Глава 11

Возле дома на ограде сидел Марат, кормил булкой голубей. Вздернув бровь, я подошла к мужчине.

- Создаешь вокруг себя романтический ореол?

- Голубями? - хмыкнул он. - Они столько гадят, что ореол выйдет не особенно романтичным.

- Меня ждешь? - Он кивнул. - А чего не позвонил?

- Думал, ты с Джеком гуляешь, но ошибся.

- Так и сидел бы тут на ограждении, - усмехнулась я, присаживаясь рядом, - пошел бы ливень, ты бы заржавел и остался тут навсегда.

Марат, вздернув бровь, посмотрел на меня.

- Ты таким причудливым образом намекаешь, что у меня нет сердца?

- Конечно, - согласилась я тут же. - Иначе бы ты не стал впутывать меня в свои грязные игры.

Марат вздернул в удивлении брови.

- Я тебя? А кто приперся ко мне в отель?

Я только рукой махнула, вставая.

- Зачем пришел-то?

Он встал следом.

- Решил узнать, как у тебя дела.

- Ничего себе, - присвистнула я, - ну пойдем чаю попьем.

- А я твою книгу сестре подарил, - заметил Марат на лестнице.

- Надеюсь, ей понравится.

- Не уверен. В том плане, что она только что родила, и взгляд у нее направлен в небытие. Так что складывается ощущение, что она вообще слабо понимает, что происходит вокруг.

- Какая милота, - восхитилась я, конечно, неправдоподобно, открывая дверь.

Джек встретил меня с очень довольным выражением лица. Я бы даже сказала, на его морде было написано: ты оценишь.

Я сразу напряглась, и пока Джек лобызал Марата, заглянула в комнату.

- Матерь Божья, - ахнула, открывая рот.

- Ты чего? - Марат замер позади меня и присвистнул.

- Это Джек сделал?

- Нет, я. В порыве творческого кризиса порвала все любовные романы в радиусе километра.

Марат поднял с пола кусок листа и зачитал:

- Его рука скользнула мне под платье, и мои бедра напряглись, опаленные его прикосновением. Хотела сжать колени, дать ему понять: я не такая, но тело не слушалось, оно словно попало под гипноз, и я только закрыла глаза, широко раздвигая ноги и выдавая тяжелый вздох. А ты тоже такое пишешь? - поднял он на меня взгляд.

- Ты обо мне подобного мнения? - позволила я себе оскорбиться.

- Ну читаешь же ты такие книги, точнее, читала, - усмехнулся Марат, бросая листок.

Черт, я и забыла, что Асадов думает, что это мое жилище. Джек, подбежав, встал на задние лапы, передние поставив мне на ноги. Весь его вид выражал ожидание похвалы.

- Молодец, Джек, - потрепала я его по голове, - а ты можешь еще все это собрать в мусорный пакет?

Пес явно не понял, что я имела в виду, потому что отправился к своей лежанке и развалился на ней.

Я решила повременить с уборкой до лучших времен, например, до тех, когда Кэт вернется и сама все уберет. Хотя с ее порывами страсти… Начитается вот такого, а потом ноги перед всякими испанцами сами раздвигаются. Может, там какая-то пружина специальная, он руку под юбку запустил и нажал ее? Вот ноги и разъехались…

Господи, о чем я только думаю. Я покосилась на Марата, заваривая чай. Он, конечно, не испанец, всего лишь татарин, но вообще-то симпатичный. Не такой, как Сева, но что-то в нем есть. Что невольно притягивает взгляд. Интересно, Светке он понравился? Они столько времени вместе проводят, и как друзья закадычные… Вдруг он решит закрутить мимолетный роман?

Тогда лучше со мной, чем со Светкой. Тьфу! В том плане, что Светка с Дередой, и за их дальнейшее счастье я радею. Хочу увидеть Светкин взгляд, направленный в небытие. Вот бы она сразу тройню родила. Просто космос. Ну или желание покончить с собой, тут точно не скажешь.

- О чем задумалась? - услышала я голос Марата и на автомате ответила:

- Думаю, хорошо, что у меня детей нет.

