Глава 23. Птички в клетках

Назар тихо проскользнул в свой дом среди ночи, снял мокрую куртку и повесил её в прачечной на сушилку. Ночка была тяжелая, как и вся неделя. Сначала сбежавшая невеста, теперь погоня за Медовой пчелкой Филина. Назар усмехнулся, снимая с себя остальную одежду, Филин каким бы он не был мудрым пасовал иногда перед прелестями красивых женщин. И терял голову. Сегодня ночью он её потерял, в очередной раз, избивая похитителей рыжей девушки. Что с ними было потом, Назару было не очень интересно, он доверял Филину и его мозгам, если он решил, как надо сделать, то значит так точно надо, потому как Филин продумывал все ходы на сто вперед.

Назар тяжело вздохнул, тяжёлая у него работа, но она ему нравилась. Он разделся, кинул всю одежду в стиральную машину и включил режим интенсивной стирки, затем душ и проверка спящих сыновей. Он улыбнулся, поправляя светлые волосы старшего Егора на лбу, он теперь спал отдельно, в детской. В супружеской спальне ночевал пока только младший сын, но и он скоро должен был отправиться к брату. Назар с суровым отцовским умилением взглянул на Мирона, который сладко посапывал в своей кроватке. В этой идиллии не хватало только жены. Нашёл там же, где она всегда была по ночам, когда он задерживался — в её комнате для музицирования со скрипкой в руках.

Алеся в длинном шёлковом халате темно-бордового цвета, с распущенными волосами, прикрыв глаза, водила смычком по своей скрипке, играя композицию «Шторм» её любимого Вивальди в интерпретации Ванессы Мэй. Когда она такое играла, значит у неё точно был шторм в душе. Сильно переживала из-за того, что мужа не было в её постели в столь позднее время.

Назар как мог тихо при его-то габаритах проскользнул за дверь комнаты, обшитой звукопоглощающими панелями и сел в кресло, откуда дослушал игру своей жены до конца. Пусть она никогда не играла в оркестре, для мужа она была первой скрипкой. Для их кота Бурбона, видимо, тоже. Стоило ей закрыться в этой комнате со скрипкой, как огромная пушистая котяра скреблась в дверь, пока его не пускали на концерт без билета. Сейчас он лежал на своём любимом месте возле окна на полке и спал, двигая иногда ушами. Алеся закончила играть и испуганно открыла глаза, когда услышала громкие аплодисменты.

Она перевела взгляд на мужа, который сидел в кресле, весь в каплях воды после душа, в полотенце вокруг бёдер. Алеся улыбнулась, положила скрипку в футляр и уселась на колени мужа, обнимая его за шею и тыкаясь носом в щёку.

Когда Назар задерживался, он всегда звонил, чтобы она слышала его спокойный голос, что всё под контролем. Сегодня он позвонил, как всегда, и с тех пор её душа всё равно была не на месте. За ужином она давилась едой из лучшего ресторана, потому что слишком привыкла к рукам заботливого повара.

Его руки в данный момент потянули пояс халата и опустились на бедра, нежно поглаживая по коже.

— Всё хорошо? — тихо спросила Алеся, целуя его в шею.

— У нас да, у клиента Филина не очень — вздохнул Назар, приподнимая её лицо за подбородок, чтобы посмотреть в глаза. — Алеська моя, у меня к тебе есть предложение.

— На этих выходных не получится, Бандерложик, — тут же ответила она. — Соболевы уезжают, не с кем детей оставить.

Она печально вздохнула, вспоминая прошлые выходные, когда муж показал ей всю глубину своей любви.

— Я не об этом, хотя ты там держи в голове, как будет возможность, сразу детей спихивай, поедем с тобой туда, где кровать побольше, — улыбнулся Назар. — Я тут это, жениться на тебе хочу, Стервозинка.

— Назар, ты чего? — нахмурила брови Алеся. — Мы же женаты, Егору почти полгода было, когда мы штампы проставили. Я Белозёрова давно! Тебя по голове что ли сегодня ударили?!

— Но свадьбы-то у нас не было! Хочу на тебе жениться! Тебе белый цвет очень идёт. Давай поженимся, пацанов в смокинги с бабочками нарядим, Соболевых пригласим, Филина.

— А колечко мне с бриллиантом подаришь? — загорелись глазки нынешней жены и будущей невесты.

— Я же тебе и так два дарил, когда в тот раз предложение делал? — нахмурил густые брови Назар.

