Глава 19

Только я вошла в комнату, мой взгляд уперся в Гасса. Он посмотрел за мою спину и взглядом спросил, все ли в порядке. Я кивнула, и тогда он пересек гостиную и исчез в углу, сказав, что зайдет позже. Парни его в упор не видели и не слышали. Дела…

Я подошла к столу и сложила свои покупки. Как только Кайл закрыл за собой дверь, Харн взорвался:

– Лоран, тебя и на минуту нельзя оставить одного, чтобы ты не вляпался в какую-нибудь историю! Во имя какой бездны ты связался с оборотнем? Думаешь, почему остальные не рискнули вмешиваться?

«И почему?» – с вызовом я подняла подбородок. Харн лишь зубами заскрежетал.

– Да потому, что только идиот встанет между оборотнем и женщиной, что ему понравилась! А Сольен к тому же – сын вожака стаи, и для него это вызов, – зарычал он.

«Интересно, а в королевской семье, случайно, крови оборотней не намешано?» – отстраненно подумала я, так как рычал принц не хуже того же Сольена.

– Ты жив лишь благодаря тому, что Сольен рвется в департамент Тени, и ему переходить мне дорогу не с руки, – распекал меня Харн, – но это не значит, что он не отомстит тебе по-тихому!

При этом заявлении я удивленно посмотрела на Харна. «По-тихому» – это как?

– Наивный! – закатил глаза Харн. – Думаешь, почему Кайл начал расписывать возможности кинжала? Чтобы на тебя не напали из-за угла! Теперь оборотни несколько раз подумают, прежде чем броситься на тебя безоружного, ведь в любой момент ты можешь призвать клинок.

Бездна… Я сидела на стуле, положив руки на колени, а Харн метался по комнате. Кайл же стоял, скрестив руки на груди, прислонившись к двери, и с удовольствием наблюдал за происходящим. На его губах блуждала довольная ехидная улыбочка.

– Вот чего ты полез? – остановился напротив меня Харн, требуя ответа.

Пришлось потянуться во внутренний карман за блокнотом. Вместе с ним я достала и договор.

– А это что? – удивленно спросил Харн и вырвал у меня из рук листы.

«Бездна!» – в который раз внутренне застонала я.

– Лоран?! Объясни, – слова прозвучали тихо и отрывисто.

И вот теперь я испугалась по-настоящему. Захотелось исчезнуть, испариться, оказаться где угодно, но только не рядом с вот таким Харном. Мне было страшно. Очень-очень страшно. Уж лучше бы он орал!

– Ты же знаешь, что на меня твоя невидимость не действует. Даже не думай ускользнуть, – скривился опекун, и только тогда до меня дошло, что я неосознанно стала невидима.

– Что там? – отлип от двери Кайл и подошел к нам.

Харн швырнул ему бумаги и впился в меня взглядом:

– Ну? – тихо произнес он.

Моя рука без моего участия схватила карандаш и застрочила в блокноте с бешеной скоростью. Я исписала полностью один лист, отдала его Харну и принялась за второй. Раздались проклятия Кайла, но они прошли мимо моего сознания.

Мой рассказ уместился на трех листах. Я подробно описала, как утром приходила госпожа Рунар и требовала немедленной оплаты, как я стучалась к нему, но его не было. Что мне пришлось идти к ректору, и он пообещал уладить недоразумение. Что предложил сделку по поводу прохождения практики, и я не увидела в этом ничего плохого, так как мне опыт не повредит и ведь все остальные адепты ее проходят. Что договор сначала был иным, и перечислила пункты, какие вычеркнула, после долгих споров с ректором. Не знаю, что такого я сделала не так, но не хотелось прослыть совсем наивной глупышкой. Указала на то, что из осторожности заключила договор всего лишь на год. И что из Академии вышла, так как все гуляют, и не сидеть же мне в комнате, пока опекуна нет. Насчет этого пункта я немного схитрила, но не рассказывать же парням о Гассе с Джудасом и о том, что я их вижу и хотела угостить вкусненьким. Объяснила, что не смогла пройти мимо, когда на моих глазах парень принуждал девушку пойти с ним и никто не вмешивался.

