Глава 9. Особенности малого бизнеса

Радостно вычеркнула из списка дел “родить сына” и “зачистить последние следы после родов” и устало откинулась на подушку, откладывая блокнот на тумбочку. Ильгерт сонно причмокивал под боком, Урил крепко спал на другом конце кровати. Получалось, что малыш спит между мамой и папой, потому я могла спокойно провалиться в дрему, не боясь, что сын свалится с кровати, пока за ним никто не следит. В принципе все происходило следующим образом: в кабинет мужа приходили слуги, я подправляла им память. Потом парочка акушерок и какой-то именитый лекарь, который принимал роды чуть ли ни у покойной темной императрицы, так же подверглись моему тлетворному влиянию. А после я взяла в руки томик энциклопедии высшей нечисти и улеглась читать перед сном. Вернее вместо сна, потому что ближайшие сутки глаз сомкнуть мне было нельзя: у целителя стояли мощные ментальные блоки, чтобы обойти их потребовалось задействовать подсознание, а это уже более кропотливая работа. Когда в первый раз проделала подобное — неделю по ночам чужие сны видела. И все бы ничего, но просыпаешься после них потом с ощущением, будто это не твое тело… Конечно, я и это могла бы перетерпеть, но проще не спать сутки — меньше неприятных ощущений. Хотя во сне организм лучше восстанавливается…

Едва не заснула на этой мысли, но сработал мой личный будильник — маленький темный лорд заорал не своим голосом, что хочет жрать. Я как приличная женщина тут же достала из запасов рожок молока кормилицы и принялась своего мужчину кормить. Вообще жуть какая-то получается — надоили женщину как корову и теперь из рожка ребенка ее молок кормим. Надо ей зарплату поднять, что ли? Ну серьезно, она ведь привыкла сама своих подопечных кормить, а тут такие требования… Но не могу я смотреть, как чужая женщина моего сына грудью кормит! Странно это как-то и неправильно!

Вернее все происходящее — неправильно, но это какая-то приятная неправильность. А с кормлением — вовсе нет. Так что пусть цедит молоко, ей за это деньги платят!

Детятко доел свой завтрак и снова отрубился. Отложила рожок, взяла блокнот снова и вычеркнула пункт “Начать подготовку к экзаменам в академии”, вписав вместо него “Найти агента Криса Дайллера”, “Разузнать все про случаи зеленухи за последнее время” и “Обратиться к ректору УТИ по поводу работы с щадящим графиком для молодой матери с малым бизнесом.”

— Ты когда-нибудь отдыхаешь, неугомонная женщина? — Сонно пробормотал супруг, поворачиваясь на бок и глядя на меня прищуренными зелеными глязищами.

— На пенсии отдохну. — Пообещала я, но отложила блокнот и карандаш. — Урил, а скажи-ка мне, пожалуйста, что ты знаешь о участившихся случаях Зеленухи среди местного населения?

— Уже тридцать погибших за последние полгода. И это только известные Темной Страже случаи по столице. — Нахмурился темный лорд. — Против одного-трех в год — показатель прошлых семи лет.

— И как вы с этим боритесь?

— Никак. — Скривился как от кислятины мужчина. — Пытались найти источник, из которого местные научились использовать проклятие. Но его нет. Пытались расследовать каждый конкретный случай — это не помогло.

— А этим случайно не третье отделение Темной Стражи занимается?

— Да. — Урил прикрыл глаза. — А что?

— Ко мне просто обратилась женщина с Зеленухой, потом оказалось, что это едва ли не самое распространенное проклятие в Темной Империи. Я пытаюсь понять, как ей помочь.

— Подари безболезненную смерть. — Совершенно серьезно проговорил темный. — И передай всю информацию по ней в третье отделение, они прикрепят ее к делу.

— Лорд Айлиссен, а вы не могли бы помочь представителю малого бизнеса?

— Ты хочешь, чтобы я сам избавил эту женщину от страданий?

— Нет. Я хочу разрешение на осмотр тел жертв и внушение агентам третьего отделения, что со мной нужно всячески сотрудничать.

