Глава 20

Светлана

Дома и стены лечат. Это я поняла, когда переступила порог квартиры. Стало действительно легче, да так, что все накопившееся в душе неожиданно стало потоком вырываться из меня. Сбежала в ванную, забралась прямо в одежде под струи горячей воды и разревелась. Мне кажется, даже немного подвывала как побитая собака, потому что перед глазами еще раз пронесся этот день…. И когда слезы кончились, стало намного легче, боль и страх ушел, оставляя на своем месте звенящую пустоту.

Денис, как оказалось, все время пока была в ванной, сидел под дверью и ждал меня. Вышла, опустилась на пол рядом с ним и прижалась. Если бы не он, то чтобы было?

Так, не думать. Не нужно вновь ворошить память, когда она только-только дает мне шанс отдохнуть. Еще и спиртное помогает расслабить напряженные мышцы и отключить голову, которая кружится.

Мы сидели в обнимку прямо на полу в коридоре, и в объятьях Дениса чувствовала себя очень защищенной.

– Свет, выходи за меня замуж…

Приподнимаю голову и заглядываю в серьезные, полные решимости глаза. А еще на самом дне плещется боль и переживание.

Я не могу ответить, сил не хватает, глаза сами собой закрываются. Поэтому просто киваю, улыбаюсь и вновь прижимаюсь к горячему телу, чтобы мгновенно провалиться в сон.

А ночью вскакиваем с Денисом от громкого детского плача. И пока мужчина пытается спросонья понять, что происходит, успеваю запутаться к простыне и рухнуть на пол.

– Артём! – кричу, выбегая в коридор, – я здесь, сынок.

Мы сталкиваемся с мальчиком в дверях его комнаты. Малыш мгновенно оказывается у меня на руках и сразу успокаивается.

За спиной вырастает фигуры Дениса, который тянет меня обратно в комнату. В эту ночь мы ночевали все вместе: малыш в центре огромной кровати, и мы по краям стерегли его сон.

Утром проснулась как всегда без будильника и впервые поняла, что не знаю, как быть. Вчера ведь написала заявление и нужно вернуться и забрать свои вещи, по-человечески попрощаться с классом, извиниться перед родителями.

– О чем задумалась? – спрашивает Денис, приподнимаясь на локтях.

– Идти в школу или нет, – смотрю на него, ища поддержку.

– Все вместе пойдем, мне уж больно хочется прочитать жалобу на тебя.

Но в восемь утра, директор звонит сам.

– Светлана Николаевна?

– Я вас слушаю…. – подперла рукой щеку и наблюдаю, как кушает Артем.

– А вы сегодня на работу выйдете? – меня в макушку целует Денис и улыбается.

– Нет, я же написала заявление, и отрабатывать не буду, вдруг ваш Титаник разобьется раньше времени…. – мой любимый мужчины удивленно приподнимает бровь, а я отмахиваюсь.

– У нас, наверное, возникли некоторые недопонимания. Я извиняюсь за вспыльчивость, но заявления с жалобой никакого нет, – слышу, как рвет бумагу и, прикрывая динамик, произношу для Дениса.

– Жалобу только что порвали, не удастся тебе прочитать, – хихикаю.

– Ничего, все равно зайду поговорить, – пожимаю плечами, ничего не имея против решения папы Артема.

– Светлана Николаевна? – ой, кажется, что-то пропустила.

– Я приеду к первому уроку, до свидания.

– Мам, ты остаешься? – спрашивает Тёма.

– Угу, – отвечаю, рассматривая улыбающегося ребенка.

– Тогда я быстро собираю портфель! – кричит уже из коридора.

– Точно хочешь работать в школе? – спрашивает Денис, заключая меня в кольцо своих рук.

– Хочу, по крайней мере, пока что.

– Я вас отвезу, и уж извини, но под дверьми класса посижу!

Вот если будет сидеть именно он, то ничего против не имею. Хотя, если вспомнить, в первый день была совершенно другого мнения об этом потрясающем человеке, который за такое короткое время изменил всю мою жизнь, перевернул её с ног на голову.

