ГЛАВА 3

Дариласа продолжала лежать на полу и смотреть в пустоту ошарашенным взглядом. Что она только что услышала? Ей наверняка это показалось. Не может быть, чтобы ее желания так быстро и неожиданно осуществились. Или все же может?

Девушка осторожно проползла вперед и выглянула наружу еще раз. Наагашейда внизу уже не было. Дариласа заволновалась. Куда он исчез? Она поднялась на дрожащие ноги и, схватившись за перила, посмотрела вниз, высматривая его. Повелителя нигде не было. Он сказал такие слова и просто уполз? В душе нарастала паника, надежда… полная сумятица. Девушка отступила вглубь комнаты и опустилась на пол.

Голова отказывалась нормально работать, выдавая куски воспоминаний об их с наагашейдом отношениях, обрывки мыслей и предположений… Мир кружился перед глазами. Дариласа легла на пол и закрыла глаза. Так стало немного легче.

Повелитель сказал, что влюблен в нее… Повелитель нагов, невозможно высокомерный и притягательный мужчина, который столько времени пытался заманить ее в свою постель, сказал, что влюблен в нее. Тот, кого любит она сама, признался ей в любви. А она не может поверить в реальность происходящего. Дариласа вдруг поняла, что настолько свыклась с мыслью, что добиться его любви почти невозможно, что теперь не может поверить в реальность происходящего.

А кошка внутри довольно урчала. Их кот во всеуслышание заявил, что он принадлежит им. Она не видела причин для сомнений. Для нее происходящее было закономерно и ожидаемо. Что тут странного? Этот кот все равно принадлежал бы им. Дариласе бы ее уверенность.

Пробудившийся разум твердил, что это очередная уловка со стороны повелителя. Не стоит доверять ему. Он поймает ее в свои сети, насладится ею сполна и потеряет интерес. Но голос разума был слаб и еле слышен. Он был затоплен горячей волной надежды. Он любит… От этой мысли на губах появлялась глупая улыбка, а сердце в груди начинало скакать как сумасшедшее. Дариласа рассмеялась бы в голос, если бы смогла до конца поверить в происходящее. Но она никак не могла поверить в то, что это реальность.

Дверь в комнату распахнулась, заставив девушку вздрогнуть, и на пороге появился Роаш. Вид у него был ошалевший. Увидев Дариласу, наагариш издал стон облегчения и бросился к ней.

– Я думал, он уже забрал тебя, – прошептал он, поднимая и прижимая девушку к своей груди.

Его слова пошатнули недоверие Дариласы к происходящему. Значит, не она одна слышала эти слова, он тоже. И Роаш им верит.

Дверь в очередной раз распахнулась. Роаш вскинулся и зашипел, но осекся, увидев Делилониса.

– Мда, – протянул тот. – Убил бы идиота.

Роаш оскорбленно оскалился.

– Да не тебя, – раздраженно отмахнулся Делилонис и, подползя к постели, сел на нее.

Только он уселся, как дверь в очередной раз распахнулась, явив Вааша. Он поочередно посмотрел на устало-раздраженного Делилониса, нервного и напуганного Роаша, который прижимал к себе девушку, и в последнюю очередь бросил взгляд на растерянную Дариласу. Наг прикрыл за собой дверь и сложил руки на груди.

– Ну и что раскипишевались? – немного насмешливо спросил он.

– А ты не слышал? – разъяренно скинулся Роаш. – Он признался.

– И что? – не проникся уважением к словам повелителя Вааш. – Слова – это слова. Вот лично у меня нет никакой уверенности, что это правда.

Внутри Дариласы что-то тоскливо отозвалось. Радостная надежда поникла. Она судорожно вцепилась пальцами в плечи Роаша.

– Вааш, он влюблен в нее уже очень давно, – тихо произнес Делилонис.

Надежда опять вспыхнула буйным цветом, и девушка с оживлением посмотрела на Делилониса.

– Он признался в этом на Карийских болотах. Точнее, даже не признался, скрыть это не смог, – устало сказал наагариш.

– Ты знал? – яростно зашипел Роаш. – Знал и ничего нам не сказал?

Делилонис перевел на него взгляд и мстительно прищурился.

– Извини, из головы вылетело, – ехидно процедил он.

– Дел, ты мужик, конечно, взрослый, но в отношениях с бабами полный лопух, как и повелитель, – неожиданно спокойно сказал Вааш.

Все взгляды были переведены на него.

– Ты знаешь, как часто мы принимаем одни чувства за другие и обманываем себя этим? – задал провокационный вопрос Вааш. – Повелитель сам мог обмануть себя, посчитав свои чувства любовью. Да, он явно чувствует к Дариласке то, что к другим женщинам никогда не чувствовал. Но любовь ли это?

