Глава 8

— Катюша, я, конечно, могу прочитать тебе развернутую лекцию о том, как именно сигареты влияют на организм будущей матери, но не буду. Уверен, ты всё знаешь сама. Давай лучше договоримся, — мужчина изъял у меня и листок с пеплом, а затем вновь оперся на стену. — Пока ты у меня дома — не курить.

— Боюсь, я не смогу.

— Я помогу.

Его самоуверенное заявление позабавило, но если я усмехнулась, то он в свою очередь был чрезвычайно серьезен.

Мда.

Такой поможет. Свяжет и всё.

Прочь фантазия!

— Каким образом?

— Как ты сказала немного раньше — сигареты помогают тебе успокоиться и привести мысли в порядок. Верно?

— Да.

— С этим прекрасно справляются чаи с определенными сборами трав. Гидромассаж, ванны с аромамаслами. Элементарный массаж плеч и шеи.

Понятно. Начинаются намёки. Которые совсем не намёки.

— Хорошо, я подумаю, — не собираясь спорить с "бессовестным похитителем", соглашаться на его предложения я тоже не торопилась.

Посмотрим. Время покажет, насколько сильна во мне тяга к табаку. Может, и продержусь недельку, пока у него в гостях.

— Ты всё привёз из списка?

— Абсолютно. Кое-что было нелегко найти, но я справился.

— Норри тоже привёз?

— Твою кошку? Да, она знакомится с квартирой. Кстати, тебе бы тоже не помешало. Идём?

— Да, не откажусь.

Я успела лишь подумать о том, что устала скакать, а он уже брал меня на руки, словно так и надо было. Немного сконфуженно вздохнув, временно смирилась. Для меня это было оптимальным решением. Даже можно сказать тайной мечтой. И уже если ему это не в тягость, а наоборот, в радость, то я не против.

Кстати, а в радость ли ему это?

Чтобы не выдумывать на пустом месте, пока он нес меня с балкона в пещеру с камином, я тихо поинтересовалась:

— Тебе не тяжело?

— Нет, ты лёгкая.

А…

Скептично хмыкнув, не стала спорить. Ему виднее.

— Итак, знакомься. Мой каминный зал, — встав в дверях, мужчина кивнул на камин. — Можно было и поскромничать, но я решил, что не стоит. Люблю осенними и зимними вечерами посидеть перед камином с хорошей книгой. Любишь читать?

— Да, очень.

Но в последнее время читаю достаточно специфичную литературу. И то, что написала сама. На остальное времени элементарно не хватало.

— Это хорошо, — подойдя к стене, Слааф что-то незаметно нажал, и камень радужно замерцал, спустя пару секунд превратившись в книжные полки.

Во всю стену!

Ого!

Я смогла лишь шокировано выдохнуть. Затем покосилась на довольного произведенным эффектом мужчину и с подозрением уточнила:

— Магия или технология?

— Техномагия. Правда забавно?

— Очень!

Я прекрасно поняла, что он меня подзуживает и делает всё, чтобы я начала задавать вопросы. А вот не буду! У меня их и так уже чересчур много, устану расплачиваться.

Кстати…

— А оплата за ответы только поцелуями? — поинтересовавшись вроде как невзначай, в этот момент я принципиально не смотрела на "умного варвара", предпочитая рассматривать корешки книг.

— Рассмотрю все альтернативные варианты, — ухмыльнувшись, причем так довольно, словно только и ждал этого вопроса, Слааф отправился дальше. — Но сама понимаешь, предпочтение будет отдано тем, что так или иначе будут связаны с прикосновениями. Тебя ко мне.

Какая интересная формулировка! Надо будет запомнить.

— Обычные прикосновения? — прикинувшись дурочкой, посмотрела ему в глаза, ожидая ответа. При этом я очень старалась, чтобы мой взгляд был как можно более невинным. Практически ангельским.

Он на это не повёлся, едва уловимо хмыкнул и отрицательно мотнул головой.

Жаль.

Более подробно расспрашивать я не решилась сама, прекрасно понимая, что дразнить мужчину, при этом находясь у него дома, да ещё и у него на руках, будет глупо.

