Глава 10

Мне снилось море. Ласковое море, которое омывало моё тело и покачивало на волнах. Оно было нежным и надёжным. Оно скользило по моей коже и вызывало под ней волшебные пузырьки счастья. Было невероятно легко, радостно и уютно.

В какой-то момент море стало чуть плотнее и его волны превратились в руки. Всё такие же ласковые, но уже более бесстыжие и настойчивые. Они гладили бёдра, живот, грудь и заставляли выгибаться навстречу. Ветер начал шептать невообразимые глупости о том, какая я мягкая и уютная, невероятно красивая…

В тот самый момент, когда у моря появились не только руки, но и кое-что ещё, я распахнула глаза и поняла, что это не сон. Это Слааф.

Хотела возмутиться, но элементарно не успела, а затем поняла, что это будет глупо, потому что ощущения вновь были непередаваемыми, и на какое-то неопределенное время я вообще разучилась думать.

Слово "секс" к тому, что этот мужчина вытворял со мной и моими ощущениями, было неприменимо. Оно не описывало и сотой доли того восторга, который сейчас рос внутри меня. Волшебство, самое настоящее волшебство и одно лишь желание — чтобы это никогда не заканчивалось.

— Сла-а-аф… — он поймал мой стон губами, и я не увидела, но почувствовала, как он улыбается.

Захотелось сказать какую-нибудь колкость, но благодарность покрутила пальцем у виска, и я промолчала, лишь улыбнулась, как сытая кошка.

— Доброе утро, милая.

Милая?

Слегка насторожившись, покосилась на довольного донельзя мужчину. Пару секунд назад он рухнул рядом, но так и не убрал руку с моей груди, словно застолбив местечко.

— Доброе утро. А который час?

— Около десяти. Плюс-минус. А что? Проголодалась?

Нет ещё. Если честно, то даже не проснулась толком. Захотелось сигаретку…

С досадой вздохнув, приподнялась на локтях, пытаясь понять, где одежда. Естественно, мы не предохранялись, и это было в высшей степени глупо. Срочно требовался душ, чтобы хоть как-то успокоить начавшую нервничать совесть. Поднимать этот вопрос сейчас было немного неловко, и уж тем более глупо обвинять его в том, что я сама к нему вчера начала приставать.

И вообще…

Нахмурившись, с трудом вспомнила "вчера". Я напилась? Ужас какой! С полбутылки вина? Хотя нервы… Нет, всё равно.

— Катюш, что хмуримся? — сев рядом, Слааф с тревогой заглянул в моё недовольное лицо.

Сейчас ночь безумства казалась не самой умной вещью. С одной стороны, я не жалела, потому что о таком невероятном сексе можно было только мечтать и потом всю оставшуюся жизнь вспоминать и томно вздыхать. С другой стороны…

А что дальше?

Как говорится — а поутру они проснулись.

— Вот, думаю. Где мои вещи?

— Думаю, где-то здесь, — улыбнувшись, мужчина, нисколько не стесняясь своей наготы, встал и отправился на поиски требуемого.

А моё чувство прекрасного пищало от умиления. Он был великолепен! Атлеты Греции завистливо кусали локти и записывались в тренажерный зал. А уж когда он повернулся спиной… Понятия не имею, что у него там нарисовано, но это просто потрясающе! Наверняка какие-нибудь клановые татуировки или руны. Что-нибудь из сферы защиты и силы. Буквально каждый завиток вопил о своем особом предназначении.

— О, нашёл.

Первым делом натянув плавки, мужчина вернулся ко мне с моими вещами, которые оказались разбросаны по всей комнате.

— Спасибо, — я успела чуть притушить восторг и брала одежду уже достаточно спокойно. — Поможешь до ванны добраться?

— Идём.

В ванной комнате, предварительно узнав, где полотенца, я выставила удивлённого Слаафа вон, заявив, что сама справлюсь и вообще…

— Мне надо!

— Что именно?

— Побыть одной, — буркнув, закрыла дверь и повернула блокиратор.

Ночь ночью, но вымоюсь я сама. Это в фэнтезийных романах всё прекрасно и волшебно, и даже совместный душ в радость, но не тогда, когда не работает нога и надо смыть с себя всё лишнее.

И вообще, детей необходимо заводить в браке, а не по случайному залёту!