Вид у Делилониса стал несколько обескураженным. Подобной мысли он не допускал. Роаш же вроде слегка успокоился. По крайней мере, вид у него был скорее задумчивым, чем нервным. А вот Дариласа сильно расстроилась и теперь пыталась это скрыть.

Почему нельзя никому довериться без оглядки? Особенно когда этого так хочется. Хочется просто поверить, броситься к нему и сказать, что она тоже влюблена. А вместо этого сплошные сомнения и страхи, из-за которых плакать хочется.

Вааш подметил ее расстроенный вид и нахмурился. Девочке нравится повелитель, и это сейчас очень заметно. Но он бы не забрал ни слова из того, что сказал. Пусть лучше она не обманывает себя. Этой девочке он не желал той боли, что может сломать ее в отношениях с повелителем. Он ее опекун, это его право и долг – позаботиться о ее счастье.

– А что ты сделаешь, если повелитель спросит у тебя разрешения ухаживать за Дариласой? – задал неожиданный вопрос Делилонис.

– А ему, что, разрешение нужно? – несказанно удивился Вааш. – Если ему нужно мое разрешение, то я его не дам, – категорично заявил наг.

– Ты против его кандидатуры? – прищурился Дел.

Вааш вздохнул.

– Повелитель, конечно, не вызывает у меня восторга в качестве возлюбленного для моей дочери. Но дело-то не в этом. Видишь ли, я прекрасно понимаю, что рано или поздно мои девочки упорхнут от меня. Не могу же я всю жизнь держать их при себе и лишить возможности создать семью?

На лице Роаша появилась растерянность. Похоже, он испытал некий диссонанс.

– Не могу. Поэтому я свою задачу, как отец, вижу в том, чтобы отсеять неблагонадежных кандидатов. Поверь, Дел, моего одобрения не получит никто, – заявил Вааш. – Если мужику действительно нужна определенная баба, если эта баба его, то он в лепешку расшибется, но сделает ее своей. А если она ему не очень-то нужна, то он помыкается, помыкается и устранится. Ты думаешь, мне мой тесть давал разрешение ухаживать за его дочерью? Ха. Да я, чтобы увидеть Архиашу, использовал все свои знания в военной разведке. А сколько раз я дрался с ее папашей. Но не отступил.

Тут Вааш немного помрачнел. Видимо, воспоминания об умершей жене опять укололи его болью. Но он глубоко вздохнул и продолжил:

– Так что, Дел, можешь передать повелителю, что, если ему нужно мое разрешение, то он его не получит. Если Дариласка ему действительно нужна, то это его не остановит.

На последней фразе Дариласа немного приободрилась.

– И я разрешения не дам, – тут же прошипел Роаш.

Делилонис устало вздохнул и взъерошил волосы.

– Вот знаете, чует мое сердце, что он серьезен, – раздосадовано произнес он. – Потреплет он нам с вами нервы знатно.

Дариласа еле сдержала счастливую улыбку. Серьезен… Может, Делилонис прав? Он же друг наагашейда, он понимает его лучше всех остальных.

Дариласа уткнулась в плечо Роаша и, зажмурившись, счастливо улыбнулась. Отбросив все сомнения, она позволила себе поверить, что повелитель действительно любит ее. От затопившего ее восторга хотелось пищать. Потом она позволит себе сомнения, потом. А сейчас она просто хочет верить и радоваться своей доверчивости.

А в это время дворец гудел как улей. Новость о признании наагашейда облетела его как пожар. То тут, то там слышали громкие голоса, смех, споры. Кто-то радостно заявлял, что, ну, наконец-то. Может, наследника в скором времени заведет. Кто-то никак не мог поверить в происходящее. Были и те, кто высказывал сомнения в выборе наагашейда. Но их сомнения быстро тонули в недовольстве других. По мнению многих, кандидатура возлюбленной нареканий не вызывала. Да, не нагиня. Но для госпожи Тейсдариласы это даже не недостаток. Вон она какая. Самая подходящая женщина для такого мужчины как наагашейд.

Были те, кто огорчился из-за этой вести. Соош, несущий в тот день пост на восточной третьей стене дворца, имел возможность лично слышать признание повелителя. Услышав его, парень побелел, пальцы его ослабли, и оружие выпало из рук. На сердце опустилась тяжесть. Он спрятал лицо в ладонях и тихо застонал. Из памяти выплыло лицо госпожи. Она прижималась щекой к горбу верблюда и улыбалась ему. Именно тогда его сердце впервые екнуло, и зачатки томительного чувства дали свои ростки. Горло сдавило, и парень прерывисто выдохнул. Возникла решимость. Он не хотел уступать повелителю.

