Глава 18

Терпеть не могу рыжих! Я провела серию ударов по манекену и в конце от души пнула ногой. Выдохнувшись и сбросив пар, села прямо на пол. Вот за что мне все это?! Хотя, положа руку на сердце, злиться нужно в первую очередь на себя. Недаром говорят, что прежде, чем что-то сделать, нужно трижды подумать! А мне, наверное, мозги отказали, раз стала откровенничать с Кайлом. И нет бы остановиться на этом! Кто меня просил экспериментировать с поцелуями?!

Мы тогда так хорошо сидели. Я успокоилась, а он качественно заговаривал мне зубы. Развесила уши и как-то само собой согласилась с его доводам: если человек боится воды, то, преодолевая страх, он учится плавать, а коль у меня неприятные воспоминания и боязнь поцелуев, то нужно заменить их на более положительные. Звучало все логично, к тому же я сама просила его об этом. Но я же не знала, к чему все это приведет!!!

Кайл вел себя осторожно. Сначала коснулся губами щеки, потом уголка моих губ. Мне было щекотно и совсем не страшно. Воодушевленный, он поцеловал меня: нетребовательно, легко, давая возможность отстраниться. В тот момент я вся замерла, прислушиваясь к своим ощущениям, и ловя каждое прикосновение его губ. Противно точно не было. От него пахло корицей после съеденных пирожных, и этот поцелуй был даже приятен. Но не более. Я не потеряла головы, мой пульс бился так же ровно, а сознание четко фиксировало малейшие детали. И когда Кайл отстранился, улыбнувшись ему, готова была поблагодарить за все.

Вот только улыбка сбежала с моего лица, когда он сказал, что нужно закрепить результат. Скрепя сердце я согласилась. Потом еще на один поцелуй. С каждым разом нравилось мне это все меньше и меньше, а рыжий мрачнел, видя мою реакцию. Когда Кайл попытался углубить поцелуй, я его оттолкнула и вскочила.

— Совсем не нравится? — понял он, и я кивнула, не видя смысла скрывать.

— Лоран… — Кайл медленно поднялся, и я сделала несколько шагов назад. Просто уж очень он мне напомнил кота, приметившего мышь и решившего начать охоту. Вот тот также подкрадывается! — Тогда нужно пробовать еще, чтобы понять, как тебе больше нравится.

Ага, нашел дуру! Что-то у меня желание экспериментировать совсем отпало. Как он себе это представляет? Разве не глупо сидеть и целоваться? Кинула в него подушкой, прихваченной с софы. Кайл рассмеялся, легко ее поймав, а потом принялся охотиться за мной вокруг стола, убеждая продолжить эксперименты. Хорошо еще, Харн вовремя вернулся и прекратил балаган. Внимание Кайла переключилось на его разбитые костяшки, и я выдохнула.

Как оказалось, зря. Рыжий не посчитал тему закрытой и уже в следующие дни начал всячески склонять меня к продолжению эксперимента. Нет, он не делал попытки сорвать поцелуй насильно, но прицепился ко мне, как банный лист, приводя все новые и новые аргументы. Дошел до того, что стал поцелуи сравнивать с владением клинком. Начал вещать, что во всем важна практика. Вначале, мол, чувствуешь себя неуклюже, а потом движения обретают четкость, уверенность, и получаешь удовольствие от схватки. Мне в тот момент вспомнились поцелуи с Тенью, как сплетались наши языки… и я, покраснев до самых кончиков ушей, сбежала от Кайла.

К сожалению, он не угомонился, а начал планомерную осаду, шутками, прибаутками, но сводя все к одному. Вот тут мне и вспомнился давний разговор с лордом Хэйдесом. Я же тогда чисто образно привела пример насчет поцелуя с Кайлом, а он тут же предупредил, чтобы я даже не думала пробовать. Как наяву услышала те его слова: «Потому что если тебе не понравится, это заденет его самолюбие, и он посчитает своим долгом повторять попытки до тех пор, пока ты не изменишь свое мнение».

