Глава 12

Из кабинета ректора я уходила с тяжелым сердцем. Я ведь так и знала. И бабуля говорила, и мама предупреждала… Нельзя! Нельзя говорить! А я? Вот зачем сказала? Могла же выкрутиться!

Вздохнув снова, ускорила шаг, крепко зажимая в руке несколько листов, среди которых был не только список предстоящих экзаменов с рекомендуемой литературой, но и копия приказа на зачисление, которую необходимо показать мастеру Примквелу.

Оказывается, после гибели мастера Броквила, который числился в академии завхозом и смотрителем общежития, его обязанности временно взял на себя мастер Примквел, но лишь частично, то есть хозяйственную часть. За общежитием присматривали преподаватели – кураторы курсов, но для меня пока это было неактуально.

Сейчас главное – мастера Примквела найти и клятвенно заверить, что, несмотря на зачисление, я все равно доделаю всю обещанную работу. Потому что дала слово не только ему, но и артефакту.

Судя по положению солнца, время неумолимо близилось к вечеру, так что я прибавила шагу. Требовалось не только предъявить копию приказа, но и получить форму, а также выбрать комнату в общежитии и перенести туда свои вещи. По словам Азарина, с комнатой проблем не должно возникнуть, так как на четвертом курсе учились только лучшие из лучших, прошедшие суровый отбор на первых трех курсах. А посему…

– Добрый вечер, мастер. – Я постаралась улыбнуться не так нервно, как себя чувствовала, когда после вежливого стука в личную комнату гнома мне открыл дверь мастер Примквел. – У вас есть для меня пара минут?

– Пара? – Меня придирчиво осмотрели и, кажется, что-то заподозрили. Мастер вернулся к столу, где лежал раскрытый огромный древний фолиант, и махнул рукой на свободный стул. – Ну проходи, присаживайся, рассказывай. Надеюсь, ни с кем снова не подрался?

– Нет-нет, что вы. – Я даже рассмеялась, но смех получился откровенно неестественный, и я торопливо его оборвала. – Просто тут такое дело… Меня ректор в студенты зачислил. На ведьмачий факультет, как вы и пророчили.

– Опа… – Гном как стоял, так и сел.

Благо стул прямо позади него стоял. Крякнул, покачал головой, погладил вставшую торчком бороду и только после этого с подозрением поинтересовался:

– А с чего энто?

– Да понравилось ему, как я полосу препятствий прошел. – Я в двух словах рассказала мастеру о случае, который произошел сразу после выписки из лазарета. – Он еще тогда предложил, да я все как-то сомневался, потяну ли… А тут… – С досадой почесала затылок, прикидывая, какую долю правды стоит рассказать. Все-таки лгать невероятно доброму дедуле не хотелось. А ведь все равно скоро узнает правду. – В общем, прошлое меня настигло. Нужна мне защита академии, жизненно нужна. Я понимаю, звучит не очень красиво, но…

– Погодь. – Гном поднял ладонь и недовольно нахмурился. – Что значит, прошлое? Ты что, преступник?

– Нет! – Я торопливо замотала головой. Поморщилась, с досадой сжала кулаки и выпалила: – Я не совсем сирота. Моя мама умерла, а отец жив. Но у меня с ним очень плохие отношения, а он… в общем, он меня ищет. По политическим причинам. И как найдет, заставит вернуться домой. А я не хочу. Я книги люблю, а там меня только пакости и интриги ждут. Извините, больше рассказать не могу.

– Дела-а-а… – Мастеру явно не нравилась укороченная версия, но настаивать, как Азарин, он не торопился. Вместо этого прошелся по мне изучающим взглядом и вдруг выдал: – Так ты у нас голубых кровей, оказывается, раз причины политические?

– Да. – Я предпочла смотреть куда угодно, лишь бы не на мастера. – Немного.

– Эх, мальчик… – Гном раздосадованно пожевал губами. – Ладно, не буду в душу лезть. Только как насчет должности помощника? Небось бросаешь меня?

– Нет, что вы!

Я поторопилась заверить своего обожаемого начальника, что учеба это, конечно, хорошо, но лично для меня книги и выполнение обязательств по первоначальной договоренности намного важнее. И, может, у меня станет меньше времени, но точно не усердия.