- Да ты сама как ребенок, - усмехнулся Марат и тут же добавил, поймав мой взгляд, - не бросайся в меня чашкой только. Там кипяток.

- Я в курсе, - заметила язвительно. - Тебе было бы полезно.

- Вовсе нет. Ошпаришь меня, будешь чувствовать себя виноватой, я буду страдать. И самое главное, мне придется раздеться.

- И что? - насторожилась я.

- Ну как же, я весь такой красивый, а вокруг возбуждающие листы из порнороманов… Вдруг ты не удержишься?

- Поверь, продавленный диван и прыгающая по тебе собака могут убить любое сексуальное настроение.

- Тогда давай свой чай. - Я поставила перед ним кружку. - Расскажешь, где была?

Усевшись напротив, я вздохнула и подумала: а почему нет? И рассказала. Марат, немного подумав, заметил:

- Это может быть интересно. Правда, пока не знаю, как.

- Думаю, стоит поискать этого Джагера.

- Возможно. Я попробую что-нибудь узнать.

- Каким образом? - удивилась я.

- У меня есть знакомые.

- В этом городе?

- Нет, но они могут узнать и про этот.

- Да ты прямо Джеймс Бонд.

- Ты что… Я лучше, - хмыкнул Марат, доставая телефон. Быстро переговорив, отложил трубку и поинтересовался:

- Какие у нас теперь планы?

Я вздернула брови в удивлении. У нас, значит? Интересно. Хотя честно сказать, даже приятно.

- Пойдем до местного участкового прогуляемся, - предложила я, вставая.

- Что ты хочешь у него узнать? - спросил Марат, проходя в прихожую. Джек, подняв голову, тявкнул.

- Ладно, пошли, - согласилась я, пес бодро потрусил к выходу. - Буду использовать тебя для запугивания, если мент попадется упорный.

- Джека? - усмехнулся Марат. - Его можно только с плюшевой игрушкой спутать. Очень слюнявой, правда.

- Ты просто его зубы не видел. Джек, покажи зубы.

Тот только снисходительно посмотрел в нашу сторону и потрусил по лестнице вниз.

- С характером, - усмехнулся мужчина.

- Это он на слюнявого обиделся. Теперь жди, отомстит.

- Каким образом? - напрягся Марат, но я только выразительно пожала плечами.

Местный участковый заседал в одном из домов на первом этаже, в комнатушке квартиры, выделенной для местных властей. Выглядела комната почти устрашающе, по большей части потому, что была маленькой, мебель старая, а на стене висел многоуважаемый глава государства.

Под ним за скрипучим столом сидел собственно участковый, удивительным образом смахивающий на главу, только лет на сорок моложе. Мы с Джеком синхронно посмотрели на фотографию, потом на участкового и снова на фотографию.

Мужчину это явно нервировало, и он спросил:

- Вы по какому вопросу?

Табличка на столе гласила: Касимов Олег Георгиевич.

- Я по поводу одного жильца, - сказала смиренно. - Савельев Виктор.

Касимов кашлянул, нервно пережил тетрадку, книжку и ручку на другой конец стола.

- Савельев? - спросил меня. - Он умер.

- Но когда-то же он был жив,- резонно заметила я.

- Когда-то был, - пришлось согласиться Касимову.

- Олег Георгиевич, - я уселась на край стула для посетителей, он тут же покосился подо мной, и только врожденная грация позволила мне эстетично застыть, а не грузно повалиться на пол. - Савельев торговал наркотиками, так ведь?

Я сделала доверительное лицо, Касимов переложил книгу, тетрадку и ручку на прежнее место. Потом, сложив руки в замок, спросил:

- С чего вы взяли?

- Следователь рассказал. Мне просто интересно, не могло же это мимо вас пройти. Он вам платил?

Касимов застыл, побледнел, покраснел, и сурово заявил:

- Вы пытаетесь обвинить меня в незаконных делах? На каком основании?

