Глава 23

Азарин открыл портал в мою комнату только вечером, когда я уже хотела нарушить запрет и отправиться в столовую на ужин. Выглядел мой милый ректор очень уставшим и озабоченным, так что я без лишних слов прошмыгнула к нему в комнату, когда он приглашающе взмахнул рукой. Первым делом крепко обняла, понимая, что ему нужна моя поддержка, и лишь минут через пять, когда Рин расслабленно выдохнул, тихо поинтересовалась:

– Устал?

– Очень. Эта блохастая истеричка всем мозг вынесла. Если бы ты только знала, чего нам стоило выпроводить ее за пределы академии… Но мы справились. Опознание прошло успешно, то есть никак, и лэри Шеркей получила тонкий намек, что сможет получить обратно мужское тело не раньше весны и только в том случае, если сейчас притихнет. Не знаю, дошло до Пса или нет, но в любом случае мы не будем ослаблять бдительности.

– Ты просто молодец. – Я крепко-крепко обняла демона за талию и поцеловала его в подбородок. – А картинку покажешь?

– Обязательно. – Усмехнувшись моему кровожадному тону, Азарин довел меня до уже накрытого к ужину стола (и когда только успел?), пожелал приятного аппетита и только после того, как был съеден десерт, показал все, что запечатлел следящий маячок.

И если сначала я просто хихикала в кулак, то в момент встречи лба Пса с защитной стеной уже хохотала в голос, мысленно благодаря праматерь, а заодно и демона с вампиром за уникальную возможность подобного зрелища.

Да! Да, Дхар побери! Этот мерзавец на своей шкуре ощутит все прелести пребывания в женском теле! Красивом, сексуальном и всех возбуждающем!

И если я ничего не путаю, то на днях ему станет еще веселее, так как его женский цикл я наметила на полнолуние, которое как раз послезавтра и наступит.

Ай да я!

Вечер прошел в обсуждении случившегося, планов на выходные и того, что на следующей неделе я сдам последние зачеты и экзамены, а через десять дней и вовсе начнется второй учебный семестр. И все бы ничего, но уже известен точный список студентов по обмену и, к сожалению, половина из них попадет в мою группу, а наши, в свою очередь, частично отправятся в Сумеречную Академию Боевых Искусств.

– Ты этому не рад?

– Уже не очень. – Азарин чуть сморщил нос. – Нет-нет, списки с нашей стороны были утверждены еще с месяц назад, но только сейчас я получил перечень и характеристики прибывающих к нам студентов. И понимаешь… что-то меня это все очень смущает. Уж не знаю, причастен ли к этому Пес, но среди студентов необычайно много оборотней, в том числе один из клана Серых Псов. Как думаешь, совпадение?

– Сомневаюсь. – Я тоже нахмурилась. – Но какой ему от этого прок? Что может один студент, да еще и всего лишь Пес?

– О, ты не поверишь. – Рин многозначительно хмыкнул. – При желании – очень много. А учитывая специфику его факультета, убийственно много.

Я немного скисла, на самом деле слабо представляя дальнейшие действия Пса, но Азарин моментально поднял руку, привлекая мое внимание.

– Отставить киснуть и хандрить! Сейчас мы ведем счет с гигантским отрывом, и нам только и остается, что продержаться эти шесть с капелькой недель и не вестись на провокации. Так что давай отринь грустные мысли и иди ко мне.

А вот это очень даже соблазнительное предложение.

Улыбнувшись, я пересела со своего кресла на колени к Азарину и еще раз убедительно показала, как же все-таки ему со мной повезло. Со мной, такой милой, ласковой и послушной Северной Лисичкой.

Выходные пролетели незаметно – мы не только приятно проводили время вместе, но и тренировались, оба прекрасно понимая, что впереди еще полтора месяца учебы. В перерывах, пока Азарин занимался бумажной работой, я запоем читала все доступные книги, мимоходом готовилась к последним экзаменам и мечтала о свадьбе.

Да, между прочим! Не за горами и свадьба!

А вечером воскресенья я не удержалась и решила задать Азарину весьма интересующий меня вопрос.

– Ри-и-ин! – Я прокралась в личный кабинет ректорских покоев (оба выходных я безвылазно прожила у Азарина, меньше всего интересуясь общественным мнением), где он изучал очередной запрос из министерства, рекомендующий подготовить определенную документацию к их приезду, зашла со спины и обняла его за шею. – Убери эту чушь, у тебя еще будет время. Давай поговорим о более важных вещах.

