Глава 9
Луна - солнце мертвых, днем оно сокрыто от глаз обычных людей.
Но не для шамана-оборотня. Кари видела ее всегда. Белый круг в небесах, рождающий в душе странную тоску. Магия, таившаяся в ночном светиле манила, вопрошала, обещала. Зов, который дано услышать только волку.
Но сейчас Луны не было видно, ее почти полностью закрывала корона, словно сотканная из языков бледно-зеленого пламени. Огромная, во все небо. Высоко и очень-очень далеко.
И небо плакало, истекая силой. Мерцающие зеленью искорки, несущие в себе частички нездешнего света, медленно спускались на землю. Одна коснулась губ Кари и растаяла, оставив после себя только привкус магии…
- Не спится, госпожа Маккуин, - голос Чарльза вырвал ее из благоговейного созерцания. Отчего-то Кари даже не удивилась, что он тоже не спит. Только порадовалась, что судьба привела сюда именно ее волка, а не какого-нибудь случайного офицера.
- Да… проснулась.
- Вы пропустили ужин.
- Очень устала с дороги, - она улыбнулась, набираясь смелости. - Чарльз… послушай… Может, лучше на “ты”? Как раньше?
Она напряглась, ожидая его ответа, как приговора.
- Конечно, Кари, - он согласился так легко, словно только и ждал этого робкого предложения. Ей даже показалось, что Чарльз обрадовался. - Я не был уверен, что ты этого хочешь, поэтому решил не напоминать тебе о прошлом.
Он стал совсем близко, заполняя пространство вокруг собой - своей надежностью, спокойствием, своим запахом. Кари показалось, что огненные бабочки в воздухе затанцевали быстрее.
- Если хочешь, я устрою тебе экскурсию по базе.
- Хочу, - горячо откликнулась она, мечтая продлить эти волшебные мгновения. Готовая пойти куда угодно, лишь бы с ним.
Оборотень взял ее под руку и повел сквозь танцующие стихийные порождения магии. Кари чувствовала, как они касаются ее лица, волос и снова недоумевала - как никто не замечает их присутствия? Не замечает, безумия в небесах, и частички чуждой силы, выпавшие на землю вместе со снегом.
- Это плац. Не очень большой - двадцать две тысячи квадратных футов. Здесь мы проводим учения, натаскиваем новичков. Площать выложена камнем с разметкой для построений…
Это было куда лучше, чем с Бриджит. Ассистентка щебетала обо всем на свете, часто отвлекаясь на совершенно неинтересные для Кари подробности, Чарльз именно рассказывал, стараясь скрупулезно воссоздать для нее облик окружающего пространства в мельчайших деталях.
А еще он поддерживал ее на скользких участках. Мимоходом снабжал свой рассказ забавными историями из жизни базы. Предупреждал обо всех неожиданностях.
- Осторожно, ступеньки. Мы спускаемся к солдатским казармам.
Волчица поскользнулась, ойкнула и вцепилась в его плечо, чтобы удержаться. Чарльз в ответ обнял ее. На мгновение они замерли.
Он вырос или ей это только кажется? В плечах точно стал шире. Ее жених и раньше не походил на задохлика, но нынешний Чарльз отличался от прежнего, как годовалый волчонок от матерого зверя.
- Аккуратней, - сказал оборотень, и Кари показалось, что в его голосе прозвучала не только забота, но и нежность. - Лучше держись за меня. Честное слово, я тебя не съем.
- Я и не думаю, что съешь, - прошептала Кари.
Руку с ее талии Чарльз так и не убрал, но это не вызвало ни малейших возражений в ее душе. Так хорошо было идти с ним в обнимку по спящей базе через падающий снег. И только танец зеленого огня отвлекал, маячил, назойливо притягивал взгляд. Кари пыталась забыть о странном явлении, но чем больше она старалась, тем чаще возвращалась к буйству магии над миром.
- Что происходит? - в конце-концов не выдержала волчица.
- Происходит?
- Небо… В нем есть что-то особенное?
- Да. Сейчас над нами северное сияние - Аврора Бореалис. Похоже на зеленый костер в небесах. Он бросает отсветы, и снег тоже кажется зеленым. Как будто другой мир - красиво и немного жутко.