- Я? Боже упаси, - я даже руку к груди приложила. - Просто пытаюсь узнать, сам Савельев с вами договаривался, или кто другой? Понимаете, - я доверительно зашептала, - есть вероятность, что его убили.

Касимов снова побледнел, на щеках проступили красные пятна. Вытащив из кармана рубашки платок, он вытер выступивший на лбу пот.

- Вы понимаете, так ведь все делают, - сказал растерянно.

- Да я и сама так делаю, - кивнула я, Касимов посмотрел с подозрением. Я примолкла.

- Мне, конечно, донесли добрые люди. Я пошел разбираться. А он и сказал, мол, ничего серьезного, только своим…

- И за небольшую сумму вы решили молчать? - помогла я Олегу Георгиевичу.

Он нервно кивнул, расстегивая верхнюю пуговицу рубашки. Определенно, с такими нервами не стоило в полицию идти.

- В общем, я закрыл на это глаза. А что, его убили из-за этого?

- Пока не знаю, но Джек вот считает, что из-за этого.

- Кто такой Джек? - остолбенел Касимов.

Я указала на пса. Джек показал зубы. Умеет же, зараза, когда не надо. Участковый нервно сглотнул.

- Имейте в виду, - встала я, - он следит за вами. Так что больше так не поступайте.

Я грозно нахмурила брови, Джек порычал, а участковый принялся утираться платком. Да уж, ну просто мужчина-мечта. Лет через пять облысеет, растолстеет, и станет потеть еще больше. Даже жаль его немного.

- Ну что участковый? - спросил Марат, ожидавший меня в соседнем дворе и пинавший камешки ногой.

- Мужчина моей мечты.

- Еще один? - хмыкнул он, я только сощурилась. - Кстати, Сева твой не объявлялся?

- Пока нет.

- Наверное, страдает в командировке, мечтая слиться в объятиях.

Чувствовалась в его голосе усмешка, даже обидно стало. Ну вот что, Марат считает, в меня нельзя влюбиться? Асадов словно почувствовал, что его слова мне не понравились, потому что тут же сменил тему:

- Узнала что-нибудь интересное?

- Ничего, - вздохнула я. - Кажется, Савельев не сильно наглел, раз обошлось одним участковым. Никто никому не угрожал, ничего такого.

- А ты думала, что к участковому нагрянул чувак с голым торсом, в шубе и солнечных очках? Махал пушкой и велел забыть о парне, торгующем наркотой?

Нет, такого я, конечно, не думала, но образ интересный, можно его использовать в какой-нибудь книге.

- А мне тут отзвонились, пока тебя не было, - добавил Асадов.

- И что?

- Джагер держит в вашем городе ночной клуб и занимается сбытом наркотиков.

- Вот видишь, - подняла я вверх палец.

- Не вижу. То, что Савельев был связан с Джагером как раз неудивительно, раз он толкал марихуану. Но подозревать его в смерти Вити…

- Слушай, ну вы же были с ним знакомы, - решила я пойти хитрым путем. Не хочет выдавать явной информации, начнем исподволь.

- И что? - теперь спросил он.

- То, что ты должен хоть что-то о нем знать? Когда вы последний раз общались?

Марат некоторое время подумал.

- Не могу припомнить, - сказал наконец. - Я же говорил, он встречался с моей сестрой несколько лет назад. Я бы не сказал, что мы близко общались. Скорее, были шапочно знакомы.

- Он сам не мог тобой заинтересоваться?

- Зачем? - удивился Марат. - Думаешь, он сменил ориентацию?

- Очень смешно.

- Других причин не могу представить. Но может, ты придумаешь, ты же писательница, говорят, у вас нестандартное мышление.

- Говорят, в Казани пироги с глазами.

- Это про Рязань. А у нас бэлеш.

- С глазами?

- С мясом и картохой.

И все-то он знает.

- Может, ты его еще и приготовить можешь?

- Могу, - кивнул Марат, - но его пекут только после секса. Так сказать, в знак проведенного акта любви.

Я смотрела взглядом «не делай из меня дуру», он - «честное слово, в Казани все так делают».