На текущий момент вопрос с браком был весьма сомнителен, просто потому что так быстро ничего не делается, и одна ночь это ещё не показатель, что мы сойдемся характерами. Он, конечно, ужасно мил и обаятелен, но это пока. Пока не случилось ничего такого, что бы показало его характер в критической ситуации.

Хм-м-м…

Проблема в том, что эта критическая ситуация может не произойти ещё очень долго. Он уравновешен, богат и умён. И что-то там говорил о шаманизме ещё… Нет, не помню. Надо переспросить. Получается, что я вообще могу не узнать его настоящего лица, ведь это всё может быть обычной игрой. Маской, чтобы достичь желаемого.

Стоп.

А что ему может быть от меня надо?

К сожалению, вчера я не озаботилась о том, чтобы смыть макияж, да и вся косметика осталась в сумке, которая до сих пор непонятно где, так что сейчас я хмуро рассматривала своё не самое привлекательное лицо в зеркале и думала.

Если бы ему был нужен только секс, то в принципе он его получил. Ничего более ценного у меня кроме меня самой нет. Или ему нужно чуть больше, чем один раз? В принципе, вариант. Значит, в любовницы, пока не надоем. То есть как минимум на эту неделю. В целом логично.

Вряд ли он настаивал бы на том, чтобы я жила всю эту неделю у него, если бы планировал уже утром выставить меня за дверь. Он слишком умный, чтобы не предусмотреть вариант с моей капитуляцией в первую же ночь.

Так, ладно, с этим разобрались.

Найденные гели для душа были с нейтральными запахами морской свежести, так что я с удовольствием воспользовалась чужой вещью и, присев на бортик в душевой кабине, задумчиво надраивала своё тело ароматной пеной.

В принципе, всё хорошо. Богатый, добрый, щедрый любовник. Всё то, о чём мечтают миллионы женщин.

Но почему меня что-то гнетет?

Раздраженно почесав запястье, поморщилась. Кажется, я вчера съела что-то не то, и сейчас по коже расползалась какая-то аллергия, причем чуть ли не на половину правой руки от запястья до локтя. Чем больше я тёрла, тем больше зудело и краснело это место, причем пятнами с монету. Черт! Ещё не хватало целиком пятнами покрыться!

Завершив утренние процедуры, я оделась, завернула волосы в полотенце и отправилась на выход, в дверях наткнувшись на уже одетого в домашние брюки и растянутую футболку Слаафа.

— Я уже заждался. Любишь воду?

— Нет, просто давно не мылась, — хмуриться при нём не получалось, потому что слишком уж он был улыбчивым. Настроение как-то незаметно улучшилось, а уж то, что он снова взял меня на руки, так и вовсе примирило с действительностью. — У тебя супрастин есть?

— Зачем?

— У меня аллергия какая-то на руке выскочила.

— Покажи, — дойдя со мной до кухни и усадив в кресло, мужчина внимательно осмотрел протянутую руку, слегка нахмурился, затем почему-то усмехнулся, погладил, шепнул и… и всё прошло. — Ну вот. Идеально.

— Эм… Да. А что это было?

— Аллергия на что-то, — он неопределенно пожал плечами, но почему-то отвёл взгляд.

Врёт. Точно чувствую — врёт.

— А поточнее? — паранойя насторожилась и кивнула, мол, давай, вытряси из него всё.

— Катер-р-рина, добр-р-рое утро, — в кухню вошел ворон, умудряющийся волочить за собой мою сумку, в которой разрывался мобильник. — Как спалось?

За Ваарром снова кралась Норри, которой, судя по всему, нравился сам процесс "охоты".

— Спасибо, хорошо, — стараясь не смутиться, я приняла сумку и благодарно кивнула. Занырнула внутрь, нашла мобилку… Ох, мама! Семнадцать пропущенных!

Пролистала список, но он был коротким, хотя и ёмким: двенадцать от Татьяны, три от Светланы, два от шефа.

Черт!

Открыв непрочитанные смс, вздохнула ещё раз.

Света: "Если ты не труп — перезвони срочно, иначе станешь".

Таня: "Потапова, ты труп".

Почему-то так захотелось на юга…

— Катюша, в чём дело?

— Да так, — не собираясь жаловаться, я первым делом решила позвонить Свете. — Всё хорошо. Можно мне кофе?

