ГЛАВА 17

Миссэ спустился с колесницы и помог слезть Дариласе. Его тут же оттеснил Дэшгар, встав у девушки за спиной. Миссэ и Доаш недовольно посмотрели на него. У них уже все бока были в синяках от его толканий.

Вся эта компания бодренько двинулась на торговую площадь, оставив лошадей с колесницами у коновязи. Площадь встретила их радостным шумом и гамом. Утренняя свежесть еще не успела до конца уступить место дневному жару, поэтому народа было довольно много. Дариласа осмотрелась, повеселела и потопала к ближайшему прилавку, на котором лежали рулоны переливающейся на солнце ткани. Наги покорно последовали за ней.

Вообще-то Дариласа не очень любила ходить по торговым площадям. Ее раздражали зазывные крики, толчея, и она не любила покупать что-то только ради того, чтобы потратить монеты. Но сегодня было все по – другому. Ей хотелось найти что-нибудь красивое, диковинное, яркое… Ей хотелось окунуться в этот шум.

Она ходила по площади довольно долго. Успела побывать в конных рядах, посмотреть на флегматичных верблюдов и вспомнить, что уже давно не навещала своего собственного верблюда. Потом она завернула к прилавкам, торгующими сладостями. Взяла себе и Дэшгару яблок в меду. Миссэ и Доаш отказались.

Как-то незаметно для себя девушка завернула в ряды ювелиров. Завернула и замерла в нерешительности. Что тут делать, она не знала. Она ничего не понимала ни в камнях, ни в драгоценных металлах. Но потом девушка все же медленно пошла дальше. Глядя на россыпи драгоценных камней, Дариласа невольно открывала рот. Появилось желание приобрести что-то блестящее и красивое. Она укорила себя за это, но ее как магнитом потянуло к одному из прилавков, на котором ярко сверкали самые разнообразные браслеты.

– Госпоже что-то приглянулось? – высокий и полный торговец с пышными усами тут же оказался рядом с ней.

Дариласа взглянула на него со смущением. Она просто посмотреть подошла. Но мужчина тут же взял ее в оборот.

– Вы можете примерить все, что вам приглянется, – он широко махнул рукой на прилавок. – У меня богатейший выбор. Здесь и тончайшие кружевные работы мастеров с запада Давридании, и хитро переплетенные творения ювелиров Ризварии, и настоящие произведения искусства из самого Дардана…

Дариласа ощутила неловкость. Она не планировала ничего покупать. Но торговец поманил из глубин своего шатра женщину, помощницу, и девушка смирилась, решив, что стоит начать самой покупать себе драгоценности. Хотя никакого желания не было.

Смуглая темноволосая женщина разместила на прилавке подушку и знаком предложила Дариласе положить на нее руку. Помощница купца сутулилась, робко сжимала плечи и даже не поднимала глаза. Под разглагольствования своего хозяина она начала прикладывать к запястью Дариласы разные браслеты. Если она замечала на лице девушки тень интереса, то застегивала украшение и давала Дариласе время посмотреть и оценить, как оно смотрится на руке.

Когда женщина достала серебряный браслет, состоящий из тонких звеньев с запутавшимися в них прозрачными камнями, Дариласа поморщилась. Он почему-то не понравился ей сразу. Запястье неприятно ожгло холодом, когда женщина приложила его к коже. Но, несмотря на мелькнувшую тень недовольства на лице Дариласы, она все равно застегнула его. Девушке стало почему-то еще неприятнее. Внутри обеспокоенно заворочалась кошка. И Дариласа вдруг поняла, что ей знакомо это чувство. Она резко подняла голову и столкнулась с совершенно черными глазами женщины. В этих глазах мелькнуло злорадство, а затем за ее спиной рассыпались серебряные искры. Женщина схватила Дариласу за руку, увлекая ее за собой. В последний момент девушка услышала рык Доаша и почувствовала, что ее талию обхватывают большие ладони…

Доаш сшиб торговца на землю одним ударом хвоста и бросился к месту, на котором совсем недавно стояли госпожа и Дэшгар. Они просто исчезли вместе с женщиной в россыпи серебряных искр. Миссэ рядом лихорадочно принюхивался к воздуху.

– Они за городом, – определил он. – Где-то совсем недалеко.

Доаш оставил торговца подоспевшим стражникам и метнулся в сторону коновязи.

– Сообщите наагашейду, – велел Миссэ стражникам и бросился за братом.

Только они покинули площадь, как на ней появились наагашейд в сопровождении Роаша, Делилониса и Вааша. Они заехали прямо на колесницах. Вид у всех четверых был очень нервным. Они следовали на площадь по запаху, но он неожиданно переместился за пределы города. Один из стражников бросился к повелителю.