После каминного зала мы отправились дальше и, мимоходом отметив, что за следующей дверью санузел, где я уже была, Слааф занес меня в кабинет. То, что это именно кабинет, было понятно сразу. Строгая, стильная обстановка, большой рабочий стол, несколько полок с документами, ноутбук и большое хозяйское кресло.

— Как можешь сама догадаться — мой кабинет.

Там мы сильно не задержались, как и в кладовке, куда меня даже не стали заносить.

Следующим помещением, которое поразило меня своими размерами, стала кухня, совмещенная со столовой. Это были уже полноценные три комнаты, лишь слегка зонированные барной стойкой. Одну большую комнату целиком и полностью занимала кухня как таковая. Огромный холодильник, разделочные столы, плита с керамическим покрытием на шесть конфорок, духовой шкаф и множество шкафчиков под посуду и прочие кухонные принадлежности.

Меня аккуратно устроили в мягком кресле, которое стояло у барной стойки, и пока я рассматривала столовую с её основательным столом на двенадцать персон, Слааф отправился к холодильнику.

— Проголодалась? Может, чай или что-нибудь покрепче?

— Сегодня всего лишь среда, — не собираясь пить рядом с тем, кто только и ждет, чтобы я расслабилась, отрицательно качнула головой. — Ты сам готовишь?

— Редко. Три раза в неделю ко мне приходит женщина. Готовит, прибирается. В основном сам себе только завтраки готовлю да кофе варю, — вынырнув из холодильника с половинкой ягодного пирога, мужчина коварно улыбнулся и одним взглядом предложил мне угощение. — М?

Коварный соблазнитель!

И хотела бы отказаться, но…

— И кофе, пожалуйста.

— Я знал! — радостно улыбнувшись, Слааф поставил блюдо на барную стойку и занялся варкой кофе. — Катюша, не красней. Я очень рад, что ты не отказываешься от нормальной еды, как многие твои худеющие сверстницы. Хорошего человека должно быть много!

Судя по нему, он вообще идеальный.

Тихо хмыкнув, не стала ничего отрицать. Кому-то нравятся стройняшки, кому-то пухляшки. На вкус и цвет, как говорится.

Пока я думала о том, что такими темпами и с таким "кормильцем" я тоже совсем скоро стану ну о-о-очень хорошей, Слааф сварил кофе, и по комнате поплыли соблазнительные ароматы.

— Сахар, сливки?

— Сахар.

— Прошу, — выкатив из-под стойки небольшой столик на колесиках, мужчина в два счета накрыл на двоих, а затем с удовольствием занял кресло напротив. — Может, коньячку? За знакомство.

— Нет, спасибо.

Прищурившись, когда я вновь отказалась от спиртного, мужчина пару секунд внимательно меня рассматривал, а затем со смешком уточнил:

— Ты меня опасаешься или себя?

У кого-то завышенная самооценка, я смотрю.

Скептично приподняв бровь, я решила не ходить вокруг да около.

— Слааф, почему ты думаешь, что одного твоего заявления о том, что ты в меня влюблен, достаточно, чтобы я влюбилась в тебя в ответ? Может быть, я тебя огорчу, но это не так. По моему мнению, ты ведешь себя несколько эгоистично, забывая о том, что я знаю тебя второй день, и не как мужчину, а как заказчика.

— Злючка, — осуждающе качнув головой, хозяин квартиры был настроен благодушно и спокойно перенес мои слова. — Да, я всё понимаю. Мне даже, наверное, слегка неловко…

Ну, это он уже приукрасил. Его сияющие глаза говорят об обратном.

— Но я ведь веду себя корректно, верно?

— Ущемляя мою свободу? — не удержавшись от подначки, откусила кусочек пирога и блаженно прикрыла глаза.

Вообще, с ним было неожиданно уютно. И этот разговор-пикировка был не злым, а скорее расставлял некоторые акценты, которые стоило озвучить.

— Ну да, вот такой я тиран.

В этот момент я была искренне рада, что не успела отпить, иначе кофе вышел бы носом.

— Шутить изволите, Вячеслав Давидович?

— Совсем нет, — мужчина широко улыбнулся, противореча собственным словам, и прикрыл улыбку кружкой. — Понимаешь… — отпил, прикрыл глаза, помолчал. — Сложно всё. Чтобы ты поняла суть и подоплёку, необходимо очень многое рассказать. Проблема в том, что ты можешь принять меня за сумасшедшего и некоторые вещи понять не так, как бы мне хотелось. Вторая проблема в том, что ты слегка иначе воспитана, да и знаешь чрезвычайно мало. Ты ведь человек.