«Это страшно, когда принуждают и никто не желает прийти на помощь, как будто ничего такого не происходит», – на этих словах моя рука дрогнула, и я отдала последний лист.

– Лоран, зачем? Чего тебе не хватало?! – немного устало произнес Харн, когда все прочитал.

«Унизительно, когда даже одежду покупаешь мне ты. Хотел иметь собственные деньги, чтобы платить за себя. Предложение ректора показалось немного странным, но приемлемым».

– Даг, я его придушу! – заявил Кайл, читая мой рассказ.

При таком заявлении я сначала вжала голову в плечи, но потом разозлилась. Да в чем, собственно, дело?! «Какая вам разница, где я буду проходить практику?» – спросила я.

Рыжий вытянул шею и прочитал мой вопрос вместе с Харном.

– А тебе не приходило в голову, что практику теперь нам придется проходить вместе с тобой? – язвительно поинтересовался у меня он.

«Как это? У нас же разные курсы», – не могла понять я.

Харн посмотрел на меня, как на неразумного ребенка, а Кайл закатил глаза:

– Ты думаешь, он тебя куда-нибудь одного отпустит? – хмыкнул рыжий. – А вот наш куратор давно мечтает заслать нас в какую-нибудь дыру, познакомиться с простой жизнью, и благодаря тебе у него появится такой шанс. Ты нас подставил!

«Почему сразу «подставил»?!» – нахохлилась я, обидевшись. Можно подумать, я их умоляю тащиться со мной на практику. Если другие адепты ее проходят, то и я пройду. Зачем мне их сопровождение?

– Даг, ты же опекун! Заяви ректору протест, – загорелся Кайл идеей.

– Посмотри на договор. Ректор составил его с адептом Академии. Я, конечно, пойду к нему и посотрясаю воздух, но он мне заявит, что в Академии нет принцев и опекунов, а есть адепты и как ректор он имеет полное право заключать с ними любые договоры.

Кайл скис, а Харн, полистав договор, неожиданно улыбнулся:

– Здесь есть пункт, что Лоран может отказаться от практики!

– Да ладно?! – просиял рыжий, облегченно выдохнув.

– Да, – подтвердил Харн, внимательно читая. – При отказе от прохождения практики без уважительных причин Лоран просто теряет стипендию.

– Всего-то? – радостно оскалился тот.

«И чему он радуется?» – мрачно посмотрела на него. Это не он совсем без денег. У него имя и положение, а у меня ничего. Лично я не видела причины идти у принца на поводу. Их с Кайлом проходить со мной практику никто не принуждает, и нечего меня обвинять во всех грехах!

– Лоран, ты откажешься от практики? – спросил меня Харн, что-то заподозрив по выражению моего лица.

Я посмотрела на рыжего, затем перевела взгляд на своего опекуна и отрицательно покачала головой.

– Даг, я надеру тощий зад этому засранцу! – кинулся ко мне рыжий, но его перехватил Харн.

Я соскочила со стула и оббежала вокруг стола, увеличив между нами расстояние. Пусть я и уверена в своем решении, но при виде взбешенного Кайла мне стало страшно.

– Лоран, почему? – задал вопрос Харн, удерживая рыжего.

Опасливо глядя на последнего, я перегнулась через стол и, подтянув к себе блокнот, написала: «Хочу быть независимым и иметь собственные деньги на расходы».

– Лоран, да я тебе в два раза больше заплачу, только откажись! – простонал Кайл. – Или, клянусь, сам лично придушу!

Я взглядом дала рыжему понять все, что я думаю о его предложении. Просто слов не хватало. Не надо мне их подачек!

– Даг, вот где ты откопал это ходячее бедствие? – зарычал рыжий.

– Кайл, угомонись! Если бы не он, то тобой бы закусили умертвия.

– А может, они там из-за него появились? – мстительно прошипел тот, но бросаться на меня перестал. – Ты разве не видишь, что он к себе одни неприятности притягивает и нас в них вовлекает?