– Господин, я не знаю, что точно произошло, но госпожа Тейсдариласа только что просто исчезла, растворилась в воздухе, – сообщил он. – Вместе с ней исчез и один из ее охранников. Другие куда-то поспешили и велели доложить вам о произошедшем.

Дейширолеш побелел как полотно. На мгновение взгляд его остекленел. Рядом пошатнулся в колеснице Роаш. Казалось, что он сейчас потеряет сознание. Вааш сочно выругался и подстегнул лошадь, намереваясь покинуть город и направиться на поиски. В этот момент опомнился Дейш и тоже хлестнул лошадей. Их колесницы столкнулись и сцепились колесами. Наги одновременно разозлено зашипели друг на друга, но все же разъехались и стремительно покинули площадь, загромыхав по мостовой колесами.

Дариласа моргнула, зашипела и отскочила назад. Но отступить ей не позволило какое-то препятствие. Она резко посмотрела через плечо и увидела мрачного Дэшгара. Облегчение затопило ее: она не одна. Внутри бесилась кошка, осознающая, что она не может вырваться. Дариласа рванула браслет на руке, но тот не поддался, и девушка вскинула голову, осматриваясь.

Они были в каком-то полуразрушенном здании, судя по всему, на одном из верхних этажей. Крыши здесь не было вообще, повсюду валялись камни, выпавшие из разрушающихся стен. Сбоку что-то блеснуло, и Дэшгар с Дариласой обернулись. На стене появилась женщина, помощница торговца. За ее спиной Дариласа успела увидеть закутанную в плащ фигуру, но эта фигура исчезла практически сразу.

– Здравствуй, малышка, – женщина весело улыбнулась Дариласе и присела на корточки, смотря на нее сверху. – Надо же, сколько проблем от такой мелочи…

Дариласа прищурилась. На фоне Дэшгара не только она мелкой покажется.

– Господин велел не тянуть с тобой. Нам и так пришлось приложить немало усилий, чтобы выманить тебя.

Женщина выпрямилась под напряженными взглядами Дэшгара и Дариласы.

– Приступайте, – отдала она кому-то приказ.

Раздался рык. За ним еще один. В одном из проемов, когда-то бывшим дверью, показался зверь, очень похожий на волка, но странной расцветки – мутно-желтой.

– Песчаные волки, – пророкотал Дэшгар.

Следом за волком показалась женщина. Она держала в руке копье и была так же, как и первая женщина, смугла, черноволоса и черноглаза. За ней показалась еще одна женщина и еще одна… В оконные проемы полезли звери…

Дариласа сделала шаг вперед, отстраняясь от Дэшгара, и, крутанув ладонь в воздухе, призвала свою алебарду. Наг с лязгом достал из ножен меч. Женщина на стене с досадой поморщилась. В их планах нага не было.

Первого песчаного волка, который прыгнул на нее, Дариласа убила одним ударом. Она стремительно сделала два шага вперед, пригнулась и, оказавшись под еще летящим в воздухе зверем, полоснула его по брюху. И тут же отскочила назад. Вовремя: на стене появилась лучница. Дэшгар успел прикрыть Дариласу хвостом, и стрела отскочила от его чешуи. Сама лучница с хрипом упала со стены, пытаясь вытащить торчащий из горла кинжал. Дэшгар тряхнул головой, усмиряя взметнувшуюся после убийства женщины панику. Это не женщины.

Мощным ударом хвоста он вмял сразу одного зверя и двух женщин в стену. Каменная кладка местами обрушилась, вниз посыпались обломки. Дариласа же поднырнула под взметнувшимся хвостом Дэшгара и бросилась к женщинам, что упали на пол, спасаясь от удара нага. Одной она вонзила лезвие прямо в грудь. А потом Дариласе пришлось отступить: на нее бросились сразу трое. Девушка быстро осмотрелась, пытаясь понять сколько врагов. Выходило, что не менее двух десятков.

Ударом древка в грудь Дариласа отбросила подкравшуюся со спины женщину, резко повернула оружие в ладони и полоснула лезвием по горлу другой. Дэшгар позади разбирался с волками, которых было не так уж и много. Разворот, неударный удар, отступление… Женщины потянулись за ней, и Дэшгар тут же сгреб троих хвостом и сжал до хруста. Раздались короткие крики, а Дариласа уже скрестила свою алебарду с копьем другой противницы.

Эти женщины не были воинами. Дариласа отметила это сразу. Видимо, они не рассчитывали на присутствие Дэшгара и хотели взять ее числом. Но от этого «числа» оставались крохи. Наг за один удар убивал сразу нескольких. Дариласа же крутилась и вертелась, путала и подманивала противниц поближе к опасному нагу. Последнего зверя наг перебросил через стену уже мертвым. Женщин оставалось всего две. У одной из них Дариласа ударом древка выбила из рук меч, а затем, провернув оружие в ладони, снесла женщине голову. Последнюю Дэшгар просто вышвырнул хвостом в оконный проем.