Мастер подобрел и уже более благосклонно прочитал переданную копию приказа, удивленно крякнул, когда увидел, что зачисляют меня не куда-то там, а аж на четвертый курс, и с сочувствием уточнил, справлюсь ли.

Справлюсь.

Как будто у меня выбор есть.

А дальше мы занялись подбором ученической формы, потом выбором комнаты (на втором этаже общежития, в конце коридора сразу за комнатой Фаруха нашлась прекрасная пустая комната, причем размерами превосходящая ту, где я жила раньше), ее обустройством всем необходимым (тут нам помогли соседи-парни, очень удивившиеся пополнению, но при этом беспрекословно подчинившиеся мастеру, когда он попросил о помощи), а затем и переносом вещей из административного корпуса. С легкой руки Примквела все эти пожитки стали моими. Он решил их не забирать, решив тем самым сделать мне небольшой подарок по случаю поступления.

Была бы собой – зацеловала бы!

А так просто от души поблагодарила, крепко обняла и заверила, что как только выдастся свободная минутка между зачетами и экзаменами – тут же засяду за окончательный разбор коробок.

На том и расстались.

Мастер, довольно улыбаясь в бороду, ушел к себе, а я, принципиально не смущаясь под подозрительными взглядами почти однокурсников, высыпавших в коридор, подмигнула Фаруху и закрыла дверь с внутренней стороны.

Любопытство – чувство хорошее, но мне не нравится, когда вызываю его у других. И вообще! Время к ужину! За столом и поболтаем.

А пока…

Окинула придирчивым взглядом комнату, которая радовала своими размерами и чистотой, затем перевела тоскливый взгляд на уйму вещей, которые возвышались в центре внушительной горкой, вздохнула и приступила к их разбору.

И кто бы сомневался, но всего минут через десять ко мне в комнату довольно вежливо пару раз стукнули. Громко так.

По-орочьи.

Тихо хмыкнула себе под нос, но тянуть не стала и крикнула погромче, чтобы точно услышали.

– Открыто, заходи!

– Привет. – Фарух неуверенно мялся в дверях, словно растерял всю свою решительность. – Можно?

– Да, конечно. Проходи. – Я сидела на полу, неторопливо сортируя обычную одежду и ту, которую мне выдали сегодня.

И ее, между прочим, было довольно много. Одной формы только четыре комплекта: два для повседневной носки на лекции, один праздничный и последний для физических тренировок. К ним прилагались две пары обуви, нижнее белье и кое-что по мелочи. Вот и сидела я, потихоньку вникая, что есть что.

Орк, потоптавшись еще пару секунд, наконец вошел и, бочком обойдя гору моих вещей, будто стесняясь, аккуратно присел на стул. Я следила за его передвижением с откровенным непониманием. Что это с ним? Не думала, что такой грозный бугай может вести себя настолько зажато.

Начинать разговор старшекурсник не торопился, а я не представляла, о чем с ним говорить. Нет, понятно, что его заело любопытство и очень хочется узнать, как это у меня получилось. Но кому это надо? Уж точно не мне.

– Ты это… – Фарух почесал затылок. – Как так?

– Ты о чем? – Я уже сдерживала смех с превеликим трудом.

– Ну, эта…

Кажется, орк забыл все слова. А красноречием тут даже и не пахло. Понаблюдав за моральными терзаниями одногруппника, я все-таки сжалилась над ним и махнула рукой, мол, была не была.

– Помнишь, как на полосе препятствий меня ректор хвалил?

– Ну.

– У нас с ним сегодня с утра обстоятельная беседа состоялась. Его заинтересовал мой потенциал, который можно раскрыть при грамотном подходе, а меня его предложение о защите и кураторстве.

– О защите? – Орк выудил из моих слов главное.

– Да-а-а. – Я недовольно поморщилась. – Тут такое дело. Отец меня ищет, а у меня с ним не очень отношения.

– А-а-а… – Фарух вроде понял. По крайней мере, с пониманием кивнул. Затем снова почесал затылок, посмотрел на меня с откровенной жалостью и добавил: – Микаэль, это, конечно, не мое дело, но зря ты в это влез и с ректором связался. Он же отморозок полнейший. Сказал бы нам, мы бы твоего настырного батю к ногтю сами прижали. Че он там к тебе, какие претензии имеет?

