Глава 21. Козлиное расследование

Кеша злился. Нет, не так! Козёл Иннокентий был очень и очень зол! Хозяйка привязала его на новом участке, который ещё не был обнесён изгородью, и Кеша полез в очень интересные кусты, где было явно что-то чрезвычайно вкусное. Ничего такого уж особенного он не нашёл, зато в кустах запуталась верёвка. Нет, он не переживал по этому поводу. У него было много пространства для движения, вот он и двигался, набредя на сочнейший чертополох, который обожал. И так он увлёкся дегустацией деликатеса, что не обратил внимание на то, что в кустах, где часть верёвки запуталась, происходит какое-то шевеление. Ну, действительно… Тварей вокруг много. Мало ли, ёжик или птица какая-то… Нет, если бы рядом были жёны и дети, мимо и майский жук безнаказанно не пролетел бы, ибо нечего! Но Кеша был один и просто расслабился. О чём вскоре и пожалел. – Какая-то змейка ползёт… – лениво думал он в чертополохе. – Странная такая, тоооонкая, длииииннная, красно-синяя, как моя верёвочка, – он скосил глаза на собственную привязь и насторожился. – Странно-странно! Однако не видал я таких змей! А верёвки… Верёвки сами не ползают! Тааааак, это что, меня крадут? МЕНЯ? – если бы козлы могли зловеще смеяться, Кеша сейчас изобразил бы нечто именно такое. Но они так не могут, зато соображают очень быстро. – Убью козлокральщика в виде Кешеобороны и буду прав! Да я всегда прав! – похвалил он себя, зная козлиный закон о том, что сам себя не похвалишь – все только и делают, что ругаются и вонючим обзывают! Он всё ждал, когда натянется верёвка, которая вела к его ошейнику, но она спокойно лежала на земле, а вот та, которая ползла по травке, вдруг взяла и… – Закончилась? – насторожился Кеша. – Не понял… Правда, думал он недолго, примерно секунды полторы, а потом стартовал так, что деликатесный чертополох сильно пожалел от том, что вырос на территории с такими нервными козлами. – Грабят! Но не меня, а у меня! – думал Кеша, выскочив на дорогу и заметавшись. Его личное, неприкосновенное и особоценное имущество исчезло! Такого с приличным козлом ещё не случалось! Даже когда в позапрошлом году его возили в дурацкое место под названием «съёмкирекламы» и его драгоценный ошейник снял какой-то очень подозрительный тип, Кеша отобрал свою собственность примерно секунд за шесть. Тип попался понятливый – узрев рога, водружённые на центнер мышц, свирепости и козлиного азарта, летящие на него с места в карьер, смело кинул на весь этот комплект ошейник и взлетел на дерево, практически не касаясь ствола и веток. Так, чисто на одном голом энтузиазме. Правда, хозяйка потом объяснила, что это тип не со зла, а по недомыслию, но Кеша всё равно не простил ни его, ни других чужаков. Так тогда была просто попытка безумного поведения, да ещё и хозяйка была рядом, а тут? – Натуральный грабёж! – понял Кеша. – И кто это у нас такой смелый аж до безумия? В голову пришёл только тот тип, который недавно вынужденно подарил Кеше свою блескучую обувку на копыта, и его пёс. – Решил отомстить? – насмешливо взмемекнул Кеша и потрусил в сторону деревни. Он практически добрался до цели, как вдруг увидел Ареса и его хозяина. Они мирно гуляли в роще. –Негодная псина! – Кеша уже и рога опустил, и вдруг сообразил, что если бы это Арес уволок его привязь, то он должен был бы бежать со всех лап, чтобы настолько его опередить! – Непохоже, чтобы этот пёс сейчас бегал! – сообразил Кеша, глядя на Ареса, безмятежного и счастливого от того, что с ним хозяин. – Тааак, если не он, то кто? Кто вор? Козлы – сообразительные животные, стоило Кеша задуматься, как он сразу понял, кто мог украсть его имущество. – Аааа, так