6 глава: В лесу

Пока родители обсуждали былые ошибки молодости в виде не совсем распланированного укрытия и предстоящие планы о грядущем будущем, поникнув головой Илария бродила босыми ногами по лесу, чья красота в самый разгар лета была сравнима лишь с ожившей сказкой.

Тысячелетние высокие деревья тянули свои толстые ветви к бескрайнему синему небу, будто хотели дотянуться до него. Зелёные кусты украшенные мелкими цветами и ягодами терпеливо ожидали момента, когда их плоды будут сорваны путниками, или когда сами опадут на холодную землю. Многочисленные птицы кружились высоко в воздухе в медленном своеобразном танце, а те что сидели на ветвях подпевали мелодию юной, белокурой нимфы.

Лес подхватил мягкий девичий голос, разнося его по округе и вместе с её песней просыпалось всё живое в том лесу. Звери послушно сбегались на такой знакомый голос и верно следовали за ним, как пёс следует за своим хозяином.

Вдруг неподалёку пролетела стая летучих мышей, распугав с веток парочку птиц и зверей. Этим мышам будто и не были знакомы законы о том, что днём вообще-то им следовало спать, но девушка так часто видела их рядом с собой, что лишь помахала им вслед, словно старым друзьям.

— Доброе утро, — увидев бельчонка Илария нежно погладила мягкую рыжую шёрстку и прошла дальше.

Углубившись в мечты о несбыточном, девушка не обратила внимания на то, что её компанию постепенно пополняли маленькие друзья, а вскоре подошли друзья и побольше. Даже вчерашний волф не упустил шанса пройтись вместе с новой подругой.

Компания была большой, поэтому нимфе недолго оставалось грустить, тем более что у её косолапого друга было не на редкость озорное настроение. Он постоянно наровил повалить хозяйку на землю, чтобы та наконец обратила на него внимание и поиграла.

— Нет, Касан, не сейчас, — хохоча отбивалась Илария. — Поиграем немного позже. Нам надо ещё нашего нового знакомого осмотреть.

Медведь возмутился, но послушно отпустил девушку, ревностно глядя на волфа. Зверь не любил делиться вниманием матери с кем-то ещё, а именно за мать Касан принимал Иларию.

Всё случилось пять лет назад. Девушка нашла его у озера, когда в очередной раз собирала травы для отвара и случайно услышала медвежий вой. Тогда ещё маленький Касан лежал рядом с медведицей. Та к сожалению не дышала, не подавала никаких признаков жизни, поэтому малыша Иларие пришлось забрать к себе. Первое время она растила его в хижине, обхаживала, кормила, а через полтора года, когда подрос и в доме стало тесно для него, отпустила в лес. С тех пор Касан стал считать её матерью.

К сожалению узнать причину смерти медведицы так и не удалось. Вариант того, что её убил другой зверь отпал сразу, поскольку тело не было разорвано на куски. Тогда Лари с матерью долго осматривали её на признаки каких-либо болезней, опасаясь, что это какой-то смертельное заболевание и оно могло быть заразным, но и это оказалось не так.

А потом, над её шеей Илария нашла следы клыков, но матери почему-то об этом не сказала. Она до сих пор не может объяснить почему промолчала. Возможно сама хотела выяснить кто это был. Кто его знает…

— Как спалось? Рана больше не болела?

Сев перед волфом, рядом с которым миниатюрная Илария казалось ещё меньше, она подняла его переднюю правую лапу и стала разглядывать рану. Регенерация проходила отлично и теперь на месте прежнего пореза, оставалась лишь еле заметная царапина, которая тоже уже заживала.

— Ну, вот. Уже завтра будешь, как новенький. В чём дело, Лили?

Красная пташка с золотистым кончиком оперения, не больно клюнула в девичью щёку. Илария повторила почти тоже самое. Коснулась пальцами лица, ощутив влагу. Почти высохшую, но она ещё оставалась.

— Слёзы? Спрашиваешь откуда они?

Птичка зачирикала искренне недоумевая, что могло расстроить её подругу. Илария редко, когда можно было застать грустной, а уж плачущей… таких случаев возможно только пересчитать по пальцам.

— Родители собираются в деревню. Нет, Касан, меня снова с собой не берут, — добавила она, увидев блеск в глазах медведя. Такой же, какой был и у неё тогда в доме. — Как считаешь, будь всё иначе, находилась бы я сейчас здесь? Верно. Меня бы здесь не было. Отец с матерью никогда не разрешат мне пойти в общественное место. Боятся, что он придёт. Кто он? — переспросила она, перепрыгивая небольшой ручей, после очередного чириканья Лили. — А разве я не рассказывала? Ах, да… тебя ведь тогда ещё не было. Он — это вампир. Родители не хотят, чтобы он нашёл меня. Как это? Не знаешь, кто такой вампир? Ну… признаюсь я и сама недоумеваю кем он может оказаться. Я несколько раз спрашивала родителей, про него, но единственное что мне удалось узнать, у него красные глаза, острые клыки и то, что встретив его я должна убегать. Говорят смерть следует за ним по пятам и любой встретившийся на его пути обречён на гибель, — негромким шепотом повторила слова услышанные от родителей.

Грейт с Фивой говорили ей их, чтобы унять у дочери малейшие признаки любопытства, однако вновь оказались неправы, забыв, что их Илария отличается от других.

— Но знаете, что думаю я? Обещаете не рассказывать? Я считаю, что этот вампир не так ужасен, каким его представляют другие. И не смотрите на меня такими глазами. Я говорю со всей серьёзностью, потому что, нет до конца плохих существ. В каждом есть что-то хорошее, нужно только разглядеть.

Утро в лесу выдалось не на редкость солнечным, воодушевляя его жителей, пока те были заняты прослушиванием историй и заполнением корзины свежими ягодами. Беззаботно увлеченные они просто радовались новому дню, не замечая как в тени дерева виделялась крупная мужская фигура и светилась пара красных глаз, чей взор был устремлён в сторону нимфы.