Король Дорин в момент признания шел по коридору, намереваясь выйти прогуляться в парк. Он услышал только последнюю фразу: «Потому что я влюблен в тебя.». Но кому она предназначена, понял сразу. Все его надежды рассыпались в прах. Его величество пошатнулся. Один из его охранников поспешил поддержать своего господина.

– С вами все хорошо? – обеспокоенно спросил он.

– Да, – с трудом проговорил король. – Мне нужно назад.

Уже в покоях он слегка пришел в себя и начал мерить гостиную шагом. Он лихорадочно думал и пытался понять, как это произошло? Когда? Почему? Да это просто невозможно, в конце концов.

Дорин представил Тейсдариласу. Сдержанная, неразговорчивая, холодная. А потом представил наагашейда. Властный, высокомерный, расчетливый. Как она могла заинтересовать повелителя нагов так сильно, что он, плюнув на свой статус, как мальчишка кричал признание у нее под окнами? Это просто немыслимо. Невероятно. Неужели наагашейд отказался вернуть ее, отверг возможность получить Черную пустошь только из-за того, что «влюблен»? Дорин замер и сильно зажмурился. Это невозможно. Он знал, что это невозможно. Он-то не смог пойти против интересов страны и жениться на Ирене, хотя очень сильно любил ее.

В дверь постучали и почти тут же, не дожидаясь разрешения, открыли ее. На пороге возникла королева Арония. На лице ее было замешательство.

– Ты… слышал? – тихо спросила она.

Король помрачнел еще сильнее, кивнул и отвернулся.

– Я не знаю, что делать, – тихо признался он.

Королева глубоко вздохнула и неожиданно уверенно заявила:

– Еще не все потеряно.

Дорин посмотрел на нее с удивлением.

– Я успела узнать кое-что об этой расе, – произнесла жена. – У нагов странное отношение к браку. Союзы по расчету среди них почти не встречаются. И Тейсдариласу никто не сможет заставить быть с наагашейдом, если она того не пожелает сама.

Дорин прищурился.

– И что ты предлагаешь? – спросил он.

– Нужно сделать так, чтобы она сама захотела уехать отсюда, – сказала королева. – Наги отпустят ее, если она сама этого захочет.

– Но как это сделать? – король жадно посмотрел на нее.

Арония устало улыбнулась.

– Женское сердце слабо, – тихо сказала она. – Выбери из нашего сопровождения какого-нибудь бойкого и симпатичного лицом мужчину. Пусть он подберется к ней, вызовет ее расположение, а потом завладеет и сердцем. Тогда она вернется с нами, не пожелав расстаться с возлюбленным.

Король задумчиво закусил губу. Эта авантюра вызывала у него сомнения. Главным образом из-за наагашейда. Он сильно сомневался, что тот отпустит девушку по ее же желанию. Теперь он в этом сомневался. Но попытаться можно.

– Выбери кого-нибудь, – переложил он эту обязанность на королеву.

Та кивнула, принимая это.

– Я займусь этим прямо сейчас, – сказала она и покинула его.

А король принялся опять ходить по комнате. Через некоторое время он остановился, задумчиво нахмурив брови, а затем направился к столу. Вытащив письменные принадлежности, он сел и начал быстро писать. Закончив, Дорин запечатал письмо и написал на нем:

«Виконту Шервану Женайскому».

Да, это будет надежнее какого-то там плана с влюбленностью.

Руаза тоже услышала признание наагашейда. И, если в первое мгновение ее укололо то, что повелителю нравится ее сестра, то потом она обрадовалась. Меньше всего принцесса хотела, чтобы Тейсдариласа вернулась назад. Особенно теперь, когда она знает о наличии зверя. Ей не нужно присутствие оборотня рядом. Одно это может раскрыть ее тайну.

И все же нашелся кое-кто, кто принял признание повелителя как данность. Ссадаши как раз выгуливал Большого Красавчика по просьбе Эоша, когда услышал громогласное признание повелителя. Оно вызвало у парня широкую улыбку.

– Ты слышал? – радостно спросил он у кота. – Хоть кто-то из них наконец-то решился.

А затем, подумав, добавил:

– И хорошо, что это повелитель. Это его право как мужчины – сделать первый шаг.

Кот ткнулся башкой ему в живот, словно поддерживая.

Дариласе очень сильно хотелось увидеть повелителя. Так сильно, что она мечтала, чтобы опекуны ее покинули. Вааш и Делилонис действительно потом уползли по делам. А вот нервный Роаш никуда не делся. Он, видимо, решил не оставлять ее одну. И когда девушка выразила желание прогуляться, он вызвался сопроводить ее. Дариласа скрыла тяжелый вздох, чтобы не обидеть его, и понадеялась, что хотя бы увидит наагашейда издали.