- А женщина после такого акта тоже превращается в эту самую б… Как ты там сказал?

Марат рассмеялся, качая головой.

- Может, съездим вечерком в клуб? - предложил мне. - Разведаем обстановку на месте.

- Мы уже один раз сходили в бар, - напомнила ему. - Ничем хорошим для меня это не кончилось.

- Может, Сева все-таки импотент?

Я скривилась.

- Все у него там нормально.

Марат вздернул бровь.

- Ты же говорила, что между вами ничего не было?

Я покраснела и поэтому пошла в атаку.

- По-твоему, я не могу понять, все ли у мужчины в порядке?

- Как рентген, видишь сквозь одежду?

Я невольно опустила взгляд на его джинсы и, покраснев еще больше, отвернулась.

Марат, рассмеявшись, положил руку мне на плечи. Я убирать ее не стала. Ну а что такого? Он же по-приятельски.

Мы завернули во двор, в нем я увидела Светку. И не одну, с Дередой. Они выгуливали пса, и Дима делал вид, что это занятие нравится ему до потери пульса. Джек пса Светки демонстративно проигнорировал, как бы намекая, что никаких других джек рассел терьеров в этом районе существовать не может. А этот так, если не мираж, то жалкая копия, не достойная даже того, чтобы быть облаянной.

- Смотри, Светка с каким-то хмырем, - заметил Марат, я посчитала нужным вынырнуть из-под руки, а то Дереда увидит, вопросов не оберешься. - Пойдем поздороваемся?

Я бы предпочла скрыться незамеченной, но Асадов уже тащил меня в ту сторону. Светка, увидев нас, на мгновение растерялась, а потом натянула на губы улыбку. А дальше началось веселье.

- Привет, Джеки, - Светка наклонилась, чтобы потрепать пса, он увильнул и направился к Дереде.

Дима покосился по сторонам и погладил его, делая вид, что видит впервые. Джеку, конечно, это не понравилось, и он принялся прыгать на Дереду.

- Чего это он? - удивилась Светка.

- У него это… - запнулась я. - Ну типа обострение. Дама нужна. Но пристает почему-то к мужчинам.

Дереда сверкнул глазами, но ничего не сказал. Светка немного поморгала.

- Мы, наверное, пойдем, - кашлянула я робко и теперь уже сама потащила Марата в сторону. Никто не возражал.

- Какие-то они напряженные, - заметил Асадов, когда мы оказались в другом дворе.

- Ты нарушил их интимное пространство.

- Интересно, мужик знает, кем Светка работает?

- Ну вот какое тебе дело? - нахмурилась я и уставилась на него, останавливаясь. - Или ты ревнуешь?

- Кого? Светку? - его удивление было таким неподдельным, что я немного успокоилась.

И тут же посчитала себя дурой. Какая мне разница, даже если он сто раз в Светку влюблен? Так, за Дереду переживаю. И так приходится прикрывать его в прямом смысле своим телом, чтобы отгонять ухажеров Светки.

- Кажется, ревнуешь тут ты, - растянул губы в улыбке Марат, а я даже рот открыла от возмущения.

- И вовсе нет. У меня, между прочим, Сева есть.

- Ну это еще неточно. Сева твой мутный парень.

- А ты значит, кристально чист?

- Аки бриллиант. Но не уходи от темы. Ты приревновала.

Я только фыркнула.

- Просто за Светку переживаю. Ты уедешь, она тут останется. А этот вроде ничего.

- Ну-ну, - хмыкнул Марат, явно не поверив, но тут задумался, а потом выдал. - Ты его знаешь?

- Кого? - икнула я от неожиданности.

- Этого парня. Тогда в гостинице ты описывала его.

Я немного похлопала глазами. Ну и память у человека. Я не помню даже того, что говорила такое, а он и суть уловил.

- Я просто видела их уже вместе, - нашлась я. Марат немного поглазел, но спорить не стал. И то ладно. Проводил меня до дома и снова поднялся.

- Может, пожрем что? - поинтересовался, усаживаясь на стул. Вытянул ноги и занял таким образом большую часть кухни.