Вот же я глупая. Ну почему не вспомнила предупреждение Тени раньше?! Или не соврала. Кто заставлял откровенно признаваться рыжему, что мне не понравилось?

И сегодняшний день стал последней каплей моего терпения. У моей группы практическое занятие по заклинаниям, а мне там делать нечего. Я же не способна произвести звуковое направление стихии, и в моем личном расписании поставили медитацию. Сидела себе спокойно, занималась и вдруг чуть до потолка не подпрыгнула оттого, что меня чмокнули в щеку и сообщили, как я восхитительна. Кайл! Это рыжее чудовище заявилось узнать, все ли у меня в порядке и не скучаю ли я. Ага, на медитации!

Пусть он почти сразу ушел, подозреваю, что сам отлучился с занятия, но после его визита ни о какой концентрации речи уже не шло. Вот и лупила я манекен до изнеможения, чтобы успокоиться. И ведь даже прямым текстом сказала Кайлу, что уроки поцелуев должен муж давать, на что наглец лишь закатил глаза и предложил обручиться с ним. А когда я усомнилась, что Харн одобрит, рыжий лишь отмахнулся, предложив сбежать и пройти церемонию в храме. Все равно потом уже никто ничего не сделает, и скандал утихнет.

Кстати, в этом что-то было. Меня тогда точно не смогут использовать в большой политической игре. Но если в качестве компаньона при возможном побеге Кайл меня устраивал, то вот в качестве мужа — нет.

— Лоран? Вот ты где!

В зал зашел Харн.

— Решила размяться?

Ага, знал бы он, что послужило причиной! Я тяжело поднялась с пола.

— Нас вызывают к ректору.

Я обеспокоенно посмотрела на него, но принц лишь развел руками:

— Не знаю, в чем дело.

Что ж, к ректору, так к ректору, но на душе стало тревожно. Я подхватила свои вещи, накинула мантию, и мы пошли.

— Лоран, у тебя все в порядке? Ты выглядишь усталой, — заметил Харн, с беспокойством поглядывая на меня. — Кошмары не мучают?

Мучают. Один рыжий такой, только не во сне, а наяву. Все нервы вытрепал! Зато ночью сплю как убитая.

Я отрицательно покачала головой. Ведь не расскажешь ни о чем. Харн за меня заступится и приструнит друга, но в сложившейся ситуации виновата я сама, и не хочется вбивать клин между ними. Вот и терплю.

— Нагрузка в учебе сильная? Вроде бы пересмотрели расписание с учетом твоего здоровья, но если что не так — ты говори.

«Все нормально», — на ходу нацарапала в блокноте. Харн не сильно поверил, но расспросы прекратил.

В приемной ректора нас задерживать не стали. Секретарь сказала, что нас ждут и мы можем проходить. Затаив дыхание, я последовала за опекуном и чуть не споткнулась, увидев в кресле лорда Хэйдеса.

После приветствий, ректор сразу перешел к делу, даже не предложив нам сесть, и протянул Харну листок.

— Посмотрите новое расписание вашего подопечного. Мы внесли некоторые изменения.

Я старательно отводила взгляд от Тени, изучая ножки ректорского стола, и расписанием не интересовалась, когда меня отвлек удивленный возглас Харна:

— Что?! Занятия с магистром Марлаком? Разве это не рано для Лоран? Зачем?

Вместо ректора ответил лорд Хэйдес.

— Ваш подопечный уже прошел ритуал в храме Четырех Стихий и замкнул контур.

Принц перевел потрясенный взгляд на меня:

— Когда?!

— Во время вашего последнего посещения дворца.

— У тебя проснулся огонь?!

Не знаю, чего больше было в этом возгласе: обиды, что умолчала, или удивления.

— Не испепеляйте Лоран взглядом. Верховный жрец любезно предложил свою помощь в прохождении ритуала. Насколько понимаете, все это было строго секретно, и с Лоран взяли клятву о неразглашении.

Вот тут мы уже оба с опекуном посмотрели на Тень. Я не могла понять, с какой стати лорд меня выгораживает?!