Наг и девушка напряженно осмотрелись и прислушались, пытаясь понять, есть ли еще кто живой. Нюх перебивал яркий запах крови. Дариласа сжала пальцы на древке, пытаясь унять боевой азарт. Дэшгар был более спокоен. Он помнил, что должна была быть еще одна женщина. Та, из-за которой они сюда попали.

Она показалась за их спиной на стене с искаженным от ярости лицом. Ее не сильно волновала смерть ее сестер, но пугала вероятность возвращения к господину с неудачей. Ее ладонь сжалась на рукояти длинного меча. Она прищурилась, перехватила оружие поудобнее и метнула его, как копье.

Дариласа резко развернулась, услышав короткий свист, и увидела летящее в нее оружие. Дэшгар стремительно метнулся к ней…

Не успела злорадная улыбка возникнуть на губах черноволосой женщины, как глаза ее расширились, а из горла вырвался хрип. Она медленно повернулась и упала со стены. В ее спине между лопаток тускло блеснула рукоятка кинжала.

В дверной проем влетел Дейширолеш. Хвост его яростно метался, разрушая и без того хлипкие стены. Он нервно осмотрелся, пробегая глазами по телам убитых женщин и зверей, и замер, уткнувшись в мощную спину лежащего на боку Дэшгара. Из его спины торчала рукоять меча. Внизу послышались крики Миссэ и Доаша, которых Дейш обогнал. Им вторил громогласный голос Вааша. А Дейширолеш медленно пополз вперед, страшась увидеть то, что скрывал от него Дэшгар.

Она лежала в объятиях нага на боку, закрытая его руками и хвостом. Так уютно устроилась… Дейш покачнулся. Глаза ее были закрыты, с правого уголка губ ручейком сбегает кровь. А в груди блестит острие меча… В глазах стало темно. Дейш очнулся уже лежащим на полу. Прямо напротив было бледное лицо Тейс, а на кончике лезвия набухала капля крови.

– Вааш… – Дейш задыхался и не мог нормально говорить. – Вааш…

Почему он звал его, Дейш не задумывался. Все мысли исчезли. Навалились безысходность и отчаяние. Его Тейс… Тейс…

Вааш услышал его. Напуганный странным голосом повелителя, он взлетел наверх и замер, смотря на широкую спину поверженного Дэшгара и на лежащего рядом наагашейда. Сердце сжалось от ужаса, и Вааш медленно приблизился.

– О, боги, – вырвалось у него.

– Вааш… – опять позвал Дейширолеш.

– Я здесь, господин.

Вааш опустился рядом с Дэшгаром и осторожно прикоснулся к шее Дариласы. Пальцы ощутили пульсацию крови. Вспыхнула надежда. Он лихорадочно ощупал Дэшгара и расстроено зашипел: наг был мертв. Меч прошел прямо через его сердце. У Дариласы же кончик вышел значительно левее, через легкое.

– Она жива, – сказал Вааш Дейширолешу, в принципе, не надеясь, что его услышат.

Дейширолеш плавал в океане ужаса и отчаяния. Он ничего не осознавал, ничего не понимал. Перед ним умирала или уже была мертва Тейс.

– Вааш, – показался Делилонис. – Боги, Дейш. Что такое?

Он стремительно подполз и резко отшатнулся, увидев Дариласу. Лицо его побелело.

– Дел, держи себя в руках, – рыкнул Вааш. – Ты мне нужен сейчас.

– Да… – бесцветно отозвался Делилонис и осел на пол.

– Дариласа, – Роаш появился в дверном проеме.

Вааш с ужасом посмотрел на него. Этот ужас сказал Роашу о многом. Он пошатнулся и медленно двинулся вперед.

– Роаш, тебе не нужно на это смотреть, – умоляющим голосом произнес Вааш. – Пожалуйста, спустись вниз и подожди там.

– Что с ней? – чуть слышно спросил Роаш.

– Роаш…

– Что с ней?, – заорал наг.

– Она жива…пока… – рискнул сказать Вааш.

Роаш замер. На одно мгновение. Потом черты его лица исказились, в глазах мелькнуло безумие. Он подался вперед.

– Роаш, стой, – Вааш приподнялся. – Возьми себя в руки. Нам нужно торопиться, не время для безумств.

– Я должен видеть, – зарычал Роаш.

За его спиной показались Миссэ и Доаш.

– Держите его, – велел Вааш.