– Это о каких же? – Не торопясь убирать бумаги, Азарин откинул голову назад, чтобы меня видеть, и заинтересованно приподнял бровь. – Что может быть важнее министерского запроса?

Я аж возмутилась.

Я, конечно!

Но вслух сказала другое:

– Свадьба! Между прочим, осталось не так много времени.

– А, ну да. – Бумаги отправились на стол, а я на колени к будущему мужу. – Так что там со свадьбой?

– Мы будем к ней готовиться?

– Всенепременно. – Милорд ректор коварно ухмыльнулся и провел пальцами по моей щеке, чуть задержался на шее, а затем рука скользнула ниже, в распахнутый ворот рубашки, и замерла на груди. – Тебя что конкретно интересует?

– Например, платье. – Я отказывалась поддаваться на ласку, которая была хоть и незатейливой, но все равно очень приятной и вызывающей мурашки. – А еще сама церемония. И гости. И уго… о-о-о…

Это бессовестный Азарин решил погладить мою грудь, которая хоть и была сейчас мужской, все равно не утратила невероятную чувствительность к его прикосновениям.

– Рин! Прекрати! Я серьезно-о-о…

– Я тоже. – Горячие губы коснулись шеи, а обжигающее дыхание – уха. – Как ты себе представляешь платье? Белоснежное и невероятно пышное?

– Да-а-а… – Дыхание перехватывало от каждого поцелуя, но происходящее было настолько приятным, что я не желала одергивать демона.

Дхар с ним! Пусть целует! Но только не забывает при этом и об обсуждении!

– Договорились. Размеры, как у платья с бала?

– Мм… – я одобрительно промычала, потому что именно в этот момент Азарин поцеловал меня в губы. – И аксессуары…

– Обязательно. – Обе руки заскользили по моим бедрам, и всего через секунду я уже сидела на Азарине верхом, благо места в кресле хватало. – Перчатки, чулки, туфли… Если что-то забыл – напишешь, я все закажу.

– Ты чудо. – Я млела не только от ласк, но и от уступчивости жениха, который без уговоров был готов приобрести все, что радовало меня как женщину.

Все-таки так приятно знать, что выполнят любое твое желание!

– А церемония?

– А что с ней? – Моя рубашка как-то незаметно расстегнулась окончательно и была снята с тела.

– Желательно провести ее в полдень первого дня весны.

– Проведем. – Губы демона вновь перешли на шею, найдя на ней тот самый участок, от поцелуев которого я буквально плавилась и теряла рассудок.

Мысли путались, в голове сам собой образовывался розовый туман блаженства, а желание вспыхивало с такой силой, что я была готова…

Нет, не готова. На «это» я еще не готова. И вряд ли когда-нибудь вообще буду готова, хотя Азарин уже пару раз намекал, что двое мужчин могут заниматься не только оральными ласками. Брр!

– А как насчет гостей?

– Учащихся и преподавателей академии тебе хватит?

Я рассмеялась против воли и тут же кивнула. Праматерь всегда любила пышные празднества, и это было идеальным решением.

– А жрец?

– Какого бога?

– Лучше Светлой, она к нам лояльнее.

– Как скажешь…

И снова поцелуи, и снова ласки. Да такие, от которых подкашиваются ноги и судорожно сжимаются пальцы, оставляя на коже демона тоненькие полумесяцы от впившихся ногтей. Но, как и вчера, и позавчера, и пару дней до этого наши страстные поцелуи закончились не физическим, а энергетическим проникновением и обоюдным оргазмом, от которого перед глазами затанцевали звезды, а в душе бушевал космос.

И не только.

Да, кажется, это все-таки любовь… Но, может, я ошибаюсь?

А изнутри тут же пришел ответ. Нет, Мика, это не ошибка. Это свершившийся факт.

Мужчина, принадлежащий абсолютно иной расе, вдруг стал нам настолько близким и родным, настолько понимающим и отзывчивым, терпеливым и заботливым, что отпали последние сомнения – он нам подходит, и на него можно положиться. Не только сегодня. Но и завтра, и послезавтра… И всю оставшуюся жизнь.

– Рин… – Я полулежала на демоне, отходя от вспышки страсти и лениво гладя Азарина по плечу. – Мы тут подумали… Я тут подумала. Я уверена. Теперь точно уверена.

– Мм? – Азарин погладил меня по спине, предлагая не тянуть, а договорить.