Но, видимо, все ее попытки просто прогуляться теперь обречены на то, что она будет сталкиваться с членами королевской семьи в коридорах. Когда из-за угла вывернула королева Арония в сопровождении двух охранников и одной своей дамы, Тейсдариласа замерла от неожиданности. Королева тоже остановилась, удивленно смотря на нее, Роаша и Миссэ с Доашем. Последние вызвали у нее оторопь своей буйной расцветкой.

Дариласа быстро пришла в себя и отвесила короткий поклон вежливости. Невежливость его заключалась в том, что такое приветствие мог позволить себе только равный по статусу королеве. Но ее величество не обратила внимание на это легкое отступление от этикета, рассматривая девушку перед собой.

– Доброе утро, дитя, – на ее губах возникла улыбка.

– Доброе, – помедлив, ответила та.

А что? Утро действительно доброе. Наагашейд постарался, чтобы оно удалось во всех смыслах. Дариласа даже не могла после всего этого испытывать негативные эмоции к женщине перед собой.

Ответив на приветствие, Дариласа хотела было уже пойти дальше, но ее остановил голос королевы.

– Может, поговорим? – предложила ее величество.

Дариласа вопросительно вскинула брови. О чем? Рядом напрягся Роаш. Он не вступал в разговор, позволяя Дариласе разобраться самой. Но язык так и чесался попрощаться с королевой и утащить девочку дальше.

– Тейсдариласа, давай поговорим как взрослые, забыв на время детские обиды. Ты же понимаешь, что твое возвращение важно для страны и ее народа. Это твоя страна, у тебя есть долг перед ней…

Королева испуганно умолкла, услышав возмущенное шипение Роаша. Наг подался вперед, но Дариласа положила ему руку на локоть и удержала. После этого она посмотрела на королеву и улыбнулась. Губы ее шевельнулись.

– Моя страна, – Дариласа обвела рукой вокруг себя. – Мой отец, – она посмотрела на Роаша.

Пройдя вперед, она положила ладони на локти Миссэ и Доаша.

– Мой народ, – сказала она.

Снаружи раздался гневный звериный рык. Девушка улыбнулась и ткнула пальцем в сторону, откуда он пришел.

– Подданные. Мои.

Подавшись вперед, к королеве, Дариласа спокойно произнесла:

– Я связана с этой страной.

Девушка протянула руку, взяла белую, нежную ладонь королевы и, склонившись, прижалась к ней губами. Не разгибаясь, она подарила королеве прямой взгляд, от которого та вздрогнула.

– Спасибо, – искренне произнесла Дариласа и, отпустив ее ладонь, продолжила свой путь.

Наги последовали за ней, оползая застывшую посреди коридора королеву, ее охрану и испуганную даму. Королева судорожно вздохнула и вцепилась пальцами в платье, ощущая, как этот проникающий в душу взгляд намертво врезается в ее память, чтобы преследовать до конца жизни. Так же, как и воспоминание о той единственной встрече с ее матерью.

Дейширолеш в очередной раз отложил документы в сторону и, заложив руки за голову, широко улыбнулся. Наверное, впервые в жизни он был готов доверить разобрать все эти отчеты и письма своему помощнику, чтобы уползти к Тейс. Как она там? Как отреагировала на его слова? Испугана? Ошарашена? Растеряна? Ему хотелось знать это. А может быть, она решит сбежать от него? Что ж, он не против чуть-чуть поиграть в догонялки. Из княжества она все равно никуда не сбежит. Тут у нее «папаши», стая… А от него в его же стране никто не спрячется.

Широкая улыбка все еще блуждала по его лицу, когда в кабинет без стука вполз Делилонис. Друг окинул его радостную физиономию мрачным взглядом и медленно произнес:

– Дейш, ты у нас в опале.

Дейширолеш, не прекращая улыбаться, вопросительно вскинул брови.

– Ни Роаш, ни Вааш тебя не одобрили.

Дейш насмешливо фыркнул. Кому нужно их одобрение? Делилонис тяжело вздохнул, правильно оценив настрой друга, и опустился на подушку перед его столом.

– И зачем нужно было делать это так? – спросил он.

– Как так? – Дейш сделал вид, что не понял вопрос.

– Громко и неожиданно, – пояснил Дел. – Ты напугал девочку, заставил Роаша нервничать, а весь дворец – гудеть как разворошенный улей.

– М-м-м… Нервничает только Роаш? – слегка удивился Дейш.

– Ну, не знаю, – протянул Делилонис. – Возможно, короля Дорина ты тоже заставил волноваться.

Дейш поморщился. Реакция короля Нордаса его мало интересовала.

– А Вааш? – полюбопытствовал он.