Наги послушно схватили наагариша. Тот, рыча и скалясь, пытался вырваться. Он так яростно мотал хвостом, что они все трое упали на пол.

– Утихомирьте его, – приказал Вааш.

Клубок из трех тел распался, и Доаш с виноватым лицом убрал кинжал, рукояткой которого приголубил Роаша по темечку, обратно в ножны.

– Убрать его, живо, – велел Вааш. – И распорядитесь там, чтобы немедленно готовили носилки. Очень большие носилки. Давайте, живее-живее.

Миссэ метнулся вниз, а Доаш подхватил Роаша подмышки и поволок прочь.

– Дел, – Вааш обернулся к невменяемому Делилонису и хорошенько встряхнул за плечи.

Наагариш растеряно посмотрел на него.

– Смотри за повелителем, понял? – сказал ему Вааш.

Дел неуверенно кивнул. А Вааш мягко перехватил ладонь наагашейда, которой он тянулся к лицу Тейс.

– Не сейчас, господин, – наг ласково погладил его по пальцам. – Потерпите немного, а потом можете гладить ее, сколько хотите.

Дейш безвольно замер, продолжая смотреть на лицо Дариласы, почти не моргая.

Стражники, что последовали вместе с ними, быстро соорудили большие носилки. Дверной проход разломали, расширяя его, лестницу быстро обмели хвостами, очищая ее от мусора и камней. Вааш, Миссэ и Доаш начали перекладывать Дариласу вместе с Дэшгаром на носилки. Приходилось быть очень осторожными, чтобы не сместить меч в ране. Вытаскивать его сейчас смертельно для девушки. Кровь моментально хлынет в утробу, разорванное легкое долго не продержится. В этом случае она рискует умереть от слишком большой кровопотери. Совсем без проблем погрузить не удалось. Меч один раз шевельнулся, и струйка крови, вытекающая изо рта, стала более обильной.

Делилонису к этому времени удалось поднять безвольного Дейширолеша. Наагашейд всем телом наваливался на друга, не в силах держаться на хвосте самостоятельно. Когда с погрузкой Дариласы и Дэшгара было покончено, Вааш распорядился оставить троих нагов на месте происшествия. Сам же он взялся за ручки носилок спереди, Миссэ и Доаш приготовились поднимать их сзади. Медленно и осторожно они подняли эту ношу и двинулись на выход.

Осознав, что Тейс уносят от него, Дейш пришел в себя и сам пополз за ними, как привязанный. И прополз по браслету, что спал с руки Дариласы. Чешуя перетерла тонкие звенья о камень, и от браслета остались только ошметки. Наги медленно миновали лестницу и выползли наружу. Вааш коротко распорядился, чтобы бессознательного Роаша отвезли на колеснице во дворец и заперли в одной из темниц. И быстро пополз в сторону города. Носилки не поместятся ни на одну из колесниц, поэтому придется нести так. Слава богам, что этот заброшенный дом находится не так далеко.

Город встретил их распахнутыми воротами и пустыми улицами. Они быстро доползли до дворцовых ворот, миновали их и устремились к самому дворцу. Во дворе их уже встречал Эош. Лекарь метнулся к ним, едва увидев. Носилки поставили на землю, а наагалей опустился рядом, нащупывая пульс у девушки. Удовлетворенно кивнув, он внимательно осмотрел место выхода острия меча наружу. На всякий случай еще раз проверил пульс у Дэшгара, нахмурился.

– Нужно убрать его хвост, – лекарь указал на конечность, которая буквально обвила Дариласу. – Он мешает мне расцепить их.

Вааш наклонился и сам аккуратно убрал хвост. Эош в это время придерживал девушку на месте. Ему сейчас предстояло быстро вытащить меч. И очень осторожно. Лезвие прошло совсем рядом с сердцем. Одно неосторожное движение, и оно будет задето. Эош поднялся, ополз Дэшгара и оказался у него за спиной. Положив ладонь на рукоять, он еще раз посмотрел на грудь девушки, а именно – на торчащий из нее кончик лезвия. И резко вытащил меч.

Дариласа распахнула глаза, захрипела и выгнулась дугой. А потом опять завалилась на бок. Глаза Дейширолеша расширились от ужаса. Его как молнией прошибло. Тейс больно… Ей сделали больно… Слабость прошла, накатила волна бешенства, и он, оскалившись, бросился к ней.

– Не смейте трогать ее, – дико зарычал он. – Не смейте.

Он схватил ее на руки и прижал к себе, не осознавая, что делает только хуже. Запах ее крови привел его в еще большее бешенство.

– Господин, – в ужасе закричал Вааш. – Положите ее на место. Придите в себя.

– Дейш… – слабо позвал друга Делилонис.