— Почему не сообщили мне? Как опекун…

— Все вопросы и недовольство можете адресовать Его Величеству, — отрезал лорд Хэйдес, а Харн проглотил рвущиеся с языка слова, сжав челюсти так, что на лице заходили желваки. Кажется, его отца ждет серьезный разговор. Весь вид принца говорил о том, что он этого так не оставит.

— Еще одно. Кандидатура Лоран снята с предстоящих финальных игр по состоянию здоровья, и вам надлежит выбрать замену, — вступил в разговор ректор. — От тренировок адепт Лоран отстранен, но все занятия с магистром Марлаком посещать обязан.

— Я уже высказал свои настоятельные рекомендации в создании тройки — с вами и адептом Кайлом Рос-Даэнком, — добавил Тень.

— Возражения есть? — поинтересовался ректор.

По лицу Харна можно было сказать, что ему много чего не нравится, но он произнес сквозь зубы:

— Нет.

— Тогда я вас больше не задерживаю.

Хорошо, что прозвеневший звонок не оставил нам времени для разговора и мы разошлись каждый на свою лекцию. Мне нужно было успокоиться.

— Вечером поговорим, — произнес Харн на прощание, и я согласно кивнула.

У меня, кстати, тоже возникли вопросы. Совсем ничего не поняла насчет троек. Это еще что такое? В то же время разговор снял с души камень. Я все еще не нашла удобного момента, чтобы сообщить Харну о храме Четырех Стихий, а теперь Тень избавил меня от этого. Не ожидала, что из-за меня он немного исказит события. Клятва о неразглашении. Хм… И ведь не подкопаешься!

«С другой стороны, возможно, лично я и ни при чем, — одернула себя. — Иначе пришлось бы признать, что темный жрец спокойно похитил меня аж из самого дворца, а потом вернул. Какой удар по репутации безопасности!»

Я совсем не удивилась, когда на последней лекции произошла замена и выступил лорд Хэйдес. Он рассказал о том, как ценны боевые маги для империи и как важно уже в самом начале определиться, где хочешь служить. Прошелся по подразделениям, рассказал о возможностях карьерного роста. На примерах выходцев из нашей Академии показал, каких высот мы можем достичь. Ответил на многочисленные вопросы.

Что сказать, мотивировал знатно. Практически у всех парней глаза горели: они уже видели себя героями. Лекция пролетела как один миг. Когда после звонка адепты выходили, горячо обсуждая услышанное, лорд Хэйдес попросил меня задержаться.

Я тут же получила несколько недовольных косых взглядов. Задать дополнительные вопросы хотели многие, но были вынуждены покинуть аудиторию. Я же к лорду Хэйдесу подошла неохотно, не зная, чего ожидать. Щиты держала крепко, не желая демонстрировать свои эмоции.

— Как твое самочувствие?

Пожала плечами. Неужели я так плохо выгляжу, что уже второй человек за сегодня этим интересуется?!

— Я сожалею, что не смог защитить, и тебе пришлось столько пережить.

«А кто-то не пережил», — вспомнила я стражников.

— Лоран, ты можешь показать мне более подробно все, что происходило после того, как ты встретилась с Верховным?

Даже и на миг не задумываясь, покачала отрицательно головой.

— У тебя есть на это причины или ты просто не хочешь? — нейтральным тоном уточнил Тень, внешне ничуть не расстроившись, как будто ожидал такого ответа.

«Есть причины», — ответила, глядя ему в глаза.

— Ты можешь их назвать?

А вот тут я крепко задумалась. Лучше бы мне проявить осторожность и соврать, что не хочу, но какой-то демон внутри подталкивал поступить иначе и проверить, даже не на чьей стороне Глава Тайной канцелярии, а как далеко готов зайти, защищая интересы короны. В принципе, а чем я рискую? Темнейший обещал, что без моего согласия никто в голову уже не проникнет.

«Да. А вы ответите честно на несколько моих вопросов?» — спросила его.

Теперь лорд помедлил, но согласился:

— Хорошо. Только если это не закрытая информация.