– Вааш… – Делилонис немного помолчал и все же сказал: – Даже не знаю, повезло тебе с ним или нет, но Вааш не одобрил тебя, сказав, что, если Дариласа тебе действительно нужна, то добьешься ты своего и без его одобрения.

– Хорошая позиция, – одобрив Дейш.

– Эта позиция не помешает ему гонять тебя, – заметил Дел. – И статус наагашейда тебя не спасет. Вааш как отец будет в своем праве.

– Я разберусь, – Дейш продолжал оставаться в замечательном настроении. – А как отреагировала она?

Делилонис ответил не сразу. Для него реакция Дариласы была не так очевидна, как для Вааша. Он видел испуг на нее лице, надежду, разочарование, страх… Сложную смесь эмоций, в которой он разобраться не мог.

– Она растерялась, – ответил он Дейшу. – Мне сложно говорить о ее чувствах. Я не так хорошо ее понимаю.

Но Дейширолеш не расстроился. Сейчас было крайне сложно расстроить его.

– Дейш, ты мне скажи только: что ты собираешься делать дальше? – попросил Дел. – Я хоть морально подготовлюсь.

Дейширолеш весело посмотрел на него и ответил:

– Ухаживать.

– А после этого? – напряженно спросил Делилонис.

– Дел, ну что может быть после этого? – слегка раздраженно протянул Дейш.

– Даже предположить не могу, – Делилонис старательно изобразил наивный взгляд.

Дейширолеш тяжело вздохнул. Не любил он раскрывать своих планов, даже если они так очевидны, как, например, его намерения в отношении этой девушки.

– Она станет наагашейдисой, – неохотно ответил он.

Делилонис только тихо вздохнул. Улыбку с лица Дейша как ветром сдуло.

– Что это еще за вздох? – недовольно спросил он. – Тебе что-то не нравится?

– Твои намерения мне нравятся, – утешил его друг. – Но Дариласу мне жалко. Все же ей в качестве мужа достанешься ты…

Дейширолеш раздраженно зашипел.

– Надеюсь, мне представится случай сказать тебе то же самое, когда ты влюбишься, – мстительно прошипел Дейш.

Делилонис только насмешливо фыркнул.

– Если Дариласа ответит тебе взаимностью, то я палки в колеса ставить не буду. Но до этого момента… – Дел красноречиво умолк и развел руками.

– Она ответит, – уверенно заявил Дейш.

Делилонис закатил глаза к потолку. Ну и самоуверенность.

– Да, кстати, – Дейширолеш поморщился и бросил перед Делом распечатанное письмо. – Принцесса Дедери задержится у нас. Пришло послание от императрицы.

Делилонис быстро пробежал глазами по листу, и его брови удивленно взлетели вверх.

– Император болен? Какая неожиданность, – вырвалось у него.

– Я бы даже сказал, приятная, – не стал скрывать своих чувств Дейш. – Но из-за его болезни императрица не может так быстро решить вопрос с передачей Хармийских пустошей, поэтому она просит дать ей больше времени на решение этой проблемы. Принцессе придется немного погостить у нас. Позаботься о ней.

– Я? – удивился Делилонис.

– Или поручи это кому-нибудь, – Дейшу было не принципиально, кто этим займется. – Боюсь, по дворцу пойдут слухи, что мы держим взаперти давриданскую принцессу. И мне бы не хотелось, чтобы они дошли до наших гостей. Поговори с принцессой, убеди ее держать язык за зубами и изображать такую же гостью.

– А принц?

– А что принц? – Дейширолеш спокойно посмотрела на него.

– С ним что делать.

– Ничего, – ответил Дейш, чем ввел Делилониса в ступор. – Его уже здесь нет.

– То есть, нет? – напрягся Дел.

У него мелькнула мысль, что принц уже мертв.

– Я отправил его в другое место, – пояснил Дейш. – Специально не стал об этом говорить даже тебе: везде есть уши, а мне не нужно, чтобы слухи об отъезде его высочества распространились. Меньше всего я хочу, чтобы этого мальчишку перехватили и вернули обратно в Дардан.

– Вот как, – Делилонис одобрительно кивнул. – Хорошо, я позабочусь о принцессе. И даже уже знаю, кому поручить приглядывать за ней.

– Замечательно, – кивнул Дейш. – Мне тут еще написал Ризшан. При императорском дворе сейчас неспокойно. Император болен очень серьезно. Появилось очень много желающих воспользоваться этим. Неожиданную активность проявила сама императрица. Ранее у нее не было такого интереса к власти. Она даже обратилась к Ризшану за поддержкой. Он интересуется у меня, стоит ли это делать.

– И что ты решил?

