ГЛАВА 7

Миссэ и Доаш не стали далеко уползать. Остановившись, Доаш опустил Дариласу на пол и коротко скомандовал:

– На кухню. Мы будем здесь и, если они прорвутся сюда, задержим их.

Дариласа обеспокоенно посмотрела на них.

– Госпожа, поторопитесь, – умоляюще протянул Миссэ. – Если с вами что-то случится, то как минимум четыре нага шкуру с меня и брата живьем снимут.

Девушка стиснула зубы, крайне неохотно повернулась к ним спиной и, подобрав юбку, побежала в сторону кухни, даже не задумавшись, почему ее отправили именно туда. Она покинула своих охранников очень вовремя. Только девушка скрылась за углом, как в коридоре показались три нага, вооруженные алебардой, тяжелым железным дверным засовом и выломанной откуда-то деревянной балкой. Лица у них были жуткими, решительными и обреченными, взгляды пустыми. Миссэ тихо выругался, сообразив, наконец, кто перед ними. Этим терять нечего.

Миссэ и Доаш скользнули им навстречу, вынимая из ножен мечи. Мятежники, не мешкая, бросились к ним. Доаш схватился сразу с двумя, вооруженными балкой и железякой. Миссэ молниеносно напал на того, кто имел при себе алебарду. Хвосты их сплелись, Миссэ рубанул мечом по древку алебарды. Но противник ловко провернул оружие в руке, уберегая его от удара. Доаш рядом перехватил свободной рукой балку, которой его хотели ударить по шее, и подставил меч, защищаясь от удара железки. Раздался лязг.

Жейш осторожно выглянул в коридор и посмотрел на сцепившихся нагов. Посмотрел на них и окинул коридор лихорадочным взглядом. Всего минуту назад он видел здесь девчонку, что осмелилась бросить ему вызов после собрания наагаришей. Увидев ее, Жейш вдруг понял, кого именно хотел убить Чанвашар. И кто так сильно дорог наагашейду, что он уже назвал ее женой. Ему нужна эта девушка. Имея ее в своих руках, он мог беспрепятственно покинуть дворец, забрав с собой хоть всех нагов из своего рода. Именно поэтому он направил сюда сразу трех нагов, чтобы они занялись охранниками девушки. Но пока он отвлекался на то, чтобы отдать приказ, девчонка исчезла. Наагариш яростно принюхался, но почему-то не ощутил ее запах. Но далеко уйти она не могла. Окна здесь целы, значит, она побежала дальше по коридору.

Жейш быстро проскользнул мимо сцепившихся нагов. Вслед ему донесся отчаянный крик кого-то из охранников. Заметили, но это уже неважно. Пока они разберутся, он найдет девчонку.

Дариласа заскочила на кухню и застыла на пороге, только сейчас задумавшись, почему ее послали сюда. Слуги встретили ее испуганными и встревоженными взглядами. Они слышали шум во дворце, и теперь самые ужасные предположения лезли в их головы. Главный повар-наг встретил девушку тяжелым взглядом. Перед ним на столе в ряд лежали кухонные ножи и топорики для разделки мяса. На большом столе рядом расположилась свиная туша. Дариласа отступила назад, решив, что неправильно поняла Доаша, и увидела ползущего по коридору Жейша. Девушка не знала, кто именно напал на дворец, но, увидев его, сразу шагнула назад. До ее слуха донеслось радостное, мерзкое шипение. Дариласа оглянулась на перепуганных слуг и мысленно обругала себя, что вообще сюда сунулась. Она поспешно отступила в центр помещения, прикидывая, успеет ли обернуться. Выходило, что не успеет. У Жейша были все шансы прикончить ее во время оборота. Тогда Дариласа крутанула ладонью, призывая свое оружие. Пальцы сжались на древке явившейся на зов алебарды, звякнули вдетые в лезвие кольца.

Жейш ворвался на кухню. Раздался истеричный вопль служанки. Среди остальных слуг началась суматоха, которую перекрыл рык нага-повара.

– В укрытие, за столы, идиоты, – рявкнул он.

Слуги повалились на пол. А Жейш, скалясь, бросился к Дариласе. Та приготовилась встретить его ударом снизу, который при удачном стечении обстоятельств распорол бы ему грудную клетку. Но Жейш неожиданно отвел от нее взгляд и метнулся в сторону. В стену, в то месте, где только что была его голова, зловеще гудя, воткнулся кухонный нож, войдя в камень почти по рукоятку.

– Как же давно я мечтал надрать тебе хвост, – повар расхохотался самым злодейским образом и схватил следующий нож.

Жейш метнулся вдоль стены. За ним в стену один за другим вошли кухонные ножи, брошенные тяжелой рукой повара. В один момент Жейш резко затормозил и подался назад. Прямо перед его лицом в стену вошел самый большой из имеющихся у повара ножей. Дариласа пораженно наблюдала, как повар гоняет Жейша по кухне. Откуда ей было знать, что двенадцать лет назад этот повар на спор разделал свиную тушу, распятую на мишени, с расстояния десяти саженей? И проигравшим в споре был как раз Доаш.

