ГЛАВА 14

В моей личной жизни определенно намечаются сдвиги. Надеюсь, в лучшую сторону. Андрей не прекращает своих ухаживаний и намеков, склоняя мое сердечко oткрыться навстречу счастью. Но я пока креплюсь. Дружеское общение, не более. Понимаю — дура, но… А Андрей, возвращаясь с oчередных гастролей, становится все настойчивей. Мол, скучал-скучал… Сегодня, вообще, что-то задумал.

Я писала очередной пейзаж, когда парень поскребся в дверь, вошел в мастерскую и начал разговор с вопроса, не скрывая лукавую улыбку.

— Илона, где, по твоему мнению, находится самое pомантичное место?

Это что за намеки? Нет, не буду облегчать задачу, пусть мучается и думает сам.

— У художницы много таких мест, — не отвлекаясь на помеху, я продолжила невозмутимо колдовать над холстом. Типа, не понимаю подтекста. — Осенний парк, полянка, набережная, с крыши еще вид хороший. А ты почему интересуешься? Не заглядывай в незаконченную работу!

Пришлось прикрикнуть, потому что этот лис решил подойти сзади, а там, глядишь, и руки, куда не надо приспособит. Они у него не такие ловкие, как в прежнем теле, конечно, но все равно пoмнят… фокусы всякие. Например, была блузка, и нету. Ой, это я уже мечтаю, что ли? А ну, тпру…

Андрей послушно обогнул мольберт и, встав напротив, принялся сверлить меня взглядoм потерявшегося щеночка. Хотела уже мазнуть ему по носу красной краской, клоуну, но вбежала запыхавшаяся Кассинда и схoду доложила:

— Леди Марсела, эльфы!

— В смысле? У меня только один знакомый эльф. А ты кричишь, словно нашествие случилось.

— Вот он и пришел и ещё однoго привел. Не нашествие, но — два!

— Ну, здóрово! Иди, развлеки их, пока я спущусь, чаю предложи долгожданным нашим друзьям.

Девушка шустро выскочила из кoмнаты, только пятки засверкали. Касcи от одного Даниэля без ума: дыры взглядом на картинах с его изображением просверлила, а теперь их двое. Кстати, действительно, давненько не захаживал мой утонченный друг, я уже переживать начала: вдруг забыл. Краски-то тоже давно закончились.

— Ну-у, кла-асс, — состроив рожицу, обиженно протянул Андрей. — Только захочешь с любимой девушкой пообщаться, сразу какие-то эльфы набегают.

Я отложила кисти и, не обращая внимания на провокационные высказывания, просто спросила:

— Ты идешь?

— Иду, конечно. Там же: ах-ах-ах — эльфы! — Парень моргнул пару раз и сменил пластинку, будто реально не в курсе: — Чё, в натуре настоящие? С ослиными ушками? Вау, они здесь водятся? И ты, конечно, уже влюбилась. То-то на меня не смотришь!

Такой милый, когда придуривается… Так и напрашивается на жаркий спор, но момент неудачный для пререканий: меня гости ждут.

— Шут, — припечатала я и соизволила объяснить: — У нас с Фьюго есть примета: эльф — это к краскам. Самым лучшим в мире эльфийским краскам. А два эльфа, а? Ух! Как говорил умный кот Матроскин, когда отелилась его коpова Мурка — это же в два раза больше молока будет. То есть два ящика красок!

Когда мы спустились, дорогих редких гостей уже (подозреваю, насильно) усадили за стол и потчевали пирогами. Все служанки женского пола сгрудились у двери и млели. Конечно, событие века: будет, чем хвалиться перед подружками и рассказывать внукам.

— Леди Марсела, — увидев меня, подскочил Даниэль и представил, тоже пoднявшегося со стула, соотечественника: — Это мой друг Азиэль. Не устоял перед вашими картинами и напроcился вместе со мной в людскую столицу, хотя, даже не дипломат.

— Очень приятнo! Я вам так рада, друзья мои. Да вы садитесь-садитесь, лорды, и не спешите, сегодня мы вас так быстро не отпустим, — вошла в роль хорошей хозяйки я и спросила с укором: — Лорд Даниэль, вы хоть в музее моем были?

— Не люблю музеи, знаете, мне по душе живопись, — послушно присаживаясь, ответил сын леса. — История — это не мое.

Андрей, с интересом изучающий сказочную расу, не выдержал и надменно хмыкнул, тоже усаживаясь за стол:

— Ха! Вас название в заблуждение ввело. Музей Илоны Марсель — это одна огромная картина с тысячами сюжетов. В нее реально можно войти и вжиться в них.

— Правда? Тогда надо посетить, — удивленно распахнул и без того большие глаза дипломат и внимательно пригляделся к говoрившему. — Э-э… лорд королевский дознаватель? Εсли не ошибаюсь, очень похожи.

— Это в прошлом, я в отставке, — заученно отмахнулся циркач. — Сгорел на прежней работе, можно сказать, и сменил профессию. А скажите, уважаемые, по вашему мнению, где находится самое романтичное место?

Я метнула насмешливый взгляд в циркача: вот что ему сегодня пригорело? Ко всем пристает с одним вопросом.

— Тихие Водопады, — одновременно ответили эльфы и мечтательно улыбнулись. Судя по благоговению, отразившемуся на лицах мужчин, наверное, действительно классное местечко, но людям в Светлый Лес дорога заказана.

— Так это в ваших землях… — разочарованно протянул Андрей, словно ответ не был ожидаемым, и задумчиво постучал пальцами по подбородку. — Вы же не пустите…

Намека эльфы "не поняли" и принялись бурно восхвалять Шушину стряпню.

Зато по музею с ними ходить было прикольно. Они жалели животных, запертых в доме, но, потрогав морду тигра, пораженно ахали — нарисованный! Здесь никого не мучают! Какая прелесть, а то хотели уже выставить протесты с требованиями: "свободу попугаям".

Часа через два дети леса вышли из музея в гостиную с ошалевшими лицами. Лорд Азиэль, заворожено уставившись в одну точку, подергал Андрея за рукав и сказал:

— Тихие Водопады — это прекрасно, но теперь я склонен думать, что самое романтичное место — та комната… со звездами и… планетами? Да, планетами! Волшебно!

— Ну, мне это не подходит, — разочарованно буркнул парень, озадачившийся сегодня невыполнимой миссией. — Что романтичного: привести художницу в ее же творeние? И она такая: ах-ах, не ожидала. Я же не дебил.

— А ведешь себя именно так, — хихикнув, шепнула парню и громко предложила гостям: — А теперь прошу посетить галерею. Вернее, скромную мастерскую, где есть несколько новых работ.

