотрела на него, что сразу стало понятно: не тревожиться Тильда не сможет. Она с ночи почти все время молчала, только смотрела на него так, будто он собирается мгновенно отправиться на тот свет. И все же от ее слов душа Ференца пела вопреки ужасу ситуации. Тильда сказала, что любит его. Может, под влиянием момента, но все же… Любит! И ради этого он готов был продолжать свой бесконечный бой.

А повозка мирно катилась дальше. Фран понимал, что проще покинуть город, чем потом в него вернуться, и все же он один не боец. Ворон прав, нужно обезглавить мятежников, чтобы им не за кого было сражаться. Уничтожь Алекса, и его приспешники пойдут на попятную. Алекс просто сумел каким-то немыслимым образом объединить этих людей, заставить их плясать под его дудку. Но как? Как добраться до брата теперь, когда вся полнота власти в его руках? Оставалось надеяться, что Ворон проведет их по теням. Однако и Ворон не сможет противостоять Алексу, и что тогда? Как победить в заведомо проигрышной битве? И при этом Ференц не допускал даже мысли о побеге. Короли не уносят ноги. Они остаются и сражаются за свою страну до конца.

Мимо тянулись зеленые луга. Фран опустил голову на плечо Тильды и закрыл глаза. И, видимо, уснул. Да, лекарь залечил его рану, и даже успел заглянуть поутру, чтобы убедиться, что пациент жив и практически здоров, однако такая ускоренная регенерация требовала от организма много сил, поэтому хотелось спать. Фран сам не заметил, как уснул, а проснулся от легкого прикосновения к плечу.

– Вставай, мы приехали, – ласково сказала Тильда.

Действительно, чтобы добраться до академии, оставалось миновать широкую дорогу, ведущую с основного тракта к ее воротам. Они выбрались из повозки, поблагодарили Марка и, забрав скудные пожитки, направились к академии. И даже сейчас, в непростой ситуации, когда не знаешь, чего ждать, Ференц ощущал себя здесь дома. Это было место, где осталось его счастье.

К воротам академии первым подошел Артур, приказав остальным держаться за его спиной. Сейчас, в не учебное время, им ответили минут через пять – к воротам подошел мужчина в форме.

– Чем могу помочь? – спросил он.

– Нам необходимо увидеть ректора Холдена, – ответил Донтон. – По вопросам… поступления.

– Рановато вы, – хмыкнул тот.

– Скажите, что к нему тей Донтон. Он нас примет.

– Хорошо, скажу, – миролюбиво согласился собеседник и направился обратно к зданию академии.

Он отсутствовал около четверти часа, однако назад шел быстрым шагом – видимо, Холден дал соответствующие распоряжения.

– Прошу за мной, господа, – сказал тот. – Ректор вас ждет.

И ворота отворились, впуская их на территорию академии.

– Если вы не против, нашим дамам и… племяннику лучше подождать нас где-нибудь, – сказал Фран.

– Конечно, я провожу их в комнату отдыха. А вы…

– Мы знаем, где находится кабинет ректора, сами здесь учились, – сказал его величество и увлек Артура на знакомую лестницу.

Ступеньки мелькали под ногами. Дверь в кабинет ректора была широко открыта, и Холден стоял на пороге, ожидая гостей. Вот только никто ему не сказал, что к Артуру прилагается сопровождение.

– Фран? – выпалил Мик, затем тут же прикусил язык и склонил голову. – Ваше величество…

– Да ладно, – отмахнулся Ференц. – Отбросим церемонии. Тем более, с поста величества меня ненавязчиво подвинули. Побеседуем, ректор Холден?

И первым вошел в кабинет, пользуясь замешательством его нового владельца. Арт проследовал туда последним и прикрыл двери, а Фран уже занял место за столом.

– С ума сойти, – пробормотал Холден. – До нас дошли слухи о том, что случилось ночью, но мы подумать не могли, что это правда.

– Это правда, – произнес Ференц. – Алекс решил от меня избавиться, и ему едва это не удалось.

– Подожди, а Брайт, Мерроут… Они…

– В плену, – подтвердил Фран. – Если живы, но думаю, что да, потому что это хорошая приманка для меня. Александр собирается казнить их в ближайшие дни. Скорее всего, завтра.

– И что ты собираешься делать? – Холден запустил пальцы в волосы.

– Уж не сдаваться, это точно. Но я приехал сюда за помощью. Мне нужно уничтожить Алекса. Тогда восстание захлебнется само собой. Аристократию будет легче поставить на место, если лишить их главаря. А у меня нет для этого людей. Если ждать, пока с границы придут войска, погибнут преданные мне люди, а я не могу допустить повторения подобного! Поэтому мы здесь. И, надеюсь, на академию и ее преподавательский состав можно рассчитывать.

– Можно, – ответил Холден серьезно. – Мы не продажные шкуры, в отличие от столичной знати, и мы встанем на защиту Лиммера. Но объясни, как вообще такое возможно?

– У моего брата много талантов. Дурачить людей – один из них. Аристократия считает, что сможет вертеть Алексом, как пожелает, однако их ждет жестокое разочарование, готов поспорить. Александр не из тех людей, кто поддается чужому влиянию. И то, как он ловко всех дурачит, лишь подтверждение моих слов. Почему-то все считают, что он будет лучшим королем, чем я.