– Пусть на троне будет маленький принц и послушная императрица-регент, чем кто-то другой, – ответил Дейш. – Я дал разрешение на поддержку. Тем более императрица уже высказала свою расположенность к нам, найдя и уничтожив оставшихся хмангеров.

Делилонис кивнул, поддерживая это решение.

– У тебя что-то есть по этому горбатому? – в голосе Дейша зазвенели презрительные нотки.

На лице наагариша возникло сомнение.

– Кое-что я нашел, но пока не уверен, что это связанно с ним, – признался он. – Поэтому и не спешу тебе докладывать.

Дейш вопросительно вскинул брови и подался вперед.

– Помнишь ту женщину на торговой площади, которую Дариласа заподозрила в краже твоей крови?

Дейширолеш напрягся, вспоминая, а потом кивнул.

– Я поручил еще тогда найти ее, но среди прибывших песчаных волков подходящей под описание женщины не было. Это насторожило меня, поэтому я велел продолжить поиски. Они привели моих нагов в земли песчаных волков. При разговоре с одним древним стариком из старейшин выяснилась маленькая странность. Старик сказал, что описание неправильное. У представителей их народа не бывает черных глаз, и, возможно, имеются в виду темно-карие.

Дейширолеш отрицательно мотнул головой.

– Ее глаза были черными.

– Старику так и сказали, – продолжил Дел. – Но тот настаивал на своем, а потом рассказал, что раньше были женщины с черными глазами, но это были нехорошие женщины, гнилые, принявшие неправильную сторону. Все это звучало очень неправдоподобно, поэтому мы не придали этому особого значения. Тем более на тот момент у нас не было никаких предположений на счет личности нашего врага. А теперь я вот думаю, что если после своего наказания, Чанвашар подался в земли песчаных волков и там спрятался, найдя поддержку среди местных жителей? Но это пока догадки, доказательств у меня никаких нет.

Дейширолеш задумался.

– Вполне возможно, – протянул он. – Те, кто принимал чужого бога, всегда считались среди своего народа отщепенцами, изгоями… гнилыми. А у Чанвашара, насколько я помню из преданий, в качестве жрецов всегда были женщины.

– Думаешь, он нашел себе жриц среди другого народа? – заинтересовался Делилонис.

– Предполагаю, – не стал настаивать на своем Дейширолеш.

Его хвост возбужденно шевельнулся.

– Проверь, – коротко распорядился он.

Делилонис кивнул, ощутив, как появляется азарт. Его взгляд встретился с взглядом Дейша, и они усмехнулись. У них обоих появилось ощущение, что разгадка близка.

Ссадаши сидел в уголочке и с тихой улыбкой наблюдал за родителями, изо всех сил стараясь не прислушиваться к их разговору: уж больно он у них смущающим выходил. Мама сидела на краю ложа и краснела под взглядом отца. А тот рокочуще шипел разные глупости. Его пока только на разговоры и хватало, подняться сил не было, хотя он и пытался.

А Ссадаши смотрел на них и понимал, что еще никогда себя таким счастливым не ощущал. Он впервые мог наблюдать такие нежные отношения между родителями. Ранее в его присутствии они всегда напрягались. Сейчас же нет. В общении с самим Ссадаши до сих пор присутствовала напряженность, но не такая, как раньше. Это напряжение вызывало чувство неловкости. Когда Ссадаши и его отец оставались вдвоем, наступало напряженное молчание. Они никак не могли привыкнуть относиться друг к другу по-новому.

С мамой было проще. Она сама тянулась к нему. Правда, с опаской, робко, но тянулась. Иногда она замирала за спиной Ссадаши, никак не решаясь прикоснуться к нему. А он замирал и ждал. Ждал, пока хрупкие ладони лягут ему на спину, и мама прижмется к нему всем телом. В такие моменты он был особенно счастлив.

В дверь постучали. Ссадаши обеспокоенно вскинулся, решив, что это кто-то из братьев. С ними у него отношения так и не наладились. Но на пороге комнаты показался наагариш Делилонис.

– Доброго дня, – поприветствовал он Видаша и Риэду.

И уже Ссадаши:

– Ты мне нужен.

Ссадаши ободряюще улыбнулся забеспокоившейся матери и выполз следом за наагаришем.

– Что-то случилось? – спросил он.

– Не совсем, – ответил наагариш. – Мне нужно, чтобы ты присмотрел за кое-кем.

Ссадаши открыл было рот для нового вопроса, но наагариш уполз вперед, и парню пришлось догонять его.

