Глава 52. Стас

Напряженными руками подобрался к поломке. Где-то на задворках памяти возникло воспоминание. Мы с Мишей в симуляторе устраняем одну из похожих проблем. Практически аналогичную, их легко спутать, если учиться, например, как мой друг.

Та поломка устранялась быстро и безболезненно, хоть и тоже наверняка, случись она в воздухе, заставила бы пощекотать нервишки. Правда, угрозы жизни в целом не несла.

И вот сейчас я лез чинить самолет буквально вручную. В душе скрестил все, что только мог, на удачу. Сзади подбадривала Руслана. Надо только отсоединить один датчик. И если это просто ошибка системы, то мы полетим себе дальше спокойно, утирая со лба пот, а если нет…

Если нет, то не хочу думать об этом.

Нашел нужный провод. Взял специальный инструмент. Не хотел устраивать сцен, поэтому просто широко открыл глаза, чтобы не зажмуриваться, и отсоединил его.

Ииии…

Тишина. Пищание прекратилось, а самолет все еще не изменил курс. Словно в тумане сзади раздался голос девушки:

– Ну что там? А то я уже себе памятник мысленно прикинула.

Невероятная заноза. Самая возмутительная возмутительница спокойствия. Аккуратно вылез и сразу наткнулся на ее внимательный взгляд. Руся медленно осела на пол.

– Хвала небесам…

Тишина. Она воцарилась вокруг такая густая, такая сложная и многозначная. Никогда не думал, что найду человека, способного понимать меня по одному лишь взгляду. Никогда не думал, что всего за два подряд полета дважды познакомлюсь с возможностью разбиться. Никогда не думал, что слова Владимира Владимировича станут немного пророческими.

– Мой наставник когда-то мне сказал, что порой в жизни ты переходишь на слишком быстрый бег и не замечаешь, как врезаешься в препятствие. Ты ломаешься, калечишься, потом долго восстанавливаешься, чтобы снова побежать. И первые шаги становятся невероятной наградой и ценностью. Хотя раньше с этих шагов ты начинал ежедневно.

Тяжело вздохнул, обвел взглядом кабину.

– Мне кажется, только что я врезался и понял, как не замечал того, что раньше получал удовольствие от простой ходьбы.

Сел в кресло и приготовился к снижению. Самолет словно притих после случившегося. Постепенно ко мне возвращались все чувства, отхлынувшие в момент опасности.

Я ощущал тепло, ощущал тягу и странное покалывание. Сзади раздался шорох. Руслана поднялась. Девушка тихо протиснулась в соседнее кресло и без слов трясущимися руками попыталась застегнуть ремень.

Снова ей помог. Такая малость. И такая приятная мягкость ее рук. Кажется, стресс окончательно добивал меня. Потому что очень хотелось все бросить и кинуться к ней.

Но впереди была такая привычная и теперь по-новому захватывающая работа. Отключение датчика внесло перчинку в управление воздушным судном, и мне пришлось сильно напрячь память для того, чтобы восстановить алгоритм действий.

Все время, что я выруливал самолет в коридор, связывался по внезапно восстановленной связи с ошарашенными диспетчерами, Руся сидела рядом в странной задумчивости. Совершенно не похоже на нее.

Я бы сказал, что девушка планирует какой-то новый ход, раскладывает по местам эмоции и просчитывает наперед варианты развития событий. Правда, времени думать об этом совершенно не было.

Диспетчеры бесновались, нас на подлете наверняка будет ждать целый автобус с жаждущими подробностей. Переживать такое второй раз не было никакого желания. Как подумаю, что впереди разборки, так хотелось стонать.

Не один я был подобного мнения.

– А давай сбежим? Как только самолет приземлится. Ну пожалуйста? Я совершенно не готова снова проходить через все это.

– Ты же понимаешь, что нам может достаться? Не хочу, чтобы ты рисковала работой.

Она несмело улыбнулась:

– А сам-то?

– У меня, считай, в авиакомпании блат. Старая карга повозмущается, но быстро отпустит. Ей главное, чтобы я не развратничал.

Она мягко засмеялась. Этот звук колокольчиком зазвенел не только в ушах, но и внутри меня самого. После того как приземлимся, скажу ей как есть: готов рискнуть. Узнают – ну и к черту. Не думаю, что высокая квалификация не гарантирует мне работу.

Да и на России свет клином не сошелся.

Наконец начали снижение. В этот же момент истерика на земле по поводу нашего пропадания из радиоэфира закончилась. Резко и внезапно, словно и не начиналась.

Странно. Очень странно.

Самолет в этот раз сел довольно жестко. Дважды подпрыгнул и наконец-то оказался во власти земного притяжения. От напряжения даже за руки не держались.

Признаться, я еще не был в новом аэропорту Владивостока. Уточнил по связи, как нас будут забирать. Ответили, что мы вполне можем остаться на борту какое-то время. Точнее, настояли на этом.

Мы с Русланой были, мягко говоря, в шоке. Я уже хотел начать выливать на людей праведный гнев, как на мою руку опустилась теплая женская. Она одними губами прошептала:

– Соглашайся.

Что-то в ее глазах заворожило меня словно гипнозом. И я согласился на это ужасное, нарушающее все границы предложение. По связи передали, что у нас есть пара часов.

Беспредел.

Загнал самолет в указанное место и стал выбираться из кресла. Вопреки ожиданиям, желания срочно покинуть самолет не было. Напротив. Очень хотелось остаться, завалиться спать и чтобы нас никто не трогал.

Девушка нервно подскочила с соседнего сиденья, едва не сбив меня с ног. Она с волнением теребила косу, к успела заплести, пока я выруливал в нужном направлении.

Потом Руся и вовсе преградила мне путь.

– Ты куда?

Не удержался и прижал ее к себе. Запустил руки в заплетенные волосы и растрепал их. Теперь можно. Теперь ласточка на земле…

Мы целовались долго, томно, и пора бы уже было остановиться. Но это так сложно! Несмотря на то, что внутри все противилось этому решению, отстранился.

– Мне надо тебе кое-что сказать.

Она посмотрела на меня и прижала палец к губам.

– Тсс, у меня идея получше. Кажется, мне придется проспорить тебе в одном моменте уже второй раз.

– О чем ты?

Но она уже отстранилась и потянула меня за собой в салон самолета. С каждым шагом сердце стучало быстрее. Что она задумала, стало понятно далеко не сразу. А потом уже просто не смог остановиться.

Руслана немного отстранилась и прошла вперед. Изящным движением расстегнула боковую молнию на платье и сняла его с плеч. Оно темным облаком спустилось к ее ногам.

На автомате подал ей руку, она приняла ее и перешагнула, оставшись в простом комплекте белья телесного цвета. Что же ты творишь, зараза. Я же не железный. С придыханием попросил:

– Остановись. Я не хочу, чтобы ты потом о чем-то жалела.

Она посмотрела на меня очень внимательно, пока шла по направлению к пилону. Легко коснулась его и пару раз покрутилась вокруг оси, выгибаясь ему навстречу. Сглотнул.

– Я не хочу останавливаться и думаю, ты уже понял, что я никогда ни о чем не жалею.

Руслана продолжила движение. Внезапно понял, о чем она говорила, когда объясняла про то, что ни разу не танцевала стриптиз от души. Кажется, сейчас был именно тот случай.