Я кивнула, принимая условия.

«В горах этот жрец перестал прятаться за завесой из тьмы и показал мне свое лицо. Он предупредил, что если я поделюсь этими воспоминаниями, мне не поздоровится».

Внимательно следила за выражением лица Тени и отметила, как он напрягся, но на голосе это не отразилось.

— И все? Или он сделал еще что-то необычное?

«Н-нет, — чуть запнулась я, но решила признаться. — Потом он посетил меня, когда я лежала в целительском корпусе, и напоил гаярду своей кровью, чтобы она восполнила силы. Затем…»

— Что еще?

Пересилив себя, я продолжила:

«Мне кажется, пытался воздействовать на меня, поставив блок на воспоминания, но когда я воспротивилась, заставил выпить своей крови, сказав, что больше без моего согласия меня считать никто не сможет. Посоветовал сидеть в Академии тихо и не ввязываться в неприятности, а иначе ему придется меня отсюда забрать. Это все».

Лицо лорда Хэйдеса нужно было видеть.

— Лоран… — помрачнев, покачал он головой. И оперся о трибуну, как будто получил удар.

«Гая может пострадать?» — забеспокоилась я.

— Гая?! А о себе ты не думаешь?

«Насколько все плохо?»

— Решай сама. Гаярд заряжают лишь маги, получившие лицензию, и среди них нет выходцев от темных. Он дал ей свою кровь, а значит, есть вероятность того, что сможет взять ее под контроль, подчинить. Но это полбеды. После того, как Верховный разделил свою кровь, он сможет везде тебя найти, как и своих Темнейших жрецов. Это малая толика того, что я знаю. Уверен, будет больше, когда я более подробно изучу всю информацию, которая собрана о Верховном жреце.

«Удивлена, что вы этого еще не сделали».

Мои слова стали сюрпризом не только для Тени, но и для меня самой. Просто все оказалось настолько плохо, что во мне проснулась язвительность. А вот не нужно было меня запугивать! Можно подумать, я имела возможность что-то изменить. Нас с Гаей заставили принять кровь, не оставив выбора.

— Верховный жрец — фигура значимая, но очень таинственная. Даже слухов о нем ходит немного. Считается, что он услышит, если говорить о нем в тени, и очень не любит являться предметом обсуждения. О нем уже много лет ничего не слышно было. Странно, что у него резко проснулся к тебе интерес, и он сюда зачастил. Не знаешь почему?

«Если он меня просветит, обязательно поделюсь с вами».

— Лоран, — скрипнул зубами лорд Хэйдес, — почему ты молчала и не сказала все сразу?

«А что бы это изменило?» — спросила я.

Некоторое время мы смотрели глаза в глаза, и у Главы Тайной канцелярии не находилось слов. Если уж меня из самого дворца умыкнули, то стоило признать, что обеспечить мою безопасность он не в силах.

«Зато есть хоть что-то хорошее: у вас появилась возможность изучить возможности этой таинственной фигуры», — первой нарушила молчание я. Нет никакого смысла бояться и без толку накручивать себя.

— Есть еще кое-что. Если Верховный уверен в твоей ментальной защите, то и в твои сны уже тоже проникнуть нельзя.

А вот это хорошая новость! Пусть темный не нарушал пока мой покой, но подспудно я опасалась и никогда не расслаблялась.

— Какие у тебя вопросы? — сменил тему Тень.

И все?! Я в неверии смотрела на него. Куда подевалась стальная хватка лорда и желание докопаться до правды любыми путями? Он вот так просто поверил тому, что я все рассказала?

— Лоран, не смотри так. Уверен, ты рассказала все, что могла. Я не желаю подвергать тебя опасности и настаивать на большем. Что ты хотела узнать?

Я выдохнула, еще до конца не веря, и постаралась собраться с мыслями.

«Жрец сказал, что много лет назад императора темных специально пригласили для пробуждения огня у золотой сирены, и намекнул, каким способом они его пробуждали. Я случайно подняла ту же тему с Кайлом, и он вспылил, сказав, что не ожидал, что со мной заговорят об этом так рано. Получается, уже ведутся разговоры? Чем мне грозит пробуждение огня?»