Слааф смерил меня подозрительным взглядом, но кивнул и отправился к плите.

— Светик, привет. Я ещё жива.

— Зря, — не став здороваться, Светлана была откровенно не в духе. — Ты где?

— По согласованию с клиентом работаю дома. По поводу чего паника?

— В смысле, дома?

— Я вчера ногу подвернула, ближайшую неделю не смогу передвигаться. Однако вчера мы с Вячеславом Давидовичем всё обговорили, согласовали, и я буду делать окончательный проект дома, — объясняя медленно и едва ли не по слогам, я снова поинтересовалась. — Так в чём дело?

— Погоди, — на том конце трубки кто-то шокированно выдохнул, и Света едва ли не шепотом уточнила: — То есть у тебя с клиентом всё нормально, и ты продолжаешь делать ему клуб?

— Ну да. А в чём дело-то?

— Ещё один вопрос. Мы к тебе вчера вечером домой ездили. Тебя там не было. Так где ты?

Черт!

— А вы во сколько ездили?

— Около семи.

— А, ну понятно. Мы у врача были, — не собираясь признаваться в том, что я дома у клиента, я врала напропалую.

— Катюша, тебе что на завтрак? — дружелюбный бас раздался едва ли не на ухо, и мой внутренний партизан изобразил "фэйспалм", закатил глаза, застрелился и рухнул в кусты.

Света снова шокированно выдохнула в трубку.

Дерьмо!

— Светик, всё хорошо. Передай всем желающим, что я жива и работаю над дизайном клуба. Перезвоню позже, — протараторив, сбросила вызов и зло посмотрела на безмятежного варвара. — Ты специально?!

— Да, — хмыкнув, мужчина облокотился о барную стойку, и мне достался укоризненный взгляд. — У меня создалось ощущение, что ты меня стесняешься. Это так?

— Нет, — поджав губы, я хмуро смотрела ему в глаза, в которых читалось сомнение.

Он мне не верил.

Да я и сама себе не верила.

Вот только ситуация была намного сложнее, чем он думал.

— Тогда почему сказала, что у себя дома?

— А что я должна была сказать?! — возмущение нахлынуло разом. — Светик, знаешь, всё хорошо, я вчера не брала трубку, потому что пила с заказчиком, меняла информацию на поцелуи, а потом вообще с ним переспала. И всю ближайшую неделю я буду жить у него, потому что он так решил! Да?

— Грубо. Зато правда, — чуть поморщившись, Слааф недовольно вздохнул. — Кажется, мы вчера не договорили. Нет, давай сначала позавтракаем, ты с утра такая ершистая…

Поставив передо мной кружку с кофе, мужчина вернулся к приготовлению завтрака, а мне стало стыдно. Что-то я действительно на него накинулась ни с того ни с сего. ПМС, наверное…

Завтрак был приготовлен в кратчайшие сроки, и уже через десять минут передо мной красовалась тарелка с яичницей, колбасками и овощной нарезкой, состоящей из огурца, помидорки и перца.

Норри тоже была накормлена, и теперь сидела рядом со мной на полу и довольно умывалась, периодически кося взглядом на Ваарра, устроившегося на барной стойке. Наверняка контролировала, чтобы без неё никуда не ушёл.

— Спасибо. Извини, мне просто неловко, — покаявшись, чтобы он не счел меня за нервную истеричку, я попыталась улыбнуться, но вышло криво. — Кажется, я вчера выпила лишнего. Ну и… Была смелее, чем обычно. Я просто не знаю, как дальше. Да и ты ничего не говорил.

— Говорил, — с едва уловимой улыбкой выслушав мои невнятные оправдания, Слааф сел напротив. — Приятного аппетита. Ещё кофе или, может, сок?

— Кофе, пожалуйста, — получив желаемое, уточнила. — Что ты говорил?

— Что влюблен и хочу, чтобы ты стала моей женой.

Вилка выпала из дрогнувших пальцев и покатилась по полу.

Его заявление, сказанное невероятно серьезным и абсолютно спокойным тоном, шокировало. То есть это не шутка? Пока я ловила воздух, который никак не хотел проникать в лёгкие, мужчина поднял упавшую вилку, сполоснул и вернулся.

— Но я тебя не знаю! Совсем!

