Глава 10

Второй круг Тверской аномальной зоны.

Имение рода Корчаковских.

Мне оставалось только надеяться, что никто из подчинённых Михаила Юрьевича не сорвётся. Судя по дребезжанию Источников всех магов вокруг, многие были на грани обморока. А Кот только рад стараться. Морда кирпичом, ауру чуть отпустил и направил куполом на всех потенциальных врагов. Даже не угрожал ещё толком никому, а одарённые уже в полуобморочном состоянии. Хотел одёрнуть Аларака, но потом передумал. Сотня Витязей, которые стояли на стенах и даже на крыше имения графа Корчаковского точно оказались лишними. Похоже, дипломатический талант Кота вышел на новый уровень.

— На каких основаниях вы мне хотите предъявить какие-то требования, ваша светлость? — впервые с момента нашего прибытия, нагло улыбнулся князь. Надо признать, что стоило это Истомину очень дорого. Он тоже был магом и не мог игнорировать давление Аларака. Вот только князь отлично знал, что мы не на войне и я не стану его убивать. А это полностью меняло ситуацию. Трясти мускулами можно было сколько угодно, но атаковать кого-то было уже за гранью разумного. Особенно если на это не было серьёзного повода. Однако, сражаться другими методами я тоже умел.

— На правах полноценного союзника и представителя интересов нескольких благородных родов первого и второго кругов Тверской аномальной зоны, — предельно холодно ответил я и увидел, как улыбка на лице собеседника медленно угасает. Зато Корчаковский воспрял и словно бы даже стал выше ростом. — Я требую своего участия в этих переговорах в качестве гаранта законности и справедливости всех требований к участнику союза.

— Но союз… — начал было Истомин, а потом его взгляд впился в файл с документами, который я держал в руках. Документы взял точно такие же, как при заключении официального союза с бароном Костровым. Времени готовить что-то новое у меня не было, а озадачивать этим Бетюжина не стал. Юрист и так со скрипом согласился на выездную проверку документов. Михаил Юрьевич умел очень быстро соображать и правильно делать выводы. Поэтому проблем не возникло. — Что ж… Ничего не имею против, ваша светлость.

— Вот и замечательно, — снова улыбнулся я. — Тогда предлагаю всё же позавтракать. Начать сразу не получится, потому что Григорий Антонович приедет только через час. А где у вас столовая, Олег Сергеевич?

— Бетюжин? — как-то быстро растеряв всю свою решительность, переспросил Михаил Юрьевич. — Григорий Антонович согласился выехать из дома?

— Я умею быть убедительным, ваша светлость, — просто ответил я. — Вы к нам присоединитесь за завтраком или останетесь со своими людьми?

Истомин посмотрел в сторону своей охраны, потом его взгляд перешёл на Аларака и Рыкова, но тут же пугливо отскочил обратно. Если вариантов у остальных гостей не было, то сам князь мог хоть немного снизить давление ауры африканца на свой Источник.

— Пожалуй, я действительно немного проголодался и готов составить вам компанию, — ответил князь. — Разумеется, если Олег Сергеевич не возражает.

— Я думаю, это будет просто замечательный завтрак! — довольно воскликнул граф и жестом подозвал к себе высокого юношу, как две капли воды похожего на главу рода Корчаковских. Только моложе вдвое. — Артём, распорядись всё подготовить в малой гостиной!

— Конечно, отец, — чуть угловато поклонился парень, а потом всё впечатление от сына графа резко поменялось. За нескладной внешностью и внешней робостью я вдруг увидел что-то более интересное. Парень стрельнул глазами в сторону забора, на котором стояла пара Витязей под маскировкой, а потом посмотрел на Аларака. Пристально и оценивающе, будто ощутил на чём именно основана маскировка моих дружинников. Это длилось всего одно мгновение, но теперь показная робость наследника рода Корчаковских выглядела очень качественной маской. — Немедленно займусь этим.

Завтрак был готов в течение двадцати минут. Мы с графом Корчаковским и князем Истоминым успели пройтись по территории, где Олег Сергеевич рассказал нам много всего о редчайших растениях своего обширного сада. Час за едой пролетел незаметно. Говорить о чём-то серьёзном в присутствии Истомина мне не хотелось, а у графа с князем разговор не клеился по другим причинам. Сам Михаил Юрьевич всё больше отмалчивался и о чём-то напряжённо размышлял.