— Ничем, — быстро ответил лорд, чуть поморщившись, но встал и подошел ко мне.

— Ты же заметила, что огневики более эмоциональны, вспыльчивы? Стихия просыпается под действием сильных эмоций. Твоя стихия может проснуться в любой критический момент. Пока действительно беспокоиться не о чем.

«А если не проснется, то что тогда? Обратитесь к Кайлу, чтобы он ее пробуждал? О создании какой тройки шла речь в кабинете ректора?»

— Лоран, не мешай все в одну кучу! В храме Четырех Стихий ты воспользовалась огнем Верховного жреца, чтобы замкнуть контур. Нечто подобное будете тренироваться делать на занятиях с магистром Марлаком. Что касаемо пробуждения у тебя огня, Рос-Даэнк, несмотря на свой сильный дар, вряд ли способен это сделать.

«Вы поэтому сказали, что поцелуи с Кайлом мне не понравятся?» — вырвалось у меня. Просто уже который день подряд ломала голову над тем, откуда Тень это мог знать еще тогда?!

— Уверена, что готова услышать ответ?

На меня так посмотрели, что я сто раз пожалела о своем любопытстве, но из упрямства кивнула. Лорд Хэйдес помедлил, как будто ожидая, что передумаю, и все же ответил:

— Рос-Даэнк молод, горяч, и ему тяжело контролировать свои порывы с девушкой, которая нравится. В его крови огонь, ему недостаточно осторожных поцелуев, он будет стремиться пробудить страсть, чтобы обоим сгорать в ее пламени. Ты же познала мужскую страсть в самом неприглядном виде, и любое ее проявление чревато неприятными воспоминаниями, вплоть до отвращения. Тебе нужны нежность, любовь, безграничное доверие к избраннику, лишь тогда ты сможешь раскрыться и познать свои желания.

Я испугалась, что Тень услышит, как громко бьется мое сердце. И кто бы мне сказал, почему я так реагирую на его негромкий голос? По коже побежали мурашки. И дело не в возмутительно-откровенных словах, а в воспоминаниях, которые так не вовремя ожили. В тихом вопросе: «Не больно?». В моем удивленном: «Нет». Доверяла ли я? Да. Безоговорочно.

Глядя в глаза лорда, я тонула, не в силах вырваться или даже пошевелиться. Пусть мои щиты были на месте, но казалось, для него они сейчас не препятствие, чтобы прочитать мои чувства и мысли. Своими словами он буквально обнажил меня. Я ощутила нехватку воздуха, а щеки стал заливать румянец. Нет, я определенно не готова к таким разговорам и не в состоянии обсуждать столь щекотливую тему.

Вот только сама напросилась, и Тень продолжил:

— Не скрою, считается, что можно пробудить огненную стихию страстью. Когда двое сгорают в ее огне, они разделяют пламя на двоих. По определенным обстоятельствам это не твой путь, и тебе нечего бояться, надумывая себе невесть что. К тому же для такого способа необходимо, чтобы силы партнеров были как минимум равны. Более слабое пламя не способно зажечь того, кто сильнее. Скорее всего, ты просто очень сильно на что-то разозлишься, пылая от ярости, и твоя стихия отзовется.

«Знаете, мне и того, что есть, хватит», — ответила я.

— Не стоит отказываться оттого, что является частью тебя, — парировал Тень.

Эти слова еще долго звучали в ушах. После них все вопросы к лорду Хэйдесу у меня закончились, и я поспешила сбежать. Я была настолько не в себе, что никого не хотела видеть. Воспользовавшись невидимостью, незаметно проскользнула в общежитие, и почувствовала себя легче, лишь оказавшись за закрытой дверью своих комнат.

Мне нужно было обдумать услышанное, переварить наш разговор, перевернувший все у меня внутри. Не ожидала, что Тень отступит от своего правила до всего докапываться и убеждаться лично и не станет лезть ко мне в голову. Не была готова к его откровенным рассуждениям насчет моих проблем, а то, как хорошо он понимал, что творится у меня в душе, попросту пугало. То, чему я и сама не могла дать определения, он облек в слова и ни на каплю не погрешил против истины.