От такого предположения я замерла. Мне так обидно стало. Что плохого я им сделала?! Согласна, у Харна из-за меня с родителями проблемы, но я же просила снять с меня браслет и отказаться от опекунства. Он сам не захотел. А Кайлу я чем насолила?

Чувствуя, как на глазах закипают слезы и дрожат губы, я, не желая позориться, бросилась к двери и, пробежав через спальню, заперлась в ванной комнате.

Какие же они… Несправедливые обвинения задели меня, и слезы полились в три ручья. Я включила воду, чтобы не было слышно, как всхлипываю. Конечно, обвинять легче всего. И насчет договора с ректором я не жалела. Вот ни капельки! Не дело это просить деньги у Харна.

И мимо пройти, когда обижали Миссу, я тоже не могла. Ну и что, что он оборотень? Это не повод девушку принуждать. Зато благодаря моему вмешательству у меня появились новые знакомые. Может, мы даже подружимся. По крайней мере, когда начнутся занятия, мне не будет так боязно, видя в толпе знакомые лица. И вообще, не все же мне только с Харном и Кайлом общаться. Совсем неплохо иметь собственных друзей.

Рассуждая подобным образом, я немного успокоилась и только тогда заметила, что уже не одна. В углу появился Гасс и затоптался на месте. Увидев, что я обратила на него внимание, он подошел и присел рядом, с сочувствием глядя на меня.

– Я все слышал… ну, там, в гостиной, – признался он. – Не принимай близко к сердцу. Опекун у тебя хороший. Он сейчас рыжего отчитывает. Скоро к тебе извиняться придут, – сдал он парней.

«Спасибо!» – одними губами произнесла я, и, кажется, Гасс меня понял.

С появлением брейда я уже не чувствовала себя такой одинокой, и плакать перехотелось. Подойдя к раковине, умылась холодной водой.

Не успела привести себя в порядок, как раздался стук в дверь.

– Я же говорил! – хмыкнул Гасс, подмигнув мне.

– Лоран, выйди. Кайл хочет тебе кое-что сказать, – донесся из-за двери голос Харна.

Гасс посмотрел на меня, безмолвно спрашивая, чего это я замерла. Потом подозвал меня к двери и… сам открыл щеколду!

У-у-у! Предатель! Делать нечего, пришлось выходить. Мой возмущенный взгляд Гасс проигнорировал. Он думал, что Кайл извиняться будет, но я рыжее чудовище знала хорошо и сильно сомневалась в этом.

Меня поджидали Харн и Кайл. Если мой опекун бросил на меня обеспокоенный взгляд, то рыжий выглядел недовольным. Они молчали. Харн вопросительно посмотрел на Кайла и лишь после этого тот нехотя произнес:

– Лоран, я погорячился.

Рядом с ним встал Гасс и, скопировав позу, перекривил рыжего, состроив забавную недовольную мордашку, да еще надув щеки. Я еле удержалась, чтобы не рассмеяться. Пришлось притвориться, что закашлялась. Подбодренный, Гасс начал делать вид, что отвешивает Кайлу пинков. Не в силах без смеха смотреть на ничего не подозревающего парня, я устремилась в гостиную.

От сердца отлегло, а после выходок Гасса я повеселела. Подойдя к столу, взяла блокнот и посмотрела на подошедших парней. Интересно, что они еще скажут?

– Лоран, – обратился ко мне Харн, – я сейчас схожу к ректору и выражу свое недовольство тем, что он провернул все это без моего ведома. Заявлю, что будущее место практики будет определено только после моего одобрения.

Я хотела возразить, но он поднял руку, останавливая меня:

– Поверь, так будет лучше. Я забочусь о твоих интересах. – Сказал он это искренне, и я ему поверила. По сравнению с ректором, Харну я доверяла, конечно же, больше.

Парни удалились, а я посмотрела на замершего у дверей спальни Гасса и улыбнулась ему.

«Давай чай пить. Я сладкого купил. Зови брата», – написала я и протянула ему листок. После всех волнений аппетит у меня пропал, а вот чай я бы выпила.

– Я быстро! – заверил меня Гасс и исчез. Я же пошла к столу и начала доставать гостинцы.