Но тот отползал, затравленно смотрел на них и крепко прижимал девушку к груди.

– Вы убьете ее, – орал Эош. – Положите немедленно. Боги, успокойте его кто-нибудь.

Вааш попытался приблизиться, но наагашейд так жутко скалился и нервно отмахивался хвостом, что ему пришлось отступить.

– Уберите его, – требовал Эош, который понимал, что жизнь девушки стремительно утекает. – Живее.

Позади Дейширолеша что-то стремительно мелькнуло, и он, застонав, закатил глаза. Эош метнулся вперед и выхватил девушку из его ослабевших рук. А Ссадаши подхватил самого повелителя, которого он же и вырубил ударом по голове. Лицо у парня было испуганное и растерянное. Он не понимал, что происходит.

Эош уже стремительно уползал во дворец. Делилонис, пошатываясь, полз за ним. Вааш посмотрел на бессознательного наагашейда и распорядился.

– Тащи его в темницу.

Но потом поморщился. Повелителя и в темницу… Нет, нельзя. Тем более он теперь нескоро в себя придет. Вааш по себе знал.

– Нет, тащи в лекарское крыло, – изменил он решение. – Запрем в одной из комнат.

– Вы уверены? – засомневался Ссадаши.

Вааш кивнул.

– Рядом с ней ему будет спокойнее, и он быстрее придет в себя.

Они заволокли повелителя внутрь, протащили его в лекарское крыло и заперли в самой дальней по коридору комнате. После этого Вааш велел Ссадаши забаррикадировать дверь мебелью, и парень уполз за материалом для баррикады в ближайшую комнату. А сам Вааш направился ближе к выходу из лекарского крыла и замер рядом с Делилонисом перед закрытой дверью.

Делилонис смотрел на дверь пустым взглядом, руки его безвольно висели вдоль тела.

– Вааш, – тихо позвал он. – Она выживет?

Вааш нахмурил брови. Он не мог ответить на этот вопрос, но ответил:

– Конечно.

В голосе его звучала уверенность, которой он сам не ощущал.

– Ты врешь, – безэмоционально обвинил его Делилонис.

– Она выживет, – почти прорычал Вааш. – Мы успели, Эош вытащит ее. У нее всего-то повреждено легкое… – он запнулся, – …и, может быть, что-то еще.

Делилонис запустил пальцы в волосы и тихо застонал.

– Я больше не могу… Я с ума схожу…

Вааш развернул его, крепко схватил за плечи и прижался лбом к его лбу.

– Держись. Нам нужно с тобой держаться.

– Я не могу… – простонал Делилонис.

– Нужно, – с напором зарычал Вааш.

– Почему мне всегда нужно? – вяло спросил Дел. – Почему я всегда должен держаться?

– Не всегда, Дел, не всегда. Но сейчас нужно. Повелителю сейчас нужна твоя помощь. Нам всем нужна твоя помощь, пока наагашейд не придет в себя. А я помогу.

Делилонис опять застонал и уткнулся лбом ему в плечо.

– Мне очень тяжело, Вааш. Хотел бы я переносить это так же легко, как и ты.

– Я уже один раз пережил это, – Вааш похлопал его по спине. – Главное – пережить, Дел. А дальше будет легче.

– Пережить… – тоскливо повторил Делилонис.

Вааш прислушался. Из-за мебельных завалов и из-за двери доносилось разъяренное шипение. Наагашейд пришел в себя. Наагалей обернулся и посмотрел в противоположный конец коридора, где в одной из комнат спала Дариласа. Эош справился просто превосходно, и теперь ее жизни ничто не угрожало. Чего не скажешь об их жизнях. Вааш опять покосился на баррикаду, из-за которой доносилось шипение и рычание.

Знаками он показал двум нагам, что были с ним, осторожно разобрать баррикаду, оставив только вон тот громоздкий шкаф. Повелитель, если захочет выбраться, сдвинет шкаф вместе с дверью. А у них будет дополнительное время, чтобы спрятаться. В таком состоянии наагашейд действительно может убить. Разобрав завалы, наги во главе с Ваашем стремительно покинули лекарское крыло.

Несколько минут ничего не происходило. Из комнаты, где заперли наагашейда, доносился жуткий грохот, треск и рычание. Наконец, от удара дрогнули дверь и закрывающий ее шкаф. От второго удара с ужасающим грохотом упал на пол шкаф, а от третьего вылетела сама дверь. В дверном проеме показался повелитель. Вид у него был жуткий. Одежда порвана, волосы всклочены, зубы оскалены, а глаза яростно блестят. Ни одного признака разумности на лице.