А еще я раз за разом мысленно переживала момент, когда казалось, что он дотронется до меня или поцелует. Я видела это в его глазах, чувствовала, как он борется с собой, потому что и сама прилагала все усилия, чтобы не потянуться к нему, как подсолнух тянется к солнцу. Все еще отчетливо помнила, как замерло мое сердце в ожидании, и я сама не могла себе ответить, боюсь этого или хочу. И не смогла избавиться от привкуса разочарования, когда так ничего и не случилось.

Моя собственная реакция не давала покоя, и я лишь надеялась на крепость своих щитов, не дающих меня считать. Если б не они, я бы просто сгорела от стыда!

От долгого самобичевания меня спасло появление Харна.

— Лоран, ты почему пропустила занятие? — с порога задал вопрос опекун.

«Какое?» — сделала круглые глаза, ничего не понимая.

— У магистра Марлака. Ты не смотрела свое расписание?

Я отрицательно покачала головой.

— Нечто подобное я предполагал, поэтому извинился перед ним, сказав, что тебе его только недавно дали и ты, видимо, не успела изучить. Послал за тобой, но ты как сквозь землю провалилась. Лишь по браслету понял, что уже вернулась к себе. На первый раз он тебя простил, но будь внимательна. Магистр Марлак хоть и выгоревший маг огня, но его боятся даже сильнее магистра Рисая.

«Выгоревший?!» — зацепилась за слово я, и Харн понял.

— Да, ты не ослышалась. В сражении на границе он полностью выложился, удерживая оборону и спасая людей, но слабым это его не делает. Еще увидишь, как виртуозно он перехватывает чужие потоки. Знаешь, выгорание — кошмар любого мага, но глядя на него, понимаешь, что еще не конец.

Мне уже захотелось познакомиться с этим магистром. Впервые слышала, чтобы Харн о ком-то отзывался с таким искренним восхищением. Принц замолчал, глядя на меня, и повисла немного напряженная пауза. Мы еще не обсуждали услышанное у ректора, и я не представляла, как он отреагирует. Хорошо еще, что у него было время остыть.

— Лоран, — начал он, и я внутренне сжалась, — я понимаю, что с тебя взяли клятву, но мне ты могла сказать о том, что в тебе проснулся огонь? Кайл знает? Он поэтому постоянно держится рядом с тобой?

«Нет!» — отрицательно закачала головой, с облегчением понимая, что не осуждает за молчание о храме.

— Что «нет»?

Сходив за блокнотом, быстро написала: «У меня нет огня».

— Как нет?!

Я развела руками, едва сдерживая улыбку, настолько потрясенным выглядел принц.

— Как же ты замкнула контур в храме?

«Огнем жреца».

— И у тебя получилось с первого раза?! — ошарашенно воскликнул Харн.

Пришлось опять развести руками. Я и сама не понимала, как мне это удалось. Хотя, подозреваю, помимо присутствия самого Темнейшего, не последнюю роль сыграли наши ментальные занятия с Тенью. Есть что-то общее с тем, как я отражала ментальные атаки и направила в чашу неподвластный мне поток. Все же не зря я головной болью мучилась, не зря.

Опекун рухнул на кушетку:

— Невероятно! Ты даже не представляешь, как долго приходится тренироваться для такого, и то в итоге не у всех получается.

«Почему это так важно?»

Задав вопрос, я тоже села на кушетку.

— Именно так происходит отбор сильнейших магов и от этого зависит дальнейшая карьера.

Что-то я потеряла нить разговора, не в силах понять, какое отношение все это имеет к карьере.