К появлению брейдов, я уже помыла и выставила фрукты на стол и красиво выложила на блюдо булочки с разнообразной начинкой. Гасс появился вместе с Джудасом. Мелкий с важным видом нес на подносе чашки с тарелками, а старший – заварочный чайник.

Гасс споро сервировал стол. На этот раз они без уговоров сели к столу вместе со мной. К моему удивлению, первое, к чему потянулся Джудас, были не булочки, а фрукты. Он с такой осторожностью брал малину по штучке и так блаженно щурил глаза, что я не сдержала удивления и спросила: «Разве на территории нет фруктовых деревьев или кустов?»

– Есть. Но только это выращивается на стол для преподавателей и адептов, что сами платят за свое обучение, – ответил Гасс.

«А как же вы? Разве вам нельзя? Вы же живете здесь».

– Своей земли у нас нет, чтобы выращивать для себя. Вся земля в собственности у Академии. Если мы хотим фруктов, то вынуждены их покупать.

Ничего себе! Такие порядки в голове не укладывались. Смущенный разговором, Джудас перестал брать малину. Тогда я подвинула ее поближе к нему. Он же ребенок.

«Как же вы питаетесь?» – заинтересовалась я этим вопросом.

– Из нашей платы удерживают за проживание и еду. Питаемся мы в общей столовой после адептов. Если желаем что-то сверх предложенного меню, платим за это отдельно.

Жестко с ними. Неплохо в Академии устроились. Имеют почти бесплатных слуг. Конечно, использовать брейдов намного выгодней, чем людей. С тех, по крайней мере, деньги за еду и проживание не берут.

«А если, например, хозяин заказал какое-то блюдо и не стал есть. Вы можете его взять себе?»

– Это не запрещено, но не приветствуется, – нехотя произнес Гасс. Было видно, что эта тема ему неприятна.

«Давайте устроим сегодня праздничный ужин, – предложила им я. – Выберите блюда, какие бы вы хотели попробовать».

– Если узнают, то нам влетит, – задумчиво произнес Гасс.

«За что?! Я точно никому не скажу, а если вопросы возникнут к вам, то скажете, что это было мое желание. Разве вам запрещено сидеть за одним столом с нанимателем?»

– Нет… но раньше как-то никто не предлагал, – растерянно произнес Гасс.

«Значит, решено!» – уверенно написала я.

А дальше мы с удовольствием пили чай с булочками, и Гасс расспрашивал меня насчет договора с ректором, а я поинтересовалась, как чувствует себя их матушка. Гасс заверил, что она идет на поправку. Выяснилось, что их отец сейчас в отъезде. Многие преподаватели предпочитают путешествовать с личными брейдами, а хозяин их отца является куратором старшекурсников, и он сейчас на практике с группой.

Мы уже допивали чай, когда раздался стук в дверь. Брейды встрепенулись. Я пошла открывать и обнаружила Харна. Когда я пропустила его и оглянулась, то с усилием сдержала улыбку. Брейды с чашками переместились на диван и с вопросительными мордашками смотрели на Харна, ожидая, когда он объяснит причину своего визита. Это было особенно комично, с учетом того, что тот их не видел.

– Ты чай пьешь? – заметил он накрытый стол. – Можно и мне?

Я бросила быстрый взгляд на Гасса, но пришлось взять колокольчик и позвонить, чтобы не рассекретить присутствие брейдов.

– Был у ректора. Все как я и предполагал, – сообщил Харн, садясь к столу на место Гасса. Последний отправился за чашкой для принца. – Ты молодец, что сообразил заключить контракт на год, но, Лоран, не поступай больше так, не посоветовавшись со мной. На практику в этом году мы поедем с тобой. По крайней мере, отец будет доволен. Он давно говорил, что мне будет полезно пройти ее на общих основаниях.

Я немного успокоилась. Харн выглядел смирившимся с фактом моего договора, и было не похоже, что он еще злится. Он взял с блюда персик и, чуть покрутив его в руках, разломил.