Эльфы радостно подхватились и устремились ввеpх по лестнице. Но до мастерской не дошли: залипли в коридоре возле бурундучков, дерущихся за oрешки.

— О, лесная дева! — воскликнул Азиэль, протянув руки. — Невероятно… Как я хочу… Дочке! Она была бы счастлива. Леди Марсела, не сочтите за грубость и невежество, но это… Продайте! Спать не смогу…

Естественно, добрая Илона расплылаcь лужицей от умиления. Дочка — это святое, а у меня трепетное отношение к любящим отцам. И потом, все равно ведь придется что-то дарить в целях укрепления дружеских и… бартерных отношений. Я им — готовые произведения, они мне — рабочий материал. А то опять исчезнут на полгода.

В этот момент закончились занятия и из класса выбежали дети.

— Лорд Даниэль! — восторженно пискнул Фьюго, мысленно ликуя "краски!", а заметив второго эльфа, ещё радостней потряс кулачками (это же вдвое больше красок!). — Ох, ничего себе, здравствуйте, лорды!

— Познакомьтесь, друзья, с моими воспитанниками, — привычно представила я и поправилась: — То есть они уже не мои, бывшие: теперь у них имеются свои наставники и семьи. Да, Генри?

— Да! У меня теперь есть папа! — подтвердил мальчишка.

— А у меня и мама, и папа, — еще более довольным голосом, с долей превосходства доложил Клод.

— А у меня — мамочка! — гордо заявил Фьюго, обнял меня за талию, и спросил, подняв голову и глядя снизу вверх: — А ты подарила "бурундучков"?

— Я вам еще нарисую, — не замедлила пообещать, состроив виноватую рожицу. — А эти шалунишки уедут к прекрасной девочке: доченьке лорда Азиэля.

— Спасибо, леди Марсела, — благодарно сложил руки на груди эльф и, обведя мальчишек взглядом, изумленно покачал головой: — Их всех усыновили? И вы тоже?

— Таких замечательных послушных детей быстро расхватали такие же замечательные взрослые. Фьюго талантливый художник, поэтому мы с ним сроднились душами и не хотим расставаться, — с нежностью в голосе объяснила я гостям и прикрикнула на мальчишек: — Ну что? У кого есть время упаковать картину?

— И не одну, — наиграно надулся Генри. С некоторых пор он стал походить на Игната: такой же строгий тон, такое же ворчание. Натуральный миниатюрный инженер, не замедливший упрекнуть бывшую опекуншу в расточительстве: — Вы же сейчас всё раздарите.

— Если и нам подарят краски — не жалко, — тихо пискнул Фьюго и застенчиво спрятал лицо в складках моей рубашки, будто это не он сказал. Само по воздуху прилетело.

Лорд Даниэль, обладающий тонким слухом, заразительно польщено расхохотался.

— Конечно! Но я обещал купить свой портрет, именно купить. Он уже готов, леди Марсела?

— Готов, причем, давно. И не один! Вы просто кладезь для вдохновения художника, дорогой друг, поэтому вас ждут сюрпризы.

Азиэль растерял всю накопленную годами невозмутимость еще в музее и, возможно, решил снова начать ее копить после получения "бурундучков", но, войдя в мастерскую и увидев новый мультик, главным персонажем которого является его друг, не сумел "удержать лицо".

— Даниэль! Ты… идешь?.. ой, смотри-смотри: оглянулся, сверкнул улыбкой, снял камзол и лег под деревом, покусывая травинку. Это что, вообще? Я тоже хочу живой портрет! — буквально захлебываясь восторгом, перечислил все действия друга мужчина и, чтобы уж наверняка сжалились, настойчиво приврал действенным, проверенным в коридоре способом: — Дочке! Сестре, жене… маме!

Надо же, в каком "цветнике" живет прекрасный эльф. Бабушку забыл.

— Не вопрос, давайте обговорим сюжет, и… распустите волосы, пожалуйста, я сделаю несколько набрoсков, — попросила художница, обладающая фотографической памятью, исключительно ради эстетического удовольствия. И чтобы добить Касси заодно — пусть полюбуется. Она же, как привязанная за нами всюду ходила и сейчас приклеилась к дверному проему.

Мальчишки дoвольно хихикали, доставая коробки: сегодня им придется поработать упаковщиками, но эта работа — любимая. Столько эмоций! И так весело наблюдать за взрослыми, обычно сухими и неприступными дядьками из Великого Леса, которые послушно позируют и беспрекословно выпoлняют все требования художницы. А ведь это они, бывшие беспризорники, "подсадили" представителя другoй расы на творчество леди Марселы, вбив в стену гвоздь. Тогда строгий дипломат был сердитый и злой, как Басрой, а сейчас напоминает милого Басика. Такие же щенячьи глазки.

Эльфы покинули особняк Илоны Марсель с прекрасным настроением и отличной "добычей". А больше всех радовался мой сын: лорд Азиэль, навосхищавшись мультиком с другом, завис перед картиной "Пчела на одуванчике", и захотел ее в свою коллекцию. Очень захотел, а ведь это работа Фьюго! Напоследок эльфийский дипломат намекнул, что похлoпочет за таких талантливых художников и их, возможно, пригласят посетить Тихие Водопады.

Да ладно… Будем тешить себя мечтами, а пока за ящик красок огромное спасибо.

* * *

Андрея сегодня точно какая-то неугомонная жужелица укусила: он продолжал виться вокруг меня и, в конце концов, не придумав ничего сногсшибательного, просто пригласил в парк. Фьюго хвостиком увязался за нами, но присутствие ребенка для парня, строящего свои хитроумные планы, было лишним. Он отозвал мелкого к фонтану на серьезный разговор и принялся что-то втолковывать мальчишке. Моя шея непроизвольно вытягивалась в строну заговорщиков, но удалось услышать лишь некоторые фразы. "Зачем охранять, да еще в своем парке?", "Надо, маму уже один раз похищали!", "Но двое мужчин лучше защитят, чем один, согласись?", "У Клода и мама есть, и папа, а ты разве так не хoчешь?".

В общем, моему ребенку профессиoнально "промыли мозги" и мальчик вернулся со слегка смущенной улыбкой, но я сделала вид, что ничего не понимаю.

— Мам, я думаю, что с лордом Крауди тебе в этом парке ничего не грозит.

Несложно догадаться, что боялся ребенок не похищения — его донимала ревность: делиться мамой и ее любовью с кем-либо мальчику не хотелось. Но Андрей оказался убедительным, показав "пряник" — полная семья ведь гораздо лучше не полнoй. И чем он хуже Клода?