— Может, я лучше все-таки кого-нибудь убью? — С надеждой спросил у меня дражайший супруг. — Ладно, хочешь заниматься этим делом — помогу. Только взамен на одну услугу с твоей стороны.

— Какую?

— Сейчас я сообщу матушке, что этой ночью ты родила. Она обязательно захочет увидеть тебя и ребенка, но я откажу, потому что вы еще очень слабы после твоих тяжелых десятичасовых родов. Тогда мама устроит в честь рождения наследника рода званый ужин через неделю, максимум через две. По крайней мере, я полагаю, она поступит именно так.

— И ты хочешь, чтобы мы с Илюшей пошли на этот званный вечер и вели себя прилежно?

— Вести себя прилежно необязательно. — Хмыкнул Урил. — Разрешается каверзничать, безобразничать и мочить одежду гостям… Мне только нужно, чтобы ты там была.

— Заметано. — Легко согласилась я. — Ты чего так рано встал вообще?

— Дел много. — С тяжелым вздохом признался темный лорд. — Тебе как минимум сегодня лучше из комнаты не выходить — лежать и отдыхать. Хорошо?

— Угу. — Угрюмо кивнула я. — Еду мне сюда носить будут?

— Да. Самые болтливые мои слуги. — Муж хитро улыбнулся. — Так что постарайся очень правдоподобно сыграть только что родившую женщину. Тебе что-нибудь нужно, пока я не ушел?

— Двойника, чтобы лежал здесь, изображая первородку, а я бы пока все дела переделала… — Я обняла Ильгерта и прикрыла глаза. — А если серьезно, можешь, пожалуйста послать Иегархата в лавку? Скажи, пусть узнает, как себя чувствует моя пациентка и не нужно ли чего ее детям. Если нужно, пусть обязательно купит все и привезет. Счет я потом оплачу.

— Конечно. Что-то еще?

— Да. — Я кивнула. — Надо заново познакомиться с няней. Позовешь ее, как будешь уходить?

— Хорошо. Я скажу, чтобы зашла через час. Тебе нужно хотя бы немного отдохнуть.

— Нет. Если буду лежать без дела — усну, чего делать не нужно. Я перенапряглась с зачисткой следов в памяти целителя. Сутки спать нежелательно.

Темный лорд потянулся и встал с кровати, обошел ее, чмокнул меня в нос и ушел в душ. В нос чмокнул ведьму! В нос!

Фыркнула только, но улыбнулась.

Забавно.

Няню я решила ждать в гостиной мужа — удерживая на руках проснувшегося и желающего играть Илюшу, сидела на мягком кресле и думала над тем, что происходит у меня под носом.

Версий, благодаря Лайсу, было две.

Первая лежит на поверхности. Но Зеленуха — сложное проклятие. Дело даже не в его формуле, а в обязательной отдаче. Смертельные проклятия всегда бьют по ауре проклявшего, и заделать потом эту дыру сложно. Сложно, но возможно. С некоторых пор. И информация это засекречена в целях избежания подобных событий. То есть нападавший (а он, вероятнее всего, был один, раз отработка круга знакомых жертв ничего не дала) имеет доступ к данным, которые защищены самой Верховной. А теперь вспомним о патологической нелюбви Станы к бумагам, ее хранической паранойе и службе безопасности, обойти которую не могут даже Темные — и станет понятно, что утечка невозможно. Вернее, возможна, конечно. Но тогда подозревать я бы стала Совет Первых, а все они связаны клятвой, нарушить которую не смогут физически. Соответственно, либо в мире появился еще один гений, который открыл возможность быстрого восстановления ауры, либо кто-то из Первых все-таки предатель, либо мы имеем дело с неубиваемым индивидом, либо версия отпадает за несостоятельностью.

