Глава 8

От всех этих мыслей у меня разболелась голова. Я который раз пожалела о том, что ввязалась во всю эту авантюру. Я про Кэт с ее идеей пожить с Джеком. Эта вредная собака втянула меня в кучу неприятностей. Вот кто во всем виноват. Вот сам бы и разбирался.

Джек разбирался, как мог. Выражалось его разбирательство в разбросанным по комнате кускам булки. Про колбасу я просто промолчу, ибо от нее остался только металлический зажим. Даже обертку сожрал, гад.

Гад скулил так, словно в мое отсутствие пережил катарсис. Встав на задние лапы, царапал мои колени, высунув язык.

- Ну ты еще на спину ляг и притворись мертвым, - пробурчала я.

Джек обиделся. Взгляд его помутнел, а сам пес горделиво прошел к остаткам булки и демонстративно на них лег.

- Гулять пошли, - вздохнула я, беря ошейник.

Пес прошествовал на выход, так же горделиво разрешил надеть себе ошейник, а потом галопом понесся по лестнице вниз. Выскочив на улицу, с громким лаем бросился в сторону проходившей мимо таксы.

Не успела я представить, что рою могилу за гаражом, как парнишка лет двадцати, выгуливающий собственно сосиску на ножках, заметил:

- Ничего, они друзья...

На мой взгляд, друзья не катаются кубарем по грязи, пытаясь перегрызть друг другу глотки. Но спорить я не стала, по крайней мере, счет за покалеченную собаку мне выставлять не будут. Минут через пять, когда я уже раз десять успела попрощаться с братом моим меньшим, бойня наконец прекратилась. Такс и Джек разошлись, весьма довольные друг другом.

- Ты знаешь, скольких нервных клеток я лишилась? - поинтересовалась у пса, пристегивая поводок. - Кто мне будет выплачивать моральную компенсацию?

Пес чихнул и встряхнулся, брызги грязи разлетелись в стороны. Я вытерла лицо, твердо решив, что Кэт за все это поплатится. Ну если не она, то ее любимая футболка, которой я буду оттирать это чучело.

Я встала, и тут меня схватили сзади за плечи. Не знаю, чего хотели добиться, но я и так последние дни на взводе, да еще оказывается, у меня воздержание так затянулось, что можно только от этого разнервничаться. В общем, ничего удивительного, что я не стала ждать продолжения, а развернувшись с закрытыми глазами, ткнула ногой, куда придется.

Судя по отборному мату, пришлось в колено, а по тембру голоса, мат озвучивающего, можно было догадаться, что принадлежит колено Дереде. Ну принадлежало еще пару мгновений назад.

- Неловко вышло, - кашлянула я, когда поток изречений прекратился. - Но знаешь, я слышала, как ты сказал, мать твою Ахматову за ногу… Рада, что твой словарный запас расширяется.

Дереда посмотрел мрачно, все еще сжимая колено. Джек, вот не вру, покачал головой, бросив на меня взгляд, приблизился к Дереде и, встав передними лапами на больное колено, лизнул мужчину в морду. Дереда всхлипнул, то ли от новой порции боли, то ли от умиления, а я глубокомысленно заметила:

- Животные тонко чувствуют наше состояние.

Теперь укоризненно на меня посмотрели оба, и я решила перевести тему:

- А ты здесь какими судьбами?

Дереда наконец разогнулся, Джек воспринял это как призыв к прогулке и потрусил в сторону следующего двора. Шли мы медленно, преимущественно из-за хромоты мужчины.

- Света к себе позвала, - вздохнул Дереда, - я к ней шел, а тут тебя увидел, поздороваться решил.

- Привет, - растянула я губы в улыбке.

- Ты ходячее недоразумение, - заявил мне он.

- А ты не ходячее, - пошутила я, поймав очередной мрачный взгляд, добавила. - Джек участвовал в боях без правил, так что не смотри на меня так, он это может расценить, как направленную в мою сторону агрессию. Как у вас со Светкой? - снова перевела я тему.

Дереда неопределенно пожал плечами.

- Как-то неоднозначно. Вроде все неплохо. Но знаешь, мне кажется, она такая многогранная натура, что я просто не могу постигнуть всех ее… граней, - неумело закончил он так красиво начавшуюся фразу.

- Достала? - участливо спросила его.

- Сил нет как. То у нее такое настроение, то сякое. То туда пошли, то нет, давай дома останемся. То в клуб, то не в клуб. А потом на кровать упадет, ладонь ко лбу приложит и таким томным голосом: ты меня не понимаешь.

Отлично представляю, как она все это вытворяет. Бедный Дереда. Но открывать ему глаза я пока не намерена. В моих интересах, чтобы их отношения развивались. Свой в тылу врага всегда пригодится. Потому я, остановившись, торжественно положила ладонь на плечо мужчине. Он покосился на нее с некоторой опаской.

