Глава 23. Бои местного значения

Светлана остановила машину на полдороге к сестре и глубоко вздохнула. Нет, она бы и не подумала уезжать, если бы не Блэк.

– Вот ещё не хватало, сваливать из-за истерики матери! – думала она. – Но если Блэк решит, что меня надо защищать, то я его нипочём не удержу, а команду мою он может и не воспринять. Тем более, что я не знаю, как остановить атаку такого пса. Чего ему говорить-то? Нельзя? Фу? Выплюнь маму, а то отравишься? – Светлана хмыкнула, покосилась в зеркало заднего вида на Блэка, который занимал половину сидения и даже частично перекрывал обзор, а потом благодарно перевела взгляд на аккуратную и миниатюрную Касю, – Касенька-то моя в этом и не нуждается. Она знает, когда надо отойти в сторонку и дать возможность работать хозяйке! И ещё непонятно, как Ленка, бабушка и остальные нас воспримут? Ну, да ладно, надо позвонить и выяснить, чего гадать-то?

Светлана решительно вытащила смартфон из сумочки и набрала сестру.

– Лен, тут такое дело… Мы с тобой одной крови, ты и я, и видимо, поэтому я тоже оказалась на улице с собакой, но так как я всё-таки старше и круче, то не с одной, а с двумя!

– Чего? – Алёна помотала головой, но странные слова сестры не стали от этого менее реальны, никуда не растворились и не улетели. Она слушала развёрнутый ответ Светы на её вопрос и только глазами хлопала. – Ты где? Приезжай скорее!

Света чуть слышно выдохнула. Не то чтобы она сильно переживала, что ей откажут, но ей вдруг стало так радостно и легко!

– Я сейчас бабушке позвоню, ты только её предупреди, ладно? – попросила она.

– Свет, наша бабуля от белых медведей отстреливалась без малейшего смятения чувств. А ты думаешь, что смутишь её своей скромной особой?

– Да ты бы видала Блэка!

– Я видела, ты же фото показывала, и бабушке тоже. Так что приезжай скорее!

У Марины Сергеевны прямо руки тянулись к телефону – доченьке сказать всё, что она о ней думает. – Вот же, свинство какое учинила, право слово! Ну, ничего-ничего, сейчас я занята, а когда ты сама позвонишь, а ты позвонишь, милая, я-то тебя знаю, вот тогда-то я тебе всё скажу!

Она была очень занята. Быстро приготовила свою гостиную для Светланы, отыскала старое одеяло для подстилки Блэку, а теперь раздумывала, достаточно ли будет собачьему гостю пятилитровой кастрюли в качестве миски для воды.

Светлана приехала уже поздно, но для знакомства с Блэком вышли все обитатели трёх квартир.

– Ого-го какой! Медведь прямо! – рассмеялась Матильда Романовна, которая по сравнению с псом казалась совсем невеличкой.

Марина Сергеевна сочла, что на первое время кастрюли хватит, а Алёна выпустила их собак для знакомства и вот тут всё пошло не так, как хотелось бы присутствующим.

Поначалу Блэк благовоспитанно вильнул хвостом , приветствуя людей, но явно принюхивался к запахам собак.

– Кася, он же тут? Да? Хранитель? – волновался он.

– Да, сейчас ты его увидишь!

Урс вышел из комнаты первым, за ним Бэк и Тенька, и тут Блэк повел носом и презрительно фыркнул:

– И это хранитель? Да нуууу, мелкий такой. Я крупнее и сильнее! А ротор так и вовсе со мной рядом слабак! А это что за горох?

Урс на невежливое приветствие и ухом не повёл, зато Бэк явно осерчал, а маленькая Тенька испугалась, пискнула и спряталась за лапы Урса.

– Ты плохо воспитан!– спокойно констатировал Урс. – Это бывает и лечится.

