Глава 9

— А вы всё так же придерживаетесь своей теории, Виктор Романович, — чуть обогнав меня, чтобы первой войти в беседку, весело произнесла моя сестра. Едва услышав голос княжны, крупный мужчина молниеносно обернулся и я снова испытал стихийный приступ воспоминаний. Если добавить этому человеку пол сотни шрамов и столько же лет, то сходство станет абсолютным. — Здравствуйте господа! Простите, что помешали вашей стихийной лекции.

Пара, беседовавшая с бароном, настороженно смотрела на меня. Настю они однозначно уже видели раньше и знали, а кого княжна привела с собой в первый момент определить не смогли. Я стоял в тени беседки и это мешало рассмотреть наше с сестрой сходство. Я даже задумался о том, почему внезапное появление постороннего вызвало подобную реакцию. Будто они обсуждали детали заговора против Императора.

— Счастлив видеть вас, Анастасия Константиновна! — очень искренне воскликнул Виктор Романович. Он, в отличие от своих спутников, буквально излучал радушие, будто готов был обнять весь мир. — Не стоит обвинять меня в излишнем давлении на своих друзей, княжна. Каждый имеет право знать настоящую историю нашего мира.

— А вы с ней знакомы? — окончательно придя в себя, поинтересовался я. Ожегов посмотрел на меня и приветливо улыбнулся. Правда, в глазах барона всё равно застыл вполне очевидный вопрос, на который я решил сразу ответить. — Прошу простить, что вмешался в ваш разговор, господа. Меня зовут Ярослав Константинович Разумовский. По счастливому стечению обстоятельств, я прихожусь братом Анастасии Константиновне.

— Приятно познакомиться с вами лично, ваша светлость, — первым протягивая мне совсем не аристократическую ладонь, снова улыбнулся барон. Похоже, он вообще любил улыбаться, а рукопожатие этого человека оказалось предсказуемо мощным. Словно я засунул руку в гидравлический пресс. Вообще мужчина выглядел настоящим богатырём. Кровь с молоком. Соломенного цвета волосы и яркие голубые глаза только дополняли впечатление деревенского громилы. И только лицо выдавало, что этот человек далеко не так прост, как может показаться. Чем-то барон мне напомнил Глыбу. Только аспект у него был другой. Огненный. — Ожегов Виктор Романович. А это мои хорошие друзья, граф и графиня Мальцевы. Что же касается вашего вопроса, Ярослав Константинович, то я убеждён, что никто из ныне живущих ничего не знает о делах далёкого прошлого. Княгиня Разумовская могла бы подтвердить мои слова. Ваша матушка очень хорошо разбиралась в этом вопросе.

Это было неожиданное заявление. Княгиня занималась поисками информации для исследований прежнего главы рода в таких областях, куда не стоило заглядывать посторонним. И слова барона о Вершителях это лишний раз подтверждали. Но теперь хотя бы можно было понять, насколько эта тема вообще известна в современном мире. Заодно и отношение этого интересного человека к княгине Разумовской можно узнать.

— Вы были знакомы? — спросил я. Правильная речь, интересные обороты и явное отношение к научным кругам. Ожегов был наполнен противоречиями, как истинный носитель силы Огня.

— Только заочно! — ответила за Ожегова моя сестра. — Они работали вместе над одной теорией во время учёбы Виктора Романовича в МАМИ. Эта работа даже выложена на портале Академии.

— Должен сказать, что лучшего руководителя практики у меня в жизни не было, — улыбнулся Виктор Романович. — Отчасти, именно тогда я решил изучить вопрос подлинности некоторых находок из далёкого прошлого более подробно и даже разработал метод проверки. Но это не так интересно, как некоторые вещи, которые мне удалось узнать в ходе исследований.

— О Вершителях? — нейтрально поинтересовался я. Изображать интерес мне не пришлось. Эта тема действительно меня волновала и до этого момента я был уверен, что подобная информация хранится в строжайшей тайне, если вообще известна кому-то. По крайней мере, ни о себе, ни о своих братьях и сёстрах, никакой информации в открытом доступе я не нашёл. Возможно, просто не там искал.