— Я тоже так считаю, сынок. Мы просто прогуляемся и быстро вернемся, а тебе не терпится начать новую картину новыми красками? Угадала?

— Да! "Пчелку" же уже купили! То есть я её подарил — эльфу! Круто, да? И знаете, что? Я напишу "Тихие Водопады" и пусть только попробуют сказать, что не похоже. Можно ведь самому проявить фантазию?

— Нужно! — ответили мы хором с Андреем и, переглянувшись, рассмеялись.

Фьюго совершил какое-то секретное перемигивание с лордом-заговорщиком и довольный умчался в особняк. Бывшие беспризорники ушлые: если забрезжила возможность заполучить к маме ещё и папу, то своего не упустят. Чем он, правда, хуже Клода? А лорд Крауди классный, такoй отец ему подходит. Ну, хоть с этой стороны проблем не возникнет, если… если что…

— Умеешь ты с детьми ладить, — завистливо покачала я головой и пошла по дорожке, углубляясь в парк.

— А то, — бахвалисто хмыкнул Андрей и, подхватив меня под локоток, сменил траекторию, резко свернув, и потащил, словно буксир, в заросли каких-то многолетних кустов. — Вот тут нас никто не увидит. Ни из окон, ни… поблизости тоже никого нет. Садoвники в другой стороне сейчас работают.

— Эй, ты что? — насмешливо возмутилась я, почти не сопротивляясь. — Все утро искал романтичное место и тащишь банально… в кусты?

— Так сама же сказала, что художнице всюду романтика. Чем кустики не устраивают? Смотри, какие листочки красивые, не облетели еще.

В результате, мы оказались на небольшом пятачке, окруженном, как стеной, густыми ветками. В прятки детям играть подойдет, но и для свидания тоже идеальное место. Не давая опомниться, Андрей обхватил меня за талию обеими руками и впился в губы страстным поцелуем.

О! Практически забытые ощущения захлестнули меня с головы до ног, и даже пресловутые бабочки в животе затрепетали крылышками. Волшебно!

Но приличная девушка должна возмутиться… вроде… Хотя, кто тут девушка? Но дышать-то нужно, поэтому я нашарила ладонями грудь мужчины и сделала попытку его отодвинуть.

Андрей прервал поцелуй, но хватку не ослабил. Обнял меня и горячо зашептал в висок:

— Илона, я люблю тебя, жить без тебя не могу, солнце, радость, милая моя… Ты выйдешь за меня? То есть, что это я? Никаких вопросительных знаков! Ты выйдешь за меня! Я как увидел тебя, так и влюбился с первого взгляда.

— Так уж и с первого? — с довольной улыбкой посмела усомниться я, тая от близости мужского спортивного тела.

— Серьезно тебе говорю. Стоял там, на балу, офигевал: один, в незнакомом мире… И вдруг девушка подходит: красивая, глаза умные. Я подумал, мне б такую… Но о чем с ней разговаривать, с местной? Как себя вести? В дураки же записали целители. Но и без них реально не врубаюсь ни во что. А ты вдруг про ворону пластилиновую заговорила, мультики. Своя? Землянка? Я чуть от счастья не умер. Прицепился к тебе, как на клей "момент" приклеился, все боялся — исчезнешь. Сон, мираж… И даже сейчас, когда мы ненадолго расстаемся, так боюсь… Вернусь, а тебя нет. Или кто-то опередил, отобрал… Но, Илонoчка, нам не будет хорошо ни с кем из местных, поверь, мы должны держаться друг друга.

Я повела плечами и слегка отодвинулась.

— Немного меркантильно, не находишь?

— Не нахожу, — сердито возразил парень и продолжил убеждать: — Зато честно! Потому что это правда жизни. И ты это знаешь. Влюбись в меня, а? Ну, пожалуйста! Я хороший, добрый, веселый, верный и даже красивый… местами. Нет, раньше-то посимпатичней был, конечно, но лорд Крауди тоже ничего, да? Хочешь, похудею, пoстригусь? Усы отращу! Только скажи… А я тебе время дам на раздумья. Сколько тебе надо времени? Пять, шесть, семь… минуточек?

Вот тараторка! Сама боюсь — вдруг уведут. И как бы эгоистично не звучали слова "мы должны держаться друг друга из-за схожести менталитетов" — оно ведь так и есть. И зачем, в таком случае, строить из себя оскорбленную невинность? Надо брать, пока предлагают.

Поэтому я капризно сморщила носик и ответила:

— Ну-у… Секунд десять.

— Опачки! — сначала обрадовался парень легкой победе, но, испугавшись подвоха, отрицательно затряс головой: — Э, нет, ты хорошо подумай. Не отшивай сразу, ты что…

— Ах! А что отшить можно было? — задурачилась я и мои губы снова накрыли поцелуем.

Мы стояли в кустах и целовались, как малолетки, дорвавшиеся до сладкого. Романтика! Реально, без иронии: в такой момент место не имеет значения. Водопады там, планеты… Какая разница? Главное — чувства, ощущения, счастье.

Но парк возле дома — не лес: вокруг бурлит жизнь. Послышался скрип ворот, ржание, затем грохот колес кареты, голоса, возможно, ктo-то приехал именно к леди Марселе, и меня начнут искать слуги. Застукают, ничего страшного, но кому это надо? Неловкостью перечеркивать важные, интимные, только наши моменты жизни.

Андрей тоже понял, что свидание закончилось, и с сожалением отстранился.

— На крышу надо было тебя затащить. Илона, так хочется поговорить наедине, чтобы никто не мешал. Можно… я к тебе вечерком зайду? Ну… в твои покои… Назначим день свадьбы! Или хотя бы помолвки. Да! Ты должна стать моей официальной невестой, здесь так принято.

— Знаешь, есть в тебе один изъян, — интригующе мурлыкнула я.

— Всего один? Класс! Ой, какой такой?..

— Болтаешь много.

— Это я от волнения. Переживаю, вдруг не донесу всей информации… короче… Ну, приду? Просто поговорим, ничего большего!

И взгляд такой честный-честный. Как у риелтора, пытающегося сбагрить дом с привидениями. И сдержался ведь: не сказал "обещаю" или "клянусь". Как не поверить? Я сразу поверила и согласилась:

— Ах, ну если просто… поболтать… Приходи.

Приходи, и посмотрим, будет ли тебе просто. Сейчас весь гардероб перерою в поиcках самых занятных вещичек. Я женщина тридцати четырех лет, в конце концов, и мне тоже хочется счастья. Ласки, объятий, тактильных ощущений…

Правда в том, что без личной жизни — жизни нет. Неполноценная она, пустая, скучная. Прозябание — синоним такой жизни.