Дейш замер и принюхался, словно выискивая добычу. После этого он пополз на выход. А во дворце на первом ярусе уже никого не было. Только безумный повелитель, раненная Тейс… и Делилонис.

Проползая мимо открытой двери, Дейширолеш замер, а затем полностью развернулся в ее сторону и пополз в комнату. Его глаза с узким вертикальным зрачком, не отрываясь, смотрели на Тейс, накрытую до подбородка одеялом. Рядом у окна расположился Делилонис. Он напряженно наблюдал, как Дейш медленно заползает в комнату.

– Привет, Дейш, – Делилонис решил прощупать почву.

Дейширолеш вскинул голову и негодующе зашипел. Дел поднял руки вверх и умиротворяюще произнес:

– Тихо-тихо, ты разбудишь ее и напугаешь.

Дейш продолжал взбешенно смотреть на него.

– Она испугается и расстроится. Ей будет плохо, – продолжил Делилонис.

Что-то дрогнуло на лице Дейша, и в его глазах появился ужас. Он нерешительно замер.

– Ты можешь подползти ближе, только не трогай ее, – сказал ему Делилонис.

Ему показалось, что Дейш понимает его.

Дейширолеш приблизился и склонился над девушкой, опираясь руками на постель и тщательно обнюхивая ее. Запах ему не понравился. Он поморщился.

– Да, пахнет болезнью, – согласился с ним Дел. – Но она уже не умирает.

Дейш удивленно моргнул, выражение лица стало озадаченным. А потом он просветлел и опустился рядом с ложем на пол. Подбородок он положил на постель и теперь, почти не моргая, смотрел на спящую Тейс.

Делилонис украдкой перевел дух. Слава Богам, что все произошло именно так, как и сказал Вааш. Пусть лучше сидит здесь, чем ползает по дворцу и убивает всех. Тугой узел отчаяния и страха почти распустился. Дариласу спасли, друг вроде бы успокоился. Осталось дождаться, пока он придет в себя. Вааш сказал, что теперь главное – как можно меньше раздражать его, и велел убрать с глаз долой всех, кто злил его в последнее время. Себя он убрал сам. Эоша Делилонису пришлось выпроваживать насильно. Вряд ли Дейш забудет, кто именно недавно причинил боль Дариласе. А Роаша обещал успокоить Вааш.

Дейширолеш, почти не двигаясь, просидел около сорока минут. Только изредка шипел и рычал на Делилониса, если тот шевелился. И смотрел на девушку, почти не моргая. Делилонис не рисковал оставлять его одного в таком состоянии. Тем более скоро должен был приползти один из учеников Эоша, которому лекарь поручил смотреть за состоянием девушки.

– Ей плохо? – раздался хриплый голос Дейша.

Делилонис обрадованно посмотрел на него. Неужели начинает приходить в себя?

– Думаю, пока ей хорошо, – осторожно ответил Дел. – А вот когда проснется, наверное, почувствует себя хуже.

Дейш нахмурился и тоскливо вздохнул.

– Где Эош? – задал он следующий вопрос.

Дел слегка напрягся.

– Мы его спрятали, – признался он. – Он недавно тебя немного разозлил…

Лицо Дейша исказилось от бешенства, и Делилонис умолк. Но Дейширолеш не стал допытываться о местоположении лекаря. Хорошо, что они догадались упрятать Эоша туда, куда влюбленный повелитель теперь точно не сунется – в бордель.

В комнату робко заглянул молодой наг, ученик Эоша. Разумность тут же покинула Дейша, и он угрожающе зарычал. Парень испуганно посмотрел на него.

– Дейш, спокойнее, спокойнее, – уговаривал его Делилонис. – Это лекарь. Ему нужно осмотреть Дариласу.

Рычание стало еще более угрожающим.

– А вдруг Дариласе стало хуже? – продолжал уговаривать его Дел. – Пусть лекарь посмотрит.

Рычание стало тише. Парень неуверенно заполз внутрь. Дел взглядом велел ему поторопиться. Парень приблизился к ложу и склонился над девушкой. Рычание стало более угрожающим. Он испуганно посмотрел на повелителя.

– Работай, – тихо велел Дел, – и не показывай свой страх. Он сейчас как зверь: чует, что ты боишься, и рычит еще сильнее.

Сам Делилонис весь напрягся, готовый броситься на друга, есть тот все же накинется на мальчишку. Парень быстро осмотрел девушку, вздрогнул, когда наагашейд нетерпеливо хлопнул хвостом по полу, и наконец закончил.

– В целом, все пока нормально, – сказал он.

– Хорошо, – Дел кивнул.

А парень спиной пополз на выход. Прикрыв за собой дверь, он заторопился прочь от лекарского крыла.

Делилонис перевел взгляд на Дейша. Тот опять смотрел на девушку.