— Не только, ваша светлость, — рассмеялся барон. Мельком взглянув на сестру заметил, что Настя с неподдельным интересом слушает Виктора и это внимание со стороны княжны заставляет барона смущаться и немного путаться в словах. — Но я бы сказал, что образ Вершителей имел огромное значение для представителей древнего мира. Особенно периода до глобального сдвига реальности, который связывают с получением людьми магических сил.

— Довольно интересно, — улыбнулся я. Первое впечатление постепенно развеивалось и я всё больше убеждался, что с моим последним генералом этот человек не имеет ничего общего. Возможно, если бы Берннхард жил в другое время и пошёл другим путём, то он мог стать бароном Ожеговым. Так же, как и я никогда не думал, что буду поднимать с колен почти уничтоженный аристократический род в стране, до появления которой в мире должно было пройти несчетное количество времени.

— Вы даже не представляете, сколько всего с этим связно Ярослав Константинович! — горячо воскликнул Ожегов и я краем глаза увидел, как граф Мальцев слегка закатил глаза. Вполне возможно, что Виктор Романович оказался чересчур увлечён своей теорией. Однако, представители рода Мальцевых стойко держали удар и даже не зевали. — Я бы сказал, что древние люди напрямую связывали появление своей силы с Вершителями. Это был собирательный образ природы, носивший черты всех известных нам сил сразу. Где-то Вершитель владел воздухом и тьмой, что принципиально невозможно для живого существа. А где-то другими невозможными парами аспектов. Таким образом древние хотели показать, что есть существа, которые значительно выше людей. Во многих культурах вершители обладали статусом значительно выше правителей и жрецов разных культов.

— Почему вы решили, что есть невозможные пары аспектов, Виктор Романович? — спросил я. Тот же Антипов прекрасно смешивал разные аспекты, чтобы получить грязный Эфир. Если это было возможно с энергиями, то и люди могли сочетать в себе подобные качества. Тем более, что носители пары аспектов известны давно. — Если древние говорили, что есть свидетельства существования подобных пар.

— Это не Виктор Романович так решил, ваша светлость. — произнесла графиня Мальцева. — Это подтверждено современной магической наукой. Множество испытаний с энергиями доказали, что человеческое тело не может выдержать одновременно один стихийный аспект и один тяжёлый. Про пару тяжёлых даже говорить не стоит. Поэтому, истории древних летописцев можно считать всего лишь выдумками.

— Поэтому вы уверены, что эти Вершители всего лишь собирательный образ, ваше сиятельство? — решила принять участие в беседе Настя.

— Именно так, Анастасия Константиновна, — убеждённо заявил барон. — В любом другом случае, до нас дошло хотя бы одно имя подобных существ, а не только описания их дел. Например, если брать великое сражение Вершителей, которое описывал в одном из своих трудов Мустафа Ферджад. По его словам, та битва стала причиной разделения континентов и возникновения в Африке первой аномальной зоны. Однако, мы прекрасно знаем, с чем в реальности связана современная форма материков нашего мира.

— Но по аномалиям точных данных ни у кого нет, Виктор Романович, — вставил своё слова граф. — И вы не можете отрицать, что битва ваших Вершителей могла стать причиной нарушений в нашем мире.

— Не могу, Дмитрий Фёдорович, — вынужден был согласиться Ожегов. — Но вы только представьте себе тот масштаб энергий, которые должны быть задействованы при таких сражениях! Подумайте о том, как должно кипеть и плавиться пространство, когда в ход идут мириады сфер маны! Там не аномалия, а настоящая дыра в пространстве и времени должна была образоваться!

— Яр! — чуть тронула меня за руку Настя. — Ярослав Константинович?