Я предпочла прикрыть рот ладонью и сделать вид, что задумчиво чешу нос, чтобы орк не увидел моих кривящихся губ, едва сдерживающих нервный смех. Бедный Азарин. Стоит несколько недель помучить студентов – и сразу «отморозок».

– Да мутное там дело. – Я все же взяла себя в руки и отмахнулась. – Фарух, спасибо, конечно, за сочувствие, но все в порядке, я уже урегулировал вопрос. А ректор… Нормальный он мужик. Взрывной, правда, и немного себе на уме, но кто не без греха?

– Взрывной? – Орк аж воздухом поперхнулся. – Да от него все курсы воют! Он как магистра Закыра подменять начал, так словно с катушек съехал!

– Хм…

Дверь открылась без предупреждения, являя нам милорда ректора, в чьих руках лежала до сих пор спящая Клара. И если я просто слегка смутилась, то на Фаруха было жалко смотреть. Орк сначала побледнел, затем посерел, под конец густо позеленел, что означало крайнюю степень смущения. Резко подскочил, сдавленно поздоровался и предпочел ретироваться, когда Азарин отступил в сторону, освобождая проход.

Бедненький…

Демон же, проконтролировав, чтобы орк скрылся в своей комнате, зашел, плотно закрыл за собой дверь, затем сделал несколько пассов, ставя магический полог от подслушивания и подглядывания, и только после этого подошел ко мне и сел рядом на пол.

– Сплетничаем?

– Ой, ну конечно. – Я не удержалась и хихикнула, с благодарным кивком принимая из рук Азарина Клару и перекладывая ее в сторонку на прикроватный коврик. – Просто мне рассказывают о предстоящих фееричных месяцах учебы и заодно стращают каким-то жутким инкубом. Не знаешь, кем именно?

– Понятия не имею. – Азарин поддержал мой шутливый тон и криво усмехнулся. – Сам знаю только одного, но он практически образчик здравомыслия. Но если тебя кто-то рискнет кошмарить, ты не стесняйся, говори. Разберусь. На правах куратора, естественно.

Я звонко расхохоталась, представив эту забавную картину, а демон, дождавшись, когда я отсмеюсь, посерьезнел и уже совсем другим тоном продолжил:

– Рад, что у тебя настолько позитивный настрой. А теперь давай по делу. Нормально устроился, проблем не возникло?

– Все хорошо. – Сдерживая улыбку, я заверила своего «куратора», что все просто прекрасно. – И мастер Примквел просто чудо, и ребята с мебелью помогли. Да и сам слышал – Фарух меня вроде как опекать решил.

– Да уж. – Азарин усмехнулся. – Смотрю, ты уже вошел во вкус и всех окружающих очаровываешь…

И с каким-то таким нехорошим подтекстом это прозвучало, что улыбка медленно сползла с моего лица. Нахмурилась, смерила Азарина изучающим взглядом и тихо поинтересовалась:

– Это что сейчас такое было?

А он, тоже не сводя с меня глаз, в которых скользило нечто трудноопределимое, но при этом явно хмурое, задал встречный вопрос:

– Ревность?

– Ревность? – недоверчиво переспросила я. – Ты шутишь?! Какая в Бездну ревность? Я парень!

– И что? – Демон вздохнул с откровенным страданием, я даже испугалась.

За окружающих.

– Что с тобой? Мы же вроде договорились. Неужели тебе уже… – замялась, подбирая слова, и неуверенно предположила: – Тебе снова плохо? Или это из-за моего признания о богине?

– Можно сказать и так. – Демон, видимо, решил ответить честно. Подвинулся, затем еще и оказался за моей спиной. Обнял, переплетя пальцы рук на моем животе, и положил подбородок мне на плечо, продолжив тихо говорить на ухо: – Теперь ты не будешь круглыми сутками прятаться в библиотеке, начнешь общаться с остальными, дружить, весело проводить время… А я… А мне даже посмотреть лишний раз в твою сторону будет нельзя, чтобы на тебя не стали коситься с «тем самым» подозрением. А еще как подумаю, что тело моей любимой Снежинки из месяца в месяц целую неделю будет занимать древняя сущность, так все внутри переворачивается. Понимаешь?