– А после работы все вместе поедем выбирать кольца!

– Как? Уже? – у меня даже сердце от волнения вновь стало стучать быстро-быстро.

– А чего тянуть? – смеется Денис, – я уже не могу ждать, если честно.

– Ладно, уговорил!

В школу успею как раз к первому уроку. И когда захожу в класс, дети несутся мимо завуча, которая открыла кабинет и все это время следила за порядком. Она тихонечко вышла, прикрыв за собой дверь.

– Светлана Николаевна, – зовет меня Коля и уже становится страшно. Этот мальчик задает такие провокационные вопросы, что часто теряюсь, – а правда, что вы мама Артема?

– Правда!

И все дети резко повернулись к моему мальчику, чтобы завалить его вопросами. Только и слышно, как со всех сторон звучит: «Тебя заставляют делать уроки?», «А выполнять дополнительные задания?», «Ты много читаешь?»

Я же смеюсь и сажусь за свой стол.

Денис

Мы подъехали к зданию школы за пять минут до начала уроков. Когда вышли из машины, то заметил, как дернулась шторка на окнах в кабинете директора. Придерживая за руку Свету и следя за сыном, зашел в школы.

– Я вас буду ждать после уроков, – говорю и смотрю на губы своей любимой красавицы, так бы и поцеловал, но кругом дети. А делать такие вещи при них я немного стесняюсь, особенно при малышах. Старшеклассники нам еще фору дадут в этом деле.

Захожу в приемную и прошу разрешения у секретаря пройти в кабинет директора, но Серафим Аркадьевич меня опередил. Сам открыл дверь и в приглашающем жесте предложил войти.

– Я переживал! – начинает говорить, как только сел на стул, – такие новости, даже жутко стало.

Пропускаю эту речь мимо ушей.

– Надеюсь, у Светланы Николаевна Поведовой не будет больше проблем, и она сможет спокойно доработать?

Мужчина чуть хмуриться.

– Вы хотели сказать Адмаевой?

– Что хотел сказать, я сказал. Моя будущая жена хочет работать у вас, хотя я бы с удовольствием выкупил бы помещение, где она смогла заниматься любимым делом.

– Что вы? Такой специалист! Да и дети от неё без ума! – восклицает взволнованно Серафим Аркадьевич, и незаметно обтирает ладони об брюки.

– Вот и хорошо, – отвечаю и выхожу из кабинета.

Главное, чтобы Свете было комфортно и её не мучили.

До конца учебного дня сижу в кабинете у любимой и смотрю, как она ведет урок. Действительно, талант. Дети активно работают на уроке, она успевает подойти к каждому и либо что-то подсказывает, либо помогает. Некоторых гладит по голове и хвалит. Артём, правда, смотрит немного ревностно, но каждый раз получает от будущей мамы одобрительную улыбку.

А я…. Я счастлив! У меня наконец-то будет нормальная семья. Самая счастливая! А что еще для счастья надо?

После уроков едем в магазин и выбираем самые простые золотые кольца. Света отказалась от гравировки, от россыпи камней на широком ободке.

– Я итак тебя люблю, без всей этой роскоши. Да и зачем она нужна?

Выходим из магазина счастливыми.

– А завтра заявление подадим, – обнимаю одной рукой Свету, а второй сына.

– Хорошо, – расплывается в счастливой улыбке.

– И я хочу познакомиться с твоими родителями!

Улыбка чуть угасает.

– Что не так? – теряюсь.

– Просто при последнем нашем разговоре, они отказались приезжать ко мне в больницу… – она опускает голову и чуть заметно отворачивается, – ко мне приехали чужие, на тот момент, люди, и ухаживали за мной.

Я понимаю, о ком она говорит, и приподнимаю ей голову за подбородок.

– Все равно познакомиться нужно, тем более мы даже не останемся с ночевкой.

Света улыбается и кивает головой в знак согласия. Вот и замечательно.