36. Ксения. Подстава

Перед стойкой регистрации на рейс до Саратова уже не было пассажиров. Только Роман и Ксения стояли, молча глядя друг на друга.

— Молодые люди, давайте побыстрее прощайтесь. Десять минут до окончания регистрации, — проворчала девушка, принимающая багаж.

— Может, Сашу с тобой отправить? Что-то мне неспокойно, — поставив Ксюшин чемодан на ленту проговорил Роман.

— Да ладно тебе. Я вообще-то еду, в родительский дом, а не на крокодилью ферму, — успокаивающее погладила его по плечу Ксения.

— Не знаю. Интуиция. На чём ты из Саратова поедешь? Тебя встретят?

— Господи, ну я же не маленькая. И не в первый раз. Я не просила меня встречать. Возьму машину в прокат или найму такси. Дорога хорошая, с аэропорта за два часа доеду.

— Вот я и говорю — Сашу возьми. Довёзет с ветерком, как раз выспишься. Да и при общении с бывшим охранник за спиной придал бы тебе уверенности.

— Спасибо, Рома. Я ценю, правда. Но не надо. Физически прессовать меня никто не будет, а морально — Саша не поможет. Ну не люблю я когда за мной постоянно кто-то ходит. Чувствую себя как в тюрьме. И с Тихоновым я вообще не планирую пересекаться. А если избежать общения не получится, то по минимуму.

— Человек предполагает, а бог располагает. От Алексея я как раз и жду какой-нибудь гадости.

— Рома, меня не будет всего три дня. Даже два с половиной. Ну что такого страшного может случиться? Я намерена всё время провести с детьми. И постоянно буду на связи. Всё. Иди сюда, обниму.

Ксения обхватила руками мощный торс, прижалась щекой, втянула полной грудью его запах и утонула в уютном кольце сильных рук, за такое непродолжительное время ставших родными.

— Скучать будешь? — прошептал Роман в ухо и уткнулся губами в её волосы.

— Ещё спрашиваешь? — она зарылась носом ему в грудь, — Конечно. Ты уже приучил меня, что рядом постоянно…

— Думай обо мне. Обещаешь? — он коротко, но требовательно поцеловал её и пронзительно заглянул в глаза. Она выдохнула:

— Ещё чуть-чуть и я никуда не поеду…

— Девушка, вы на посадку опоздаете, — раздражённо проговорила дама за стойкой.

— Всё, иди, — мягко оттолкнул от себя Роман, — Сразу после посадки наберёшь. Сразу, слышишь? Люблю.

— Я тоже, — Ксения с сожалением расцепила сплетённые пальцы и заспешила в предполётный зал.

***

— Да, всё нормально, Ром. Сели без происшествий. Сейчас багаж получу и пойду машину брать.

— Не балуйся там. И езжай аккуратнее.

— Имей в виду, на трассе не везде есть связь, так что в следующий раз позвоню уже из дома. Не волнуйся.

— Давай, суровая принцесса. И не гоняй сильно. Не строй из себя Шумахера. Узнаю — накажу. Всё. Буду ждать звонка.

Ксения нажала кнопку отбоя и улыбнулась своим мыслям. Приятно, всё-таки осознавать, что за тебя переживают. Она забрала с ленты чемодан и двинулась к выходу.

— Мама, мама! — Ксения вздрогнула от неожиданности и осмотрелась. Вот это сюрприз!

По асфальтированной дорожке вдоль здания аэропорта с выражением щенячьего восторга на лице прямо на неё нёсся Арсений. Следом, по-взрослому сдержанно улыбаясь, шёл Илья.

Ксения бросила чемодан и распахнула руки. Господи, как же она соскучилась.

Дети. Её частичка. Постоянная величина абсолютной и чистой материнской любви. Константа обожания, радость, которая всегда остаётся, какие бы эмоциональные катаклизмы не сотрясали её мир.

Один — похожий на неё. С ореховыми глазами и каштановыми волосами. Маленький, но искрящий сгусток энергии, фонтан, фейерверк, бьющий вверх. Смешной и подвижный. Дарящий окружающим свет и неиссякаемый заряд позитива. Второй — живая копия Алексея. Слегка вальяжный, с вымерянными движениями, похожий на прибалта или жителя Скандинавии: правильные черты лица, серые глаза, русые волосы, намечающийся твердый подбородок. Почти взрослый, ростом выше матери, по- подростковому нескладный, импульсивный, но уже самостоятельный и уверенный. Сердце захлестнула волна нежности. Свои, родные. Такие разные, но такие любимые. Ксения прижала сыновей к себе.

— Мои хорошие! Как же я скучала!

— А по мне? — следом за детьми, едко ухмыляясь шёл Тихонов.

Улыбка сползла с лица Ксении.

— Лёша, какого черта?

— Тихо. Видишь, там журналисты. Я баллотируюсь на пост мэра. У меня предвыборная кампания. Поэтому, веди себя прилично, пожалуйста. Не надо орать на меня слишком громко, — не убирая наклеенной улыбки он отобрал у неё чемодан и, не спрашивая разрешения чмокнул в щёку, — Пойдем в машину. Давай немного поиграем в образцовую семью. Вспомним, так сказать, былые времена.

— Зачем ты приехал сам? Если уж дети уговорили встретить, мог просто прислать водителя…

— Так надо. Продуманная пиар-акция.

— Бред какой-то. Все прекрасно знают о нашем разводе.