Вторая версия — плод фантазии подростка, который очень хочет спасти свою мать. Но, я должна признать, доля разумности в мысли Лайса есть. Я не знаю всех видов ядов растительного или животного происхождения. Да и мало ли гениев, способных создать новый вид яда, в мире? Мало, конечно. Но они ведь есть! Если речь о яде, то мы имеем дело либо с сумасшедшим магом, либо со сбрендевшей ведьмой, либо с чем-то, что я даже представить себе не могу — змея с неизвестным ядом в железах, которая беспрепятственно ползает по городу в поисках жертв. Хотя нет, потерявшейся пресмыкающейся наш злоумышленник быть не может. Урил сказал, что жертвы есть и вне Эртама. То есть мы имеем дело как минимум с целым выводком неизвестных змей. И вот вопрос — из какой дыры они вылезли, если о них ничего неизвестно? То есть, почему эксперты Темной Стражи не распознали яд — у них на это была куча времени! И почему этим делом занимается Темная Стража, а не Имперское Бюро Расследований? “Ищейки” в этом деле бы явно преуспели больше своих младших коллег!

Размышления прервала нерешительно вошедшая после предварительного стука няня.

— Здравствуйте. — Я улыбнулась, приветствуя свою старую новую знакомую. — Вы, должно быть, Дизита?

Женщина неуверенно кивнула, и я продолжила наступление.

— Меня зовут Мари. Я прошу вас называть меня именно так. Или госпожа ведьма. — Дождалась нового шокированного кивка и улыбнулась. — Еще хочу вас предупредить, что воспитанием сына намерена заниматься сама. Конечно, не без вашей помощи. У меня лавка в городе, недалеко от базарной площади, вы, может быть слышали? Так вот, вам придется часто наведываться туда вместе со мной, когда я закончу ее благоустраивать. Малыш должен постоянно находиться рядом со мной, но сидеть дома, как ваши зефирные темные леди, я не могу — ведьм по-иному воспитывают. Потому и своих детей я хочу воспитывать сама. Мы поняли друг друга?

Дизита в третий раз ошарашенно кивнула, зажмурилась и длинно выдохнула, переводя дух. И тут одно из двух — либо она сейчас примет мои условия, и мы сможем нормально работать вместе, либо скажет, что мне нужно искать новую няню. Не то чтобы я действительно собиралась заниматься этим самостоятельно — уверена, Урил уладит все раньше, чем я успею устать, но все же отказ был бы досадным исходом.

— Стало быть, истерик по поводу того, что ребенок слишком громко плачет, недостаточно громко смеется или тянет слишком много магии — не будет?

— Нет. — Я облегченно улыбнулась, прижимая малыша, что пах молоком. — Будут истерики, потому что у зелья появился неожиданный побочный эффект или потому что не получается сварить противоядие к какой-то отраве…

Дизита хмыкнула многозначительно и улыбнулась вымученно, после чего снова стала серьезной.

— А чем заниматься мне, когда вы с Ильгертом?

— Находиться поблизости — однозначно. — Я откинулась на спинку и подняла сына над собой, вглядываясь в глазки, похожие на отцовские. — Вышивайте, читайте, рисуйте. Делайте, что хотите. Лишь бы в любой момент в случае необходимости могли забрать у меня нашего мини-темного-лорда. А мы постараемся сильно вас не гонять, да, Илюша?

Илюша согласно забулькал слюнями, и мама моментально его уложила на коленки, вытирая ротик и подбородок.

— Хорошо. Мне приступать сегодня?

— Несомненно. И… вы же понимаете, что любая информация, даже самая незначительная, не подлежит разглашению?

— Конечно, госпожа ведьма.

И вот тогда я поняла, что мы точно сработаемся, потому что Дизита — понятливая, исполнительная и с детьми ладит, а мне именно это и было нужно.

Весь день прошел мимо меня. Вернее, я все время была в комнатах супруга, игралась с сыном и болтала с Дизитой ни о чем. Под вечер женщина даже начала улыбаться мне вполне тепло и естественно, что я сочла добрым знаком. Один раз заглянул Иегархат, сказал, что у детей все в порядке, зелье матери исправно дают, кормят магией и работают в лавке. Лайс, как оказалось, почти закончил и просил зайти завтра, чтобы рассказать, что я буду делать со вторым этажом и задним двором.

