46. Ксения. Нелегкий выбор

Несколько секунд Ксения молчала, слушая, как учащается собственный пульс и жгучая кортизоловая волна страха растекается по венам. Нет. Нельзя показывать свою слабость. — Ты не посмеешь… — сказала она твёрдо, — И это не так просто, как кажется. У Романа хорошо подготовленная служба безопасности…

— И офигенная квартира в Москва-Сити. С прекрасными панорамными окнами. В которые замечательно просматривается всё то, чем вы занимаетесь вечерами… Надо признать, очень увлекательно. Режиссеры порнушки нервно курят в сторонке… А в оптический прицел можно рассмотреть даже мельчайшие детали. Например твою родинку на пояснице или татуировку у него на плече… Штрих-код, кажется? — Алексей сделал многозначительную паузу, — И что-то ни разу ты не сказала ему, что устала или голова болит… И готовишь для него сама, а у нас всегда едой занималась домработница. Как-то несправедливо получается…

Ксения медленно втянула воздух, чтобы отогнать надвигающуюся панику. Надо срочно предупредить Романа… Он наверняка знает, что делать…

— Ещё раз предупреждаю. Литвин не должен ничего узнать о нашем разговоре, — будто прочитал её мысли Тихонов, — Есть куча мест, где его можно подстрелить, как цыплёнка и спокойно уйти. Или устроить несчастный случай. Двоих действительно опытных людей из службы безопасности он отдал тебе. Те молокососы, которые остались, ничего не умеют. Я отслеживаю каждый его шаг. В настоящий момент твой ненаглядный в машине. Едет в офис. Чтобы ты понимала, что я не шучу, и не делала глупостей, сейчас он попадёт в небольшое дорожно-транспортное происшествие… Пока без пострадавших. Оп… Уже попал… Позвони ему, проверь, убедись сама… Так что, думай, дорогая… Хорошенько думай…

Из трубки послышались короткие гудки. В ступоре, Ксения смотрела на черный пластик в руке. Кровь шумела в висках, заглушая посторонние звуки. В груди, как птица в клетке, бешено колотилось сердце. Мысли улетучились полностью. Пустота, чистый лист. Мозг отказывался анализировать ситуацию. Разум улетучился, остался только ужас. Холодный, серый и скользкий, как туман над болотом. Окутывающий мерзостью и безысходностью. Загораживающий собой всё до горизонта. Ледяными пальцами Ксения положила трубку. Потёрла виски. Рухнула в кресло. От переполнявшего кровь адреналина её поколачивало. Что же делать?

Трясущимися руками она схватила мобильный. Пальцы не слушались. Из живота поднималась тошнотворная волна паники. С третьего раза, наконец, удалось набрать номер Романа.

— Алло, — раздражённо рыкнул динамик, — Ксюш, ты не вовремя. Какой-то малолетний придурок стукнул мне машину, выезжая с парковки. Разбираемся.

— С тобой всё в порядке?

— Да, не волнуйся. Просто на важную встречу придется опоздать…

— Пожалуйста, осторожнее… — глотая слёзы затараторила она, — Всегда смотри по сторонам… Избегай открытых безлюдных пространств. Не оставайся один… И заклинаю тебя, забери обратно Колю и Сашу…

— Суровая принцесса, что за истерика? — удивлённо спросил Роман, — Это просто случайность. На мне даже царапинки нет. Всё под контролем. Выпей чего-нибудь успокоительного. А то такая ты мне сильно не нравишься.

Сказать ему? Но, ведь получается Тихонов не шутит… А предупредить надо обязательно… Но не так… Непонятно какие возможности имеет Алексей. Что ведёт наблюдение за Романом — очевидно. А каким образом отслеживает её действия? Видит что она делает? Слышит? Цена просчёта слишком велика. Нужно успокоиться и трезво всё обдумать. Взвесить за и против… Вычислить границы дозволенного.

— Обещай, что будешь внимателен и осторожен, — потребовала она. Это максимум того, что в данный момент можно было себе позволить сказать.

— Конечно, любимая. Не волнуйся. Всё будет хорошо.