Остановились они перед дверью одной из комнат на втором ярусе. Ссадаши с недоумением посмотрел на расположившуюся здесь стражу. Наагариш открыл дверь и заполз внутрь, Ссадаши последовал за ним и встретился взглядом с принцессой Дедери. Лицо у девушки было заплаканным. Она сидела на постели, прижимая к груди подушку. Два дня назад к ней ночью привели Бриона и позволили проститься с братом. И теперь она была в постоянном беспокойстве за его судьбу и за свою тоже. Страх мучил ее.

– Доброго дня, ваше высочество, – степенно поприветствовал ее Делилонис.

Дедери испуганно посмотрела на него.

– Ч-что такое? – спросила она.

– Не стоит бояться, – успокоил ее Делилонис. – Я пришел всего лишь поговорить с вами.

Взгляд из испуганного стал настороженным.

– Пришло письмо от вашей матушки.

Лицо Дедери осветилось надеждой.

– Увы, ваш отец неожиданно заболел, поэтому наши требовании пока не могут быть выполнены, и вам придется остаться здесь еще на некоторое время.

В глазах девушки мелькнуло отчаяние.

– Наагашейд согласился дать императрице время, чтобы уладить вопрос с вашим возвращением. Вам же разрешено покидать эту комнату на правах гостьи. Но только если вы согласитесь выполнять определенные требования.

Опасение опять мелькнуло на лице Дедери.

– В этом дворце сейчас присутствует король Нордаса со своей семьей и свитой. Им совершенно ни к чему знать о разногласиях, возникших между императором и наагашейдом. Поэтому вам следует проявить благоразумие и притвориться просто нашей гостьей. Вы приехали вместе с нами из Дардана, но по пути подхватили болотную лихорадку, поэтому все эти дни не покидали покоев. Надеюсь, мы договорились?

Девушка слабо кивнула и тихо произнесла:

– Я все поняла.

– Замечательно, – Делилонис повернулся к Ссадаши. – Ссадаши позаботится о вашем комфорте. В случае возникновения вопросов можете смело обращаться к нему.

Лица и Ссадаши, и Дедери вытянулись от удивления. Но если на лице Ссадаши потом появилось легкое возмущение, то принцесса наконец расслабилась и слегка успокоилась.

– Я оставлю вас, – с этими словами наагариш Делилонис покинул их.

Ссадаши с немым возмущением посмотрел ему вслед, а затем тяжело вздохнул и растер лицо руками. И почему именно он? Смирившись с ролью няньки, парень повернулся к принцессе и велел:

– Собирайтесь, ваше высочество.

– Куда? – всполошилась она.

Парень тяжело вздохнул и с тоской протянул:

– К портному.

Оказавшись во дворе, Дариласа знаком попросила Роаша, Миссэ и Доаша оставаться на месте, а сама прошла немного дальше. Только после этого из ее горла вырвался нечеловеческий рык. На него тут же ответили. Большинство ответных рыков донеслось из парка. Через некоторое время оттуда начали выбегать звери, направляясь к своему вожаку. В спину Дариласы ткнулся башкой Изящный Красавчик. Девушка с улыбкой обернулась и потрепала его по шее. До тонкого слуха девушки донесся испуганный вскрик, но, оглянувшись на окна дворца, она никого не увидела.

Дариласа подождала, пока соберутся все коты. Пришел даже Плут-Красавчик вместе со своим семейством. Кошка тащила в зубах подросшего котенка. Из дворца донесся тоскливый рык Большого Красавчика, запертого в лекарском крыле.

Когда все три с лишним десятка котов оказались рядом с ней, Дариласа отпустила собственного зверя. Кошка в ней глухо зарычала, обращаясь к сознанию каждого из присутствующих котов, и велела возвращаться домой, к Ломаным скалам. Для истосковшихся по дикой природе котов это был самый желанный приказ. Многие из них почти тут же сорвались с места к стенам, игнорируя распахнутые ворота. Некоторые еще какое-то время вертелись около Дариласы, после чего последовали за всеми. Вскоре остались только Изящный Красавчик, Красавчик-Плут, его кошка с детенышем и запертый Большой Красавчик.

– Не подумай, что я не благодарен котам за помощь, но я рад, что они наконец отправились домой, – признался подползший Роаш. – Ночами их рыки сильно мешали спать.

Дариласа сдержанно улыбнулась. Взгляд ее уткнулся в неуклюжего котенка. Он скакал вокруг своей матери, охотясь на ее лапы и хвост. Неожиданно Дариласе пришла на ум мысль, что для этого маленького зверя домом является это место. Он родился здесь, здесь же растет и делает первые шаги.

От этих мыслей ее отвлек громовой голос Вааша.

– Дариласка. Посмотри, кто здесь. Ты ее еще после приезда не видела.