В общем и целом, с утра и до самого заката я вела себя как примерная жена — не лезла в неприятности, никого не проклинала и не сварила ни одного зелья. А потом наступил закат, в покои вернулся Урил, и я радостно передала сынулю в заботливые руки Зиты, а сама потребовала романтическое свидание.

— Любимая, ты только родила! — Возмутился супруг. Вполне оправданно, конечно, потому даже няня закивала, подтверждая, что к свиданию я не готова.

— Во-первых, я очень сильная ведьма. — Убежденно сказала и уверенно посмотрела на мужа. — Во-вторых, весь день пила укрепляющее зелье, так что теперь готова к вечерней прогулке!

— Но…

— Ведьма хочет прогулки! — Уже громче заявила я, требуя свою законную прогулку.

Урил потер виски в усталом жесте задолбанного до глубины души человека, тяжело вздохнул и кивнул, перенося нас порталом сразу в мою гардеробную.

— Переодевайся и пойдем, куда пожелаешь.

Без вопросов скинула платье, оставшись в одном нижнем белье и, бросив взгляд на уже не такого уставшего, судя по загоревшемуся взгляду, мужа, прошлась вдоль гардеробной. Достала с нижней полки ботинки на удобной плоской подошве и только потом потянулась за темно-синим платьем простого кроя. Одевалась подчеркнуто медленно, изредка поглядывая на темного лорда, который перестал моргать и, кажется, даже дышать.

Когда я закончила, поправила рукав платья и ехидно улыбнулась.

— А ты не хочешь спросить, куда именно мы идем?

— Сначала я иду в холодный душ. — Хрипло признался муж. — А потом?

— А потом… в морг, дорогой!

Дорогой хмыкнул, перевел на меня все еще затуманенный, но уже более разумный взгляд и поинтересовался:

— Если я сейчас скажу, что мы никуда не пойдем, ты повторишь это представление на бис?

— Если ты сейчас скажешь, что мы никуда не пойдем, театр навсегда захлопнет перед тобой двери.

— Глупая метафора. — Хмыкнул муж, скользя взглядом по фигуре, уже скрытой одеждой.

— Зато мотивирует отлично!

Спорить Темный Лорд почему-то не стал, улыбнулся только, да так, что мне, как профессиональной ведьме, сразу стало ясно — будет мстить! Я такие взгляды и улыбочки ежедневно всем желающим и отчаянно нарывающимся раздавала. Если люди столь настойчиво просят им отомстить, кто я такая, чтобы отказать нуждающимся? Вот и Урил не отказывал. А обделенной темнолордовской местью сейчас явно была я.

— Я так понимаю, нас интересует морг Третьего отделения Темной Стражи?

— Ты у меня такооой догааадливый. — Пародируя столичных девушек, протянула я. — Моя пациентка жива, и мне нужно ее вылечить. А ты обещал посодействовать.

— Помню-помню. “Помочь малому бизнесу.” — Лорд Айлиссен показательно устало вздохнул, потер шею и взглянул на меня серьезно. — Государство с радостью окажет любую активную и пассивную помощь столь настойчивому и изобретательному предпринимателю. Но я вынужден предупредить вас, что государство также будет требовать выплаты всех налогов после льготного периода для вашей фирмы.

Стояла ведьма, смотрела на Темного Лорда и пыталась понять, что в этом мире не так. Вроде муж, пусть фиктивный, но это уже дело десятое, к тому же, кажется, я собираюсь это менять, а все туда же — “налоги”, “льготный период”… Тьфу на вас, мужиков!

— Просто уточню… Выплата налогов должна производиться в какой-то определенной валюте?

— Исключительно натурой. — Протянул многозначительно так некромант и подал мне руку. — За несвоевременную уплату, будете обязаны оплатить штраф.

— Так и представляю этот процесс. — Прошептала ведьма, начинающая злиться. — Прихожу я, значит, в Имперскую Налоговую Службу, медленно раздеваюсь… и как давай там всех проклинать!

— Почему проклинать?

— Ну еще привораживать могу. И убивать всякими хитрыми ядами магического происхождения. Могу и немагического, но специализируюсь на маготоксикологии, так что…

— Я предполагал другой вариант выплаты налогов. — Сдерживая смех, признался супруг.