– Лоран, многие, узнав про твой кинжал, заинтересовались. У нас Сарияр – первый клинок, и он хотел бы попробовать сразиться с тобой на кинжалах. Если ты не против, конечно.

«Я?! Сразиться?! Зачем?» – ошарашенно смотрела я на него.

– Понимаешь, я считаю, для тебя это будет полезно. Если все увидят, на что ты способен, то не будут по мелочи задевать. Но, повторяю, это лишь с твоего согласия, я не настаиваю. Что мне передать?

Это было неожиданное предложение. «Когда?» – написала я, не придя ни к какому решению.

– Сегодня в тренировочном зале. Собственно, когда я шел от ректора, то ко мне подошли наши с этим предложением.

Я напряженно думала. Драться мне не хотелось, но… Это «но» меня очень сильно тревожило. Если я откажусь, то парнями это будет воспринято как трусость. Меня точно начнут задевать, чтобы спровоцировать и понять, что я собой представляю. Чтобы впоследствии не доказывать каждый раз свою смелость, мне придется согласиться. Похоже, у меня нет выбора.

«Согласен», – написала я.

Судя по тому, что на лице Харна мелькнуло удовлетворение, я приняла правильное решение.

Вернулся Гасс с чашкой и свежим чаем для Харна. Расставив все на столе, он взял пару плюшек и сел на диван к брату.

– Что я пропустил? – спросил он, протянув ему булочку.

Джудас откусил изрядный кусок булки и с набитым ртом сообщил:

– Лоран будет драться на кинжалах с Сарияром.

– ЧТО?! – воскликнул брейд и потрясенно посмотрел на меня. Пришлось незаметно ему кивнуть.

– У Лорана есть какой-то кинжал, и они хотят его проверить, – продолжал делиться информацией Джудас.

– Не знаю, что за кинжал, но драться с Сарияром станет только сумасшедший! – с тревогой воскликнул Гасс, предостерегая меня взглядом.

Слушая братьев, мне стоило труда удержать лицо и не выдать себя мимикой.

Харн с аппетитом чаевничал, не подозревая о присутствующих. Сразу видно, он, как и я, нормально поесть еще не успел.

– Когда ты будешь готов? – спросил он меня.

Пожав плечами, я написала: «Да хоть сейчас». Чего тянуть, собственно? Если от схватки отказаться невозможно, то лучше быстрее пройти через это испытание.

– Давай через час. Надо ключи от зала достать и все подготовить, – предложил Харн, беря еще одну булочку.

Мне было все равно. На том и порешили.

Видя мое озабоченное лицо, Харн поспешил успокоить:

– Не переживай! Кайл лишь немного ему уступает, а вспомни, как ты его отделал.

Вот это он зря. Вместо этого я вспомнила, как валилась с ног после поединка. Ладно, деваться все равно некуда, придется рискнуть. К тому же с того времени я много тренировалась и стала выносливее.

Допив чай, Харн удалился, пообещав зайти через час, а на меня накинулся Гасс, стараясь отговорить от поединка. Пришлось продемонстрировать ему кинжал и сообщить, что я мало чем рискую. По крайней мере, мне очень хотелось в это верить, да и Харн был спокоен, а это о многом говорило.

Увидев появление и исчезновение кинжала и спросив, действительно ли я пробудил дух клинка, Гасс тоже заметно успокоился, но все равно ворчливо сообщил, что ему эта идея не нравится.

Что ж, мне тоже, но деваться некуда. Они засобирались, и тут я вспомнила о леденцах, что купила для нас, и вручила их Гассу с Джудасом. Те были тронуты подарком. Уходя, Гасс несколько раз повторил, чтобы я была поосторожнее.

Оставшись одна, я посвятила время тому, что перебрала свой гардероб. В камзолах мы явно сражаться не будем, поэтому я решила надеть жилет. Да и рубашку сменила на попроще. Вдруг он меня все же заденет. Гая от пореза меня защитит, а вот рубашку нет. Чтобы не жалко было выбросить, если что.

Гаярде я тоже дала команду, чтобы не светилась. От нее пришло чувство неодобрения. Ей это тоже все не нравилось, но выбора не было.