Бетюжин прибыл с опозданием в пять минут, что его самого очень сильно рассердило. Поэтому взбудораженный юрист взялся за проверку всех предоставленных Истоминым документов с удвоенной энергией. В результате напора Григория Антоновича, почти все договора о долгах с давностью больше двадцати лет сразу ушли в мусорку.

— Вы бы ещё на коленке их просто составили, Михаил Юрьевич, — ворчливо высказался на этот счёт юрист. — Даже печатей толком нет никаких. Такие документы даже Тверской районный суд не примет за основание финансового требования.

— Там есть подпись прежнего главы рода Корчаковских, — возразил Истомин.

— Там есть закорючка, которая ничем не подтверждена, — невозмутимо ответил Бетюжин. — Ни магической стабилизации бумаги, ни родовой магической печати. А любой водник вам сделает такую копию подписи, что ни одна экспертиза не отличит. Даже возраст документа подделывают запросто. Поэтому приберите эти бумаги, Михаил Юрьевич. Если хотите, можете их у себя в кабинете повесить. Что дальше? Вот эту часть я делал. И повторю то же самое, что говорил вам при составлении документов — если господин Корчаковский просто поднимет все банковские операции между вашими родами, то сразу станет понятно, что ваши претензии не имеют оснований. Потому что сроки любой инвестиции имеют своё время давности. Но вы настояли именно на такой формулировке.

— Данные о банковских операциях за пятнадцать лет? — забирая ветхие контракты и договора со стола, позволил себе снисходительную улыбку Михаил Юрьевич. — За некоторые преступления меньший срок дают. Мне доподлинно известно, что такие материалы не хранятся больше пяти лет.

— В обычных архивах, — вставил юрист. — А в закрытых хранилищах данных имперского банка очень даже хранятся. Только доступ туда имеет не каждый.

— Как думаете, Геннадий Алексеевич Сидак может нам помочь в этом вопросе, Григорий Антонович? — поинтересовался я.

— Безусловно, — кивнул Бетюжин. — Сам хотел вам предложить к нему обратиться.

— Не нужно беспокоить уважаемого человека, — сдерживая рвущееся из него недовольство, произнёс Истомин и, забрав со стола вторую пачку документов, положил её в папку к остальным бумагам. — Что с остальным, Григорий Антонович?

— С остальным? — пролистав в несколько раз похудевшую стопку бумаг, вздохнул юрист. — Остальное исключительно заслуга предельной доверчивости графа Корчаковского и его юридической неграмотности. Заведомо убыточные контракты с массой обязательств и даже гарантией того, что все неустойки будут выплачены по первому требованию. Тут я сделать ничего не смогу.

— Вы и так сделали очень много, Григорий Антонович, — с признательностью в голосе, произнёс Олег Сергеевич. — Сколько получилось в итоге.

— Два миллиона триста пятьдесят тысяч рублей, которые вам нужно выплатить в течение суток, — отчеканил Бетюжин. — Либо согласиться на альтернативный вариант решения возникшей проблемы, которые предлагал Михаил Юрьевич.

— Я заплачу немедленно, — с победной улыбкой посмотрел на Истомина граф. Вряд ли соседа устраивали итоги этой встречи, но поделать он ничего не мог. Я в виде гаранта и Бетюжин в качестве признанного специалиста буквально уничтожили все планы князя. А Корчаковский ликовал. Наверное, по всем его владениям сегодня будет устроен настоящий праздник. Вот только мне не верилось, что Михаил Юрьевич так легко расстанется с положением хозяина двух кругов обороны. — Куда перевести средства, Михаил Юрьевич?

— Вы знаете номер моего счёта, ваше сиятельство, — неискренне улыбнулся Истомин. — Если мы закончили, то я вынужден вас покинут. Много дел накопилось.

— Минутку, ваша светлость, — попросил Корчаковский. — Дождёмся перевода средств, чтобы при уважаемых свидетелях закрыть этот вопрос окончательно.

Михаил Юрьевич дёрнулся, как от удара, но только выпустил воздух сквозь плотно сжатые зубы. Я сдержал невольную улыбку. Даже загнанный зверь может напасть на хищника в критической ситуации. И граф был в праве отпраздновать победу так, как считал нужным.