это та кудлатая ворюга, которая тырит всё, что рогами не приколочено! Точно! К тому же, если бы там, в кустах, был бы Арес, кустов не было бы! Он же размером почти с меня. Ну всё! Доберусь я до той ворюги! Кеша рванул назад как хороший скаковой конь, и уже довольно скоро увидел на дороге след от собачьих лап и чего-то волочащегося за ними. Длинного и тонкого. *** Пунька не согласилась отдать верёвку хозяйке! – Моё! Моя добыча! Я её сама от козла откусила. С риском для жизни! Собака сидела в грядке нежнейшего салата и хитро прищуривалась на все просьбы верёвочку отдать. – Валь, ну она же у кого-то это уволокла! – пыталась вразумить родственницу Женя. – Это может просто плохо закончиться! – А нечего разбрасываться! – парировала Валентина. – У приличных людей верёвки без присмотра не валяются! А неприличных нерях мне и не жалко. – Пуня! Сойди с грядки! – наконец не выдержала Женя. – Да пожалуйста!– Пунька воспользовалась тем, что хозяйка отвлеклась, рванула в сторону и выскочила за приоткрытую калитку. Она и не собиралась оставлять столь ценную добычу просто так. Её надо было спрятать! Выскочить-то выскочила, только недалеко убежала. – Моя привяязь! – взмемекнул Кеша, разглядев собачонку с его верёвочкой. Пунька обернулась и только взвизгнула, узрев разгневанного козла. На визг Пуни выскочила Валентина, готовая порвать любого, кто смеет её собачечку обижать. Добежала до собаки, а потом обернулась. – Пунечка, кто тебя… Ой, ёлки-палки… блин! Женя подскочила к забору и не выдержала, оно и понятно, ведь даже очень-очень спокойный человек имеет какие-то границы терпения! – Как я понимаю, это именно тот неприличный человек, у которого верёвки на земле валялись! – констатировала она. – И ведь доказательства этого прямо на нём! Валентина судорожно сглотнула. Она поняла, что совершенно напрасно отбежала так далеко от калитки, а теперь козёл, который неуклонно продвигался вперёд, оказался около Женькиного забора. Забежать туда она уже просто не успеет. А козёл в гневе – это тебе не девица, с которой поругаться можно в своё удовольствие, и даже не компания людей. Козёл – это зверррюга! – Пунька! Бежим! – Валентина и не помнила, когда последний раз так бегала, может, это вообще был её личный жизненный рекорд. Жаль, зафиксировать никто не успел, кроме Кеши. – О как! Прям коза! – оценил Кеша и поспешил за тёткой и вороватой псиной, так и волокущей за собой его верёвочку. Валентину спасло случайно выбранное верное направление – она мчалась прямиком к дому единственного человека, которого Кеша слушался безукоризненно. Урс, Айка и Бэк провожали к Зине Алёну со Степашкой, Лёху и Матильду Романовну. Цель визита – покупка козьего сыра, молока и яиц. Что может быть невиннее… На самом-то деле, Лёха идти не очень хотел, чего он там не видел? Только неловко стало, что Матюша или Алёна сумку понесут. Пошёл. Всю дорогу ворчал на себя за скучную прогулку. Правда, ровно до того момента, пока не услышал вопли и не узрел в конце улицы стремительно приближающуюся кавалькаду. – Ой, блин! Класс какой! И я это чуть было не пропустил! Кавалькада состояла из какой-то тётки, псинки, почему-то с верёвкой в зубах, и… – Кеша! Иннокентий! Что ты там делаешь? – поражённо ахнула Зина, узрев главу своего стада в роли быка, гоняющего тореадора по стенкам арены. – Спасиииитееее! – взвыла Валентина, обернувшись и узрев Кешины рога в непосредственной близости от своего организма. – Кеша, СТОЯТЬ! – рявкнула Зина. Кто бы мог подумать, что такая миниатюрная худощавая женщина может орать как прапорщик на плацу? Её команда имела неожиданные последствия – Кеша затормозил так, что у него