– Э-э-э…

Я растерялась окончательно. Не только от честного признания, но в большей степени от того, какими словами оно было озвучено. Смутилась, неосознанно прижалась лопатками к мужской груди и тихо-тихо переспросила:

– Любимой? Но мы…

– Что? Только не говори, что безумно удивлена. – Азарин тепло фыркнул в мое ухо, и я поежилась от щекочущих мурашек. – Как по-другому мне назвать чувства, которые я к тебе испытываю? Уж поверь, это не похоть и не минутная слабость, я в этом прекрасно разбираюсь.

– Ну не знаю…

– А я знаю.

Мочку моего уха аккуратно прикусили, и по позвоночнику моментально прошла горячая волна возбуждения, которая испугала меня намного больше признания.

– Азарин! Не надо!

– Извини. Не буду. Просто знай это. – Демон легко поцеловал меня в шею и отстранился, а затем и вовсе встал. – Я пойду, осваивайся. Если заметишь кого-нибудь из приспешников Пса или его самого, сразу сообщай, даже если решишь, что показалось. Ты нужна мне здесь. О сдаче зачетов и экзаменов решим завтра утром, я сообщу преподавателям о тебе и своем решении. Подойдешь к секретарю ближе к десяти. Хорошо?

– Да. – Я немного настороженно рассматривала милорда ректора, который взял себя в руки и вновь принял прохладно-отстраненный вид. Вот он шагнул к двери, снял первый слой защиты… – Азарин…

– Да? – обернулся.

– Я тоже… Ну… – прикусила губу, шумно выдохнула и выпалила: – Ты мне нравишься. Очень. И я искренне признательна тебе за все. Особенно за твое терпение и понимание в первую очередь.

Синие глаза на мгновение потеплели, уголки мужских губ дрогнули…

И милорд ректор ушел.

Ох, милосердная праматерь! Как же это, оказывается, сложно!

Минут через десять, когда я окончательно определилась с одеждой и начала раскладывать ее по полочкам комода (в комнате было довольно много относительно новой и очень добротной мебели: шкаф, комод с зеркалом, тумбочка, стол с двумя стульями, полка под книги и большая кровать), очнулась Клара и сразу начала с паники и ругательств:

– Кар-р-рау-у-ул! Ир-р-роды! Садисты! Маньяки! Гр-р-рабят! Насилую-у-ут!!!

– Кого? – На последнем слове я хихикнула и, все еще смеясь, уточнила: – Кто посмел приставать к самой грозной из всех пернатых воительниц?

– А? Что? Нет? – Ворон очумело вращал глазами и нервно осматривался, потихоньку бочком подбираясь ко мне. – Мы где?

– Мы в общежитии академии. – Я взяла окончательно дезориентированную подругу на руки и начала ее потихоньку гладить. – Сегодня утром очень своевременным приказом милорд ректор зачислил меня на четвертый ведьмачий курс. Вот, обживаюсь.

– А… Ага. Э… – Кларисса растерянно заморгала и жалобно попросила: – А поподробнее?

– Чуть позже. – Мой чуткий слух уловил шебуршание за дверью. И это при всем при том, что моя комната была предпоследней по коридору, а последняя вообще пустовала.

Клара тоже насторожилась, а затем понятливо каркнула:

– Ну да, все верно. У нас, кстати, что за окном? Вечер? – и многозначительно покосилась на окно, занавешенное довольно плотным серым тюлем до пола.

– Вечер.

– А мы уже ужинали?

Точно!

– Еще нет, но, думаю, сейчас самое время. – Встав с пола в два счета, пересадила окончательно пришедшую в себя Клару на плечо и направилась к двери. Резко открыла и радостно улыбнулась тем, кто не успел сбежать, – трем смутно знакомым демонам-ведьмакам, с которыми проходила ту самую полосу препятствий. – Всем привет. Меня зовут Микаэль, и я буду учиться с вами. Вы что-то хотели или просто познакомиться пришли?

– Э-э-э… Да.

Парни, сделав вид, что все в точности так, как я предположила, наперебой представились, а я постаралась запомнить имена, хотя это было непросто – демоны были все как на подбор высокими, широкоплечими и черноволосыми, да и одетыми в форму, которая еще больше их усредняла.

