Глава 34. Августина

Локтями повисла на подоконнике распахнутого окна. Прикрыв глаза, глубоко втянула запах дождя. Над нами висели грозные свинцовые тучи, но дождя ещё не было. Только далекий грохот и холодный ветер, несущий в себе запах дождя и грозы, намекали на то, что вот-вот и у нас польёт.

Закутавшись в старый мамин вязаный кардиган, пыталась согреться. Не до конца было ясно, где теплее этим вечером – дома или на улице. Кажется, одинаково холодно.

– Гу́ся, – окликнул меня тихо папа.

– М? – глянула на него через плечо.

– Замерзла? Разожжем камин?

– Давай, – последний раз вдохнула холодный влажный воздух и закрыла окно.

Прошла к дивану и плюхнулась в него, молча наблюдая за тем, как папа открыл камин, заготовил лучину и сложил на нее сверху дрова. Яркое пламя спички осветила папино лицо и карточку в его руке.

– Это же визитка твоего друга, – нахмурилась я. – Хочешь сжечь?

– У моего друга никогда не было для меня визиток, дочка, – проговорил папа с долей грусти и некоторого разочарования. Покрутил между пальцами картонный прямоугольник и поджёг его уголок. – У моего друга, как и у меня для него, всегда была только дружба. А это… – вздохнул он и забросил горящий кусок картонки в камин. – Наверное, иногда стоит оставить старую дружбу только в хороших воспоминаниях. Так что не будем их омрачать. Да? – повернулся папа ко мне, улыбаясь уголком губ.

– Угу, – кивнула я плавно.

Убедившись в том, что огонь в камине не погаснет, папа сел рядом со мной на диване. Треск дров и тепло очага заполнили дом, согрев его приятной уютной атмосферой.

Подобрала ноги, придвинулась поближе к папе и положила голову на его плечо. Папа мягко уткнулся виском в мою макушку.

По окну тихими робкими каплями застучал дождь.

– Жалко Рамильки с нами нет, – неожиданно вздохнул папа.

– Почему?

– Сейчас бы за дровами его под дождь отправил. А так самому придется идти.

– Пап, – укоризненно ткнула его пальцем в ребра.

– Да, ладно, – поймал он мой палец и захватил остальные, чтобы согреть в своей теплой ладони. – Забавно же смотреть, как он хорохорится, но всё равно идёт и делает, кучеряшками тряся.