– Я тебя люблю. – Я прошептала эти три самых сокровенных слова жениху на ухо и не увидела, но почувствовала, как по его губам расползлась довольная улыбка. Не удержалась и добавила: – Сильно-сильно. Ты самый лучший.

Азарин шумно вдохнул, протяжно выдохнул и сжал меня так, что, кажется, затрещали ребра.

– Лиска-подлизка! Теперь точно никуда не отпущу, со мной будешь жить!

– О нет! – Я бурно запротестовала и попыталась выбраться из крепчайшего захвата, а демон рассмеялся. – Не смешно! Мы уже обсуждали этот момент, это противоестественно!

– Ну да, ну да… А сводить меня с ума своим присутствием и недоступностью – это не противоестественно?

– Поклеп! Я доступна! – выпалила и тут же покраснела под снисходительным взглядом инкуба, намекающим на «то самое». – А то, что хочешь ты, как раз противоестественно. Я и так… глобально пересмотрела свои моральные рамки.

– За что я тебе безмерно благодарен. – Меня страстно поцеловали, а затем с удрученным вздохом выпустили и признались: – Но как будто ты сама не знаешь: чем больше доступно, тем больше хочется. Так что давай, хватит уже вводить меня в искушение, дуй к себе.

Я аж опешила от такого резкого перехода.

– Ты меня выгоняешь?

– Я предоставляю тебе шанс избежать моей страсти, которая от плотного двухдневного общения стала лишь сильнее.

Ох, мамочка моя серебрянохвостая! А так бывает?

Я еще недоверчиво моргала, а Рин уже открывал портал, ведущий в мою комнату в общежитии.

– Снежинка! У тебя пять секунд на принятие решения. Или остаешься?

– Мм…

Я хотела. Очень хотела никуда не уходить! Но видела, что в глубине глаз инкуба действительно тлел тот самый голод, который можно было удовлетворить лишь настоящим сексом.

Бездна!

– Спокойной ночи, любимый. – Я подхватила свою рубашку и, рывком поцеловав Азарина, рванула в безопасность, без труда расслышав за спиной протяжный жалобный стон.

Бедненький…

И рада бы сказать иное, но к таким экспериментам я действительно еще не готова.

– Вернулся, и года не прошло, – недовольно проворчала Клара, как только за моей спиной закрылась воронка портала. – Ты вообще соображаешь, что так и до определенного рода слухов недалеко?

– Угу… – Я дошла до кровати, расстроенно на нее рухнула. – Соображаю. Но плохо. И не рядом с ним.

– Я заметила.

– Злюка.

– Я голос твоего отказавшего разума, – высокомерно парировала пернатая зазнайка и наставила на меня лапу. – Между прочим, завтра зачет. Готов?

– Всегда готов.

Напоминание было своевременным, так что, взяв себя в руки, я занялась текущими делами: зубрежкой и подготовкой к учебным будням. А любовь… А для любви у нас вся жизнь впереди, еще успеем.

Последняя экзаменационная неделя закончилась в четверг сдачей экзамена по языкознанию и, естественно, оценкой «отлично». Из нашей группы несдавших не было, так что парни на радостях запланировали празднование этого великого события в городской таверне, где обычно собирались по таким значимым поводам, как дни рождения и завершение сессий.

Обсуждение похода в кабак происходило за обедом, и Фарух неожиданно поднял руку, призывая окружающих к тишине. Требовательно посмотрел на меня, немного недовольно пожевал губами, почесал затылок, отчего я сразу напряглась, а затем тихо пробормотал:

– Микаэль, мы тут это… В общем, слухи интересные ходят. Может, слышал?

– Мм… – Я немного озадаченно переглянулась с Кларой, которая тоже настороженно нахохлилась, и уклончиво ответила: – Слухов много ходит. Ты о каком конкретно?

– Ай, что тянуть! – Взмахнув рукой, словно обрубая концы, орк указал пальцем на меня. – Мика, ты баба?

В оглушающей тишине, наступившей за нашим столом, кто-то очень громко икнул.

И это была не я.

В отличие от напряженных ведьмаков, отслеживающих каждый мой вздох, мы с Кларой натянуто улыбнулись, причем синхронно, затем удрученно вздохнули, переглянулись…

И кивнули.

Кто-то очень громко икнул снова.

На орка было грустно смотреть – огромный широкоплечий бугай посерел, лицо вытянулось, жалобно заморгал, а затем недоверчиво прошептал:

– Шутишь?