И так загадочно глянул, что я моментально насупилась. Ну, подумайте только! Вообще-то человек звучит гордо! И никогда раньше я этого не стеснялась.

— И что? Ты мне ничего не расскажешь?

— Расскажу. Постепенно, — не став отнекиваться, Слааф кивнул. Снова отпил и как самый настоящий чеширский кот ухмыльнулся. — А ты сама спросить не хочешь?

— Нет, — решив не вестись на провокацию, я беспечно пожала плечами. — Сейчас меня интересуют немного иные вещи. Например, работа. Где я буду работать?

— То есть вот так, да? — недовольно отставив кружку на столик, мужчина немного подался вперед, устроив руки на коленях и вновь став похожим на хищника, приготовившегося к броску. — Катюша, я не шучу. И если уж на то пошло, то знаешь… А ну его, этот клуб.

Всё веселье как рукой сняло.

И судя по его хмурому взгляду, он не шутил.

— Погоди… — отставив кружку, немного растеряно протянула. — То есть ты разрываешь договор? На каком основании?

— А без основания. Передумал.

Стало обидно. Безумно обидно. Чуть ли не до слёз.

— Это подло, — голос едва не сорвался, но я сдержалась.

Очень хотелось психануть и уйти, но уйти я не могла. Только упрыгать. И сомневаюсь, чтобы мне это позволили сделать.

— Почему? Если ты не хочешь общаться со мной только потому, что у тебя, видите ли, работа и я твой работодатель. Я в свою очередь очень хочу с тобой общаться не в этом качестве и просто не вижу другого выхода.

— И тебя совсем не останавливает то, что из-за твоего отказа моя репутация специалиста будет под угрозой? — зло сжав пальцы в кулаки, остро жалела о том, что не могу в него ничем бросить.

Почему-то разговоры с ним раз за разом вызывали во мне необъяснимую агрессию и самые низменные порывы.

— Хочешь, я куплю тебе собственное дизайнерское агентство?

— Нет, — отрезав, высокомерно фыркнула. — Знаешь, наверное, тебе кажется, что ты поступаешь очень великодушно, но у меня сейчас почему-то такое ощущение, что ты меня элементарно покупаешь. Мне, наверное, должно быть лестно, что я так дорого стою… Но мне не лестно. Мне противно. Спасибо за пирог, Вячеслав Давидович. Раз уж я больше на вас не работаю, то мне пора.

Я успела встать и прыгнуть два раза.

Третий прыжок оборвался в самом начале, и я ожидаемо оказалась в его крепком захвате. В ожидаемом, но неприятном. Не став вырываться и орать, я молча подняла на него лицо и вопросительно приподняла бровь. Он в ответ нахмурился, но тоже ничего говорить не торопился.

Так и стояли мы…

— Дур-р-раки, — констатировал зашедший на кухню Ваарр, за которым охотничьей поступью кралась Норри. — Слааф, отпусти даму, р-р-ребра сломаешь. Катер-р-рина, ты не пр-р-рава. И теперь пр-р-рисели и послушали умного меня.

Хмыкнув, я не стала сопротивляться, когда Слааф усадил меня обратно в кресло и сам тоже вернулся на место.

Ворон тем временем взлетел на барную стойку и начал по ней задумчиво прохаживаться.

— Итак, во-пер-р-рвых. Слааф, Катер-р-рина пр-р-рава. Непор-р-рядочно это. Свои слова необходимо сдер-р-рживать. Тебе важен клуб, Катер-р-рине важна работа. Мой тебе совет — оставь всё, как есть, и не гор-р-рячись, — достаточно сурово отчитав мужчину, ворон пронзительно глянул на меня, и я моментально насторожилась. — Во-втор-р-рых, Катер-р-рина ты не пр-р-рава. Слааф тебя не покупает. Он хочет сделать пр-р-риятное, но не знает как. Ты как колючка какая. Р-р-расслабься. Довер-р-рься. Оставь пр-р-рошлое в прошлом. Слааф не такой.

И с таким знанием дела на меня посмотрел, что стало откровенно неуютно. Неужели он знает? Или догадывается? Вот уж чего не хотелось бы!