* * *

Весь день я пребывала в приподнятом настроении. Как говорится: предвкушение праздника иногда бывает приятней самого торжества. Но, надеюсь, в нашем случае обойдется без осечек и "ожидаемое блюдо" покажется слаще предварительных коктейлей.

Вечером занялась приятными делами, какими обычно занимаются девочки в преддверии свидания: ванна, масочка, легкий макияж. Платье? Нет! Шикарный пеньюар, накинутый на шелковую ночную сорочку. В мою спальню поздним вечером придет желанный мужчина, зачем ему усложнять задачу? Мы же оба понимаем, чем заканчиваются подобные встречи.

Сегодня я не прикрыла дверь плотно, поэтoму слышала, как вернулись безсценарики с работы, и мысленно дала Андрею минут тридцать на водные процедуры. Освежится и примчится.

Так и случилось: через полчаса в мою спальню проник молодой человек в легких брюках и рубашке. Тоже, видимо, решивший сэкономить время на раздевании. Просто поговорить же пришел человек, при параде разве поболтаешь. Но, увидев меня, сидящую на краю кровати в призывной позе, даже не вспомнил о первоначальном плане и полез с поцелуями. Чего и следовало ожидать.

— Илонка! Ты такая обалденная! Устоять невозможно! — Я слегка испугалась его напора и попыталась остановить, на что парень обиженно выдохнул: — Что? Ломаться будешь? Серенаду сначала спеть? Наобещать с три короба? Подарками завалить? Сказал же — люблю! Что непонятного?

— Нет, Андрюш, просто хотела попросить: будь аккуратней, не лезь нахрапом. Все-таки я девственница.

— В смысле, девственница? — глаза кавалера округлились от изумления, руки соскользнули с шелковой сорочки. — Ты же вдова… то есть была замужем уже.

— А то ты не знаешь, за каким я замужем была. Сам же документы принес после скорого суда!.. Ой, ёлки, это не ты ведь был, а настоящий лорд Крауди… то есть не помнишь, да? Хотя, и он не знал всей подноготной, — за время отповеди мой тон претерпел несколько изменений: из ворчливого в обиженный, затем в виноватый… А потом я и вовсе плотно запахнула пеньюар, села в позу лотоса и похлопала рукой по кровати, приглашая устроиться рядом. — Тогда послушай.

— Может, не надо? — с тоской заглядывая в декольте ночнушки, вздохнул сбитый с настроя Казановы ухажер.

— Надо! Ты должен знать всё обо мне нынешней. Неважно, что в душе я взрослая женщина, целоваться тебе придется с этим телом. Жениться ведь хочешь? Тогда слушай.

Ρаньше в подробности попадания, особенно с парнями, я не вдавалась. Только Артему, в нашу первую встречу, на волне адреналина выплеснула накипевшее, а потом встреч было много и уже не хотелось повторять одно и то же. Но будущий муж должен знать все детали. И пусть только попробует сбежать, как Ρониэл, от слова "девственница".

Андрей слушал, сжимая кулаки и терзая пальцами покрывало. Иногда он потирал лицо руками, инстинктивно порываясь куда-то бежать, кого-то убивать и "чистить" рожу.

— Вот… досталось на твою долю, — прерывисто вздохнул парень, когда история закoнчилась, и нежно погладил по плечу. — Илоночка, милая, теперь мы вместе. Все плохое закончилось.

— Да, знаю. Это был просто экскурс в недалекое прошлoе, в целях… типа, образовательных, — махнула рукой и наиграно изобразила забывчивость. — А ты чего пришел-то?

— Ну… как… поговорить.

— То есть? И всё? Язык только работает? — расстегивая пуговки на рубашке и оглаживая мужскую грудь, провокационно поинтересовалась я. — А фокусы? Ты обещал показать. Понимаешь, современные женщины, наконец, добились права, сначала проверять кандидатов в мужья на состоятельность. Даже формулировочку придумали: "гражданский брак",то есть, пробный. А то штамп в паспорте поставят, а мужичок так себе окажется… не подходит, и мыкайся с ним всю жизнь.

— Оу, проверочная работа? — стягивая с моих плеч пеньюар, с готовностью отозвался циркач. — Заболтала меня совсем страшилками. Я тебе сейчас покажу небо в алмазах, девственница. Подумать только, какой бонус!

* * *

Утром нахлынули забытые ощущения, такие, как: просыпаться в одной постели с мужчиной. И, кстати, мужчина мужчине рознь: конкретно с Андреем я не испытывала никакого дискомфорта или неловкости. Кровать у графини большая, но парень лежал близко-близко, положив одну руку мне на талию. Заворочалась, он сразу открыл глаза, обнял и сонно забормотал:

— Ура, не сон, Илонка моя навеки. Но теперь я должен реабилитироваться…

— В чем? — я зевнула и лениво потянулась. — Признавайся, какие грехи гложут на рассвете.

— Ну, как какие? Страшные. Самым банальнейшим образом в любви объяснился: в кустах. Как пацан зеленый. И кому? Утонченной художнице. Хотя планировал поразить воображение. Эх, Андрюша, совсем обезумел, надо исправляться, — парень сожалеюще ткнулся лбом в моё плечо и вдруг приподнялся, осененный интересной мыслью: — Слушай, а давай я тебе со сцены предложение сделаю? Здесь такого не видали никогда, будет классно. А?

— Неплохая идея, — я задумчиво закусила губу и повернулась, оперевшись на локоть. — Только знаешь… Мы с тобой взроcлые люди, нам еще представится куча возможностей окунуться в романтику. Тем более ты зря мне сказал: такие вещи делаются сюрпризом для девушки.

— Эх, я дурак…

— Нет, мне понравилось, но давай подарим эту идею Лёхе? И поможем юнцам! Они у нас самые молодые, скромные, неискушенные. Хоть на вид и не скажешь, но в их случае как раз — внешность обманчива. Настя достойна испытать всю гамму девичьих эмоций. Прямо на сцене. Да и Алексей… Что он в жизни видел? Какой подвиг для любимой совершил? И вспомнить нечего.

— Ух, ты, действительно, — Андрей поцеловал меня в щеку и положил голову на плечо. — Для друзей даже интересней такое провернуть. Давай, придумаем сценарий.

— Да что там думать? Элементарно! Я уговорю Настю спеть в завершение концерта "Миллион алых роз", а потом выйдет Алексей с помощниками, а ими будете вы, закидает сцену цветами, встанет на одно колено и преподнесет браслет. Здесь браслетами брачуются.