– Глупости, – фыркнул Мик. – Откуда им это знать? Лично до меня даже слухи об Алексе не доходили, не говоря уже о достоверных сведениях.

– У тебя хватает ума это признать, а у придворных – нет.

– И что ты собираешься делать?

Ференц не знал ответа на этот вопрос. Он постоянно думал, как быть дальше, и не находил решения. Казалось, что они окончательно в тупике, и ничто не поможет из него выбраться.

– Я собираюсь прийти на казнь и бросить Алексу вызов, – сказал он тихо. – Пусть дерется со мной один на один.

– Ты в своем уме? – тут же вмешался Донтон.

– А что ты предлагаешь? Этот тип, Ворон, сильнейший маг. Сколько магов нужно, чтобы скрутить его одного? При этом Алекс не так уж силен.

– Не стоит исключать, что мы ошибаемся, и он обрел мощь.

– С Алексом вообще нельзя быть в чем-то уверенным наверняка. – Ференц потер виски. – Одним словом, я предпочту разобраться с братом сам и не рисковать чужими жизнями. Но без помощи мне до него не добраться, да и в случае моей победы бунт не утихнет сам по себе. Поэтому у меня к тебе просьба, Мик. Собери всех, кто может выступить на моей стороне, в главном зале. Я хочу с ними пообщаться. И узнать, кто готов последовать за мной.

– Будет сделано, – кивнул Холден. – Вы пока отдохните. Охранник сказал, с вами девушки и ребенок.

– Да, моя жена и родные Арта, – ответил Фран, заметив, что Донтон довольно улыбнулся при словах о родных.

– Тогда вас проводят в общежитие. Через пару часов соберу всех.

– Договорились. Спасибо за помощь, Мик.

– Старые товарищи должны помогать друг другу. Как иначе? – ответил новый ректор. И тут Донтон оказался прав. Холден – лучшая кандидатура из всех возможных на этот пост. Оставалось надеяться, что он не пострадает в грядущей мясорубке.

А пока Мик позвал кого-то из подчиненных, и их проводили сначала к Тильде и Нэтти с Джеем, а потом в большую комнату в общежитии. Для гостей принесли чай с булочками, и Фран даже почувствовал, что жизнь налаживается. Если бы это действительно было так…

Они разместились на уютных диванчиках, перекусили. Тему ближайшего будущего никто не торопился поднимать, и все же предстояло это сделать.

– Ректор сейчас собирает преподавателей, – первым заговорил Ференц. – Будем решать, как пробираться в город и что делать с Алексом.

– Ты думаешь, горстки людей хватит, чтобы противостоять тем, кто его поддерживает? – спросила Тильда, пряча взгляд. Она устала, это было заметно. Ночью вела себя очень храбро, а сейчас, казалось, едва держалась на ногах.

– Мы должны попытаться, – ответил ей Ференц. – Я не позволю другим страдать за меня, хватит. Либо мы сейчас переломим ход мятежа, либо можно бежать, оставшись трусом. Меня это не устроит, Тиль. Я не трус и не брошу свою страну.

– Ференц прав, – вмешался Донтон. – Сейчас у нас есть шанс что-то изменить. Понятное дело, Алекс ждет брата и подготовит для нас теплую встречу. Но если мы сейчас отступим, назад уже не вернемся. Это будет бесконечное бегство. И, я согласен с Франом, трусость.

– Которую иногда назвают политикой, – печально улыбнулась его спутница. – И даже не знаю, что лучше. Там мой брат, и он будет сражаться на другой стороне.

– Кстати, о братьях… – вспомнил Фран. – Он упомянул, что если бы был способ ослабить их связь с Алексом и блокировать магию принца, печать бы тоже ослабла. Но как можно лишить Алекса магии?

– Возможно, какой-то артефакт, – предположил Артур.

– И где его взять? Среди нас нет магов, способных его создать, даже если преподаватели знают о чем-то подобном, либо упоминания есть в библиотеке.

– Вообще-то есть.

Фран удивленно взглянул на Донтона, а тот – на притихшего рыжеволосого мальчишку, сына капитана Серренса.

– Я мог бы создать артефакт, – подтвердил покрасневший мальчик. – Только не знаю, как именно, я же нигде не учился. Если найдете описание…

– А твои близкие полны сюрпризов, – заявил Ференц Донтону. – Хорошо, так и поступим. После общего сбора попробуем побеседовать с местными профессорами магии. Может, они и в создании помогут. Правда, сколько их тут? Двое, трое… Не знаю точно, но академия-то военная, у нас упор всегда был на другое.

– Во всяком случае, они могут что-то знать и объединить свои силы с Джеем, – заметил Арт. – Если мы лишим Александра магической поддержки Ворона, его будет гораздо легче достать. Более того, появится шанс сохранить жизнь брату Нэтти. Но тогда придется сохранить ее и Александру.

– Этого я гарантировать не могу. – Ференц качнул головой. – И сдерживаться в пылу боя тоже не буду. Я никогда не желал Алексу смерти, но есть ситуации, в которых каждый из нас просто бессилен. Боюсь, это одна из них.

Фран заметил, как отвела взгляд Нэтти. Она не просила пощадить ее родного человека, только надеялась, что каким-то чудом он уцелеет. И Фран готов был попробовать, но Алекс вряд ли даст ему шанс помочь Верну-Ворону. Он будет сражаться изо всех сил. И либо Фран победит, либо потеряет окончательно и корону, и жизнь.