Дариласа повернулась, и ее лицо стало ошарашенным. Рядом с Ваашем была Виаша. Но такую реакцию вызвала не сама нагиня, а большой живот, что выдавался вперед как нос корабля. Это ж сколько времени прошло, что он у нее так вымахал? Дариласа перевела взгляд на лицо Виаши и улыбнулась ей. Та неуверенно улыбнулась в ответ. Только потом Дариласа обратила внимание, что с Виашей и Ваашем также были отец девушки и недовольный Есаш.

Дариласа подошла ближе, не скрывая собственного восторга от вида большого живота девушки. Та нервно замялась под ее взглядом. Вид у нагини был бледный, под глазами залегли круги. И Дариласа обратила внимание, что Виаша избегает прикасаться к собственному животу. Словно боится его. Дариласе стало стыдно за свой неприкрытый восторг.

Но в отличие от нее, Роаш, например, не испытывал сомнений.

– Какие мы большие стали, – с легкой улыбкой заметил он. – Скоро уже, наверное, рожать?

На лице Виаши мелькнули страх и отчаяние одновременно, и она с самым несчастным видом кивнула. Ее отец обеспокоенно подполз к ней. А Есаш закатил глаза к небу, словно вымаливая у богов терпение. Заметивший это Вааш украдкой отвесил племяннику подзатыльник.

Неожиданно на лице Виаши появился самый настоящий испуг, и она в панике посмотрела на своего отца.

– Он… он шевелится… опять… – непослушными губами произнесла она.

– Это хорошо, – попытался успокоить ее отец, но ничего не вышло.

– Почему он не успокаивается? – в панике шептала девушка, поднимая руки, словно боясь своего живота.

Есаш раздраженно выдохнул и одними губами в сторону произнес: «Дура.». После чего подполз к Виаше, опустился рядом с ней и прижался ухом к ее животу. По его лицу расползлась радостная улыбка, а Виаша слегка успокоилась и с надеждой посмотрела на его макушку.

– Ладошка, ей-боги, ладошка, – тихо рассмеялся парень. – О. А это хвост.

– Хвост? – недоверчиво переспросила Виаша. – А у него точно хвост?

Есаш раздраженно посмотрел на нее снизу-вверх.

– А что у него еще может быть? – недовольно спросил он.

– Но ведь отец… – начала было девушка, но парень ее перебил:

– А ты ему уже отца выбрала?

Виаша слегка растерялась под хмурым взглядом парня. А Вааш поддержал племянника.

– Эх, Виаша, ты отца-то ребенку выбирать не торопись, – посоветовал он, обнимая ее за плечи. – Подумай хорошенько, осмотрись… – и бросил взгляд на макушку племянника.

Виаша тихонечко всхлипнула. Ее отец разволновался еще сильнее, но позволил Ваашу и дальше вести разговор. Сам-то он уже растратил все слова, стараясь приободрить дочь.

– Мне так страшно, что он родится похожим на него, – тихо призналась нагиня. – А я… а я… я же слабая. Как я могу растить ребенка, если у меня нет на это сил?

– Это так сейчас кажется, – уверенно заявил Вааш. – А когда ты увидишь его в первый раз, слабого, беззащитного, то сразу же почувствуешь себя самой сильной и способной на все, лишь бы защитить эту кроху, – наг указал пальцем на ее живот.

На лице девушки продолжало читаться сильное сомнение. А Есаш неожиданно схватил ее за руки и прижал ее ладони к ее же животу.

– Вот он хвост, – заявил он.

На лице девушки появился ужас, и она отдернула руки.

– Может, хватит бояться касаться своего живота? – недовольно протянул Есаш. – Ребенок внутри тебя живет, а ты живота боишься.

– Есаш, – зарычал отец Виаши.

Парень тяжело вздохнул и замолчал.

– Пусть он успокоится, – тихо-тихо попросила Виаша. – Успокой его. Ты умеешь…

Есаш еще раз недовольно посмотрел на нее и, прижавшись к ее животу, что-то тихо зашипел. Постепенно на лице Виаши появилось облегчение.

– Все, уснул, – сказал Есаш, отстраняясь и поднимаясь. – Ползай теперь медленно и аккуратно, не разбуди. И вот так поддерживай.

Он опять взял ее руки и заставил обхватить живот. Девушка с сомнением посмотрела него.

– А это точно нужно?

– Точно, – уверенно произнес парень.

Девушка прищурилась и вдруг заявила:

– Ты врешь.

Парень тоже прищурился и с вызовом ответил:

– Проверь.

А Дариласа смотрела на этих двоих и не знала, радоваться ей или сочувствовать. Виаша так и не смогла смириться со своим положением. Ее страх и отчаяние вызывали сочувствие. Но Есаш… Глядя на этого парня – она больше не могла назвать его мальчиком – Дариласа начинала надеяться, что у Виаши все наладится и будет хорошо.