Ксения сбросила вызов и осмотрелась. Камер наблюдения в кабинете не было, ну, кроме той, которая подключена к компьютеру. Как удобнее всего отслеживать перемещения и слушать разговоры? Естественно, через мобильный. Девушка подозрительно повертела гаджет в руках. Свой она покупала уже в Москве. Так что засунуть туда что-то Тихонов вряд ли мог. Если только дистанционно вирус, какую-то шпионскую программу… Мало ли какие сейчас технологии… Может, написать записку и отдать Саше? Чтобы поднял на ноги всю службу безопасности… Но он у Романа под подозрением в сливе информации… Нельзя рисковать. Точно, Юра! Как же она сразу не подумала… Напечатать записку, вложить в пачку текущих документов, пойти на подпись. Он умный, сообразит что с этим делать. Найдет способ незаметно оповестить Романа. Или отца. Батя у них, вроде, какая-то шишка в спецслужбах…

Немного успокоившись, Ксения повернулась к компьютеру. На всякий случай убрала камеру и накрыла телефон листом бумаги. Открыла новый документ и бегло застучала по клавишам: "Юра! Роману грозит серьезная опасность. Его могут убить. Организатор — мой бывший муж Алексей Геннадьевич Тихонов. Требует прекратить следственные действия в отношении него. Он отслеживает все перемещения Романа и мои тоже. Оповести отца."

Пробежав текст глазами, Ксения отправила на печать его и ещё несколько документов. Собрала листы в стопку, встала из-за стола и направилась в приёмную. Мобильник остался в кабинете. За спиной раздалась трель стационарного телефона. Девушка замерла. Нет. Трубку брать она не будет. Ксения уверенно зашагала вперёд по коридору.

— Привет, Настя! — улыбнулась она секретарю, — Юрий Александрович на месте?

— Здравствуйте! На месте, только у него главная медсестра. Вы на подпись? Подождёте немного?

— Конечно.

— Приемная главврача, слушаю внимательно, — Настя подняла трубку звонившего телефона, — вообще-то у неё другой номер, но вам повезло, она как раз рядом. Ксения Сергеевна, это вас.

Ксюша удивлённо подняла глаза и взяла в руки теплый пластик.

— Алло.

— Ещё раз выкинешь такой финт — можешь искать себе нового бойфренда, — голос Тихонова звучал спокойно и повседневно, как будто он не угрожал, а делился новостями, — Старый, пока ты дойдешь до приемной, уже будет лежать с пулей промеж глаз. Петицию свою из пачки бумаг убери. И не смей больше выходить куда-либо без мобильника. Если ты не поняла, у меня сейчас практически неограниченные возможности. Я контролирую каждый твой шаг. И его тоже. Не дури, Ксеня. Просто сделай то, что я велел. До связи. Да… Лазерный прицел выглядит как оранжевое круглое пятно на лбу. Небольшое. Как след от световой указки. Это тебе так, для общего развития.

Ксения тяжело опустилась на стул, сдерживая страх. Не паниковать. Держать лицо. Окружающие не должны ни о чём догадаться. Она медленно достала записку, свернула пополам, провала на мелкие кусочки и выкинула в мусорное ведро.

— Ксения Сергеевна, вам нехорошо? — встревоженно спросила Настя, — Вы так побледнели…

— Ничего, Настюш. Экстрасистола сорвалась. У меня бывает. Кофе перепила. Сейчас пройдет, — слабо улыбнулась Ксения, держась за сердце. Отбрехаться бы правдоподобно.

— Вы бы сходили в кардиологию, Холтер повесили, а то мало ли…

— Да обследовалась я уже. Ничего опасного.

Из кабинета главного врача появился Юра: — О, Ксения Сергеевна, привет. На подпись? А я хотел тебя попросить с нами на обход сходить. Скоро проверка Роспотребнадзора. Может, свежим глазом увидишь какие-то недостатки. Поможешь? А чего бледная такая? Нехорошо?

— Ерунда, пройдет, — Ксения нацепила дежурную улыбку и встала со стула. Ведём себя естественно, — Конечно помогу. Только халат надену и мобильник возьму.

Она сделает так, как говорит Тихонов. Потому, что у неё нет другого выхода… Потому, что от страха за Романа мозг отказывается что-либо соображать. Потому, что сердце проваливается в пятки от осознания того, что может произойти. Наконец, потому, что она этого просто не переживёт… Гори огнём эта справедливость…