- Дима, - сказала я, - ты не должен останавливаться. Мы, женщины, нервные, истеричные дуры, вся наша жизнь контролируется определенным набором гормонов. Их должен быть баланс, и тогда всё будет хорошо. Сечешь, к чему я веду?

- Пока не очень, - Дереда опасливо вылез из-под моей руки. - Но надеюсь, мне не придется выучить еще пять тетрадей конспектов?

- Ты должен с ней переспать, - ответственно заявила я, умудрившись даже смутить мужчину.

- Что значит должен? - возмутился он. - Мы не так давно знакомы, нам надо узнать друг друга получше, и вообще, за кого ты меня принимаешь?

- Еще чуть-чуть, и я поверю, что это твоя жизнь контролируется уровнем гормонов. Слушай, Дима, - я вложила в имя столько лаковых нот, сколько смогла, чем вызвала очередной приступ недоверия, - любая женщина только выставляет себя недоступной. Но на самом деле хочет она совершенно не этого.

- А чего? - он наклонился к моему лицу, переходя на шепот, я приблизилась и прошептала, широко раскрыв глаза:

- Дикого животного необузданного секса.

Мы немного поморгали, глядя друг на друга. Смущенно кашлянув, Дереда отстранился, а я стыдливо отвела взгляд и даже наклонилась к Джеку, который совершенно не считал, что ему нужно сейчас мое внимание.

- Ну я пойду, пожалуй, - неуверенно заметил Дереда.

- Да-да, иди, у меня тут поводок запутался.

Мужчина спешно захромал в сторону следующего двора, а я вздохнула. Вот Светке сегодня точно перепадет, хочет она этого или нет. Дереда тоже не уйдет обиженным.

- А я буду спать в обнимку с собакой, - снова вздохнула я, Джек ткнулся мне в руку носом, мол, это не так уж и плохо. - Ладно, пошли.

Мы еще прогулялись, а потом побрели к дому. И только в квартире, отмыв Джека и уложив спать на любимый плед Кэт, я взялась за телефон. Опять разряжен, да что ты будешь делать? А если меня решат похитить? Сама же упрощаю преступникам план.

Боже, да кому я нужна?

Не скажу насчет похитителей, но по телефону, оказалось, нужна многим. Даже подруга звонила, видимо, чувствуя, что я тут негодую. Кроме этого Сева несколько раз после нашей встречи в клубе, и даже папа написал в мессенджер. Сказал, намечается крупная сделка, кто-то в очередной раз решил, что он рисует что-то, достойное пера великих.

- Переведу тебе потом на жизнь, - заметил мне, я удрученно вздохнула.

- Спасибо, пап.

- Как твои книги? Пишутся?

Я икнула. Ну вот, еще это.

- Вялотекуще.

- Ничего, вдохновение штука капризная, тебе просто нужен человек, который будет настраивать тебя на нужную волну, - он углубился в эзотерические моменты, я поддакивала, вполуха слушая про волны, чакры и прочую фигню.

Вот кто точно не подвержен гормональным перепадам - это папуля. У человека все ровно, гладко, дзенисто аж до зубовного скрежета.

- Может, мне медитацией заняться? - пустилась я во все тяжкие. Папа, запнувшись, кашлянул, потом сказал:

- Ладно, давай по-простому. Мужика тебе надо, дочка. Но если с этим совсем худо, можно и помедитировать. Скину тебе одно видео для расслабления нижних чакр.

- Тех самых? - съязвила я, папуля вздохнул и распрощался.

Но видео и в самом деле прислал. Я решила отложить раскрытие чакр до завтра, а сегодня раскрыть бутылку вина.

Правда, надо бы еще пописать, сроки горят, тут не поспоришь, да и несколько чересчур доброжелательных писем от редактора тоже намекают. В итоге я села за ноутбук и перечитала написанное. Ну не так уж и плохо. Хищно сщурилась. Ладно, я значит в обломе, пусть все страдают, включая героев. Налив в чашку вина, написала номер следующей главы и немного поглазела на мигающий курсор. Ну, в добрый путь.

Добрый путь растянулся до пяти утра и почти наверняка под конец был похож на добрый бред, который придется переписать. Но уснула я вполне довольная собой. А проснулась вот недовольная. Потому что от выпитого вина болела голова. Я решила не поддаваться. Я слишком молода, чтобы страдать от похмелья.

Приняв душ, выпила стакан воды, а потом даже сделала зарядку под боевой клич: «Алкоголь - зло». Алкоголь, по всей видимости, обиделся и решил: раз зло, так докажу тебе это. Потому что от зарядки мне поплохело, и я решила, что бороться с похмельем лучше посредством медитации.