из-под копыт аж пыль полетела, Валентина пробежала чуть вперёд и рухнула на изгородь, Пунька налетела на хозяйку и укрылась за её ногами, так и не выпустив из пасти верёвку. – Ааааххх! Ааах, так это выыыы? – отдувалась Валя. – Ну вссёёёё! Я вас засс… Зассужууууу! – С чего бы это? – холодно поинтересовалась Зинаида, поманив рукой Кешу. – Эта ваша скотина меня чуть не забодала! Вы… Вы виноваты! Его надо зарезать, а вы мне компенсацию заплатите! – размечталась Валентина, не замечая, как у Кеши в глазах появляется явная жажда сделать вид, что он хозяйку не расслышал, не понял, и всё-таки боднуть как следует эту заразу! Матильда только головой покачала. – Не советую… – Да кто ты такая, перечница старая? Я без всяких тут разберусь… Вот кто ты, чтоб мне советы давать? – Я? Адвокат! – мягко улыбнулась Матильда. – Набегут всякие пенсионерки и давай лезть не в своё дело! – завелась Валентина, которая сама обожала лезть не в свои дела, но какое-то слово царапало и царапало её сознание, и в конце концов добилось внимания! – Чего? Адвокат? Да ладно? – Да, представьте себе! И как раз вам я категорически не советую иметь какие-либо претензии к Зинаиде. Насколько я понимаю, козёл находился на привязи? – Конечно! На поле! – махнула рукой Зинаида, указывая, где именно. – А чего он на поле делал? А? Кто вам дал право вашу скотину туда выпускать, пусть даже и на привязи? – Договор аренды! – Зинаида частенько отвечала на этот вопрос. – У меня там поле арендовано для выпаса коз. Кеша на верёвке был привязан. Вот на этой! – она указала на обрывок, привязанный к Кешиному ошейнику. – И мне страшно хочется узнать, как это так случилось, что кусок этой верёвки оказался у вашей собаки в зубах? Валентина открыла было рот, чтобы сказать, что неизвестно ещё, та ли это верёвка или нет, но очень уж своеобразная и яркая расцветка была у проклятой привязи! Матильда подождала, может Валентина что-то умное скажет, но нет, ничего такого не дождалась. – Вы понимаете, что вас владелица элитного и дорогого животного может обвинить в попытке его кражи? – Кого? Меня?! Что я украла козла? Какую-то придурочную скотину? Да вы шутите? – изумилась Валентина. – Да он на меня напал! – Он бежал домой! – сухо произнесла Зина, уловившая мысль Матильды Романовны. – Если вы быстро гуляли по тому же маршруту, не пропуская моего козла вперёд, это ваши проблемы. А вот то, что у вашей собаки в зубах верёвка от моего козла, их только прибавляет! – Кого? – не поняла Валентина, поражённая красотой фразы «быстро гуляли по тому же маршруту». – Проблемы, конечно. Смотрите, как это может выглядеть для стороннего наблюдателя: ваша собака перегрызла верёвку и увела козла. А вдруг вы её подучили? – мило улыбалась Матильда. – Вдруг вы замыслили кражу заранее? Он стоит-то порядка ста тысяч, да, Зиночка? – Больше! – кивнула Зина. – Он очень породистый. – Вот! Это уже довольно серьёзно. Это вам уже отнюдь не кражи шлёпанцев, которыми промышляет Пуня. Валентина открыла было рот, чтобы растереть в порошок и этих баб, и козла, и всех остальных, и замерла. До неё дошла стоимость козла. – Чего? Вот эта скотина? – Валентина осмотрела Кешу, непроизвольно принявшего вид очень знатного лорда, на которого пялится чернь. – Ну да. А вы сколько думали? – пожала плечами Зина. – У меня очередь на козлят от него! На год вперёд! Он даже в рекламе снимался. Реклама Валентину добила. Если она что и уважала, так это телевизор! – Я не собиралась красть вашего козла! – заявила она, немного собравшись с мыслями. – Может, кто-то хотел украсть, а собака верёвку подобрала? Лёха поднял один конец верёвки, рассмотрел, потом перебрал все