— Тем не менее, мы не чужие люди. У нас общие сыновья, общий бизнес. Мне нужно показать, что с бывшей женой сохранились теплые отношения. Поэтому, улыбаемся и машем. Не вредничай. Подыграй мне, пожалуйста.

— Кстати, про тёплые отношения. Витя Барканов велел привет тебе передать. И Роман Литвин тоже. Если бы не дети рядом, я бы с удовольствием обеспечила журналистов материалом про тебя на год вперёд. Вершитель судеб, блин…

— Ксюша, ты не так поняла…

— Видимо, Барканов и Литвин тоже. Дураки же оба. Не думала, что пятнадцать лет прожила с редкостным мудаком. О каких нормальных отношениях после такого ты говоришь? Я не хочу иметь с тобой ничего общего. Оставь меня в покое и больше не лезь в мою жизнь.

— Так, родители, не ссорьтесь… — начал Илья.

— Тихо, — зашипел Тихонов, — К нам идут журналисты.

— Я не буду с ними разговаривать, — заявила Ксюша, — Тем более вон тот — один из твоих выкормышей. Сколько он у меня крови попил…

— Просто постой рядом. Это сложно? — Тихонов вцепился в её руку и посмотрел вопрошающим взглядом.

— Ну мам… Мы тебя тоже просим, — вцепился в другую руку Илья.

— Хорошо, только ради тебя, — глядя на сына вздохнула Ксения, — И только пять минут. Потом я забираю детей и ухожу.

Алексей удовлетворённо потёр ладони, приосанился и нацепил на лицо дежурную улыбку.

— Алексей Геннадьевич, ответите на несколько вопросов?

— С удовольствием, — любезно проговорил Тихонов.

— Это правда, что вы собираетесь баллотироваться на пост мэра Баланова?

— Да, решил попробовать свои силы в политике. Думаю, это будет разумно. Я много лет живу в Баланове, руковожу градообразующим предприятием. Моя жена отлично разбирается в вопросах здравоохранения и социальной защиты. Вместе мы пользуемся огромным уважением жителей. У нас достаточно опыта, чтобы решить существующие проблемы и вывести город на новый уровень развития. Быть полезными населению, создавать комфортную среду и новые рабочие места.

Ксения ошарашенно посмотрела на бывшего. Что он несёт? Она подняла бровь и уже открыла рот, чтобы сказать, чтобы её не впутывал, но Алексей больно сжал руку и поднёс палец к губам — молчи. Потом кивнул головой в сторону репортёра. Она осеклась и замолкла.

— Но, позвольте, насколько мне известно, недавно вы развелись, — продолжил журналист, — И ваша бывшая супруга не может занимать должности руководителей в сфере здравоохранения.

— Да, действительно был такой эпизод. Но в данный момент мы решаем это досадное недоразумение. Дело Ксении Сергеевны находится на апелляции в областном суде и перспективы обжалования приговора очень хорошие, — Тихонов повернулся к ней и улыбнулся во все тридцать два зуба, — Сюрприз, дорогая. А наш развод — фиктивный. Ксюша просто не хотела своей судимостью портить мне карьеру. И за это я ей безмерно благодарен.

Алексей повернулся под выгодным углом к камере, очень тепло посмотрел и благодарно сжал руку Ксении. Она замерла, открыв рот. Великий актёрище. Браво. Только это уже слишком…

— Полнейший бред… — вырвав ладонь возмущённо заговорила она, — Тихонов, ты вообще в своем уме? С чего ты взял, что после всего я вернусь и буду тебе помогать? И почему это развод фиктивный? Самый что ни есть настоящий…

— Так, все успели выключить камеры? — Алексей повернулся к журналистам, — Если нет, её слова стираем полностью. Гонорар удвою. Всем спасибо.

— Ах вот оно что… — Ксения сложила руки на груди, — Ну и чего ты добился? Думаешь, сильно поможет такая разовая акция с идеальным семейством на экране? Тебе же как-то придётся объяснять моё отсутствие рядом в дальнейшем. Больше я на твои провокации не поведусь. И это низко, использовать детей в своих грязных делишках, — Ксения повернулась к сыну, — А от тебя, Илья, я не ожидала…

Тихонов опять вцепился в плечо:

— Ксюша, клянусь, я верну всё, как было. Ты опять станешь главным врачом, будешь заниматься тем, что любишь… И, не обижай Илью. Он просто хотел нас помирить.

Ксения отстранилась и забрала чемодан:

— Нет, Лёша, с тобой рядом ничего возвращать я точно не буду. И с апелляцией либо возобновлением расследования разберусь сама. Дети, я иду брать в прокат машину. Кто со мной?

— Я! — закричал Арсений. Илья молчал, насупившись.

— Так вот, значит… — нахмурились Ксения.

— А что ты хотела? — развёл руками Тихонов, — Он больше месяца тебя не видел, скучал, а ты к нему с претензиями…

— Претензии у меня не к нему. Ты отлично подготовился… Спасибо… Пойдем, Сеня.

— Ксюш, не дури! Не заставляй детей делать выбор. Я на минивене приехал, можете сесть сзади и со мной вообще не разговаривать…

— Я не поеду с тобой в одной машине, Тихонов. Арсений, идём. Посекретничаем по дороге.

Ксения взяла младшего сына за руку и оглянулась на старшего. Он смотрел на неё холодным серым взглядом. Как у отца. Ни капли сожаления или раскаянья. В районе солнечного сплетения засаднило.