– Нет. – Я немного натянуто улыбнулась, с одной стороны, искренне жалея, что мой обман раскрылся так быстро, а с другой – понимая, что это было неминуемо.

Если не практиканты магистра Иллуриана проболтались, то точно Пес на всю академию растрепал.

– Но… мы же… видели!

– Я метаморф.

Я сказала так буднично и просто, словно это слово должно было объяснить всем, почему вдруг «баба» выглядит как «не баба».

Увы, никто наверняка не понял, только из-за дикости ситуации (вообще-то расоведение мы уже сдали) и пришлось объяснять развернуто:

– Я оборотень, который хранит артефакт древней богини. Она покровительствует моему роду и позволяет менять не только ипостась, но и пол. А родилась я девочкой, вы правы. Просто сейчас ситуация такова, что мне выгоднее быть мальчиком.

С дальнего края стола кто-то простонал.

Ой, ну подумаешь! Неженки! А кто только вчера распинался, как в одиночку стаю вурдалаков покромсал на фарш? Я же не стонала!

– Мика… слушай… ты это… – Фарух мялся и отводил взгляд. – А правда, что ты с ректором… ну… того…

Любопытные какие!

Но Клара права, я сама виновата. Из-за прошлых выходных, которые я провела с Азарином, сплетни-то и пошли.

– Да, милорд ректор знает, кто я на самом деле, как и некоторые преподаватели. И на балу той самой «блондинкой-эльфийкой» была именно я. А в первый день весны я снова стану девушкой и мы с Азарином поженимся. – Я улыбнулась широко-широко, радостно-радостно, и принципиально не замечая отвисшие челюсти и остекленевшие взгляды, громко провозгласила: – Вы все приглашены на свадьбу, отказы не принимаются.

– А мы это… – Фарух снова почесал затылок, а затем, явно чувствуя себя не в своей тарелке, развел руками. – Мы ж по обмену уезжаем до лета. Так что никак.

Мне показалось или он этому рад?

Я чуть наклонила голову, внимательно рассматривая начавшего откровенно нервничать однокурсника, а затем радостно просияла, чем напугала его еще больше.

– Фарух, да это не проблема! Милорд ректор откроет вам персональный портал на день. Придете, поздравите и обратно уйдете. Или вы не хотите нас поздравить?

На шее орка явно дернулся кадык, а он сам посмотрел на меня жалобно-жалобно.

Эх, бедняга… Сложно им, гомофобам, понять такой расклад.

– Фарух, мне жаль, что вы узнали эту тайну так рано. – Я попыталась сгладить ситуацию и развела руками. – Просто… Хочешь, расскажу, отчего так получилось?

Решение было принято в одну секунду и показалось мне очень даже правильным. Почему бы и нет? Раз парни узнали, кто я, то пора бы им узнать и почему.

Я аж услышала, как в мою сторону повернулись уши тех, кто мог этими самыми ушами вертеть.

– Все началось так давно, что этот мир еще не знал Светлую и Темного…

Я приняла загадочный вид, понизила голос и начала рассказ. Тот самый, который слышала от своей мамы год за годом. Древняя как мир история. Не самая добрая, не самая однозначная. Но жизнь она… да, она не всегда чисто-белая или беспросветно черная. Она разная.

– Полгода назад, когда Пес угрозами вынудил моего отца дать согласие на брак, я сбежала из дома. Долго путешествовала, пока не нашла на площади объявление о найме в вашу академию помощника библиотекаря. И все бы ничего, но… Знаете, оказывается, инкубы чуют женскую душу даже в мужском теле.

Я слегка смутилась и отвела взгляд, но продолжать не было нужды – ведьмаки все поняли и так.

Кто-то тихо крякнул, кто-то шокированно выдохнул, а сидящий напротив меня Фарух, последнюю пару минут сжимавший кулаки, нахмурился и глухо уточнил:

– Значит, этот Пес тебя и здесь нашел? Это из-за него у нас проверки и непонятный шухер?

– Да.

Орк потяжелел взглядом, о чем-то сурово задумался, а затем повернул голову к остальным и с непередаваемой предвкушающей ухмылкой уточнил:

– Парни, как насчет небольшого дебоша в гостинице, где остановились северные гости? Естественно, опосля того, как отметим окончание сессии? Кто «за»?

Я успела лишь нервно переглянуться с Кларой, а голосование уже было завершено.

Единогласно.

За.

Ой мама…