Я вдруг понял, что не вижу ничего вокруг. Исчезла беседка и люди в ней. Перестало существовать тело. В голове бурлили воспоминания о струнах реальности и океанах энергии, которые я мог пускать вход по велению одной мысли.

— Да, — открывая глаза и усилием воли возвращаясь к реальности, произнёс я. — Виктор Романович прав — масштаб поражает!

— Благодарю, ваша светлость, — весело ответил барон и наставительно поднял палец. — И вот здесь мы возвращаемся к тому моменту, на котором я остановился, господа. Образ истинного Вершителя, сохранившийся в некоторых трактатах Поднебесной, отличался от всех остальных именно тем, что в первую очередь заботился о своих людях. Отчасти, именно поэтому политика Первой Империи так сильно завязана на развитие общества. Я считаю это признаком древних учений, которые появились на заре развития магии. Учитывая, что Поднебесная к этому времени была уже полноценной страной, то ничего удивительного нет в том, что они переняли эту философию. Если честно, то иногда мне кажется, что нашему Императору стоило бы отправить к восточным соседям пару делегаций для обмена культурным опытом.

— Барон! — с намёком посмотрела на Ожегова графиня и тот смущённо улыбнулся. — Думаю, что не только я устала от энтузиазма Виктора Романовича. Как вы смотрите на то, чтобы вернуться к остальным гостям? Думаю, там уже закончили официальную часть и можно наконец перейти к развлечениям.

— Уверена в этом, — ответила Настя. — Граф Добрышев говорил, что сегодня будут особенные гости из столицы. Какая-то труппа с совершенно новой постановкой.

— Театр? — поморщился Ожегов и я невольно улыбнулся. Сестра не торопилась давать повод Виктору Романовичу активно действовать, но при этом держалась между нами, а не с моей стороны. Этого для меня уже было достаточно, чтобы определить отношение Насти к барону.

— Мне тоже не особенно нравятся всякие новые прочтения старых постановок, Виктор Романович, — произнёс я. Возвращаться в особняк не хотелось. Кроме толпы людей и сомнительных разговоров, ничего интересного там меня не ждало. — Не хотите ещё прогуляться? Анастасия Константиновна?

— Уверена, что граф не оставит меня в трудной ситуации, — проникновенно посмотрела на Дмитрия Настя.

— Разумеется, ваша светлость, — тут же ответил граф и его супруга выразительно посмотрела на мужа. — Вы можете на нас положиться, Ярослав Константинович. Мы с супругой не отойдём от вашей сестры ни на шаг.

— Благодарю, ваше сиятельство, — кивнул я и посмотрел на Анастасию. Сестра понятливо кивнула. Мне требовалось некоторое время, чтобы лично пообщаться с бароном и княжна будет максимально избегать любых своих знакомых, пока я не вернусь. — Барон?

— В дальней части сада есть замечательный уголок с живой изгородью, ваша светлость, — улыбнулся Ожегов. — Там крайне редко бывает кто-то посторонний.

— Хотел узнать, как у вас обстоят дела в последнее время, Виктор Романович? — когда мы обсудили все возможные мелочи и наконец могли перейти к серьёзным вещам, задал вопрос я. — Анастасия Константиновна говорила, что у вашего рода возникли определённые трудности после введения нового налога.

— Только на одном направлении, Ярослав Константинович, — поспешил меня заверить барон. Но сразу стало понятно, что именно это направление и служит главным источником доходов для его семьи. — У нас есть недвижимость в столице, которая с лихвой перекрывает все расходы нашего рода. Да и, признаться честно, расходы эти не так велики. После того, как погиб в аномальной зоне мой отец, из всего рода остались только мы с сестрой. Отчасти, поэтому я нахожу общение с вашей сестрой таким интересным. Для юной девушки, которая пережила такие тяжёлые события, она удивительно оптимистична и восхитительно радуется жизни.