– Ты, что ли, полечишь? – Блэк насмешливо поднял верхнюю губу, показывая белоснежные зубы. Рычать он не осмелился, всё-таки территория не его, да и в том, что этот овчар-хранитель Блэк не сомневался. Просто был разочарован, и не сумел это скрыть. Ему-то со щенячества казалось, что хранители это такие великие, огромные и мощные псы, а тут… Да, он большой, для овчара даже очень, но Блэк-то крупнее, и явно сильнее. А тогда чем этот лучше? И почему, собственно, он, Блэк, должен относиться с уважением к слабаку?

– Полечу! – очень спокойно пообещал Урс, – Но не сейчас! Веди себя с уважением, если не к нам, то к людям. Моя хозяйка ждёт щенка, то есть ребенка, ей нельзя волноваться. Если заставишь её переживать, я тебя убью.

Он сказал это так буднично, что Блэк невольно поверил. Не то чтоб испугался, но зубы спрятал и сел. – Я и не собирался её пугать. Она же сестра той, которая меня сюда привезла? Я умею вести себя прилично! Но ты не смей мне угрожать.

– Да кто тебе угрожает, чудак? Встретимся завтра в общем проходе, Кася тебе покажет, где это, тогда и побеседуем,  – Урс коснулся носом руки Алёны, которая напряженность уловила и встревожилась.

– Что-то мне кажется, что псы друг другу не сильно понравились, – Алёна не хотела расстраивать Свету, поэтому говорила это только Павлу, бабушке и Матильде.

– Да, однозначно. Блэк вёл себя недружелюбно, – кивнул Павел. – Правда, за наших слоников я не переживаю, а вот за Теньку побаиваюсь. Или куснёт, или наступит. Ей-то немного надо. И кошки опять же… Кошек он ещё не видел. Они же не соизволили выйти.

Мышка сердито вылизывала бок, сидя на подоконнике и фыркала на Алю. – Вот видишь, из-за тебя нас трусливыми считают! Забилась за шкаф и тряслась там, стоило только глянуть на новенького!

– Да он же страшный такой. Огрооооомный! – переживала Аля.

– Чем больше пёс, тем громче падает! – важно заявила Мышка. Она слышала когда-то эту фразу, правда, вроде там не о псах говорилось, но какая разница, если это правда. Вон, когда Бэк на лежанку ложится, грохот от него по всей комнате слышен!

Матильда Романовна покачала головой.

– Да, Тенечку и кошек лучше пока придержать около себя. Исключительно для нашего спокойствия. Я завтра их просто возьму к себе и дверь на лоджию запру. Лучше было бы за ними присмотреть, но я еду по работе.

– А я с квартиросъемщиками встречаюсь, – развела руки Марина Сергеевна, которая занималась общением с арендаторами квартир, потому что Алёна была сильно загружена в школе.

Так и вышло, что на следующий день все хозяева-люди из теремка разъехались. Кто на работу, кто на учёбу, а кто по делам. В комнате Матильды Романовна была заперта Тенька, Аля и Мышка, причем, последняя страшно негодовала из-за заточения.

– Они же драться собираются? Да? А я? Я же всё-всё пропущу!

– Ты с ума сошла! Тебя же новенький пополам может перекусить! – пугалась Аля.

– Меня? Да не смеши! Я сама его зацаррррапаю! – воинственно топала лапами по подоконнику Мышка.

В лоджию, общую для всех трёх квартир вышли Урс и Бэк, и проследовали до последней балконной двери, за которой топтался Блэк. Кася всю ночь обиженно выговаривала ему, и настроение у громадного черного пса было не очень-то хорошим.

– Как ты мог! Света даже из дома ушла из-за тебя, а ты? Если бы не она, ты бы утонул давно! А сейчас ты ей неприятностей хочешь?

– Да что я-то? Почему я должен подчиняться этому… Мелкому?

– Урс мелкий? Баран! Он хранитель! А хранители могут быть любого размера, и большие, и маленькие. Бывают с меня ростом, а то и ниже.

– Да ладно? Быть не может! – Блэк и не слыхал о таком диве. – И что они могут? Это же никчемушные собаки! Собака должна быть большой, чтоб защитить!