- В холодильнике пусто, - доверительно ответила ему, - только собачьи консервы, ты как к ним?

Джек гавкнул, выражая протест. Марат вздохнул.

- Как же ты вообще живешь? - задал вопрос, залезая в холодильник. Я предпочла оставить его без ответа. Вместо этого поинтересовалась:

- Ты что, у меня поселиться собрался? С утра отираешься.

- Я тебе мешаю?

- Не то что… Но я собиралась поработать.

- Это что значит? - Марат достал из холодильника яйца.

- Это значит писать буду.

- Ну и пиши.

Я хмуро посверлила взглядом его спину, но Марат остался непроницаем. Даже не повернулся. Или выдержка железная, или напрочь отсутствует чувствительность к взглядам.

Ладно, хочется ему тут хозяйничать - пусть. Я удалилась в комнату и погрузилась в работу. Марат чем-то гремел, шумел, но я давила в себе всякое любопытство, заставляя сосредоточиться на книге.

Удалось мне это далеко не сразу, а уж когда из кухни понеслись ароматы, дразнящие мой желудок, работать и вовсе стало невыносимо. Мысленно зарычав, я решила, что я сильнее и начала строчить, отчаянно стуча по клавишам. В какой-то момент мне удалось отвлечься от реальности, так что я подскочила на месте, когда услышала сзади голос:

- Как дела?

- Мать твою, - выругалась, поворачиваясь с колотящимся сердцем.

Марат сидел на диване, на плече кухонное полотенце, в ногах Джек, довольный донельзя.

- Не надо мать. Возьми лучше брата, он меня жутко бесит.

- Ты обещал не мешать.

- Я и не мешал. Минут двадцать смотрю, как ты усиленно строчишь. Слушай, а муки творчества у тебя бывают?

- Это как?

- Ну когда смотришь в чистый лист, страдаешь и не можешь написать ни строчки.

- Ну это не муки, нормальный творческий процесс. Знаешь, когда муки? Это когда писать не хочешь, а надо. А у тебя не только лист белый, но и в голове пусто, свистнешь, а там эхо от стенки к стенке сутки летает. Вот это муки.

- Метафорично, - высказался Марат, а я нахмурилась, думая, что он надо мной издевается.

- А вообще, я не люблю, когда ко мне лезут в то время, как я пишу.

- И часто к тебе лезут?

- Не особенно. Я же одна живу.

- То есть огребает в основном пес?

- На пса это не распространяется. Он существо подневольное. А остальные могут и огрести.

Тут на кухне что-то зазвенело, я расширила глаза.

- Это что? - поинтересовалась с легким испугом.

- Таймер на духовке. Ты не знала?

- А у меня духовка есть?

Марат только головой покачал, пряча улыбку. Удалился на кухню, Джек, путаясь в ногах, поспешил следом.

- Предатель, - пробурчала я, поворачиваясь к тексту.

Ароматы усилились, я бы даже сказала, решили пойти в атаку на мой вечно голодающий организм. Я решила сопротивляться до конца. Посмотрела на текст, потом на выход из комнаты. Снова на текст. Кажется, у меня буквы плывут перед глазами, срочно надо подкрепиться, а то невозможно же так работать!

В общем, через пару секунд я уже стояла на пороге кухни. Марат разрезал лежащий на тарелке пирог.

- Что, настоящий? - приблизившись, я стала разглядывать это чудо. - Надеюсь, ты его не с собачьими консервами приготовил?

- Я не настолько извращенец, - хмыкнул Марат. - Мяса у тебя нет, но картошка обнаружилась. Так что вот.

Развенувшись, он поставил на стол две тарелки с невероятно вкусными на вид кусками пирога. Я почти прослезилась. То ли от того, что такой мужчина кому-то в мужья достанется, то ли просто от голода.

Пирог получился на ура. Я решила проявить гостеприимство и заварила чай. Мы мило пообедали, поглядывая друг на друга, наконец я поинтересовалась, сунув в рот последние крошки:

- Так чего ты у меня на квартире отираешься?