— Какой же?

— Ты приходишь, медленно раздеваешься, а потом страстно отдаешься представителю государства, мне то есть, чтобы Его Темнейшество не сомневался, что малый бизнес благодарен государству за его неоценимый вклад в развитие малого и среднего бизнеса.

— Э… Ты имеешь какое-то отношение к ИНС?

— Почти. — Маг потянул меня за руку и прижал к себе, одновременно перенося в морг.

Поняла я это только по резкому запаху чего-то сладкого и низкой температуры — захотелось одновременно укутаться и зажать нос, чтобы ничего не чувствовать. Вспомнилось, как на первом курсе в академии прикладной магии в Эссаоре на занятии по некромантии магистр вытаскивал органы из человеческого тела и давал подержать. Мы с сестрами тогда спокойно приняли “подарочки” и рассказали все, что могли по теме, а потом неторопливо ушли в уборную и только там позволили себе расслабиться. Я видела труп тогда впервые. Не умертвие, а труп — мертвый окончательно и бесповоротно. Недавно, потому что еще толком не начал разлагаться. Но запах тогда на практикуме стоял такой же, и я запомнила его на всю жизнь, потому что теперь каждая смерть следовала за мной этим удушливой гнилой вонью. Не помогали ни духи, ни ароматические масла, ни табачный дым…

Я сделала плавный шаг назад и развернулась к мужчине, что стоял у пустого стола. За его спиной располагалась стена с выдвижными полками, где и лежали тела под защитой консервирующей магии.

— Добрый вечер, — я улыбнулась ошарашенному некромагу и отошла в сторону, давая возможность мужу самому объяснить ситуацию. Лорд Айлиссен прекрасно понимал намеки, потому сразу в двух предложениях дал понять недовольному мужчине, зачем я здесь. Потом он попросил вызвать сюда кого-нибудь из стражей и поинтересовался, давно ли поступали тела с интересующими нас признаками.

Маг молча выдвинул ближайшую полку и слевитировал обнаженное тело молодой женщины на стол.

— Еще не вскрывал, ждал помощника. — Любезно пояснил мужчина тоном, будто это мы ему помешали делать свою работу. — Если леди желает, может сделать это сама.

— Леди желает осмотреть тело, получить образцы крови и получить копии всех материалов о жертвах Зеленухи за последние полгода. — Невозмутимо ответила и подошла ближе к столу, заставляя себя перевести взгляд на труп и начать осмотр.

— Кровь. — Мужик протянул мне стеклышко, на котором была капля крови умершей и задумчиво, наблюдая за моей реакцией на тело спросил. — Некромантка?

— Хуже. — Совершенно честно ответила я. — Ведьма.

— Ааа… — Глубокомысленно изрек некромаг. — Я послал сигналку ребятам, сейчас кто-нибудь придет. А много вы трупов видели?

— Меньше, чем вы. — Прикинув в уме, созналась я. — Но проклятия и яды — моя стезя, так что, возможно помогу.

— Лорд Айлиссен. — Удивленно поприветствовал неожиданно вошедший мужчина — лет тридцати, темноволосый с трехдневной щетиной на щеках и подбородке, жуткими синяками под глазами и взглядом действительно уставшего человека. — Чем обязаны?

— Агент Дайллер, это Мария Тентари. Моя жена, а по совместительству ваш новый консультант по проклятиям, ядам и зельям.

— Лорд Айлиссен, при всем уважении, когда я говорил о необходимости усиления, имел в виду немного другое.

— Эта леди — ведьма, агент Дайллер. А кто разбирается в проклятиях лучше, чем ведьмы?

— Но…

— Агент Дайллер, я Мастер-зельевар, Магистр в области артефакторики и маготоксикологии. Имею целую стопку рекомендательных писем от Верховной и Совета Первых. Уверена, смогу быть полезной в этом расследовании.

— Знакомы с самой Верховной? — Удивленно переспросил “паренек молодой, но смышлнный”.

— Шапочно. — Хмыкнула, отмечая задумчивый и хмурый взгляд мужа. — Я помогала ей в некоторых обрядах, когда она приезжала в Империю.