— Ну, значит, не пойду за тебя замуж! — вздохнула Алеся, резко оттолкнув его от себя. — Ещё замуж я не выходила без кольца! Два раза хотел на старой ювелирке проехаться? Ага щас!

Она соскочила с его коленей, запахнула халат потуже и гордо подняла нос кверху. Назар усмехнулся, вот поэтому он на ней и женился, эта Стерва постоянно кипятила ему кровь своими выкрутасами. Он эту температуру кипения как мог поддерживал. Назар медленно поднялся, скинул с себя полотенце на пол, обхватил жену своими огромными ручищами и прорычал в ухо:

— Сейчас я тебе покажу, от чего отказываешься, Стервозинка, утром поговорим.

Звукопоглощающие панели на стенах в ту ночь были проверены разными уровнями частот, которые могла выдать женщина, пока её очень сильно любил мужчина.

*****

Утром Алеся порхала по кухне, делая завтрак. Вафли из готового теста в вафельнице это единственное, что она осилила в искусстве кулинарии. Мальчики в нетерпении стучали по столу маленькими кулачками. Она погладила их всех по макушкам, чмокнула в щечки, Назар вошел на кухню в шортах с голым торсом, крепко обнял жену и сел за стол. Алеся с улыбкой на лице разглядывала свою работу ногтями на его спине. За такого надо срочно выходить замуж второй раз!

Перед выходом из дома, когда Алеся, как всегда, красовалась перед зеркалом, Назар с улыбкой любовался ею. Как же ему повезло, что он на ней скоро женится.

Назар не любил врать жене, где он был и что делал, когда ночью его не бывало дома. По дороге на работу, когда Алеся начала его расспрашивать, что у него было интересного на работе, он сказал не совсем правду, а рассказал о девушке, которая вышла из леса в кровавом красном платье. Алесе и эта правда не понравилась:

— То есть ты увидел в лесу бабу в свадебном платье, всю в крови и тебе резко стрельнуло в голову сыграть свадьбу со мной?!

От её визгливых пилочастот у Назара заныли зубы. Алеся выскочила из машины, закипая как двигатель в сорокаградусную жару. Напоследок, она припечатала его словами:

— Всё думала, что из Бандерлога сделала человека, да ошиблась! Что у тебя там в мозгу твоем бандерложьем творится, вообще непонятно!

Назар тяжело вздохнул, напоминая себе, что он уже на ней женился, отступать некуда. Развод со Стервой он морально не вытянет.

*****

Филина преследовало стойкое чувство дежавю, на больничной койке сидела спасённая им дева, только уже рыжая. В соседней палате ещё одна дева, с тёмными волосами, а в его корпоративном доме для клиентов скоро поселится блондинка. Все птички по клеткам.

Маруся дёрнула головой в его сторону, услышав, как он вошёл.

— Привет, девушка, попавшая в мясорубку. Как себя чувствуешь?

— Спасибо, что вообще что-то чувствую, — тихо сказала Маруся.

Пока Филин переставлял стул напротив неё, чтобы поговорить глаза в глаза, Маруся внимательно за ним наблюдала. Сейчас в её взгляде не было ни злости, ни гонора, ни слёз, только благодарность, которую она высказала вслух.

— Спасибо, Святослав, ты спас мне жизнь.

Герою было приятно слышать эти слова, особенно, когда их говорила Маруся своим завораживающим голосом.

— Это моя работа, Марусь, и в этом я лучший, как тебе и сказали. Мои клиенты всегда остаются в живых. Ты тому подтверждение.

— Я не твой клиент, у меня же денег нет, а другим я платить не согласна, — покачала головой девушка, поджав губы.

— Марусь, ты меня извини, я тогда просто не так выразился, насчёт оплаты телом, — виновато улыбнулся Филин. — Ты заплатишь мне как и все — деньгами, я стою дорого, сразу говорю. Счёт будет внушительный, но деньги у тебя будут, я слово даю. Твой муж, Марусь, оборзел от собственной безнаказанности, я таких наглецов не люблю.

— Он меня избил, я ведь могу написать на него заявление?

— А ты в него стреляла, при свидетеле, который тебя сдаст, как миленькую, это палка о двух концах, — покачал головой Филин. — То, что они не сделали этого сразу, говорит о том, что не хотели привлекать внимание к твоей персоне. Ты не нужна им в тюрьме, потому что однажды ты выйдешь на свободу, им нужно, чтобы ты заткнулась навсегда.