После выговора птицы стало неловко. В помещении вновь повисло напряженное молчание.

— И я бы пр-р-редложил выпить. За знакомство, — махнув крылом, словно заправский тамада, Ваарр сделал это так комично, что я не удержалась и прыснула. — Вот! Смех — пер-р-рвый шаг к взаимопониманию. Пр-р-ринимаю заказы.

Ладно, его взяла.

Всё-таки с буфером в виде говорящей птицы будет спокойнее, чем наедине с "влюблённым варваром". Подхватив на руки подошедшую Норри, согласно кивнула, что не прочь чуть-чуть выпить за знакомство и, так и быть, слегка забыть, что я не женщина, а наёмный работник, к тому же слегка похищенный.

— Сухого вина, если есть.

— Есть.

Слааф тоже повеселел и спустя всего несколько минут кружки и остатки пирога были убраны, а на столике появились бокалы и профессионально нарезанные фрукты, сыр да копченое мясо. Вот так сервис!

Пока я ошалело осматривала резво заполняемый вкусностями столик, появились и коробка конфет "вишня в коньяке", и вынутая из буфета бутылка вина.

С подозрением покосилась на мужчину, но промолчала.

Но не он.

— Что?

— Создается впечатление, что меня ждали и готовились. Или у тебя всегда так разнообразно в холодильнике?

— Вообще-то обычно продуктов ещё больше, — смущенно почесав кончик носа, Слааф неопределенно пожал плечами и словно нехотя добавил. — Я много ем. Люблю разнообразие.

— Нет-нет, всё хорошо, — с некоторым извращенным удовольствием рассматривая смущенного тирана, я решила ещё немного понаглеть. — А давайте перейдем в гостиную, там, где диван мягкий. Так ногу вытянуть хочется…

— Болит? — моментально подобравшись, мужчина нашел взглядом перебинтованную лодыжку.

— Чуть-чуть тянет.

В гостиную мы перебрались в два счета.

Было немного смешно и умильно. Он действительно чувствовал себя виноватым и очень хотел сделать мне приятное.

И, черт возьми, гори оно всё синим пламенем! Мне действительно было приятно. Будем знакомиться ближе!

На разложенном диване оказалось невероятно много места, как я и подозревала, так что мы без труда на нём расположились. Слааф принёс откуда-то ещё несколько подушек, так что комфорт был максимальным. Единственное, за чем стоило проследить — это за подолом платья, который так и норовил задраться намного выше положенных приличий.

Музыку мы выбрали вместе и помещение наполнили звуки саксофона.

— Итак, за знакомство, — разлив густое, тёмно-бордовое вино по бокалам, мужчина передал один мне, а второй взял сам.

Ваарр вновь устроился на жердочке, Норри предпочла лечь у меня в ногах, так что можно сказать, что все были на местах.

— За знакомство.

Тонкое стекло едва слышно тренькнуло, и я, чуть прикрыв глаза, отпила. Очень вкусно. Вновь прошлась задумчивым взглядом по комнате и остановила его на Слаафе.

— У меня созрел вопрос, — мужчина с трудом удержал губы от улыбки, но глаза выдали его с головой. В них замерло предвкушение. — По работе.

Разочарование было столь явным, что я не удержалась и хихикнула.

— Вредина, — качнув головой, он хмыкнул. — Что такое?

— Кто тебе делал квартиру? Это ведь всё тот же пещерный стиль, который ты хочешь воплотить в клубе. Почему ты не стал работать с ним, а решил нанять нашу фирму?

— Квартиру делали без дизайнера, и в ней собраны разные стили, — пожав плечами, мужчина пояснил. — Я пытался понять, что хочу, и подбирал материал сам, но мне кое-что уже не очень нравится. Допустим, цвет пола. Немного не тот оттенок. Может, освещение виновато… Не знаю, но чего-то не хватает. Как думаешь?

С удовольствием подхватив близкую мне тему, я отпила ещё и первым делом махнула рукой в сторону окон.

— В помещении слегка пустовато. Мебели больше не надо, однако небольшой декор не повредит. Между окон буквально просится какая-нибудь затейливая статуя, причем довольно большая. Может быть, даже друза. Да, почему бы и нет? Аметист или агат очень красивы в разрезе. Не меньше метра. М?