– Пить хочешь? – спросил он.

Дейширолеш тихо зарычал.

– Если что, вода тут.

Рычание стало чуть громче.

Чанвашар положил тело женщины лицом вниз на алтарь и выдернул из ее спины кинжал. Посмотрел на лезвие и бросил оружие на пол. Дейш, сукин сын. Это его рук дело. Его лучшая жрица мертва. Самая способная, самая понимающая, прожившая рядом с ним столько веков… Его бы не так сильно расстроила ее смерть, если бы был достигнут желаемый результат. Но девчонка выжила. С трудом, можно сказать, чудом, но выжила. И это после стольких усилий, которые он вложил, чтобы выманить ее на площадь.

Две недели он посылал ей ментальные внушения, что ей нужно посетить торговую площадь. Но ничего не получалось. Эта проклятая девчонка имела дурную привычку осмысливать каждое свое желание и мысль. И если она не видела веских причин и оснований для осуществления желаемого, она просто отвергала это. Он мучился с ней столько времени, и наконец ему удалось выманить ее в тот момент, когда она была в эйфории от ночи, проведенной с этим мальчишкой.

Чанвашар специально решил переместить девчонку в этот заброшенный дом у города. Он не хотел, чтобы происшествие связывали с ним. Ну, похитили любовницу наагашейда, ну, убили… Мало ли недругов? А если ее тело найдут слишком далеко от города, то возникнет неудобный для него вопрос: как девушка могла оказаться так далеко за такое короткое время? Кто способен на подобное?

Все почти увенчалось успехом. Гхана смогла надеть на девушку браслет, запирающий зверя. Девчонка потеряла свое самое главное оружие. Но с ней уцепился этот наг. Чанвашар зарычал от злости. В его памяти всплыло воспоминание о злых карих глазах. Давно он не испытывал такой лютой ненависти. Как жаль, что он не может позволить себе убить эту девчонку своими руками.

Виаша медленно спускалась по лестнице. Некоторое время назад во дворце царил ужасный шум. Есаш и отец уползли проверить, что там такое, и до сих пор не вернулись. Девушка уже начала переживать и в итоге не смогла оставаться в комнате и томиться от неизвестности.

Спустившись до второго яруса, она остановилась, услышав голос отца.

– Аккуратнее, – шипел ее папа. – Разворачиваемся.

Виаша свернула с лестницы в коридор и замерла. Лицо ее побелело от ужаса. Четверо нагов, среди которых были ее отец и Есаш, заносили в комнату на носилках очень большого нага с серым хвостом. Ее ужаснуло пятно крови на груди этого нага. Да и глядя на него, она каким-то внутренним чутьем понимала: он мертв.

– Виаша? – отец обратил на нее внимание.

На его лице мелькнуло беспокойство.

– Ч-что это? – заикаясь, спросила девушка.

В ее голове почему-то мелькнули совершенно кощунственные мысли, что ее отец и Есаш совершили преступление, а теперь пытаются скрыть труп.

– Виаша, ползи в комнату, – мягко попросил отец. – И, пожалуйста, не покидай ее.

Его пугала мысль, что дочь может столкнуться с безумным наагашейдом.

Но девушка продолжала стоять на месте.

– На госпожу Тейсдариласу напали, – мрачно начал объяснять Есаш. – Этот наг погиб, защищая ее. И ползи в комнату. Наагашейд сейчас немного не в себе. Будет не очень хорошо, если ты с ним столкнешься.

Волна облегчения накатила на девушку, и она расслабилась. Но всего через несколько секунд ее глаза испуганно распахнулись, она сдавленно охнула и схватилась за живот.

– Больно… – простонала она.

Ее отец побелел от ужаса, а Есаш выругался. Прежде, чем Пиш успел сообразить, что делать, Есаш распорядился:

– Заносите его, а я позабочусь о ней, – и, отпустив носилки, поспешил к девушке.

Виаша клещом вцепилась в протянутую ладонь.

– Есаш… Есаш… – на ее глазах блеснули слезы. – Мне страшно…

– Мне тоже страшно, – нахмурился парень, осторожно обнимая ее за талию. – Давай, аккуратно, до комнаты. А там придет лекарь и скажет нам, что делать.

Девушка закусила губу и поползла вперед, обнимая одной рукой болезненно каменеющий живот.

Соош стремительно полз в сторону дворца, когда ему навстречу выполз Вааш и еще двое нагов.

– Куда? – строго спросил Вааш.

Соош посмотрел на него несчастными глазами. Его не было во дворце, когда привезли госпожу, и теперь он томился от страха и отчаяния, что больше никогда ее не увидит. Он корил себя, что так и не смог ничего сделать, чтобы добиться ее. С ним ей было бы безопаснее, чем с повелителем. Он увез бы ее отсюда и нежно берег от всех невзгод.