— При уважаемых свидетелях я подтверждаю, что средства по всем претензиям рода Истоминых к роду Корчаковских получены в полном размере, — по-змеиному растянул губы в улыбке князь. — Хорошего дня, господа. Григорий Антонович. Ваша светлость.

Князь уехал и юрист тоже засобирался. Граф отправился распорядиться о праздничном мероприятии, а я пошёл проводить Бетюжина до машины. По пути услышал ещё несколько полезных комментариев от юриста и окончательно убедился в том, что Олег Сергеевич вряд ли справится с той задачей, которую я хотел ему поручить.

— Жаль, что сына его рядом не было, когда Михаил Юрьевич дела свои проворачивал, — недовольно, как впрочем и почти всегда, проворчал Бетюжин. — Артём Олегович мог бы помочь очень сильно сэкономить отцу. Нервы и деньги, что, в принципе, почти одно и то же.

— Думаете? — поняв, что не ошибся в том, что парень не так прост, как хотел казаться, спросил я.

— Уверен, — кивнул юрист. — Хороший мальчик. Даже была мысль его к себе в помощники взять. Возраст сказывается, и я уже не везде поспеваю.

— Вот как? — удивлённо поднял брови я. Такой рекомендации не было ни у кого из тех, с кем я был знаком. Чтобы просто заслужить похвалу от древнего юриста, нужно было сделать что-то невероятное. А чтобы старик решил с кем-то работать…

— Определённо, — снова кивнул Григорий Антонович. — Я бы сказал, что успехи рода Корчаковских в последние годы связаны именно с тем, что Артём вернулся из Австрийской Империи. Ему бы практики побольше, чтобы база заграничная улеглась правильно и будет отличный специалист.

— Благодарю вас, Григорий Антонович, — пожимая руку собеседнику, произнёс я. — Вы, как всегда, отработали на высочайшем уровне.

— Сорок тысяч, — без особых эмоций ответил юрист. — Счёт мой вы знаете. Калькуляцию, если это необходимо, вышлю на вашу почту.

— Не нужно, — улыбнулся я. — Уверен, вы всё правильно посчитали. А можно вопрос, Григорий Антонович?

— За тысячу рублей я готов ответить даже на два вопроса, ваша светлость, — усмехнулся Бетюжин. — Для вас сегодня большая скидка.

— Отличная новость, — рассмеялся я. — Включите это в общий счёт за ваши сегодняшние услуги. На что вы тратите столько денег, Григорий Антонович?

— Это и есть ваш вопрос, Ярослав Константинович? — удивлённо посмотрел на меня юрист. — Сразу видно, что теперь доходы вашего рода вышли на совершенно иной уровень. Не так давно подобные суммы для вас были достаточно весомыми.

— Это и есть мой вопрос, — кивнул я.

— Деньги — ресурс, ваша светлость. И мерило важности вопроса, — пожал плечами Бетюжин. — Мне нужно понимать, насколько человек готов к тому, чтобы решить свою проблему. Многих останавливает высокая цена, даже несмотря на гарантию результата. Если же вы хотите узнать о тех средствах, которые я заработал за время своей работы, то они распределены на множеству направлений и работают на общую цель.

— Интересная позиция, — хмыкнул я. Учитывая расценки Григория Антоновича, на него вполне могло работать больше десятка исследовательских институтов или частных лабораторий. Даже захотелось узнать, что именно это за цель. Вот только я прекрасно понимал, что собеседник за тысячу рублей отделается просто общими фразами. — Благодарю за ответ.

— Второй вопрос? — тут же произнёс Бетюжин.

— Пожалуй, оставлю его на будущее, — улыбнулся я.

— Не пойдёт, ваша светлость, — неожиданно нахмурился юрист. — Закроем это дело здесь и сейчас.

— Хорошо, — спокойно кивнул я. — Хотите ли вы стать старшим?

— Что? — как-то растерянно переспросил Григорий Антонович. — Что вы имеете в виду, Ярослав Константинович?

— Вы уверены, что хотите обсудить это прямо здесь? — прямо спросил я и увидел, как собеседник нервно оглянулся по сторонам. Судя по всему, Бетюжину было плевать на то, что происходит вокруг и кто может нас услышать.