— Я тебе расскажу, — вручив мне вилку, Слааф снова сел на своё место. — Катенька, без паники. Что тебя смущает?

— И ты меня не знаешь!

— Того, что я уже знаю, мне достаточно, поверь.

— Бред…

— Ты не веришь в любовь с первого взгляда?

Нервно хмыкнув, неопределенно пожала плечами. Наверное, верю. Но со мной? Невозможно!

— Просто успокойся. Поешь.

Да, это точно.

Принципиально стараясь не думать об этом, я переключилась на еду и отдала его мастерству должное. Казалось бы, невеликое дело — пожарить яичницу, но даже это удавалось немногим, а у Слаафа всё получилось очень хорошо. Ровненькие кружочки, хорошо прожаренный белок и вообще.

Вкусно.

— Спасибо, — завтрак очень быстро подошел к концу, но, к счастью, я успела успокоиться и настроиться на рабочий лад.

И пусть он хоть сто раз заявляет, что любит и готов жениться, договор подписан, и я обязана выполнить свою часть. Первым делом самолёты! Точнее, эскизы.

— У тебя на утро были планы?

— А что?

— Мне нужна твоя помощь в оборудовании моего будущего рабочего места.

— Без проблем. Командуй.

Настрой у мужчины был правильным, то есть рабочим, и мы довольно споро разобрали обе мои сумки, которые он привёз вчера. Кое-что из косметики отправилось в ванную, кое-что из вещей в спальню, но большинство устроилось в кабинете. Как и я. Не забыл Слааф и о перевязке. Смазал чуть припухлую лодыжку мазью, которую дал Кирилл, позволил ей впитаться, а затем перебинтовал новым эластичным бинтом.

— Спасибо. Дальше я сама.

— То есть мне уйти? — его вопрос был добродушным, но когда я кивнула, он разочарованно выдохнул. — Ладно, как скажешь. Я пока съезжу в клуб, проверю, что и как. Заеду к Никифорову и скажу, чтобы не дергали тебя по мелочам, и к обеду вернусь.

С удивлением выслушав его план на день, я в некотором ступоре кивнула. Если честно, то я слегка не понимала, зачем он мне это говорит. Сказал бы "по делам" и всё. А уж когда он шагнул ближе и склонился, чтобы поцеловать, я снова растеряла все мысли. Поверхностный, почти целомудренный поцелуй неожиданно перешел в столь страстный и жаркий, что из груди вновь вырвался тот самый стон, который намекал на желание скорейшего продолжения.

Я снова его хотела! Господи, я нимфоманка…

— М-м-м, — рывком отстранившись, Слааф посмотрел на меня слегка невменяемым, но при этом радостно-шальным взглядом. — И рад бы, но дела. Потерпи до вечера.

И ушел.

В смысле, потерпи? Я? То есть это я тут одна такая больная?! Черт!

Страсть жалобно захныкала, требуя вернуть объект, но гордость грозно шикнула. Ещё чего не хватало! Я не безголовая малолетка, чтобы терять разум от одного поцелуя и забывать о делах!

Да, дело. Дело прежде всего.

Посидев некоторое время без дела, я покрутилась в кресле, внимательно осмотрела кабинет. Затем старательно разложила свои рабочие "инструменты" и снова покрутилась.

Дико захотелось покурить.

Нет, надо. Иначе только и буду об этом думать.

Залезла в сумку, которую предусмотрительно захватила из кухни, и недовольно нахмурилась. Пачки не было. Как и зажигалки. Та-а-ак. А вот это мне уже не нравится. Что за самоуправство?

— Норри, мне кажется, или нами пытаются манипулировать? — иногда лучше думалось вслух, и тогда я разговаривала с кошкой.

— Мя-я-я?

— Тебе тоже так кажется? — похлопав себя по бедру, дождалась, когда дымчатая красавица запрыгнет мне на ноги, и почесала её за ушком.

Кошка решила, что за эти сутки ей недодали ласки, и сейчас она урчала, как трактор, требуя продолжения поглаживаний и почёсываний. В кои-то веки балуя любимицу вниманием, потихоньку успокоилась и сама. А может, и правда нормально всё? Розовые очки и зашкаливание на гормональном уровне. Влюблённость и всё такое.