Вааш правильно понял его взгляд и, вздохнув, с сочувствием похлопал его по плечу.

– Ее спасли, сейчас она отдыхает.

Соош предпринял попытку оползти его, но Вааш преградил ему путь хвостом.

– Повелитель сейчас не в себе. Он тебя просто порвет.

Но парень упрямо попытался пробиться к двери. Ваашу пришлось схватить его за шиворот, и Соош посмотрел на него почти с ненавистью.

– Не нарывайся, – устало посоветовал Вааш. – Не хватало еще твоей смерти.

Плечи юного нага поникли, и он закрыл лицо ладонями. Вааш с жалостью посмотрел на него. Все же как неудачно этот мальчик влюбился.

Пиш и Есаш обеспокоенно мялись у дверей покоев, где кричала и стонала Виаша. Иногда доносились команды лекаря, одного из учеников Эоша. За самим наагалейем посылать не стали: он все равно не успел бы вернуться к началу родов.

– Месяц… – отец Виаши нервно сгибал и разгибал пальцы. – Ребенок должен был родиться только через месяц…

– Ну, похоже, он решил иначе, – Есаш натянуто улыбнулся. – Все будет хорошо…

Непонятно, кого он хотел успокоить этой фразой: себя или Пиша.

– Он такой активный… был… в животе… С ним наверняка все хорошо… – Есаш произнес это, а потом застонал и, запустив пальцы в волосы, осел на пол.

И тут же вздрогнул. Раздался тихий, больше похожий на кошачье мяуканье плач. Пиш побледнел и пошатнулся. Есаш, придерживаясь за стену, поднялся.

– Родился… – губы онемели и почти не шевелились.

В это время сама Виаша, обессилено закрыв глаза, лежала на постели и сквозь дикую усталость и боль ощущала, как ее обтирают, осторожно перекладывают и что-то говорят. Ей было все равно. Мучавшая ее боль отступила, навалилось облегчение, и хотелось спать и спать.

Стоящий у ложа лекарь с восторгом смотрел на младенца в своих руках. Его помощники суетились, приводя роженицу в порядок. А он никак не мог прийти в себя. Он впервые сам, один, принимал роды. И вот теперь он смотрел на этого ребенка и не мог поверить, что ему так повезло в его самый первый раз.

– Госпожа, – он тихо обратился к Виаше.

Та открыла глаза и посмотрела на него мутным взглядом.

– Вы не хотите подержать своего ребенка? – осторожно спросил лекарь.

На лице девушки мелькнул ужас. Ребенок… Он родился… То существо, что столько времени жило внутри нее и занимало все ее мысли, наконец появилось на свет. Она ощущала только ужас, осознавая это событие. Улыбка лекаря померкла, и он отполз назад, прижимая к себе заливающийся плачем комок плоти.

– Я тогда… покажу его вашему отцу… – невнятно пролепетал он. – Это девочка, кстати.

Виаша ощутила, что внутри у нее что-то обрывается. Девочка… Маленькая девочка, которая плакала сейчас на руках у лекаря так, словно понимала не дружелюбность мира, в который она пришла. Лекарь уносил ребенка, а плач становился все громче и громче…

– Нет, – неожиданно закричала Виаша и, перевернувшись на живот, поползла по постели в сторону выхода, за ними. – Верните мне ее. Верните.

Лекарь посмотрел на нее одновременно удивленно и обрадованно и поспешил вернуться, хотя уже успел приоткрыть дверь, и на него с нетерпением смотрели Пиш и Есаш. Он осторожно положил малышку рядом с матерью и отполз назад. А Виаша нависла над ребенком, с жадностью смотря на нее. Крохотное существо со сморщенным личиком и малюсеньким хвостиком белесого цвета. Она плакала так отчаянно, словно понимала, что мама хотела бросить ее. И Виаша разрыдалась от чувства вины перед собственной дочерью. Она подтянула ее ближе, обнимая и окружая собственным теплом, и мысленно пообещала, что никогда, никогда и никому не позволит обидеть ее. Ее дочь никогда не переживет того, что пережила она сама. Она ни за что не позволит этому произойти.

А взглянув на белесые волосы девочки и ее красноватые глаза, Виаша расплакалась еще сильнее, жалея свою дочь, которой от ее отца даже что-то хорошее от внешнего облика не досталось.

Пиш прикрыл дверь и оттеснил нетерпеливого Есаша.

– Пусть они побудут вдвоем, – сказал он парню. – Им это сейчас нужно.

И слабо улыбнулся. С сердца словно камень упал. Его дочь смогла принять этого ребенка.