Эпилог

И ей одной я песни посвящал, По ней одной томился я в слезах. Тот сад, что мне блаженством просиял, Все вновь и вновь являлся мне в мечтах. Люблю ее с тех самых, вешних дней, Ведь нет нигде ни краше, ни милей, Затмила всех красой лица и тела. За славный род, за благородства пыл Ее везде почет бы окружил. Гираут де Борнейль. Трубадур. «Любви восторг недаром я узнал» Летнее солнце чересчур сильно грело землю своими лучами. Я сидела в кресле-качалке на закрытой веранде усадьбы, смотрела сквозь стекло на Витариуса и тройняшек, развлекавшихся игрой в местный футбол. Рядом, в таком же кресле, умиротворенно покачивалась Лоуриелья, беременная очередным, пока вторым, наследником. Андрей с сыном сейчас бродил по лесу в поисках грибов и ягод. – Не хочешь еще одного? – спросила Лоуриелья. Я пожала плечами: – Мне и этих троих хватает. Виту – тоже. Он все свободное время с ними проводит. Сейчас им четыре, а они как маленькие демонята – постоянно дворец ставят на уши. Да, дети, цветы жизни, радовали не только нас с Витом. Бабушке с дедом, как и придворным со слугами, тоже доставалось. Особенно когда к их проказам присоединялись Шарик и Пушок. – Вы надолго? – посмотрела я на невестку. Она пожала плечами: – Дня на три. Ты же знаешь, папа не любит меня надолго отпускать. Конечно, я знала. Эльфийский принц постоянно боялся, что любимую дочь украдут, и он опять останется один. Злоумышленника удалось найти, им оказался младший брат принца, радевший за чистоту крови. Он сам выдал себя при встрече с племянницей. Казнить младшего сына император эльфов не стал, отправил послом в далекие и всеми забытые земли орков. Мать Лоуриельи найти так и не удалось. – Кузен собирался к тебе, в агентство, Лоуриелья улыбнулась, – сказал, что хочет найти в столице невесту. – Бедные наши эльфийки, – проворчала я, вспомнив красавчика эльфа, самовлюбленного и самоуверенного «золотого мальчика». Агентство все так же оставалось моим и приносило гораздо больше прибыли, чем раньше. Как же, сама жена кронпринца им владеет, к кому же пойти, как не к ней? – Мариса, – задумчиво позвала Лоуриелья. – Ага, – отозвалась я. – Ты счастлива? – Да, – уж в этом-то я была уверена на сто процентов. – Не жалеешь, что перенеслась к нам? – Теперь – нет. Да, я была счастлива: у меня были любимый муж, обожаемые дети, возможность самореализации, крепкая семья. Чего же еще хотеть в этом бурном мире?