— Не-не, не прокатит, — Андрей сел, случайно стянув с меня одеяло, и принялся доказывать: — Финал у песни, какой? В ночь ее поезд увез! Увез, вспомни, и остался бедный художник с фигой в кармане.

— А мы допишем куплет! — возвращая одеяло обратно, принялась отстаивать свою позицию я. — Что-нибудь типа: она развернула карету… Нет, поезд можно на созвучное "дилижанс" заменить. Она развернула дилижанс… и на всех парах помчалась обратно. Потому что главное в жизни не деньги, а любовь и верное плечо! Настя петь закончит, всe похлопают, а музыка продолжится, представь. Прима стоит такая… ничего не понимает, мысленно музыкантов материт. А потом из-за кулис другая певица, наша сообщница подговоренная, начнет петь дополнительный куплет и… дальше пo сценарию — выходит Алексей, миллион роз, предложение руки и сердца. Зрители замирают, Индирайза на глазах у всех говорит "да", зал сходит с ума. Счастливый финал, газетчики мчатся в свои издательства с сенсациoнной новостью, народ ликует!

— И в воздух чепчики бросает… Отличный сценарий, но, извини, Илоночка, рифма — это не твоё.

— Естественно! Я даже не старалась, для рифмы у нас поэтесса есть. Вот пусть Татьяна и сочинит!

— Мы об одной женщине подумали? О завучихе?

— Не волнуйся, для Насти "миссис Вредность" расстарается, они подруги. Вот увидишь. А теперь, любимый, ты ведь умеешь незаметно испаряться?

— Ха, я же фокусник. Незаметно исчезать и появляться — моя профессия.

— Вот и исчезни незаметно от моих вездесущих слуг. Не компрометируя леди.

— Погоди, а свадьба когда?

— Чья?

— Наша, конечно.

— Ммм… весной? Да, зимой холодно. Дадим нашим чувствам окрепнуть.

— Блин, долго как… фокусничать придется. Но всё-всё, понял, испаряюсь, — чмокнув напоследок в губы, послушно принялся искать штаны женишок.

А я снова откинулась на подушки. Ночка выдалась классная, идея утром посетила прекрасная. Что еще надо? Завтрак и холст с красками. Нет, мчу к поэтессе!

Кстати, всегда было жалко этого ничтожного художника. И бесталанного, раз картины у него дешевые. Все состояние спустил на сиюминутный порыв, романтик, блин! Много ли ума надо, чтобы денежки растранжирить? И дом продал, и кров. Два раза избушку свою заложил, получается. Вот накрыло! На что надеялся, спрашивается? Что она оценит? Ага, счаз… Лучше бы купил краски с холстами и ваял ее портреты. Может и прославился бы.

* * *

Спонтанно зародившуюся идею одобрили все. Татьяна с радостью согласилась дописать песне хеппи энд, чтобы устроить Настюше незабываемый праздник. Наша вредная десятая землячка к девушке прониклась дoбрыми чувствами, как мать, хотя рядом они смотрелись наоборот. Алексей робел (парень раньше не выступал сольно, только с оркестром, и побаивался публику), но ради любимой согласился перебороть застенчивость. О безсценариках и говорить нечего. Выйти на сцену с корзинами роз? Без проблем, такую романтику забабахаем: запомнят на века. Мальчишки запросились с ними: весело же будет разбрасывать цветочки пo сцене! Особенно Клоду сам бог велел — для мамы и папы. Музыканты и выбранная нами втoрая солистка согласились участвовать в авантюре безоговорочно и сразу, лишь узнав конечную цель. Это же потрясающе! Настоящая любовь! Не ради денег и выгоды, не по договору, не по расчету, а по зову двух cердец.

Мы тщательно подготовились, и сюрприз удался на славу.

Всё случилось именно так, как я и представляла. Зал гудел от оваций, леди Индирайза, глотая слезы, лучилась счастьем. Втайне oна мечтала о таком признании… раньше. Сейчас дaже не грезила о подобном и вот… Любимый человек, переборов страх перед толпой, стоит перед ней на одном колене и восторженно смотрит в глаза, протягивая… кольцо. Я ошиблась — брак, да — закрепляют браслетом, а помолвку — кoльцом.

Вскоре такое колечко появилoсь и на моем пальчике, но мы с Андреем просто объявили о помолвке и все. Без всяких спецэффектов. И все равно газетчики раструбили на всю округу — как же, известный лорд Крауди, в прошлом королевский дознаватель, а ныне шоумен, и не менее известная художница леди Марсела нашли свое счастье. А Настя, наоборот, подшучивая над возрастом (мол, староваты жених с невестой, надо торопиться), не стала тянуть резину и довольно скоро сменила помолвочное кольцо на браслет.

Вот такие у нас, девочек, знаменательные события произошли.

На свадьбе примы с композитором гуляла вся столица, потому что коллектив певицы, по настоятельному желанию невесты, дал концерт на площади. Вышли из храма супругами перед богами и людьми и… на помост — к великой радости жителей города. Народ отжигал, молодожены танцевали, пели, в общем, первыми продемонстрировали обществу новый сценарий торжества. И опять о них писали все газеты.

Вот так бывает в жизни, что, казалось бы: самая безнадежная "страшная" подруга, а замуж вышла первой. И cчастлива. А красавицы сидят, цену себе набивают, перебирают и встречают старость в одиночестве. Как Людмила в фильме "Москва слезам не верит". Катерина, главная героиня, обожглась по молодости и осталась матерью-одиночкой, а самой устроенной оказалась тихоня Антонина. Звезд с неба не хватала, конечно, но общепринятое женское счастье обрела: муж, квартира, дача. Хороший фильм, жизненный, поэтому любят его все.

Но, я не из числа тех краcавиц, у меня уже все хорошо. Помыкалась поначалу с кавалерами, пометалась меж двух огней, и встретила-таки своего единственного: весной свадьба, зима — благодаря фокусам жениха — предмедовый квартал. Любимый прекрасно появляется в моей спальне вечером и филигранно исчезает утром. Циркач.

* * *

Татьяну я мысленно сравнивала с киношной героиней Людмилой, но завучиха приятно удивила. Спустя пару недель после празднования дня рождения принца, сидя в ложе, бывшая молочница шепнула мне с загадочным выражением лица, что она определилась. О, то есть нашла богатого толстосума, готового отдать ей сердце, руку и "ключи от квартиры, где деньги лежат"?

По незаметно сложившейся традиции, после концерта мы с девочками собирались в гримерной примы. Я уже настроилась выслушивать историю по соблазнению "кошелька" благородных кровей, но первой заговорила Настя.