двадцать метров и нашёл второй конец. – Ба, глянь. Оба перегрызены! Явно собака жевала. Матильда с сожалением глянула на Валентину. – Нет, моя дорогая. Ваша версия не годится. Смотрите сами. Скорее всего, Пуня обнаружила верёвку, где-то запутавшуюся. Может, на кустах… И решила её забрать для коллекции. Перегрызла оба конца и уволокла. А Кеша пошёл искать имущество. Он козёл разумный, разбазаривать собственность не любит! – Однозначно! – подтвердила Зина. – За ошейник он хотел убить помрежа на съёмках рекламного ролика. – Вы ж говорили, что гримёра? – изумился Лёха. – За гримёром он гонялся из-за краски. Тот Кешу пытался тонировать в каштановый цвет. А помощник режиссёра снял с него ошейник. А потом я едва уговорила беднягу слезть с дерева. Кеша – собственник, – извиняюще развела руками Зина. Пунька, которая за людскими разговорами не поспевала, да особо и не вслушивалась, потихоньку потянула край верёвки, болтающийся прямо перед её носом. – Чего они там лают, я понятия не имею, а вот верёвочку под шумок можно и того… – решила она. – Пуня!!! – Валентина сама, собственными глазами узрела, как её собака тянет проклятую верёвку, из-за которой возникло столько проблем. – Ах ты… – Ну, поделом!– покачал головой Урс. – Хотя… вообще-то она сама виновата! Разве это дело, когда хозяйская собака мотыляется как эта? Валентина отобрала верёвку у Пуньки и шлёпнула псинку по тыльной части этой самой верёвкой. Кеша протестующе мекнул. – Да с какого козлиного перепуга моей верёвкой эту дурищу учить? Заведи себе свою и что хочешь, то и делай!– он решительно подхватил зубами другой конец имущества и выдернул его из жадных ручонок пришлой крикухи.– Вот люди! Всё приберут, даже то, что висит на приличном козле! Валентина волокла Пуньку домой на куске верёвки, презентованном Зиной от козьих щедрот. – Бестолочь собачья! Столько неприятностей из-за тебя! – бормотала она. – И Женьке сейчас всё выскажу! Я ж ей ещё в прошлый приезд велела забор заделать снизу! Что такое… Собака только так сбегает из-за этого дурацкого забора! Это всё из-за Женьки! Валентина затянула Пуньку на участок, привязала к забору и прямо от калитки начала высказывать невестке то, что о ней думала. – Тёть Валь, ты опять в полёте? Я ж тебя предупреждал, чтобы ты маму не беспокоила! – Стас, появившийся в дверях дома, был для Валентины неожиданным и неприятным сюрпризом. Она не то чтоб не любила племянника, нет! Скорее, морально его опасалась. Он, в отличие от собственной мамочки, плевать хотел на тёткины выступления, словно их и не слышал. Нет, она, конечно, попробовала. – Стас, и в кого ты такой, а? – В кого? В инстинкт защиты! Тёть, давай, собирайся. Ты тут уже довольно наговорила, хватит. – Да не поеду я! Я недавно приехала! – А придётся! Иначе я ж как в прошлый раз, сам всё соберу! – в прошлом году Стас, разъярённый тем, что мама из-за тётки слегла с высоченным давлением, а эта скандалистка только по голове ей не ходит, минут за пять собрал всё тёткино барахло в картонную коробку из-под морозильника, упихал её в багажник, на заднее сидение – тёткин чемодан и собаку, на переднее – саму тётку, и через полтора часа выгрузил всё это по месту тётиной прописки. Валентина отлично помнила, что ей потом говорили соседи, поэтому примолкла и отправилась собирать вещи сама, сообразив, что ей сейчас лучше уехать и не маячить на глазах у той адвокатши, козлятницы и особенно рогатого козлоаспида! После отъезда Стаса с Валентиной и Пунькой на участке Евгении воцарилась такая оглушающе-блаженная тишина, что и хозяйка, и её собаки выбрались на веранду и сидели на тёплом июньском солнышке, наслаждаясь летом!