– Правда? То есть я для тебя тоже никчемушная? Если бы я тебя не услышала тогда, когда ты тонул, и не остановила машину хозяйки, ты бы сейчас тут не сидел, и глупости не говорил бы! А я ведь даже не хранитель. Дурень ты дурень, как есть! И с хозяином ведёшь себя отвратительно, и с другими тоже. Сила она может быть разная! Вот та же крошечная Тенька, которую ты обозвал и напугал, она может успокоить и утешить свою хозяйку, а это иной раз гораздо важнее челюстей и сильных лап. А с Урсом сам разбирайся! Я за тебя заступаться не стану! Порвёт тебя, значит, так тебе и надо.

– Он? Он меня порвёт? Да это я их обоих в кучку уложу! – храбрился Блэк, но настроение чем дальше, тем больше ухудшалось. На душе, словно кошки скребли. Он привык чувствовать себя сильным и умным. Когда он попал к хозяину, тот очень уставал, падал и засыпал просто на ходу. А потом ему приходилось часто уезжать, и хотя он оставлял щенка на лучших передержках, это не помогало правильному воспитанию Блэка. Пёс рос, и привык относиться к Ивану снисходительно, чуть свысока. Все остальные оценивались Блэком исключительно по их силе. Уважал он только тех, кто безусловно сильнее физически. Те, кто слабее, права на уважение не имели. И вот теперь ему говорят, что мелкие и слабые тоже чего-то стоят? Он было презрительно фыркнул, блеснув глазами из-под густой чёлки, но внезапно вспомнил как тонул. Ничего он не мог сделать даже со всей своей силищей, а вот мелкая собачонка, и слабая даже по сравнению с его Иваном женщина – смогли!

Он как раз думал об этом, когда за балконной дверью послышались шаги.

– Поверни ручку зубами и выходи! – приказал ему Урс.

Блэк моментально отбросил все свои сомнения и раздумья. Ему приказывать не смел никто из собак! Дверь была открыта моментально, и он шагнул навстречу противникам и грозно оскалился.

– Надеюсь, твоя подранная шкура не сильно расстроит твою хозяйку. Из уважения к ней убивать я тебя не буду! – зарычал он. Кася, показавшаяся в проёме балконной двери за его спиной, только головой покачала.

– Так ничего и не понял, дурачок! – пробормотала она, усаживаясь поудобнее, и приготовившись понаблюдать за событиями.

Урс поджидал Блэка, не делая никаких попыток нападать, зато осматривал его весьма презрительно. – Ты что, решил, что ты сильнее всех и тебе всё можно? – уточнил он.

– Сильнее тебя точно!– рыкнул Блэк и кинулся на Урса, щёлкнули челюсти, очень удачно схватив… воздух.

Урс отодвинулся ровно на то расстояние, которое было необходимо, чтобы Блэк, сильно подавшийся вперёд, начал сам подставляться под зубы Урса, и несильно прихватил его за основание уха, сжал челюсти, тряхнул, и отступил.

– Это всё, что ты можешь? – рыкнул разъяренный неудачей и унижением Блэк, он кинулся снова, на это раз, будучи полностью уверенным, что схватит этого хранителя-слабака за горло.

Урс снова отпрянул и цапнул Блэка за основание второго уха. Выкрутил его, и чуть подправив поступательное движение черного пса вперёд, ловко уложил его на чистый плиточный пол, задержав в таком положении. Блэк рвался и рычал, но дикая боль никак не давала ему изменить позу и вывернуться из захвата. Впрочем, Урс и не собирался его надолго удерживать, чуть подержав и продемонстрировав полную беспомощность своего противника, выпустил ухо и отскочил назад. Блэку бы сообразить, что ему дают возможность и время одуматься, но он, озверевший от унижения и боли кинулся на Урса, стремясь добраться до горла противника.

– Ну, как знаешь,– фыркнул Урс, снова увернулся от броска противника, поднырнул, взял за глотку и, используя силу рывка Блэка, направил его тело вниз.