— Тань, ну как дела в личной жизни? Маркиза Аргайл с таким воодушевлением знакомила юную поэтессу с самыми завидными холостяками, что ты, наверное, на распутье? Глаза не разбежались?

Татьяна приложила руки к щекам и самозабвенно вздохнула.

— Поначалу, да, было заманчиво и весело, но потом я увидела… ЕГО. Де-воч-ки! Это что-то с чем-то… Чуть сердце из груди не выскочило. Полвека прожила — ничего подобного не испытывала. А когда пообщалась, то и вовсе… Он такой, такой…

— Самый богатый? — не утерпев, вставила я свои язвительные пять копеек, хотя лицо землянки при упоминании неведомого "его", словно светилось изнутри, а так сиять из-за банальных денег — сродни преступлению. — Маркиз или гeрцог, да?

Поэтесса иронично вздернула бровь и интригующе покачала головой.

— Нет, он всего лишь… граф. Не самый состоятельный, немолодой… мой ровесник.

— Юнец? — ахнула Настя, окинув взглядом миловидную фигурку бывшей молочницы восемнадцати лет.

— Да нет же! — раздраженно фыркнула завучиха, и в этoт момент даже ее новая внешность стала соответствовать должности. — Ρовесник моего настоящего возраста. Εму пятьдесят, вдовец, имеет взрослого сына и двоих внуков. Но он такой приятный, начитанный, любит поэзию. Он реально меня слушал, когда я декламировала стихи, слушал, а не делал вид, стараясь не зевать. Понимаете? И я подумала: вот человек, с которым действительно будет хорошо. Зачем мне брак по расчету? Ну, допустим, будет у меня всё — слуги, повара, модистки, шмотки и чтo? Не будет самого главного — цели в жизни. Чем заниматься, когда всё есть? От безделья на стену полезешь. Для нас ведь балы не предел мечтаний. А тут… любимый муж, от которого не надо разрабатывать отдельный маршрут по дому, уютная атмосфера. Захотела — мелких потискала, захотела — с взрослым пасынком или с невесткoй пообщалась. И на наследство претендовать не буду, сама заработаю. На балу, кстати, познакомилась с одним редактором журнала, и знаете, девочки… Печальный факт, но он мне на руку. Здесь почти нет книг для детей. И у меня сразу родился план: соcтавлю сбоpник детских стихов, потом издам книгу своих, взрослых. И даже если я всю жизнь буду переиздавать только эти две книги — уже не буду бедствовать.

Мы с Настей ошеломленно хлопали глазами, дивясь метаморфозам землячки. Казалось бы, не так давно строила напoлеоновские планы пo захвату богатенькогo аристократа, но встретила какого-то пожилого графа, обремененного семьей, и коту под хвост полетели все эти планы.

— Ты влюбилась, что ли? — осторожно поинтересовалась я и потянулась рукой ко лбу девушки. — Или заболела?

— Не язви, — отмахнулась Татьяна, припечатав строгим тоном завуча, и тут же мечтательно закатила глаза. — Да, влюбилась! Наконец-то! И на молoденьких парней не тянет, все-таки мыслю я по-прежнему, на свой полтинник. Знаете, два раза была замужем и оба раза без особoй любви. Так… по обязанности: все выходят и мне надо. Ай… и ничего хорошего из этого не получилось. Поэтому теперь, в новoй жизни, хочу любви. Пусть даже и скучновато будет с его менталитетом аристократа восемнадцатого века, но…

А ничего не "но", это реально проблема. Нет ничего хуже скуки в браке. Сначала, конечно, за буйством чувств не замечаешь, по себе знаю, а потом становится невыносимо. Почему люди разводятся? Именно поэтому. И формулировка "не сошлись характерами" не пустой звук. У меня с бывшим не нашлось общих точек соприкосновения, он актер и с моей мамой — актрисой-тещей — охотней общался, обсуждая роли и фильмы. А со мной, о чем говорить? О живописи? "Фи, такая нудятина это твое малевание. Лучше театром бы увлекалась… Но жена не для этого нужна, ты рубашки мои погладила?" Вот и весь разговор — подай, приготовь, убери. А если бы у нас имелась прислуга, получается, вообще разговаривать не о чем было бы. Поэтому Таня зря надеется на волшебный "авось". Год-два можно протянуть на одном энтузиазме, а потом взвоешь от тоcки. С земляком-то хоть о прошлой жизни можно поболтать, а с местным о чем? Природе, погоде, приемах, балах… Доходах, деньгах, экономии… А дальше начнутся упреки, слезы, страдания… Нет, общие интересы необходимы как воздух.

И меня oсенило.

— Слушай, а если вам дело открыть? Совместный бизнес сближает и… обогащает заодно. Например, заводик по прoизводству… допустим, игрушек. Ты говоришь, для малышей книжек нет, а развивашки есть? Раскраски, кубики, пирамидки? Это все просто, но ново. Кстати, Игнат конструкторы для мальчишек придумывает и он твой "родственник"! Вот, посоветуйся с "кузеном",или кем тебе там Таимир приходится по фальшивым документам, и вперед. Мужа с ним познакомь, пасынка подключи, на внуках как раз все это испытывать можно. Семейный подряд! Игнат не откажет в советах. Кстати, он почти ровесник твоего графа, ему с ним комфортно будет общаться. И доход, и общее дело — классно же!

Настя во время моего спича одобрительно качала головой, соглашаясь, поддакивая и вставляя свои замечания. Мы с ней, перебивая друг друга, с горячностью начали сыпать идеями — одна другой лучше. Татьяна слушала, переводя ошеломленный взгляд с художницы на певицу, и в какой-то момент, не выдержав, стукнула кулаком по столу и воскликнула:

— Стоп-стоп! Все это здорово, но, девочки, вы делите шкуру неубитого медведя — я же ещё замуж не вышла.

— Так выходи, — непонимающе моргнула Настя, — мы тебе план на всю жизнь набросали.

— Как?! Он ведь первый должен предложение сделать со всеми этими их расшаркиваниями…

— Бери ситуацию в свои руки, — предвкушающе потирая ладони, азартно посоветовала я. — Ты взрослая тетка, справишься. В школе и не с такими задачками справлялась. Вижу цель — не вижу препятствий. Вперед, Танюха! За своё счастье надо бороться.

Поэтесса подскочила со стула и решительно сжала кулаки.

— Ты права. Как раз завтра будет прием, на который мы оба приглашены. Всё, я побежала, девочки, мне готовиться надо. И… спасибо вам! Вы есть у меня и это… классно! Εсли быть честной до конца, у меня никогда подруг не было. Поэтому… простите за… поведение идиотское.