Решив разобраться прежде всего в себе и том, что меня смущает, начала рисовать. Но не эскизы, а невнятные хаотичные завихрения. Есть я, и есть он. И есть его влюблённость, которая толкает его на безумства. Ну, это так, если отстраниться от конкретных людей и взять за пример фэнтезийных персонажей. Я ему нравлюсь, ему хочется всего и сразу. Умный, сильный, богатый, властный, решительный. Список положительных качеств стройным рядком встал рядом с огромным вихрем справа. Внутри вихря едва проглядывало удивлённое женское лицо. А ещё он что-то скрывает. До сих пор скрывает. И мне до жути хочется пообщаться с Алиской.

Да!

Набрала номер ресепшен нашего бизнес-центра и через два гудка услышала дружелюбное приветствие:

— Бизнес-центр, секретарь Алиса. Слушаю вас.

— Алиса, это Потапова, привет.

— Катюша? Ой, привет, — радостно защебетав, отчего я сразу поморщилась, Алиска уже тише добавила. — Кать, твой шеф снова злой пришел. Что у вас там? Ты по этому поводу звонишь?

— Нет, там уже всё в порядке. Слушай, я по личному вопросу, — я прекрасно понимала, что уже в обед моя просьба станет достоянием общественности, но удержаться не смогла. — Ты меня вчера с клиентом видела. Знаешь, кто он?

— Конечно. Младший Медянский.

— Рассказывай. Всё, что знаешь.

— О-о-о, он классный! Просто супер! — следующие пятнадцать минут я слушала восхищенные охи и вздохи, перемежаемые достаточно скудной информацией.

К сожалению, фактов Алиса знала очень мало, в основном слухи и домыслы, но для неё было важно другое — сногсшибательная внешность и то, что Медянский был богат до безумия, и это с учетом того, что являлся единственным наследником состояния как отца, так и дяди, у которого вообще детей не было. Это, кстати, было известно довольно давно, ещё когда Медянский только засветился в сфере управления около пятнадцати лет назад. Ему пророчили большое будущее, великолепные перспективы, но лет пять назад он неожиданно потерялся, и пошел слух, что он решил вообще уехать из страны на родину матери, куда-то в Европу. Однако слухи не подтвердились, мужчина лишь начал постепенно отстраняться от руководящих должностей тех предприятий, которые принадлежали семье, перераспределять активы, вкладывать средства в акции и интересоваться сферой развлечений.

С любовницами у него, кстати, было негусто, за всю его карьеру был замечен лишь с двумя, и то мельком. Видимо, предпочитал проводить время с женщинами там, где его не могли спалить.

Естественно, Алиса была полна надежд стать той самой, третьей и навсегда.

Всё.

Больше информации не было.

— Алиса, спасибо большое, буду должна. Пока, меня тут работой завалили по самую крышу. Увидимся на днях, — отключившись до того, как наше "Информбюро" успело задать мне хоть один встречный вопрос, я откинулась на спинку кресла.

Ну и что мне это дало?

А ровным счетом ничего. Печально.

Карандаш поставил огромный знак вопроса над вихрем. Расспрашивать его? Где гарантии, что он ответит правду? Кстати, вопрос об аллергии мы так и не разобрали. Внимательно осмотрела руку, но не нашла ни следа от пятен. Как не бывало.

Слева подписала "аллергия?" и чуть ниже "сигареты!". Это меня заставило вновь недовольно поджать губы. Я не потерплю подобного самоуправства. И если брошу, то сама, а не по его указке.

В целом же особых причин нервничать не было. Милый, заботливый, воспитанный. И естественно, никак не сбросишь со счетов то, что он богат и красив. Не слащаво, а мужественно красив. Идеально.

Под "сигаретами" неуверенно вывела "замуж???".

Это меня очень смущало. Просто не верилось. Почему не просто в любовницы? Почему так категорично? Или у него по этому поводу какие-то свои мысли? Пресловутое воспитание? А как же те, предыдущие? Нет, это тоже надо уточнить. Обязательно.

Ладно, хватит ерундой заниматься, пора и поработать.

Старательно разложив эскизы, поняла, что стоит озадачиться полноценным планом клуба и фотографиями, чтобы с точностью до миллиметра проработать все без исключения детали. Решив не откладывать важное дело, вновь потянулась к телефону и, найдя в сумке листок с номером Медянского, набрала.

— Слушаю.