Марат недоуменно захлопал глазами, а потом сделал вид, что обиделся. Я в ответ сделала вид, что не заметила, и он обиделся более демонстративно. Выглядело это забавно, я против воли хмыкнула, пнув его по ноге. Он этого не ожидал, дернулся, пролив горячий чай себе на футболку. Глаза его округлились, лоб покрылся складками, а зубы сжались - в общем, было понятно: страдает.

Через мгновенье страдание стало таким большим, что вместить его только в себя он не мог, а потому решил поделиться со всем миром. И начал с моей матери. Слава богу, она где-то далеко и получает просветление, так что точно не пострадает от всего того, что Марат высказал, стягивая футболку.

Я заметалась было, желая помочь, но так и замерла. Ох ты божечки.

Один, два, три, четыре, пять…

Тут Марат начал обмахивать свой великолепный торс футболкой, и досчитать количество кубиков на его животе я не успела. Зато тут же втянула свой и плечи распрямила.

- Давай помогу, - убрав его руки в сторону, подула на торс, быстренько досчитав.

А то как же уснуть потом, если не знать, сколько их! Вот ни за что бы не подумала, что у Марата такое тело. Не, видно, конечно, что он за собой следит. Но кубики… Настоящие. В общем, я не удержалась и ткнула в один из них пальцем.

- Ты чего? - Марат перестал причитать и посмотрел с удивлением.

- Твердый, - высказалась я, он вздернул брови в удивлении. Я ткнула второй кубик.

- Тоже твердый? - спросил он, разглядывая меня, как умалишенную.

Наконец торсовое затмение покинуло меня, и я отскочила назад. Схватила бутылку с маслом и сунула в руки Марату.

- Это зачем? - продолжал недоумевать он. - Предлагаешь намазать пресс маслом?

Кажется, ожоговая боль спала и к парню понемногу возвращается привычная насмешливость.

- Это для ожога.

- Да его вроде нет.

Я еще раз опустила взгляд на торс. Посмотрела секунд десять, склонив голову, и констатировала:

- Действительно, нет. Знаешь, - сделала шаг назад, - мне надо еще поработать.

Резко развернувшись, ринулась в комнату и упала через Джека, мирно лежавшего на полу в коридоре. Джек подскочил на месте и мигом оказался под диваном, хотя еще минуту назад я бы руку на отсечение дала, что собака туда не пролезет.

- Ты как? - Марат, подхватив, поставил меня на ноги, так что я оказалась прижата спиной к его груди.

Ну то есть это образно говоря, учитывая разницу в росте, к груди оказалась прижата моя голова. Руки Марата все еще держали меня, и я чувствовала некоторую двусмысленность ситуации. Такую немного волнующую двусмысленность, ну вы понимаете.

Если бы мы были героями одного из почивших романов, то руки Марата сейчас плавно бы заскользили по моему телу, а губы оказались на шее, и его дыхание опалило бы мою кожу. И я бы вся трепетала, как лань, которую настиг властный самолюбивый лев. Она боится его, но уже добровольно сдалась в плен, стала добычей.

Е-мое, какая романтическая чушь лезет в голову, когда большие мужские руки сжимают тебя в объятиях. Кубики эти еще, ну.

- Работа, - пискнула я и, сделав новый рывок, оказалась в комнате.

Села за ноутбук и застучала по клавишам. Надеясь, что Марат не видит, что я пишу, потому что написанное на экране не всегда даже можно было словами назвать. Через пару минут я услышала, как на кухне включилась вода, и облегченно выдохнула.

Стерла целый лист абракадабры и уставилась на последнее предложение. Совершенно не соображаю, о чем тут шла речь. Перечитала раз, другой, третий, гоня прочь пошлые мысли. Наконец, пришла к выводу: героям нужен секс. Немедленно!

И хотя он вроде там не предполагался, но как по мне, пришелся прямо к месту. Ну и что, что герои друг друга ненавидели… От ненависти до любви, как говорится…

Конечно, сюжет теперь немного перекосило, но ничего, выберемся.