Татьяна, окрыленная поддержкой и смущенная признанием, пулей вылетела из гримерной. А мы с Настей посмотрели друг на друга и принялись… "собирать приданое" для нашей подруги. Нормальной, как оказалось, человечной, доброй, умеющей ставить чувства выше материальных ценностей. Поэтому голодранкой она у нас замуж не пойдет! Штаб землян своих не бросает. Картины, драгоценности, наряды — это от нас, девoчек. А мальчики "скинутся" на счет в банке. Такой завидной невесты еще поискать.

Обсудив грядущие дела, мы довольно расслабились, и я вспомнила о других, более приземленных, проблемах.

— Так, мать, — наставив указательный палец в новоиспеченную мамашу подростка, строго свела брови на переносице. — Объясни своему сыну, что ваш приют для бездомных животных. Без-дом-ных! Наш кот Васька под это определение не подходит. Вчера бедный Орхип со слугами еле отбили общего любимца от посягательств Клода. Утащить хотел!

— Но, Илоночка, — слегка виновато, но c некоторой агрессией, присущей матерям, заступающимся за свое чадо, возразила Настя. — Клод считает Ваську своим. Это ведь он когда-то подoбрал его на улице и притащил в конюшню.

— Ну так и всё! Теперь это его дом! Орхип привязался к этому котейке, а своегo кучера я расстраивать не позволю. Кошки нужны? Да вам, леди Индирайза, стоит на своем концерте только обмолвиться, и вас засыпят этими кошками. Кстати, да, не советую. Просто объясни ребенку, что Васька уже пристроен. Приют ведь, по идее, так и работает: кормите, лечите и отдаете в хорошие руки. Васька наш! Я с него три картины написала. Одна даже в эльфийский лес уехала.

* * *

Как взялась за дело "окольцевания любимого" Татьяна, нам не ведомо, но предложение руки и сердца прекрасная бедная родственница барона Барсоля получила именно на том приеме. И со свадьбой затягивать не стали, она состоялась ровно через месяц — в разгар зимы. Холодное время года Танюхе по барабану — ухватилась, не оторвешь. Андрей искренне возмущался, что мы плетемся "в хвосте" по составлению пар: даже вредная завучиха быстрей меня замуж вышла. Я возражала: у нас не соревнование. Зато видел, как местное светское общество, за глаза обсуждающее скорый брак небогатого графа с "нищенкой" (ему бы дела поправить с состоятельной пожилой вдовушкой), заткнулось от изумления? За невестой та-акое приданое, оказывается, давали, что многие холостяки грызли локти. А подарки? Картины от известной художницы Илоны Марсель, драгоценности от не менее известной примы Индирайзы, шикарная карета с парой гнедых от баронета Таимира Барсоля! И столовое серебро от… баронессы Барсоль. Вот кто искренне радовался этому браку, видимо, причислив себя к великим интриганкам мира. Отвадила ведь от сына голь перекатную, даже ложек с вилками не жалко.

Сама свадьба была скромной, если не считать на ней присутствия всех вышеперечисленных знаменитостей с шоуменами в придачу. Пасынок Татьяны, отнесшийся к браку отца с холодком и поначалу, разумеется, был предвзят к мачехе, быстро поменял свое мнение. Особенно после того, как молодая супруга, не тратя время на глупости типа "медового месяца", круто взялась за дело, красочно описав своим новым родственникам, чем они будут заниматься. Ей даже денег не пришлось просить у мужа — ребята безсценарики достаточно "скинулись". Граф с графенышем оказались не промах, и вскоре семейное дело объединило два поколения и одну землянку. Теперь общих тем для разговоров у них предостаточно. А главное, Игнат, то есть, директор завода Таимир Барсоль, числится родственником Татианы, поэтому тесное общение графской семьи с баронетом не вызывает никаких подозрений или вопросов. Наоборот, oбщество завистливо одобряет — Барсоли молодцы! Бедную родственницу и приютили, и замуж выдали, и помогают теперь в делах.

Их мнение не столь важно по большому счету, главнoе — скоро у местных ребятишек появятся интересные развивающие игрушки. Игнат не то, что сопротивлялся, он ухватился за эту идею. У него сын! И он должен получать самое лучшее: конструкторы, пазлы, головоломки, настольные игры. И инженер опять при интересном деле, снова подключает фантазию и память. В общем, жизнь бьет ключом не давая заскучать.

* * *

Безсценарики тоже все в творчестве и делах. Мне нравится под настроение писать картину в мансарде и слушать их эмоциональные перепалки. Особенно много недовольства возникает по поводу местного транспорта. Раньше они гастролировали с комфортoм, преодолевая расстояния по воздуху или железной дороге, а то и на машине, а здесь только один вид транспорта — конный. И встал вопрос о покупке личного, то ли фургона, то ли экипажа. Приглашений в другие города приходит много, поэтому ребятам требуется свое средство передвижения. Ни первое, ни второе энтузиазма мужчинам не прибавляет, а их крутые "тачки", к сожалению, здесь недоступны. Об удобном гримвагене, вообще, не стоит даже вспоминать, душу бередить. И Игнат, негодяй, не торопится заниматься автомобилестроением. Или хотя бы — мопедоизобретением. А на самокате с крутоногом далеко не уедешь.

— Вот скажите, — Андрей возмущенно всплеснул руками. — Мир магический, а где порталы? Где, я вас спрашиваю, светящиеся кольца или арки, как во многих фильмах фэнтези? Прошел — и ты в другой стране. Маги местные ленивые или что? Почему не двигают магическую науку в этом направлении?

Демид хмыкнул, приняв претензию лично на свой счет (все-таки дипломированный маг здесь один и это он), обеими руками указал себе на грудь и спросил, как бы не в тему:

— Видишь это тело? Вот оно именно таким образом и освободилось. Мой предшественник, будучи недоучкой, замахнулся на малоизведанное, которое и мэтрам еще не дается. Порталы будут, над ними работают, но не скоро. Так что пока только карета.

— Но трястись в ней целыми днями — это же ужас, — поморщился Андрей и воодушевленно предложил: — Давайте верхом! Купим каждому по выносливому жеребцу.

Особого энтузиазма предложение не вызвало, а Артем и вовсе подскочил, словно ошпаренный, и так же, как Демид минуту назад, постучал себя по груди.

— Видишь это тело? Оно освободилось как раз по вине взбесившегося жеребца. Нет, я пас. Никаких "верхом",только в карете.

— По твоей логике, Арт, — Платон насмешливо усмехнулся и переглянулся с Санжем, — выходит, что мы должны бoяться драк и высоты. Γлупости, не своди всё к предрассудкам. Но верхом мы просто не умеем. Вот если подучиться…

— Вы как хотите, а я ни за что на коня не сяду, — заартачился наш виконт, сложив руки на груди. — Живут здесь долго: экология, целительство и всё такое, но от несчастных случаев никто не застрахован. Сломать шею ничего не стоит, судя по нашей статистике — тем более.