— Интересная мысль.

— И я бы освежила стены каким-нибудь ползучим растением. Плющ, например. Любишь растения?

— Равнодушен.

— Подушки более сочных оттенков, чтобы были яркие пятна. Можно тюль с радужным рисунком. Но неброским.

— Хм… — мои многочисленные советы заставили Слаафа серьезно задуматься, а затем он кивнул. — Да, можно попробовать. Поможешь?

Иронично приподняв бровь, хмыкнула.

Он понял мой молчаливый намёк и тоже усмехнулся.

— Твоя цена?

— Ответы.

— Не-е-ет, не согласен. У ответов уже есть цена, и она иная. Не обсуждается, — погрозив мне пальцем, мужчина чуть долил вина, и я с удивлением обнаружила, что до этого в бокале было почти пусто. — Катюша, я готов заплатить деньгами, ответной услугой или собой. Выбирай.

— Какое заманчивое предложение! Даже и не знаю, что выбрать, — не став скрывать иронию, покачала головой.

Отпила ещё и почему-то подумала, что уже слегка захмелела. Со ста граммов вина? Что-то тут не то…

— Можешь пока подумать, время ещё есть, — великодушно кивнув, тоже отпил, отставил бокал в сторону и потянулся.

Мышцы завлекательно заиграли под чёрной футболкой, и я не удержалась — залюбовалась. Всё-таки он был невероятно фактурен.

— Так, по поводу работы, пока не забыл, — вернувшись в исходную позицию, то есть сидячую на полу в позе лотоса, Слааф неожиданно поинтересовался. — В какой позе ты любишь рисовать? Сидя, лёжа, стоя?

— Видел мой кабинет? — дождавшись кивка, со смешком продолжила. — За рабочим столом, как все нормальные люди. Порой приходится рисовать по полдня, и поверь, лёжа это неудобно.

— Хорошо, тогда займешь мой кабинет.

— А ты?

— А я всё равно в нём больше пока не работаю. Раньше, когда управлял одной крупной компанией, то, бывало, и на дом работу брал, но сейчас это неактуально.

— Да, кстати, а чем ты сам будешь заниматься?

— М-м-м… — задумчиво прищурившись, он предпочел спрятать широкую улыбку за бокалом. Отпил, помедлил… — Честно?

— Конечно.

— Буду пытаться удержаться от приставаний.

И почему я не удивлена его ответом? И смешно, и грешно. Взрослый мужик, а шуточки, как у студента.

— А кроме этого?

— Да так, по мелочи. Если ты намекаешь на работу, то нет, сейчас я, так сказать, безработный. Единственное, что нужно будет ежедневно ездить в клуб, проверять, как идут черновые работы по перепланировке. А так я в твоём полном распоряжении.

Это-то и пугает.

Коньяк из конфеты терпкой горчинкой растекся по гортани, и я покатала по языку вишенку. Вообще ситуация яснее ясного. Сейчас меня максимально мягко склоняют в любовницы, причём создавая всевозможные условия и комфорт.

Что меня смущает?

Шумно выдохнув, с лёгкой грустью посмотрела на удивлённого моей реакцией Слаафа.

— Тебя что-то смущает?

Да, мишутка. Меня всё смущает. Ты притащил меня в свою пещеру, заявляешь, что никуда мне от твоей любви не деться, и ещё удивляешься, что меня смущает. Нет, надо ещё выпить.

Молча протянув ему вновь пустой бокал, твёрдо кивнула, когда он удивлённо приподнял бровь.

— Ты решила напиться?

— С полбутылки сухого?

— У меня ещё пять есть.

Фыркнув, не удержалась от улыбки. И кто тут что решил?

— Нет, Слааф, напиваться я не собираюсь. Скажем так, я слегка нервничаю и недоумеваю. Курить ты мне не разрешаешь, чай пить вроде как неуместно, ванну принимать с моей травмой будет не очень удобно, значит, будем расслабляться и сбрасывать неловкость максимально доступным способом.

— Я ещё массаж упоминал, — с воодушевлением добавив, он ещё и кивнул, словно я могла не расслышать.