Удовлетворенный таким ответом засланец Станы кивнул и посмотрел на лорда Айлиссена, ожидая дальнейших распоряжений.

— Я выполнил вашу просьбу, пошел навстречу, и буду ждать результатов расследования не позднее, чем к концу недели. В противном случае понесете наказание. Мари, вас это тоже касается.

А потом муж щелкнул пальцами и испарился в мареве перехода. Пекло! Голову даю на отсечение — пошел по мне информацию собирать!

Тяжело вздохнула и на испуганный взгляд некромага поспешила заверить:

— Ничего он мне не сделает, я ему сына родила этой ночью.

— Поздравляю! — Мужик счастливо улыбнулся, а потом посмотрел на меня еще более испуганно. — Ох! Как же вы так! Только родили и уже в расследование лезете! Вам же несколько недель восстанавливаться!

— Пока я буду отдыхать, люди продолжат умирать. — Я покачала головой. — Агент Дайллер, мне нужны копии всех материалов, подробная информация по каждой жертве и кофе. Очень много кофе, лорд Дайллер…

Ночь была длинной. За это время я изучила все материалы, что относились к смерти от Зеленухи в Эртаме, осмотрела все трупы по нашему делу, что находились с местном морге, и в общем здорово разозлилась. Привыкла, что все дела решаются грубой силой. На расследование дела умирающих беременных девочек ушло полчаса. На то, чтобы придумать, как заменить мэра в Мельске, — десять минут. А здесь уже третий день работаю. Надо отложить все и заняться исключительно этим делом, потому что иначе я его не раскрою.

Но мои планы были лишь моими планами. Когда начало светать, в кабинете, где засели мы с агентом Третьего Отделения, появился мой дорогой супруг.

— Пора домой.

— Я не закончила.

— Ильгерт голоден.

— Пекло! Дай мне минуту. — Я забрала черновики с записями, где помечала несоответствия в деле, вложила в журнал регистрации тел закладку, чтобы потом не искать, где остановилась, и решительно встала из-за рабочего стола, который оккупировала. — Нужно найти и доставить в дом Айлиссена самые новые справочники и энциклопедии по ядам и ядовитым змеям. Желательно сделать в течение двух часов.

Агент кивнул, давая понять, что все сделает, и я со спокойной совестью подошла к Урилу, чтобы он тут же перенёс нас в его гостиную, где стояла кроватка Илюши. Рядом стояло кресло, где дремала няня.

— Решил, что у нашего сына должно быть место и на моей территории. — Пояснил супруг, отвечая на мой вопросительный взгляд. — Твои покои почти готовы.

Молча кивнула и пошла к спящему сыну. Ильгерт был спокоен и безмятежен, кажется, даже улыбался во сне. Хотя я не уверена, что мне это не показалось. Младенцы умеют улыбаться во сне?

Я аккуратно протянула ниточку магии от своего резерва к его и начала передавать магию. У сына был маленький потенциал, в утробе он недополучал магии, хоть дедушка-мэр старался как мог. И наверное я ему должна быть за это благодарна, но у Тёмных как и у ведьм слишком многое зависит от силы. Твоё место в иерархии определяет уровень твоего дара. А мой сын должен был стать слабым магом, чего мне не хотелось.

Сначала казалось, что сил в нем много. Но сейчас, когда резерв был почти пуст, я ясно видела его очертания.

— Ты хмуришься. — Заметил супруг. — Что-то не так?

— Всё не так. — Честно призналась, обернувшись к нему. — Наш малыш слишком слабый. Я боюсь, он не сможет занять высокого поста.

— Я поспособствую. Возможно, это будет должность, где нужно думать, а не колдовать. Мне мало помогает уровень моей силы сейчас.

— Да, но это не самое важное, Урил. Ильгерт — сын ведьмы и высокопоставленного тёмного. Как ты думаешь, насколько он будет амбициозным? Амбиции и неспособность самореализации выльются в конфликты с теми, кто сильнее. А тебя и меня рядом может не оказаться, чтобы защитить.

— Ты боишься, что он пострадает?