Блэк был уверен, что вот сейчас-то он точно поймает зазнавшегося хранителя, и заставит признать поражение, но обнаружил себя лежащим на полу и задыхающимся от того, что челюсти Урса медленно сжимают его горло.

Какое-то время он ещё пытался вывернуться, что-то сделать, но воздуха перестало хватать, перед глазами поплыли сверкающие круги, а в ушах нарастал странный шум.

– Пощадиии, – сумел прохрипеть Блэк, осознав, что больше дышать ему нечем, и через несколько мгновений воздух может уже и не понадобиться.

Урс разжал зубы и отодвинулся, давая Блэку отдышаться и прийти в себя.

– Ну, что-то понял, или повторить? – холодно уточнил он.

– Понял, – глухо ответил чёрный пёс. Блэк лежал на боку, не зная, может ли он подняться, или нет.

– Вставай. И запомни, сила, которая тебе дана, ничтожна перед хозяином! Сила, которой ты обладаешь, не дает тебе право относиться свысока к другим, даже совсем слабым на твой взгляд. Именно они могут оказаться значительно сильнее тебя. И ещё… В этом доме мы не меряемся удалью, а уважаем и любим друг друга. Если ты этого принять не в силах, тебе придётся сидеть там, – Урс мотнул головой на балконную дверь квартиры Марины Сергеевны. – Иначе, я тебе голову откушу. Понятно?– сказано это было так обыденно и сухо, что Блэк сразу поверил. Да, откусит.

Огромный чёрный терьер попытался встать, лапы ещё подрагивали, но у него получилось. Шагнул к Урсу, и отвёл в сторону голову, подставляя беззащитную шею. Он знал, как надо подходить к вожаку, которого ты признаёшь.

Урс чуть вильнул хвостом, признавая его капитуляцию, позволил обнюхать себя и шагнул в сторону, давая дорогу Бэку. Была опасность, что чёрный неотёсанный дурень снова начнёт задираться, но взбучка, только что полученная от хранителя, произвела должное впечатление, и они обнюхались, как и подобает двум порядочным и уважающим себя и друг друга кобелям.

– На Тень даже смотреть косо не смей. – предупредил Бэк. – Она маленькая, но наша!

– Я понял, – кивнул Блэк. – Ээээ, а теперь мне куда? Там сидеть? – он покосился на приоткрытую балконную дверь, – Или с вами можно? – ему вдруг так захотелось, чтобы его приняли в компанию!

– Мож… – Урс собирался сказать, что можно, но, не успел, потому что Мышка, разъяренная происходящей перед ней битвой и невозможностью принять в ней участие, сумела откинуть ограничитель-гребенку на форточке, которая оставляла открытой только узенькую полоску для вентиляции и не позволяла выбраться наружу, и серой тенью прыгнула на шею Блэку.

– Мяяяяиииииих, – взвыла она, вцепившись всеми лапами в уши, в макушку и чёлку несчастного терьера, который даже не понял, откуда на него свалилась новая напасть. – А про кошек, что никто ему ничего не сказаааал? Ааааа? Нас что, уважать и любииииить не надоооо? Да я его порвуууу!

– Аааай, ай-ай! – Блэк мотал головой, потом прыгал, потом попытался покататься по полу, от него летели клочья черной шерсти, словно барана стригли.

Урс и Бэк ошеломлённо наблюдали за этим собачьим кошмаром, не очень понимая, как это остановить!

– Йаааа, уваааажжжаааюю коооошееек! – взвыл, наконец Блэк, сообразив, что это невозможное жуткое создание целенаправленно пробирается к глазам. – Неее трооогаааююююю!

– Да попробовал бы!– Мышка тут же отскочила от забившегося в угол черного терьера и брезгливо тряхнула лапкой, очищая коготки от клоков шерсти. – Сожру в три присеста! Страшнее кошки, зверя нет! Мне Мяун сказал, а он-то всё знает!

Она важно отошла в сторонку и принялась вылизываться, а потрясенный Блэк из угла опасливо уточнил у Урса.

– А Мяун, это кто? А?