— Если я правильно вас понял, ваша светлость, то вы владеете очень редкой и важной информацией… — тщательно подбирая каждое слово, начал Бетюжин. Скорее всего, юрист помнил о нашей встрече в аномальной зоне. Поэтому у него не возникло мыслей о том, что я ошибся или вообще не понимаю о чём говорю. Но поверить в то, что он не ослышался, было для собеседника очень сложно. — И я готов на многое, чтобы продолжить этот разговор в удобной для вас обстановке.

— Тогда приезжайте завтра ко мне в имение, — ответил я. — Возможно, к этому времени Антип уже вернётся из своего похода.

— Я… — тут же начал юрист, но сбился и нахмурился. — Я думал, что вы разбираетесь в вопросе, ваша светлость. Тогда вы должны понимать, что такое предложение для меня невыполнимо.

— Антип не будет против, — спокойно произнёс я. — С недавних пор древний слуга моего рода стал шире смотреть на многие вещи.

— Я услышал вас, Ярослав Константинович, — слегка поклонился мне юрист и быстро, не прощаясь, сел в машину.

К этому времени Истомин уже покинул территорию имения, но ворота пока оставались открытыми. Водитель Бетюжина плавно тронул машину с места, но потом резко ускорился, будто пассажир его подгонял плетью. Стоявшая у наших машин моя группа поддержки проводила транспорт взглядом и я увидел озадаченные взгляды Кота и Вепря.

— Вепрь! — произнёс я. — Мы тут закончили. Возвращай бойцов на базу. Сами подождите.

Дежурная сотня Витязей, стоявшая в оцеплении на всех возвышенностях по периметру имения и даже на самом особняке, отключила маскировку. Со стороны охранников поместья, бродивших по своим привычным маршрутам, послышались нервные возгласы и их сложно было винить. Когда у тебя над головой появляется тройка непонятных татуированных мужиков, без особых усилий балансирующих на высоченном заборе, поневоле задумаешься, что ты мог сделать в случае их нападения. А когда таких мужиков больше сотни…

Витязи безмолвно и от того ещё более пугающе сорвались с места и исчезли за ограждением имения. Полтора десятка Мастеров, которых я брал со своей территории ушли к нашему транспорту, оставленному в километре от особняка Корчаковских. Проверив, что все выполнили мой приказ, вернулся в здание.

Там уже вовсю кипела суета. Носились слуги, кто-то пытался дозвониться до ресторана в Твери. У меня сложилось стойкое впечатление, что никто особо не понимал, чего именно хочет граф, поэтому все решили делать по максимуму.

И только стоявший в холле сын Олега Сергеевича казался вырванным из всеобщей суеты. Собранный взгляд, немного напряжённый внешний вид и совершенно неподходящее ситуации хмурое выражение на лице.

— Где я могу найти вашего отца, Артём Олегович? — поинтересовался я.

— Он наверху, ваша светлость, — ответил парень. — Ждёт вашего возвращения. Я вас провожу.

— Благодарю, — кивнул я. Сын графа направился к лестнице, но по пути внезапно остановился и внимательно посмотрел на меня.

— Разрешите задать вам вопрос, Ярослав Константинович, — произнёс Артём.

— Конечно, Артём Олегович, — улыбнулся я. — Но ответ не гарантирую.

— Эти люди, которые стояли по периметру имения, это ведь выделенное подразделение, которое вы оставили на нашей территории? Верно? — явно сосредоточенно обдумывая что-то важное, спросил Артём.

— Верно, — кивнул я.

— Они ведь прибыли из Африки? Я слышал, что вы вернули выделенную бригаду на родину, чтобы выполнить условия подготовки к гону. Это так? — задал следующий вопрос наследник рода Корчаковских.

— Удивлён вашей осведомлённостью, Артем Олегович, — улыбнулся в ответ я. — В чём суть вашего вопроса?

— Эти татуировки у них… — неуверенно продолжил парень и, будто показывая, что имеет в виду, провёл пальцами себе по лицу. — Это вы их сделали? Я чувствую, что они защищают их от безумия.

— Так в чём суть вашего вопроса, Артём Олегович? — чуть более жёстко спросил я и парень окончательно потерялся.

— Я… А можно мне тоже такие? — разом сменив тон, очень решительно произнёс молодой Корчаковский.

— Зачем? — удивлённо спросил я.

— Я вижу сны, — собравшись с духом и посмотрев мне в глаза, ответил Артём.