Открыла папулино видео, устроилась на полу и начала вибрировать в такт со Вселенной. Особенно вибрировала голова, хотя, возможно, это от похмелья, ноги вибрировать отказывались, руки просто затекли, чтобы не вступать в контакт с высокими материями. Вселенная решила, что мне слишком легко, поэтому в мою позу «недолотоса» уселся Джек, довольно вздохнул, положив голову мне на колено, грозясь тем самым разрушить все то светлое, что должно было в данный момент созревать в какой-то из чакр.

Ко всему прочему зазвонил дверной звонок, я обреченно вздохнула, опуская руки и открывая глаза. Сразу стало легче, а когда переместила Джека на диван и подвигала онемевшей ногой, и вовсе почувствовала себя живой. Так вот как работает медитация! Шикарно!

В дверях стояли два типа неприятной наружности. Я призвала все наступившее просветление, чтобы относиться ко ним с любовью, но почему-то не подействовало. Похлопала глазами, парни натянули на лица улыбки.

- Кира Юрьевна? - поинтересовался один из них, улыбаясь, как он считал, доброжелательно.

Я не купилась, но кивнула. Перед глазами маякнула корочка, можно сказать, пронеслась, как пуля, слава богу, что мимо.

- Следственный отдел, мы расследуем смерть Савельева. Это ведь вы его нашли?

Очень хотелось сказать нет, но я не стала врать. Это же нехорошо. Наверняка ребята те самые, что приходили к соседке парня. Значит, никакие они не оперы, а самые обычные бандиты. Вот бы узнать, кто их послал…

- А что случилось с Аркадием Дмитриевичем? - поинтересовалась я невинно. Мужчины быстро переглянулись.

- Ничего. Все нормально. Просто возникли некоторые дополнительные вопросы. Нас послали к вам.

- Ага, - заметила я, - ну проходите, только разуйтесь.

Ну а чего, мне потом еще за ними убираться? В маленькой прихожей мужчины отчетливо приобрели формы тех, кем и были - громил. Джек, выйдя на порог комнаты, зарычал и оскалил зубы. Мужчины затоптались на месте. Цыкнув на пса, я пригласила мужчин в кухню, в которой они смотрелись еще более комично, усевшись за маленький стол и спрятав ноги под стулья. У одного были разные носки, я философски подумала, что даже бандитам ничто человеческое не чуждо.

- Расскажите еще раз о произошедшем, - попросил один из громил.

Пожав плечами, я кратко передала суть дел. Надо же, а я-то была уверена, что вот вообще не сестра таланта.

Громилы задали несколько вопросов, уточнили детали и отбыли, явно не довольные беседой. Ну а что, я ведь и сама ничего не знаю, а то, что знаю, за просто так не рассказываю.

Потому лучше вовсе сделать вид, что не при делах. А то эти могут и иголки под ногти засунуть, или какие там методы у бандитов? Надо у Марика спросить.

Но все обошлось, правда, я успела только посмотреть в окно, как товарищи покидают двор, тут снова раздался звонок в дверь. Что сегодня за день визитов?

На это раз объявился Марат. Стоял весь такой бодрый и довольный жизнью. Тоже что ли медитирует?

- Что-то ты не очень выглядишь, - заметил мне.

- Вот спасибо, - скривилась я, пропуская его.

- Ребятки, что я встретил внизу, не по твою душу приходили?

- Уж если по душу, то Савельева, моя пока в теле и никому не нужна.

- Зато тело пользуется спросом, - подковырнул Марат, я показала ему язык, ставя чайник. Джек, обнюхав, попросился на руки. Марат его посадил, чем поднял свой рейтинг на недосягаемую для простых смертных высоту. - Что хотели ребятки?

Я вкратце передала наш разговор, а в конце добавила:

- Надо следователю рассказать, что рыщут тут всякие.

Марат несказанно удивился.

- Ты серьезно?

- Нет, ну а что? Если кого-то интересует смерть этого парня, то это указывает на что?

- На что?

- На то, что кто-то тоже сомневается, что было самоубийство. А еще, что Савельев был кому-то очень интересен.

Марат задумчиво почесал подбородок.

- А следак думает, что было самоубийство?

- Он всеми фибрами души склоняется к этому, и заодно склоняет все факты. Даже которые ну никак не склоняются.

- И ты пытаешься его в этом переубедить?

Я неопределенно пожала плечами, а Марат вдруг спросил:

- Ты что, встречалась с Савельевым?

Я икнула.

- Вовсе нет. С чего такие выводы?

- Слишком ты за него радеешь.

- Я просто добропорядочный гражданин, - отрезала, ставя перед ним чашку. - Вот что, пей чай и выметайся. А я отправлюсь к следователю.

