Глава 46

У любви есть дар высокий - Колдовская сила, Что зимой, в мороз жестокий, Мне цветы взрастила. Ветра вой, дождя потоки - Все мне стало мило. Вот и новой песни строки Вьются легкокрыло. Бернарт де Вентадорн. Трубадур. «У любви есть дар высокий» Я нервно сглотнула. Живое воображение сразу же подкинуло картинку: мой могильный холмик среди этих жизнерадостных кустиков и цветочков и жестяная табличка, прибитая к чему-то вроде креста, с надписью: «Она слишком много болтала». – Лоринара Мариса, – принц, видимо, почувствовал перемены в моем настроении и укоризненно покачал головой, – империи нужны законные наследники. Угу. А их ты можешь и от любовницы признать. Если вдруг что случится. Но делать нечего: я сделала два шага вперед и оказалась прямо перед ветками того самого растения, уже без магической защиты. Ветка поднялась до уровня моих волос, опустилась на них, и перед моими глазами медленно поплыли картинки, что-то вроде 3D: кустики-цветочки в кадках расставлены по дворцу, я в окружении то ли лютиков, то ли маргариток, нечто вроде длинного вьющегося растения, ползущего за мной повсюду. Ярко, красочно, но совершенно непонятно, что же, собственно, нужно от меня этой ожившей флоре, внезапно заимевшей зачатки разума? Я вопросительно взглянула на молчавшего мага. Тот мой взгляд интерпретировал правильно и пояснил: – Они признали вас верховным правителем и требуют участия в вашей жизни, а также возможно охранять вас от недругов. Недругов? Пока я не попала во дворец, недругов у меня не наблюдалось. Теперь же… «Требуют»… То есть решение, считай, вынесено, и вряд ли я могу отказаться. Блин. И почему последнее время все вокруг что-то требуют от несчастной свахи?! – И что мне следует сказать или сделать? – уточнила я. – Примите их присягу. Боги, если вы действительно существуете, у вас отвратно чувство юмора! Присягу у растений и цветов я еще не принимала! Все то же растение, так и не снявшее ветки с моей головы, показало еще одну картинку: все цветы и кусты оранжереи выстроены передо мной, как солдаты на плацу перед генералом. – Я принимаю вашу присягу… на верность… – чтобы не молчать, пробормотала я первые пришедшие в голову слова, не особо вдумываясь в их смысл, и ветка сразу же исчезла с моей головы. Меня наконец-то отпустили. Сзади меня сразу же обняли руки принца. Сил не оставалось, ноги не держали, и я с благодарностью привалилась к широкой и такой необходимой прямо сейчас груди его высочества. Я – верховный правитель растений. Боги, ужас-то какой. Естественно, на этом эпизоде свидание можно было считать законченным. Какая там романтика с поцелуями, когда у меня появились травянистые телохранители?! И не выпьешь теперь для успокоения нервов, вот же засада… Самирель перенес нас троих из оранжереи в один из коридоров дворца, неподалеку от моих комнат. – Маг прибудет завтра, лоринара Мариса, – как мне показалось, с угрозой в голосе произнес принц. Я лишь рукой махнула, пока что мысленно. Надо ему – пусть прибывает. Не успела я зайти в спальню, как на пороге показались Андрей с Шариком. – Что? – огрызнулась я. – Что вы так смотрите? Дверь закрылась, отрезая нас троих от остального мира. – Дворцовый маг находился у нас, решил, раз уж мы родственники, заодно и меня на магию проверить, – пояснил Андрей. – Вроде что-то нашел, но не особо значительное. И вдруг нахмурился, затем пробормотал под нос что-то вроде «Во что она снова влезла» и исчез. Так что, сестренка моя дорогая, рассказывай, во что ты снова влезла? – А почему ты считаешь, что он говорил обо мне? – уточнила я. – А разве нет? – изогнул бровь Андрей. – Ты на ее глаза посмотри, – вмешался Шарик. – Она ж их отводит постоянно. Я высказалась на русском матерном. Андрей с Шариком многозначительно ухмыльнулись. Вообще, когда ухмыляется кот, да еще и осознанно, это зрелище соответствующим образом действует на неокрепшую психику. Но сегодня, после растений, мне уже ничего не было страшно. – Я теперь главнокомандующая у растений, – как и ожидалось, посмотрели на меня, как на тронувшуюся умом. Пришлось рассказывать в подробностях. – Может, ее привязать? – задумчиво спросил Андрей. – К стулу, например. Замуровать в комнате, а ключ выбросить? – Не поможет, – ответил Шарик. – Она и тогда себе приключения найдет. – Злые вы, – проворчала я, – вот заберу Пушка и уйду жить в оранжерею. Там меня хотя бы любят. – Кого заберешь? – удивился Андрей. – Пушка. Щенка, которого мне подарили. – И сгрызет он тогда в оранжерее сначала цветы, затем – кусты, а потом начнет поглядывать и на хозяйку, – предсказал мой любящий братец. Я надулась: вот же два… Заразы!