— Да, я помню, — поблагодарив его кивком, словно ученика, правильно ответившего на вопрос, я мысленно хихикнула и с абсолютно недрогнувшим лицом продолжила. — Так вот, нервничаю и недоумеваю я от недостатка информации, думаю, ты это прекрасно понимаешь. Ну и ко всему прочему меня очень смущает стремительность твоих действий, да и ты сам. Молодой, богатый, очень интересный на внешность мужчина и вдруг… я.

— Ты? Ты очень красива. Зря ты так, — оскорбившись, причём очень сильно, варвар недовольно поджал губы. — Или ты намекаешь на то, что ты не так богата, как я?

— Допустим.

— Знаешь, меня воспитывали так, что женщина вообще не должна работать ради того, чтобы себя прокормить. Женщину должна обеспечивать семья. Сначала родители, затем муж. И если тебе интересны мои мотивы и моя пугающая к тебе тяга, то разовью мысль словами, если тебе так будет проще, — Слааф чуть улыбнулся и отпил. — В тебе в идеальных пропорциях сочетаются такие влекущие меня вещи, как гибкий ум, творческая натура, уравновешенный характер, открытая к новому и необычному душа, а также просто потрясающая фигура.

Черт, надо записать! Никогда столько приятных слов в свой адрес не слышала, и всё в одном предложении!

— И я даже не стану скрывать, что вчера просто потерялся в… — он снова прикрылся бокалом, лишь глаза остановились на том самом месте, где он потерялся вчера. На моей груди.

Ну, это не новость. Но, как ни странно, очень подкупала его честность. Просто безумно.

А может, это вино дало такой эффект…

— И лишь твои удивительные глаза могут соревноваться в очаровании с твоей потрясающей фигурой.

Всё, я сейчас покраснею. Смущенно потупившись, я не представляла, как реагировать на столь бурный поток комплиментов. Он был не первым, кто меня ими одаривал, но почему-то именно сейчас они были безумно приятны. Просто ужас, как приятны!

— И знаешь, мне безумно жаль, что я не умею выражать свои эмоции более стройно. Если бы я только мог, я бы написал тебе стихи. Или картину, — в его взгляде действительно было столько досады, что я почувствовала, как краснеют кончики ушей. Правы были все, кто утверждал, что женщины любят ушами. Мне было ужасно неловко, но какой-то частью своей цинично-скептичной души я желала, чтобы он продолжал. И никогда не останавливался! — Хотя подожди!

М?

Вскочив на ноги, он сбежал в коридор и спустя всего несколько секунд вернулся с телефоном.

— Замри.

Замерла.

Сработала вспышка фотокамеры, он проверил результат и удовлетворённо улыбнулся.

— Отлично!

— Дай посмотреть.

— О, нет!

— Эй! — отказ возмутил, но он лишь счастливо рассмеялся и снова ушел.

Вернулся уже без телефона, но со второй открытой бутылкой. Зачем? Мы что, уже…

Найдя взглядом первую, удивлённо взметнула брови. Да, первую мы уже выпили. Ну мы и пить! Так недалеко и до безумств.

Хотя-я-я…

Если он скажет ещё что-нибудь в том же ключе, то я в принципе готова задать ему пару вопросов и даже за них расплатиться. Ошалев от своих нескромных мыслей, неосознанно задержала взгляд на его губах. Почему-то они показались мне такими привлекательными в этот момент…

— Катюша?

Очнувшись от его вопроса, прозвучавшего слишком близко, сморгнула. В этот момент перед глазами пронеслась та самая эротическая сцена, где присутствовали камин со шкурой и варвар. И я.

Ох, батюшки! Кажется, у меня в мозгах передоз эротичных фантазий!

— А?

— Всё хорошо?

— Да, — судорожно кивнув, облизнула губы. — Да, задумалась. А! Почему мне нельзя посмотреть фото? А вдруг я там нехорошо получилась?

— Поверь, ты там получилась идеально, — вновь устроившись прямо на полу, мужчина протянул руку за бокалом и налил, когда я его приблизила. — Так вот… На чем мы закончили?

Фыркнув, напомнила:

— Я прекрасна, спору нет…

— Точно! — с энтузиазмом приподняв бокал, мужчина провозгласил тост. — За тебя, прекрасная Екатерина. За судьбу, которая одарила меня своим вниманием и позволила познакомиться с тобой.

Льстец. Но мне приятно. Как же мне приятно!