— Понимаю, — улыбнулся я. Ожегов был старше меня примерно на десять лет. Для главы рода это был достаточно юный возраст. Про себя я вообще не говорю. Но при этом рассуждал Виктор Романович очень здраво. — Возможно, это не моё дело, но иногда стоит избавиться от тяжёлых активов, которые тянут из вас силы и нервы.

— Это не так просто, как может показаться, ваша светлость, — невесело усмехнулся Ожегов. — Не думаю, что вам стоит погружаться во все детали договорённостей, которые были достигнуты между моим отцом и прежним губернатором. Если коротко, то отказаться и выйти из арендного договора я могу только после очень больших отступных. Я консультировался с рядом специалистов и все, включая господина Бетюжина, сказали, что проще платить аренду ещё десять-двадцать лет, чем пытаться расторгнуть договор.

— Ну, если даже Григорий Антонович так сказал, то ситуация крайне сложная, — задумчиво ответил я. Юрист мог найти лазейку даже в договоре с дьяволом и ему можно было полностью доверять в подобных вопросах. — А могу я полюбопытствовать, о цифрах какого порядка идёт речь?

— Сам арендный договор стоит моему роду около ста тысяч рублей в месяц, — не особенно скрываясь, ответил барон. — Для крупной площадки почти в центре Твери это совсем не много. А если добавить, что мы построили несколько складов для хранения особо ценных аномальных ресурсов на территории, то бизнес всегда приносил хорошую прибыль. Вот только последние изменения в налоговой сфере заставили всех наших арендаторов съехать. А потом оказалось, что отец переложил на них все дополнительные налоги, связанные с арендной территорией. По кругу у меня получается около полумиллиона затрат в месяц. Сумма большая, но пока справляюсь.

— Но при этом предложение от желающих взять в аренду территорию не принимаете? — уточнил я.

— Потому что их нет, Ярослав Константинович, — хмыкнул в ответ Ожегов. — Князь Покровский сделал всё возможное, чтобы никто не решился со мной работать. А ему самому эта земля нужна для постройки нового торгового центра. И, как вы понимаете, лишнее звено в виде текущего хозяина земли, князю совершенно не нужно.

— Интересно… — обдумывая новую информацию, произнёс я. — И вы говорите, что у вас есть склады для хранения аномальных ресурсов, Виктор Романович? А каких?

— Любых, ваша светлость, — ответил барон. — Там широкая вариативность. Отец не знал, кто именно будет с ним работать и сразу брал максимально широкий диапазон. От частей аномальных зверей, до растений и минералов. Вот только быстро стало понятно, что ингредиенты местные владетели и сами прекрасно перерабатывают и сдают.

От следующего вопроса меня отвлёк звонок мобильника. Извинившись перед собеседником, я отошёл не несколько шагов и принял вызов.

— Что-то срочное, Николай Петрович? — минуя несколько этапов беседы, сразу спросил я.

— У Витязей заканчиваются лечебные артефакты, ваша светлость, — поняв, что я занят, быстро ответил Ратай. — Рыков сообщил, что после марша многим требуется медицинский осмотр. Их немного подлатали после возвращения с Дикого Континента, но вы уж сильно их умотали на прошлой вылазке.

— Ну так отправь к ним Ежову, Николай Петрович! — недовольно произнёс я. — В чём проблема?

— Я пробовал, Ярослав Константинович. — честно ответил Аршавин. — Но она упёрлась, как баран, и сказала, что без вашего разрешения она даже за границу жилой зоны Себыкино не выйдет.

— Что ж, в таком случае можешь передать Елизавете Алексеевне, что моё разрешение у неё есть, — ответил я и, дождавшись реакции Ратая, повесил трубку. Вернувшись к барону, пару секунд смотрел на собеседника, а потом произнёс. — А как вы смотрите на то, чтобы род Разумовских взял у вас в аренду всю территорию на два месяца, Виктор Романович? Договор о безвозмездной субаренде вам завтра же пришлёт господин Бетюжин.

— Безвозмездной? — зацепился за важный момент барон. — Почему безвозмездной, ваша светлость?