- Я его вижу… - благоговейно пробормотала Кари. Она остановилась и запрокинула голову навстречу плачущему зеленью небу. - Я вижу то же, что и остальные!
Чарльз тоже остановился. Замер рядом - далекий и близкий, родной и чужой.
- А еще что-нибудь видишь? - напряженно спросил он. - Меня? Казармы?
- Нет… - волчица покачала головой. - Я вижу только энергию, Чарльз. Магию, чары. Это мой дар шамана. Тетка Ванда хотела, чтобы я осталась в племени и заняла ее место.
- Но ты не любишь, когда решают за тебя, и не терпишь принуждения, - откликнулся он. - Я помню.
Она чуть покраснела, вспомнив их последний разговор и все ужасные слова, которые она ему наговорила.
- Прости. Я не должна была… Ты совсем не такой.
- Да нет, тогда я был именно таким, - он усмехнулся. - Ты все правильно сказала. Но я изменился, - последние слова он выдохнул ей на ухо. Сладкая дрожь пробежала по телу, и внезапно несмотря на пронизывающий холод стало жарко.
- Изменился… - эхом откликнулась она.
Чарльз вдруг остановился, резко шагнул к ней, нависая, заслоняя назойливую зелень в небе своей полыхающей аурой.
- Кари… - он произнес ее имя с нежностью, словно лаская каждую букву, и волчица растерялась. - Послушай, Кари…
Стало жутковато. Ей показалось, что она тонет, теряет себя в захлестывающих разум противоречивых мыслях, желаниях, эмоциях. И когда Чарльз протянул к ней руку, девушка в смятении отступила.
Предательская ступенька за спиной стала сюрпризом. Кари пошатнулась, оступилась. Лодыжку пронзила боль - такая неожиданная и острая, что слезы брызнули из глаз. Если бы Чарльз не подхватил ее, она бы так и села в снег.
- Ты как? - с неподдельной тревогой спросил он. - Кари… девочка моя, ты плачешь?
- Нет, - девушка торопливо заморгала, чувствуя, как слезы застывают на ресницах льдинками. - Это само… Я в порядке. Обычно я не такая неуклюжая, извини.
- Да, только когда убегаешь от меня, - она снова вспыхнула от этой шпильки. Все верно, в прошлый раз она тоже упала и поранилась, когда пыталась убежать от Чарльза. - Идти сможешь?
Волчица попробовала ступить на пострадавшую ногу и заскулила от боли.
- Нет, прости.
- Прекращай просить прощения или я тебя покусаю, - обдумать эту угрозу она не успела, потому что Чарльз вдруг подхватил ее на руки - легко, совсем без усилий. И понес.
- Ты что делаешь? - немного растерянно спросила она.
- Доставляю тебя в твою комнату. Прогулки на сегодня закончены.
Первый глупый порыв возмутиться Кари подавила. Ей уже не пятнадцать, чтобы выставлять себя идиоткой, доказывая свою самостоятельность. Идти она все равно не сможет, а в его руках так уютно… Она приобняла своего волка и устроила голову у него на плече. Хорошо… даже пульсирующая боль отступила. Последний раз Кари носил еще отец, лет в пять. Когда она стала постарше, то заявила, что у нее нет зрения, а не ног, так что хватит таскать ее, словно младенца.
Дойл Маккуин всегда с уважением относился к попыткам дочери проявить самостоятельность, поэтому больше не брал ее на руки.
Надо же. Она и забыла, что это так приятно.
***
Чарльз внес ее в комнату и аккуратно опустил на кровать.
- Сейчас. Дай только разденусь и посмотрю, что с ногой.
- Хорошо, - согласилась она, расстегивая непослушные пуговицы на пальто.
Избавившись от верхней одежды Кари потянулась было к застежке сапога, но оборотень перехватил ее руку.
- Я сам, - тихо и хрипло сказал он.
Девушка сглотнула и кивнула, чувствуя, как по коже снова бежит странная дрожь. В животе запорхало что-то подозрительно напоминающее огненных бабочек, плясавших на плацу. И показалось, что в комнате жарко, просто невыносимо жарко.
Потому что Чарльз стоял перед ней на коленях. Потому что они были наедине, вдвоем в этой ночи, расцвеченной магическими вспышками. Одни в целом мире, затерянные в снегах под призрачно-зелеными небесами.
