2

Марина

Я правда не брала в руки телефон. Целых два часа. Больше не выдержала. Стало очень любопытно, что мои “любимые” одноклассники написали в ответ на сообщение.

“Ой, фу–ты ну–ты, елки гнуты”, – это Лариска.

“Мы к ней по–человечески, а она нам хорошего вечера желает. Она что, из Москвы?”

“Может, правда, у нее не получается”, – пытается оправдать меня Надя Перевалова.

“Найти два часа для нас? Ага, конечно”.

“Маринка просто зазналась”.

“Она всегда была высокомерной”.

Кто, я? Да я была самой застенчивой и скромной в классе! Но мне приходилось защищаться. Поэтому я научилась включать стерву и оторву.

Высокомерная… А ты, Лариса – крыса!

Ловлю себя на этих мыслях, и самой становится смешно. Мне что, десять лет? Лариса–крыса…

Да мне абсолютно все равно, что обо мне думают бывшие одноклассники.

“Она нас больше не читает”, – обнаруживает Ефимов.

“Пойду утоплюсь в кружке пива”, – это, конечно, Кузнецов.

И – тишина.

Целых два часа никто ничего не пишет.

Ну и ладно. В целом, чего–то такого я и ожидала. Не пришла – дура. Пришла… все равно дура. И посмешище. Потому что набрала ещё десять кило, развелась, потеряла хорошую работу из–за собственной глупости. А ещё – у меня нет детей.

Это моя самая сильная боль. И я не хочу выслушивать их притворное сочувствие и скрытое злорадство по этому поводу.

Ближе к вечеру вижу: в чате появились новые сообщения. Не выдерживаю, открываю.

“А знаете, что?” – начинает Лариска.

“Не знаем”.

“И, походу, не хотим знать”

“У меня та–а–а–акая новость…”

“Да говори уже! Хватит сопли жевать”.

“Сашка Петров в городе!”

“Который актер?”

“Дурак. Наш Сашка Петров”.

“Да ладно!”

“Офигеть. Сам Александр Как–там–его–по батюшке Петров! Я в ахуе. Столько лет, столько зим!”

“Говорят, он развелся”, – сообщает Лариска.

“Да ты что. Чур, мой! – пишет Юлька Селезнева. – Если он все такой же красавчик”.

“Он–то, может, и красавчик, а вот ты…”

“Ефимов, ещё слово – и ты покойник”.

“Я хотел сказать, что ему всегда Маринка нравилась. Как ни странно”.

Странно? А почему это должно быть странно?

Ой. Божечки…

Он печатает. Сашка Петров в чате!

Почему у меня вспотели ладони и сердце прыгнуло в горло?

“Я все такой же красавчик”, – пишет мой первый мужчина.

Тот, кто изводил меня все школьные годы. Кого я ненавидела всей душой, а сердцем тайно любила.

Тот, кто на выпускном поцеловал меня так страстно, что я почти сразу потеряла трусики… Дура!

Отбрасываю телефон. Затуманенным взором смотрю в окно.

Сашка… С самого приезда в город я вижу его на каждом перекрестке, за каждым углом. Конечно, не его нынешнего. А тень того Сашки Петрова, каким он был двадцать лет назад.

Я знала, что он уехал. Я не ждала встречи. Просто весь этот город как будто пропитан им…

“Сашка!!! – вопят в чате девчонки. – Ты придешь? Только попробуй не прийти”.

“Тогда мы сами придем к тебе”.

“Я приду”, – пишет Сашка.

А я захожу в его профиль. Смотрю фотку на аватарке. Да.… Красавчик.

Даже лучше, чем был двадцать лет назад.

Правда, я на своей аватарке тоже стройная красотка. Просто надо уметь фоткаться!

Мое фото сделано пять лет назад, ещё когда у меня все было хорошо. Я была замужем, с хорошей работой, полная надежд и планов. Уверенная, что ещё чуть–чуть – и забеременею…

Я увеличиваю Сашкину фотографию, чтобы рассмотреть его получше.

И вдруг… Звонок! Я слышу длинные гудки и вижу, что идет вызов.

Мамочки…

Это Сашка мне звонит? А, нет, это я ему звоню.

Капец.

А–а–а–а!

Я нечаянно нажала!

Что делать? Куда бежать? Как это отменить?

– Привет, Марин, – раздается в трубке.

Я в обмороке…