Под шумок нашего знакомства открылась соседняя дверь, и из комнаты вышли Фарух и еще один орк. Парни подошли к нам, и я поняла, что если хочу сегодня поужинать, то придется с этим делом поторопиться.

– Ребят, а вы уже в столовой были? Голодный, как вурдалак!

Орки меня поддержали, демоны, немного подумав, тоже покивали, и мы достаточно шумной толпой отправились вниз. Как-то незаметно обросли по пути еще тройкой спутников, затем еще… И в итоге к столовой подошли чуть ли не всем курсом.

Понятно.

Сегодня я сплетня номер один. Что ж, буду отдуваться.

Стараясь вести себя максимально непринужденно, я довольно гармонично влилась в поток желающих поужинать и вместе со всеми села за длинный стол, закрепленный именно за нашей группой. Парни уже слегка отошли от шока, и стоило всем утолить первый голод и перейти к чаю, как посыпался ожидаемый поток вопросов: как, почему, зачем. И конечно же главный – в своем ли я уме соглашаться на подобное сумасшедшее предложение.

– Почему бы и нет? – Я принципиально отказывалась признавать в ректоре безумного маньяка-садиста, каким его уже начали считать бедолаги-студенты, подвергающиеся издевательствам во времена приступов плохого настроения инкуба. – Милорд Азарин озвучил блестящие перспективы и пообещал сделать из меня настоящего профессионала, тем более есть основания считать, что из меня будет толк. Знаете, мне это показалось весомым доводом.

– Ну да, как же. – Кто-то из демонов скривил губы. – Я вот тоже еще пару месяцев назад думал, что перспективы самые радужные. А сейчас мечтаю день простоять да ночь продержаться. Нашел бы он себе бабу подходящую наконец, с ним же просто невозможно рядом находиться! Была же у него любовница вроде в столице! Что там у них произошло, если он как с цепи сорвался? И вообще все беды от баб! А страдаем мы!

Демона поддержали остальные, и разговор плавно перешел с меня на бессовестных баб.

Чудно. Я не против.

Интересно, я выживу, когда они узнают, что я тоже слегка… баба?

Стараясь не улыбаться и не хмыкать, я внимательно слушала разглагольствования парней и, если так можно было выразиться, мотала на ус. Вы говорите, говорите, а я послушаю. Всегда полезно знать точку зрения противоположной стороны. В пылу беседы ведьмаки так разошлись, вспоминая своих подружек и подружек подружек, что из столовой нас практически выгнали уходящие в город посудомойки, прямым текстом заявив, что мы засиделись. А ведь и верно, время-то к девяти вечера будет.

Но я не жалела. В любом случае время проведено с пользой, и в целом я очень даже легко и гармонично почти влилась в довольно дружный коллектив четвертого ведьмачьего курса. Вот, допустим, Фарух пообещал лично поднатаскать меня в рукопашной; один из демонов, Альберт, предложил помощь в подготовке к экзамену по эликсироведению, между делом отметив, что у него сохранилась тетрадь с лекциями; а еще один орк с забавным именем Змейго намекнул, что если понадобится помощь по подготовке к зачету по нежитеведению, то он с радостью мне подскажет, где кто водится и каким способом максимально эффективно уничтожается.

Естественно, поблагодарила всех, не забыв пообещать, что обращусь в случае нужды.

А если честно, то мне показалось, что парни решили помочь мне с экзаменами только для того, чтобы увидеть – выживу ли я после того, как за меня возьмется милорд Изверг. Поди еще, ставки делать будут, как быстро я взвою.

Если бы они только знали…

Распрощавшись с ведьмаками в коридоре и зайдя к себе, первым делом закрыла дверь на щеколду. Клара предусмотрительно перелетела на тумбочку, а я плюхнулась на кровать и блаженно простонала. Разговоры разговорами, а мозг, притомившийся контролировать свои слова при посторонних, требовал отдыха.

Два месяца. Осталось всего два месяца.

Я справлюсь!

– А теперь давай проси артефакт поставить полог тишины, и пошепчемся. У меня уже крылья чешутся от нетерпения! Рассказывай!