На самом деле я, конечно, преследовала и корыстные цели, потому что хотела попытаться узнать хоть что-то. Все вокруг плетут интриги, а я что, хуже?

- Я тебя отвезу, - сделал Марат широкий жест.

Не знаю, на что рассчитывал, но восторга на моем лице не заметил и снова нахмурился.

- Ладно, - махнула я рукой. Не сознаваться же, что он у меня на подозрении.

Но перед этим мы выгуляли Джека, который был весьма недоволен и временем, и качеством прогулки. Делая ставки, что в отместку за такое поведение пес сожрет на этот раз, я уселась в машину Марата, снова почувствовав себя почти звездой. И откуда у парня такие деньги?

- А кем ты работаешь? - спросила миролюбиво, чем вызвала излишнюю подозрительность.

- Да так, - он покачал головой, - импорт, экспорт. Бизнес.

И в номинации за самую расплывчатую отмазку от разговора побеждает Марат Асадов. Ладно, не хочешь, не надо. Все равно вызнаю.

Аркадий Дмитриевич оказался на месте, принял нас вместе с Маратом. С непроницаемым лицом выслушал мой рассказ о невыносимо страшных бандитах, ворвавшихся в мое скромное жилище и жестоко пытавших меня, дабы добыть правду о смерти Савельева.

Марат слушал это все, то хмурясь, то вздергивая брови, но по крайней мере молчал. А что делать, если представители следственных органов начинают шевелиться только в случае большой опасности? И то своей. Наконец я замолкла, с надеждой в глазах посмотрев на следователя.

Он, почесав нос, сказал:

- Это, наверное, те же самые, что к соседке Савельева наведывались. Она сказала, они были предельно вежливы.

Я недовольно кашлянула, но не нашлась, что ответить. А Аркадий Дмитриевич вдруг спросил:

- Вы же пишете детективы?

Я расширила глаза до небывалых размеров, даже боль почувствовала где-то за глазным яблоком.

- С чего вы взяли? - задала вопрос. Мужчина широко улыбнулся, складывая на столе руки в замок.

- У меня дочь читает ваши книги. Случайно увидел у нее на столе, а там ваша фотография. Кира Муравина, все правильно?

- Что, серьезно? - выпалил Марат, не дав мне сказать ни слова. - А я-то думаю, откуда эта потребность совать свой нос куда не просят.

Я снова открыла рот, но на этот раз меня опередил Аркадий Дмитриевич:

- Вот-вот. Понимаю ваше любопытство, Кира Юрьевна, но жизнь это не детектив, здесь все намного серьезней. И страшней.

- Куда уж страшней, - буркнула я.

- Настоятельно рекомендую вам выкинуть всю эту историю из головы. Поверьте, если в вашей жизни начнут появляться личности, подобные тем, о которых вы пишете, все не будет так шоколадно.

- А вы что, читали? - поинтересовался Марат. Следователь все же немного смутился.

- Просмотрел. Вспомнил, как дочь визжала, прыгая на кровати, когда вышла какая-то там новая часть серии.

- И что там?

Я перевела взгляд на Марата, но на меня он не смотрел, уставившись на следователя с интересом в глазах.

- Полный бред, - доверительно сообщил Аркадий Дмитриевич, - девушка в юные годы связывается с двумя отморозками, которые ее используют. В одного она влюбляется, другой влюбляется в нее. В итоге она сбегает, хотя ее должны были убить. Ну и вот спустя пять лет там новая история. Еще один кент нарисовался. Тоже отморозок и тоже влюбленный. Подозреваю, теперь они будут бороться за ее сердце вместе с тем, которого она любила.

- Очень интересно, - выдал Марат, качая головой, но в голосе сквозила насмешливость. - То есть кого она выберет, пока неизвестно?

- Пока нет. Там пять книг. Я только вторую… - он запнулся, кинув на меня взгляд, я руки на груди сложила, вздергивая брови. Полный бред, значит, ну-ну. Аркадий Дмитриевич тут же грозно нахмурился и перевел тему. - В общем, Кира Юрьевна, советую вам сосредоточиться на выдуманных историях, а не на реальности, потому что выдумать тут вовсе нечего.

- Если Савельев сам в окно сиганул, - разозлилась я, - зачем кому-то выведывать о его смерти?

- Может, он кому-то денег должен? Опять же, парень наркотики распространял, не забывайте об этом.

Я вздохнула. Все у него так складно выходит, так и хочется по голове стукнуть чем-нибудь тяжелым. Уголовным кодексом, например.

- Вот, - он протянул мне листок, - напишите здесь то, что вы мне рассказали, и идите с миром.

Скривившись, я изложила кратко визит бандитов, убрав всю ту красочность, что добавила в устном изложении. Марат сунул нос в листок, хотя я и прикрылась рукой, хмыкнув, поднялся.