— Вспомни наши тренировки к играм, — стал пояснять Харн. — Мы учились действовать сообща и выставлять общий щит. Плетение из четырех стихий наиболее универсальное и крепкое. К практике в конце четвертого курса определятся команды из трех-четырех человек. Если группы сработаются, то и практику на пятом проходят в том же составе, и по окончании группой Академии империя имеет подготовленную боевую единицу магов, умеющих действовать сообща. Теперь насчет потоков. В бою решающую роль играет умение пользоваться не только своей стихией, но и направить в нужную сторону поток товарища. Например, тот не видит, где нужно нанести удар, и направляет поток командиру, а тот уже перенаправляет его в цель.

Ничего себе! Я слушала, открыв рот, только сейчас понимая, что на практике не цветочки будем собирать.

— Теперь понимаешь, как важно умение взаимодействовать не только со своей стихией? Такие маги априори командиры, поэтому и тренируются все в поте лица, и занятия у магистра Марлака не пропускают.

«Чем важна церемония в храме, раз вы и здесь учитесь направлять потоки?» — задала вытекающий из всего услышанного вопрос.

— Лоран, не всегда в команде складываются отношения. По разным причинам члены группы меняются. В храм идут уже люди, уверенные друг в друге как в себе, братья по оружию. Это торжественная церемония, проводящаяся один раз в году, к ней готовятся. Как понимаешь, в такой команде должны быть маги четырех стихий. В храме происходит сбалансирование сил, объединение не только на физическом, но и на ментальном уровне.

Неожиданно Харн помрачнел:

— И я совсем не понимаю, по какой причине отец решил, что тебе необходимо пройти столь важный ритуал с темным жрецом.

«У него не было выбора», — ответила я себе, отведя взгляд. А еще вспомнила, как остро чувствовала Темнейшего и его силу. И тьму, к которой меня так тянуло. Это сейчас мне даже думать ней жутковато, но тогда страха не было.

— Лоран, мне бы было спокойнее, если бы ты согласилась пройти церемонию в храме Четырех Стихий с нами. Или со мной, если огонь проснется, — добавил он.

Я растерялась, не зная, что ответить. Слишком неожиданное предложение! По всему выходило, что такой шаг требовал обдуманного и взвешенного решения. После объяснений стало понятно, насколько это важно. Я ценила оказанное доверие и в то же время вот так сразу согласиться не могла, но и обижать Харна не хотелось.

«Знаешь, меня вынудили пройти ритуал, ничего толком не объяснив. Хотелось бы во второй раз сделать этот шаг осознанно. Давай не будем спешить».

— Да. Ты права, — кивнул принц. Вроде бы не обиделся, спокойно принял мой ответ. — Просто подумай об этом.

С легким сердцем я согласно кивнула.

Стук в дверь поставил точку в разговоре. Кайл. Посторонившись и предлагая войти, отметила, что рыжий успел переодеться. Раньше он мог себе позволить ввалиться ко мне в комнату сразу после занятий в грязной обуви или пыльной мантии, раздражая меня и вызывая ворчание у Гасса, но после моего разоблачения поведение резко изменилось.

— Лоран, поздравляю! Мне кажется, за всю историю Академии ты первый адепт, обучение которого проходит так стремительно, — заявил он. — Подумать только, тебя допустили до занятий с четвертым курсом уже через полгода после поступления! И сразу к кому? К самому магистру Марлаку! Такими темпами к концу года ты с нами будешь сдавать все предметы.

Вот лично меня это нисколько не обрадовало. Зато напомнило о том, что я хотела поговорить по поводу темпов с опекуном.

— Ты еще не знаешь, что на выходных она замкнула контур в храме Четырех Стихий, — тоном гордящегося отца произнес Харн. — Не стал говорить при всех.

— Да ладно?! У тебя проснулся огонь? — впился в меня взглядом Кайл.

— С огнем ей помог Темнейший жрец.

— А почему не позвали меня? Ты тоже участвовал? — Кажется, кое-кто был в шаге от того, чтобы смертельно обидеться.

— Меня тоже не позвали. Отец так решил. Я не успокоюсь, пока не выясню, чем он руководствовался.

— Хотелось бы и мне знать. Жрец темных… Зачем?! Они с ума сошли?

«Харн, давай я не буду больше сдавать дисциплины экстерном?» — написала я и протянула опекуну.

