Глава 17.1

Поднимает меня под попу, а я обхватываю ногами его пояс и, зарывшись пальцами в волосы на затылке целую.

Целую, пока он скидывает обувь, целую, пока, ударяясь плечом, несет меня в спальню, и не отпускаю, пока, уложив меня на разобранную кровать, не накрывает своим телом.

- Охренеть… - шепчет быстро, - никому не давала?..

- Нет.

- Почему?

- Не знаю… не хотела ни с кем.

Быстро стягивает с меня платье через ноги и набрасывается на меня, как кот на валерианку. Целует взасос, до потемнения в глазах, до рези в груди, оставляя влажные дорожки, облизывает шею, прикусывает, что-то бормочет о своих снах и ставит засосы.

Я совсем теряюсь. Поскуливая, выгибаюсь в его руках и не перестаю дергать его спортивную рубашку. Хочу, чтобы снял… трогать его хочу… нюхать…

Он и сам этого хочет, встав на колени между моих разведенных ног, одним движением стягивает ее через голову, откидывает в сторону и склоняется над грудью.

- Подросла… - усмехается глухо.

Высовывает язык и бьет им по соску. Раз, второй… И я каждый раз вздрагиваю, как от удара плеткой.

- Де-е-е-н… - откинув голову назад, выдыхаю гортанно, когда его губы смыкаются над одним из них.

Мягко втянув сосок, катает его во рту, а затем, оттягивая, выпускает с пошлым звуком.

Офигеть… так тоже бывает, да?..

Пока я едва ли не рыдаю от переполняющих меня эмоций, его голова спускается ниже, потому что я чувствую его губы и проворный язык на своем животе, в пупочной впадине и на выступающих бедренных косточках.

А затем, приподнявшись на локтях, безуспешно пытаясь наполнить легкие воздухом, наблюдаю, как, подцепив кружево белья зубами, он стаскивает его с бедер.

Клянусь, я от этого зрелища кончить готова. Мелко дрожа, поднимаю таз, чтобы облегчить ему задачу и не сопротивляюсь, когда он разводит мои ноги в стороны.

- Я до сих пор помню твой вкус, Клубничка, - согревая дыханием мою промежность, говорит он.

- Ден, - прошу тихо, - займись со мной сексом.

Я боюсь, что он, как в прошлый раз, не доведет дело до конца.

Он словно не слышит, склоняется ниже и погружает язык в мои складки.

- Ай!.. Господи…

Все. Связь с реальностью утеряна. Раскинув ноги максимально широко, я подаюсь навстречу его ласкам. Бессвязно шепчу ругательства и царапаю кожу его головы.

Густое наслаждение, увеличиваясь, быстро распространяется по телу. Я, как одержимая духами, извиваюсь в постели, абсолютно не контролируя свое тело, а Ден, как экзорцист, изгоняет из меня нечисть языком.

- Я не могу больше, - начинаю выть, - Ден!

- Все, можешь кончать, - втягивает в себя клитор и принимается его сосать.

И меня разрывает на части. Захлебываясь криком, я начинаю содрогаться и сжимать ноги.

- Тшшш… - слышу над ухом, а следом меня накрывает горячее тело.

Я постепенно прихожу в себя. Снова могу видеть и слышать и даже чувствую, как упирается во влагалище член Дена.

- Максимально расслабься сейчас…

- Хорошо…

- Будет немного больно.

С этими словами он прижимается к моим губам и делает резкий толчок.

Сцепив зубы, я сильно зажмуриваюсь.

Не кричать. Не кричать. Не кричать.

А так хочется, потому что, мать его, это капец как больно.

- Эля, - проникает в одурманенное болью сознание, - Эля, посмотри на меня…

Усилием воли открываю глаза и встречаюсь с напряженным взглядом Дена.

- Расслабься, малышка… - целует в кончик носа, - ты сильно зажалась… мне сейчас тоже больно…

Тоже?.. Втягиваю в себя воздух и расслабляю низ живота, всерьез опасаясь повредить наш член.

- Легче?

Облизываю сухие губы и быстро – быстро киваю. Боли, действительно, становится гораздо меньше, и я даже несмело улыбаюсь.

Ден тоже. А затем накрывает мои губы своими и делает плавное движение бедрами.

Внизу все тянет, режет и хочется в туалет по-маленькому, но я стойко терплю и больше не напрягаю мышцы. Хочу, чтобы наш первый раз Денису понравился.

Немного адаптировавшись к новым ощущениям, обнимаю его за шею и начинаю подмахивать бедрами. Вывожу языком узоры на его коже и чувствую, как толчки становятся жестче, чаще.

Чувство дискомфорта усиливается, но я так не хочу его останавливать, что терплю из последних сил.

- Нормально?..

- Д-да.

Он делает последний мощный удар и, быстро выйдя из меня, изливается на живот.

Я поднимаю голову и смотрю, как по моей коже растекается густая белесая жидкость с красными разводами моей крови.

Вот и все. Я женщина. Женщина Тюменцева Дениса. Как и мечтала.

- Ты как? Сильно больно? – спрашивает мой мужчина, заглядывая в лицо.

- Ты лишил меня самого дорогого, что у меня было, мерзавец! –театрально заламывая руки, восклицаю я.

- Юмористка, бл@ть... Подожди, я сейчас.

Встав, выходит из комнаты, но вскоре возвращается с мокрым теплым полотенцем и принимается аккуратно стирать с меня следы нашей страсти.

Особенно бережно прикасается тканью к воспаленной промежности.

- Расскажешь, все-таки? – спрашивает тихо, глядя на меня там.

- Что?

- Как так вышло, что ты мне девочкой досталась?.. Я думал, ты давно уже с кем-нибудь спишь.

- И нравилось тебе так думать?

Ден откидывает полотенце на пол и вытягивается рядом со мной.

- Не нравилось.

Я жду, пока он удобно уляжется и, подперев голову локтем, поворачиваюсь к нему боком.

- Помнишь, я сказала, что люблю тебя?

- Ты говорила это сотню раз, Малая…

- Тем более, - пожимаю плечом, - к чему тогда глупые вопросы?

Он, не мигая, какое-то время смотрит на меня а, затем еле заметно качает головой.

- Пи@данутая... – обвивает рукой мои плечи, - иди сюда…

Укладывает меня на своей груди и гладит волосы. А я млею, кусаю губы, не в состоянии поверить в собственное счастье. Иногда соскакиваю, чтобы покрыть поцелуями его лицо и грудь, а потом снова прижимаюсь щекой к тому месту, где размеренно бьется сердце.

Мой. Наконец-то. Целиком и полностью. На веки вечные…

- Спи давай… - отдается вибрацией его голос.

- Я не хочу, - поднимаю голову, - но ты спи…

- Ты ерзаешь…

- Я тихонько полежу, спи.

Ден еще некоторое время смотрит на меня из-под опущенных век, но вскоре дыхание его становится глубже, и я понимаю, что он засыпает.

А я не могу. Какой спать?! В моей жизни только что самое главное событие произошло, нужно много всего передумать, много чего запланировать.

Решить, как мы будем жить дальше, как расскажем все Матвею и… Алисе…

Последнюю я к Дену ближе, чем на двести метров теперь не подпущу.