— Это я, Катя.

— Да, Катюша, говори, — бархатный бас вогнал меня в краску, причем абсолютно ни с того ни с сего. В этот момент я была искренне рада, что он меня не видел. — Что-то понадобилось?

— Да, ты прав. Мне нужны строительные чертежи клуба и фотографии всех без исключения помещений. Я хотела сделать их сегодня, но сам понимаешь…

— Без проблем, я всё сделаю. Фотографии нужны какие-то особенные?

— Да-а-а… — не зная, как объяснить, я не очень уверенно предложила. — Может, заедешь к нам в офис и попросишь Татьяну? Она всё знает, что и как.

— Хорошо, так и сделаю. Не скучай, скоро буду. Целую.

Смущение глупо хихикнуло, страсть прошептала: "Жду", а здравый смысл покрутил пальцем у виска.

Пока не забыла, тут же набрала Татьяну.

— Танечка, только не кричи! Я всё знаю и искренне раскаиваюсь, — зачастив, услышала на том конце вздох. — Тебе Света сказала? Я ей звонила утром.

— Да, уже сказала. И теперь давай как на духу. Ты с ним? Ты понимаешь, о чём я.

— Тань… — досадливо потерев лоб, тихо призналась. — Я вчера подвернула ногу, он свозил меня к врачу, а потом в ультимативной форме заявил, что я буду жить у него, пока не поправлюсь. А потом… В общем, да. Всё да.

— Кать, я не буду говорить, что это глупо, — Татьяна тихо вздохнула. — Но тебе виднее. Только аккуратнее. Если что, звони, помогу.

— Спасибо, — шумно выдохнув, почувствовала невероятное облегчение. — Ой, да! Я ведь что звоню-то! Мне нужны фото объекта, хотела сегодня, но я пока неходячая. Я Медянскому сказала и попросила воспользоваться твоей помощью. Поможешь?

— Должна будешь, — ворчливо согласившись, Татьяна хмыкнула. — Как земля колхозу.

— Буду! Спасибо, пока.

— Пока.

Вот и отлично! Теперь и правда можно за работу.

Вчера он так и не позвонил отцу и сейчас решил поехать к нему лично. Да и десяток пропущенных от него и дяди вызвали усмешку. И ведь что интересно — ни он, ни она не слышали звонков. Ваарр, больше некому.

Снова усмехнулся и качнул головой. Были у него кое-какие подозрения на этот счет, потому что воспоминания о вечере и последующей ночи были подёрнуты странной дымкой. Но одно он помнил чётко. Она сказала "да".

Это, конечно, зря он так поторопился… Как бы не обиделась, когда узнает.

Эх, Катюша…

Проснувшись утром и обнаружив её рядом, да ещё такую довольную, он элементарно не удержался. Снова. Кажется, она против не была, хотя потом очень этого смущалась.

Как бы привести её к мысли, что она у него будет жить не только эту неделю? Помягче бы…

Осмотрев клуб и сделав всего пару замечаний по существу, отправился в банк. Тянуть с новостью не стоило.

— Приветствую, — родственники нашлись там, где он и подозревал. — Времени у меня немного, так что буду краток.

Что отец, что дядя — были насторожены, но тут зазвонил телефон и, лишь глянув на номер, Слааф не удержал улыбки.

— Слушаю.

— Это я, Катя.

— Да, Катюша, говори, — улыбка расплывалась ещё шире, а уж вытянувшиеся лица родни так и вовсе легли бальзамом на душу. — Что-то понадобилось?

— Да, ты прав. Мне нужны строительные чертежи клуба и фотографии всех без исключения помещений. Я хотела сделать их сегодня, но сам понимаешь…

Она была немного смущена, но всё равно была уверена в своих словах и том, что это необходимо.

— Без проблем, я всё сделаю. Фотографии нужны какие-то особенные?

— Да-а-а… — чуть-чуть замялась, а потом предложила. — Может, заедешь к нам в офис и попросишь Татьяну? Она всё знает, что и как.

— Хорошо, так и сделаю. Не скучай, скоро буду. Целую.

Он буквально увидел, как она покраснела, и до него донеслось смущенное:

— Жду.

Сбросил вызов, снова широко улыбнулся в первую очередь бате и категорично заявил:

— Поздравляй, я женился. Маме позвонишь или я сам?