— Да. Безумно. — Я выдохнула. — Как только пройдёт срок, когда Ильгерт от меня зависит, мы отправим его в Фитоллию.

— Нет.

— Я не спрашиваю разрешения, Урил. — Подошла к супругу и положила руки на его плечи, обнимая. — Если мы одна семья, то мы семья во всех смыслах. Если нет, то я заберу ребёнка и исчезну. Ты никогда не найдёшь нас, даже если всех Ищеек на уши поставишь.

— Именно поэтому мой сын никуда не уедет.

— Ведьмы смогут развить его резерв, прецеденты были.

— Ты тоже ведьма. Займешься этим сама.

— Ильгерт уедет в Фитоллию. — Начиная закипать, но пока спокойно постановила я.

— Ни ты, ни он никуда не уедете. — Так же спокойно ответил тёмный.

— Это мы ещё посмотрим! — Подбоченилась ведьма и решительно зашагала в направлении своей спальни, намереваясь воспользоваться той дверью, к которой Темный лорд обещал без разрешения не прибегать. Но на этот раз супруг с упорством истинного некроманта — в том смысле, что они готовы неделями сидеть на кладбище, наполняя плетения магией, чтобы в нужный момент поднять какое-то одно умертвие — пошел за мной, перехватил в собственной спальне у самой двери и резким рывком прижав к себе.

— К чему твои слова о настоящей семье во всех смыслах? Ты решила перевести наши отношения на новый уровень? — Горячий шепот у самого уха, так близко, что губы касаются нежной кожи, отчего по шее вниз — к позвоночнику — прошлась волна тепла.

— А ты бы этого хотел? — Спросила почему-то тоже шепотом.

Урил прижал меня еще сильнее, демонстрируя, что как бы тот самый переход на новый уровень он готов совершить прямо здесь и сейчас. И судя по его репутации даже не один раз. И, кажется, даже не два.

Почему-то от такой простой арифметики стало жарко. Я глубоко втянула воздух носом, стараясь прояснить разум. Запах одеколона Айлиссена ударил в голову сильнее, чем испарения от штерского яда, который считается вообще-то самым действенным афродизиаком.

Я повернулась в кольце рук мужа и потянула его за шею, чтобы нагнулся ближе. Темный лорд послушно поддался и оказался первой жертвой знаменитой ведьминской чувственности. Не то чтобы у меня до Урила никого не было, просто чувственности не было. Вернее, я это поняла только сейчас, потому что все, что было до — не идет ни в какое сравнение. Потому что только руки моего темного могут обнимат так крепко и нежно одновременно, потому что только он способен угадывать, когда нужно остановиться и дать мне немного воздуха, а когда не стоит останавливаться ни на секунду, потому что любое промедление подобно смерти. И он не останавливался, целовал, прижимал к себе до нехватки воздуха близко, даже когда укладывал на холодные простыни.

— Я отправил Дизиту в твои комнаты. — Прошептал муж.

— Ты серьезно думаешь, что говорить о другой женщине в постели с ведьмой — хорошая идея? — Недовольно сощурилась, собственно, ведьма подвида “ревнивая”, пытаясь в темноте разгядеть лицо супруга. Но видела я только глаза мужа, горящие во тьме двумя зелеными огоньками, будто мои личные маяки.

— Я даже думать ни о ком, кроме тебя, уже не могу. — Спускаясь губами к шее, признался Урил. — Ни о чем, кроме тебя…

Все смешалось, раскрутилось в сумасшедшей центрифуге и взорвалось миллионом горячих стонов, глупых признаний и бесконечных поцелуев. И не было больше ничего вне этого взрыва. Ничего — ни мыслей, ни планов, ни обид. Только сильные мужские руки, которые были единственным, что удерживало меня в этом мире. Только настойчивые мягкие губы, что убивали и возвращали к жизни раз за разом.

— Ильгерт поедет в Фитоллию. — Перед тем, как отключиться, упрямо прошептала я.

— Нет. — Так же упрямо ответил супруг. — Но ты знаешь, как можно попытаться меня переубедить.

Я знала. Но сил не было, так что я просто уснула.