“Пожалуйста, не уходи! - захотелось закричать ему. - Не оставляй меня в сомнениях, не заставляй делать первый шаг! Скажи, сделай хоть что-то, чтобы я знала, что еще нужна тебе!”40393c
Его руки скользнули вверх по голенищу, коснулись теплого чулка, медленно расстегнули и стянули сначала один, потом другой сапожок.
- Здесь болит? - пальцы аккуратно обняли чуть припухшую лодыжку.
- Да, - севшим голосом подтвердила Кари.
Кожу чуть пощекотало от простейших диагностических чар.
- Ничего серьезного, легкий вывих. Сейчас вправлю. Потерпи, будет больно.
Хорошо, что он предупредил, иначе она бы не удержалась от крика.
- Ну тише, тише… Уже все, - от его рук растекалась успокаивающая прохлада, а вот дыхание опаляло кожу чуть ниже колена. От того, что Чарльз стоит перед ней в такой позе, от того, что юбка задрана неприлично высоко, а больше всего от своего неуместного, но настойчивого желания запустить пальцы в его волосы Кари снова начало потряхивать. - Сейчас добавлю немного чар для скорейшей регенерации, и через пять минут будешь, как новенькая.
- Не знала, что ты учился на целителя, - сказала она, лишь бы разбавить напряжение между ними ничего не значащими словами.
- Я владею только навыками первой помощи. Могу обезболить, подлечить немного. Все выпускники Норд-Джека это умеют, - отозвался он, рисуя на ее коже невидимые руны.
- Ясно, - выдавила Кари, и в комнате надолго повисло неловкое молчание.
Пульсирующая боль в лодыжке уже утихла, но Чарльз не торопился выпускать ее ногу. Он сжимал ее все так же бережно и нежно, чуть поглаживал, заставляя Кари ежится от непривычных и безумно приятных ощущений.
Когда его рука поползла вверх, Кари напряглась и вздрогнула. И тут же расслабилась, осознав, что оборотень всего лишь хотел одернуть ее юбку.
- Девочка моя… Не надо от меня шарахаться. Я тебя не обижу. Никогда, - с болью в голосе произнес Чарльз.
Если в первый раз ей показалось, что оборотень просто оговорился, то сейчас не было сомнений, “девочка моя” предназначалась именно ей.
- Я уверена, что не обидишь, - она порывисто подалась вперед, протянула руку и коснулась его щеки. Теплая, чуть колючая. - И я не боюсь. Точнее, боюсь, но не тебя. Я… - она запуталась и замолчала, тяжело дыша.
Никода раньше Кари не чувствовала себя такой беззащитной, уязвимой. Никогда раньше ей не была так сильно нужна близость, и никогда она так не страшилась шагнуть навстречу этой близости.
Она привыкла быть самостоятельной, выдержанной, хладнокровной. Планировать свою жизнь, разумно выстраивать границы с окружающими, решать проблемы по мере поступления.
Все эти навыки, наборы умелых приемов по обращению с реальностью рядом с Чарльзом казались ничем. Пылью, ветошью, то ли костылями, то ли кандалами.
Она слишком нуждалась в нем. И слишком боялась этой своей потребности. До слез. До желания сбежать, уехать, скрыться.
Оборотень медленно накрыл ее пальцы своей рукой. Поднес к губам и поцеловал в центр ладони.
- Я люблю тебя, - просто и абсолютно естественно сказал он. Словно признавал бесспорный, очевидный всем вокруг факт. - Я всегда тебя любил, Кари. Чего бы ты ни надумала - пожалуйста, не бойся. Я - весь твой.
Кари часто приходилось жалеть, что она не способна видеть, как обычные люди. Но никогда это сожаление не было таким болезненно-острым, ранящим. Кажется, в этот миг она бы отдала что угодно, чтобы взглянуть на своего жениха.
Глаза вдруг защипало, а потом по щекам потекли горячие капли. Страх, сомнения, неуверенность, ставшие ее спутниками за эти два года выходили вместе со слезами.
- Я тебя расстроил? Прости, - он горько усмехнулся. - Думал, что все будет иначе. Я планировал ухаживать за тобой, как полагается. Цветы, дорогие подар…
- Не надо! - оборвала его Кари, наклоняясь вперед. - Ничего не надо! Просто поцелуй меня, Чарльз!