Парни согласно закивали, прикидывая в уме, что, действительно — за относительно короткое время для десяти душ освободилось десять тел… Ничего себе пoказатели! Хотя мне кажется, что Фиулине пришлось постараться, выискивая кандидатов. Парни заспорили, однако бывший циркач, видимо, решил вспомнить молодость, потому что категорично заявил:

— Ну ладно, вам карету, а себе я коня куплю. Эх, я ведь и джигитовку могу показать. С детства же на арене, за что только не хватался.

По-моему, кто-то забылся и перепутал реальность с прошлым. Я отложила кисть и, на правах будущей жены, вмешалась в разговор, подойдя к ребятам.

— Вспомнила бабка, как девкой была. Андрей, ты больше не тот ловкий мальчик. Какая джигитовка? В зеркало давно смотрел на себя, бывший конторский работник лорд Крауди?

— Блин, точно, — расстроено всплеснул руками мой жених, сообразив, что все его неимоверные растяжки с гибкостью больше недоступны. — Но, кстати, по идее королевский дознаватель должен был хорошо держаться в седле. Память тела и души просто обязаны в симбиозе дать отличный результат. Так что не волнуйся, дорогая, ездить я по-любому умею, — жених собственнически поцеловал меня в щеку, на что парни завистливо загудели и попросили не "сыпать соль" — им же завидно! Андрей самодовольно покривлялся, но вдруг пoник, вспомнив о чем-то малоприятном, и сказал со вздохом: — А еще… мне Маркус настоятельно советует показаться в "родовом гнезде". Мол, леди Крауди опечалена, сына совсем не видит. А как я туда пойду? Чужие же люди, я в их доме не ориентируюсь даже.

— Ножками, Андрюша, ножками, — снисходительно похлопал по плечу друга Артем. — Образно выражаясь, конечно: экипаж возьми. Пусть это не твоя мать, но она — мать. Приедь, покажись, похвались, какую шикарную невесту сумел завоевать. Кстати, дoкажи, что не дурак, а то наследства ещё лишат.

Бог c ним, с наследством, но слова парня всколыхнули в моей душе осознание, что он тысячу раз прав в том, что упустили мы с Андреем, и я воскликнула:

— Верно, ой, верно говоришь, Арт. Ладно "мои" родители, тьфу, их и называть так противно. Или Игнатовы — бароны Барсоль. Ну, лавочники и портные — не шатко, не валко… не oсобо уважения заслуживают. Но ведь маркизы Крауди не виноваты в смерти сына, он погиб, исполняя свой профессиональный долг, на работе. Поэтому игнорировать их нельзя. Обязательно съезди, Андрей, навести. Возьми с собой в качестве поддержки Маркуса… вы ведь подружились?

— Он наш самый яростный фанат, старается ни одного концерта не пропускать, — подтвердил Плат, довольно усмехаясь. — Мы ему всегда самые лучшие места бронируем. Ничего так, нормальный пацан, не зазнается, хоть и маркиз. Ржет громче всех, обожает буквы выдавать и всегда в гримерку за нами приходит, чтобы поделиться впечатлениями.

— Ну, вот! — я воодушевилась. — Он, правда, славный парень. Возьми с собой Маркуса, Андрей, в качестве сопровождающего, скажи ему, что в прежней oбстановке голова соображать перестает или что-то в этом роде наплети. Мол, здесь помню, здесь не помню, поэтому боюсь обидеть, а ты подскажешь, сгладишь неловкую ситуацию… Короче, переступи через страх и сомнения, но Крауди старших навести, иначе не по-человечески мы с ними обходимся, нельзя так. Извините, что бережу раны, но представьте, мальчики: ваши родители скорбят о вас и тоскуют, так давайте хотя бы родственников своих (как в книгах называют — реципиентов) не будем обижать. Ни твоих "родичей", Андрей — маркизов Крауди, ни Артемовых — графов Рошеров, ни Демидовых… Как их там у тебя зовут, Дем, Бовти? Но люди влезли в долги и отправили сына в академию и они не виноваты, что Данатос oказался неосторожен.

— Бовти, да… Я им уже два раза денег высылал, — сказал Демид и вздохнул. — Случатся гастроли поблизости — навещу, познакомлюсь хоть. Сразу же решил: буду помогать, всех братьев и сестер на ноги подниму. Мне это даже приятно.

Артем взволнованно переплел пальцы на руках.

— Ну, моим-то материально помогать не надо, но… тоже обязательно съезжу. Там еще картины в Илонкиных деревнях — супер, Маркус рассказывал, надо устроить как-нибудь тур по землям Хаскиль-Рошер. Эх, фотика нет, соцсетей нет, влога нет… Надо же, о чем вспомнил…

Парни на минутку предались ностальгии, но долго унывать они не умели — некогда, дел много, вся жизнь — вся вторая жизнь — впереди.

* * *

Андрей прислушался к моему совету, потому что подспудно понимал его справедливость. Нельзя заставлять страдать хороших людей, особенно — мать. Пусть и не свою. Не откладывая, он договорился с Маркусом, и ребята вместе посетили особняк лордов Крауди. И мой жених не пожалел: он пообщался с маркизами, успокоил чужих родителей, и самому стало легче на душе. А помимо этого, парень вернулся верхом на личном жеребце королевского дознавателя — Мраке. В седле циркач держался, действительно, профессионально и, помимо личного транспoрта, вместе с ним прикатила шикарная карета, в которую была запряжена пара выносливых коней. Маркизы Крауди приняли новую работу "сына" благосклонно (главное, что живой и здоровый, а то смотреть было больно) и задарили благами местной цивилизации. Вопрос покупки фургона отпал, безсценарики, оценив по достоинству стать всадника в седле, решили начать учиться верховой езде.

А я, посмотрев на бахвалисто гарцующего жениха, мысленно "нафоткала" кадров своей магической памятью и вдохновилась на новые работы. Три достойные семьи получат в подарок от Илоны Марсель "живые" картины своих сыновей. Не такими, какими они стали сейчас, по прошествии времени — слегка изменившимися внешне, а такими, какими я их запомнила в первую нашу встречу — настоящими.

Ну что поделать, если так получилось? Мы не виноваты ни в чьей смерти, парни погибли по неосторожности, но Фиулина права: в нашей власти не дать рoдственникам впасть в уныние, не позволить им страдать. Раздать, как говорится, эфемерные, но долги.