— Лоран, не переживай, ты успеешь восстановиться. Я договорился, нагрузку будут увеличивать постепенно. К тому же в финальных играх ты не участвуешь, и останется больше времени на подготовку.

«Почему нельзя в обычном темпе закончить третий курс?»

— Потому что на пятом у нас практика, и на нее ты должна отправиться с нами, — как маленькой объяснил Харн, все еще не понимая, к чему я веду.

«Я могу остаться здесь и доучиться со своей группой, — написала прямым текстом, раз он такой недогадливый. — Браслет больше не переносит тебя ко мне, и нет ничего страшного, если я буду учиться одна».

— Это даже не обсуждается. Я тебя здесь не оставлю! — категорично заявил Харн.

«Но почему?!» — хотелось закричать мне. Я как-то не ожидала отказа.

— Лоран, не обижайся, но если вспомнить твою способность влипать в неприятности, я был бы первым, кто осудил Дага, — встрял Кайл, сунув нос в нашу переписку.

Бросив на него гневный взгляд, посмотрела на опекуна и решила не сдаваться.

«Я хочу учиться как все, а не перескакивать с курса на курс. Что хорошего, если не успев толком ничему научиться на третьем, перейду сразу на четвертый? К чему такая спешка?»

Прочитав, Харн подошел и приобнял меня за плечи, заговорив доверительно:

— Послушай, я понимаю, тебе не хочется выделяться, но посуди сама. С твоим проснувшимся даром тебя сразу зачислили на третий курс. Общие предметы за прошлые курсы ты сдала. Ты усвоила материал, и даже больше, игры лучше всего показали твою подготовку. Теперь никто не скажет, что ты всего лишь моя протеже, ты достойно занимаешь свое место. На третьем курсе в основном идет изучение самих заклинаний, и отрабатывают их использование. Общие лекции ты посещаешь, а вот на практике тебе без голоса делать нечего. Что плохого в том, если в это время ты пойдешь вперед и начнешь заниматься с нами?

Я вздохнула, не желая признавать его правоту. В такой интерпретации доводы звучали разумно.

— Лоран, я же с самого начала говорил, что твое обучение будет идти по индивидуальной программе.

«Вот только я не понимаю, почему должна учиться на пределе сил, спеша неизвестно зачем. Ты же не будешь спорить, что пока Академия для меня самое безопасное место?»

— Ты боишься? — удивился Харн.

— Чего? — шагнул к нам Кайл, который до этого с неудовольствием наблюдал за нами.

Игнорируя рыжего, принц как можно мягче произнес:

— Пойми, самое безопасное место для тебя — рядом со мной.

«Как во дворце? Принцу Гредиану вовсе не помешало. Готова поспорить, ему за это даже ничего не было».

— Лоран…

— Гредиан?! — воскликнул слишком зоркий рыжий. — Только не говори, что он…

— Кайл, потом! — оборвал его Харн и перевел взгляд на меня. — Лоран, я с ним разобрался. Он к тебе больше не приблизится.

«Да? Но это не воскресит двух стражников, которые умерли из-за меня! — В раздражении я сбросила руку принца с плеча и дописала: — Я не хочу появляться там, где будет он, иначе не сдержусь, и тогда уже у тебя будут неприятности».

— У меня создается впечатление, что мне не рассказали о многом! — рыкнул рыжий.

— Я уже решил проблему и не хотел возвращаться к этому, — ответил Харн и, игнорируя недовольство друга, обратился ко мне: — Послушай, в будущем тебе придется встречаться со многими людьми, и не все они приятные. Иногда нужно просто держать лицо и не показывать, насколько они тебе досаждают. Поверь, твое безразличие заденет их сильнее, чем любое проявление эмоций.

Мне так и не удалось убедить опекуна, он был непоколебим, а наш разговор оставил неприятный осадок. По всему выходило, что мне волей-неволей придется часто общаться с его родными и этот момент не оттянуть. Обидно, если учесть, что каждое посещение дворца заканчивалось для меня печально.