Глаза Маруси забегали по палате, будто искали оправдание поступку сестры, как ожидаемо — его здесь нигде не было.

— Где он с Фросей?

— Сладкая парочка дегенератов на Бали отдыхают. Не хочу увеличивать твой чек ещё больше за выездную сессию, так что приедут и я ими займусь.

— Что ты собираешься с ними делать?

— Не думай об этом, тебе ведь важен результат? У тебя есть несколько дней, чтобы подумать — чего ты всё-таки хочешь. Получить своё и уйти в закат, или бонусом сверху — возмездие за то, как с тобой поступили. Суммы оплаты будут разные, соответственно. Моё предложение — ты будешь жить пока за мой счёт, сопровождать меня в этом светском сезоне на всех мероприятиях и светить своим личиком. И когда я говорил тебе, что ты расплатишься телом, я имел ввиду именно это, а не что-то другое. Одолжу тебе денег на это время. Потом все мои траты на тебя включу в счёт. У меня есть план, Марусь, насчёт тебя и мы будем воплощать его в жизнь вместе! Твой выход в свет — часть плана, все должны знать, кто такая Маруся Дурова и что она нормальная и уравновешенная, а не психичка, которую из тебя пытался сделать твой муж.

Филин ослепительно улыбнулся, уж что что, а продавать себя и свои услуги он умел. Только вот Маруся как-то не выглядела очарованной. Неправильно выявил потребности клиента? Не обработал возражения?

— Чего ты хочешь, Маруся? Она медленно встала и задрала больничную сорочку, обнажая бёдра и трусики, но она показывала не их, а свой живот, на котором расплывались фиолетовые кляксы синяков.

— Мама говорила, что у меня семь пятниц на неделе, это она имела ввиду моё мнение и хотелки. Когда Сеня меня бил, я хотела его убить, когда Фрося смеялась надо мной, я хотела, чтобы ей было больно также как и мне. Теперь я думаю, что с ней всё-таки будет то же самое, что и со мной, а внутри неё маленький Дуров, мой племянник. Я не хочу, чтобы с ним что-то случилось. Про Фросю мама говорила, что она самые важные вещи понимает только через подзатыльник. Я хочу дать ей подзатыльник, чтобы она прозрела и стала опять моей Фроськой, любимой сестрой. У меня кроме неё никого нет. Мужа я хочу оставить без штанов, у него какой-то страшный комплекс насчёт нищеты. Пусть вернётся туда откуда начал — в свою семью алкашей и маргиналов. Всё.

— Добрая, ты, Маруся. И это не комплимент, — покачал головой Филин, поднимаясь со стула. — Ладно, по ходу дела разберемся, как карта ляжет. Согласна на мои условия?

Маруся, которая стояла всё ещё, сверкая трусами и синяками, опустила подол, а Филин протянул ей руку. Она осторожно её пожала, робко улыбнувшись.

— Добро пожаловать под защиту Гард Секьюрити, мы заботимся о наших клиентах! — широко улыбнулся Филин.

Маруся в ответ изобразила на лице улыбку, кажется, эта пчёлка не умеет ни врать, ни лукавить. Ей не нравился Филин, не нравились его мутные условия, но ей всё ещё нравилось жить.

*****

Следующий пункт назначения — соседняя палата, где Филину надо было повторить всю схему продажи своих услуг в той же последовательности. Лейсан всё также испуганно на него смотрела красными от слёз глазами, пока он ставил стул напротив койки, чтобы с ней поговорить. Как сказала ему медсестра, она постоянно плакала все дни и временами билась в истерике. Потеря памяти и неизвестность сводили её с ума. Филин строго настрого запретил ей связываться с кем-то, кого она помнила до первого курса, ведь это будет для ее подруг и родственников, как звонок с того света.

— Привет, в прошлый раз не представился, как следует, так как наше совместное будущее пока было под большим вопросом. Меня зовут Святослав Александрович Филимонов, но многие зовут меня Филин. Потом поймёшь почему. Я хочу спасти твою жизнь. Тебя придут добивать скорее всего, так что вариантов у тебя немного.

Лейсан распахнула испуганные зелёные глаза ещё шире, Филин довольно улыбнулся — со второй птичкой он договорится ещё быстрее, чем с первой. Когда речь заходит о страхе смерти, никакая реклама его услугам не нужна.