– Пошла отсюда, хвостатая, – гаркнул ей повар.

Дариласа не стала мешкать и выскользнула за дверь. В этот момент двое парнишек-оборотней поднялись, вместе, голыми руками, сняли со стола горячую большую кастрюлю и разлили ее вязкое содержимое по полу. Посудина с грохотом выпала из их рук, мальчишки метнулись в укрытие, а Жейш, не успев остановиться, заполз в большую лужу карамели.

– Как для тебя, сволочуги, варил, – гулко расхохотался повар.

Жейш согнулся, уворачиваясь от топорика для разделки мяса. А потом метнулся к посудному шкафу, обвил его хвостом и метнул в повара. Завизжали девушки. Повар отшвырнул шкаф хвостом. Раздался оглушающий треск и звон, посуда посыпалась на пол. Разъяренный наг отбросил обломки со своего пути и бросился вперед, но Жейш уже выскользнул в коридор.

С первыми мятежниками Вааш и Роаш столкнулись прямо на лестнице, даже не успев начать спуск по ней. Они только выползли к лестничной площадке, как им навстречу с голыми руками бросились два нага. Одного Вааш обвил хвостом и, проломив им перила, сбросил вниз. Второго Роаш просто и незатейливо толкнул хвостом в грудь. Противник нелепо взмахнул руками и, упав на спину, скатился по ступеням.

– На нас напали, – мрачно процедил Вааш.

Роаш стремительно побледнел, глаза его округлились от ужаса, словно он только что вспомнил о чем-то.

– Дариласа… – произнес наг непослушными губами.

Вааш посерел, вспомнив, что оставил Тавриду и Райшалаш в библиотеке на втором ярусе. А противник добрался уже до третьего яруса. И они, в отличие от Дариласы, были совсем одни.

– Райшалаш… Таврида… Они одни… – чуть слышно произнес он.

Наги одновременно рванули вниз. На втором ярусе они разошлись. Вааш метнулся к библиотеке, откуда донесся слабый вскрик. А Роаш продолжил спуск.

Трое из мятежников проникли в левое крыло первого яруса. Среди них был и второй сын Жейша – Таиш. Они искали кого-то, подходящего на роль заложника.

– Дэшгар, оставайся тут и задержи стражу, если она явится, – приказал Таиш огромному черноволосому нагу с длинным серым хвостом.

Таиш и второй наг заползли в какой-то коридор, где витали запахи трав и лекарств, а Дэшгар встал напротив двери и расправил свои могучие плечи, полностью перекрыв проход. Этот наг был так огромен, что даже Вааш в сравнении с ним казался не таким уж и большим.

Наг простоял на своем посту примерно семь минут и забеспокоился. Слишком уж долго нет юного господина. Немного поразмыслив, он заполз в дверь. Подумав, направился направо. За одной из дверей он различил шорох и резко открыл ее. И увидел женщину. Очень красивую женщину с русыми волосами. Она держала в дрожащих руках низенький столик за ножки и, похоже, готовилась ударить его им. В ее глазах плескались слезы и отчаяние. За ее спиной наг различил ложе, на котором силился подняться мужчина, но он был слишком слаб. Черноволосого нага резко осенило, где именно он находится – в лекарском крыле.

Он подался назад, ощущая растущее отвращение к себе. Он не сражается с женщинами и больными. Сбоку раздалось низкое, утробное рычание. Наг обернулся и увидел большого скального кота. Кот скалился и медленно наступал на него. А наг смотрел на длинную розовую полосу кожи, идущую почти от горла зверя. Кот заметно прихрамывал. И наг заколебался. Где-то здесь был юный господин, защищать которого было его прямым долгом. Но он сильный и никогда не сражался против слабых. И он сдался, уступив женщине и больному зверю, и стремительно уполз прочь, покидая лекарское крыло.

Кот двинулся было за ним, но замер, услышав грозное:

– Вааш, на место.

Кот обиженно прижал уши к голове и сел на попу. Из-за угла выполз недовольный наагалей Эош. В одной руке он держал длинный острый меч, лезвие которого хрустально серебрилось. Светлые рукава одежды лекаря были слегка забрызганы кровью. Эош оглянулся назад, туда, откуда приполз, и смерил взглядом тела двух нагов, распростертых на полу. Они, без сомнения, были мертвы. Эош как лекарь прекрасно знал, куда бить, чтобы жизнь покинула тело как можно стремительнее. Наагалей подполз к двери, захлопнул ее и задвинул засов. Его дико злило и раздражало, когда кто-то смел беспокоить его больных.

Таврида внимательно просматривала словарь древненаагатинского языка. Райшанчик с любопытством смотрела в книгу, засунув голову воспитательнице под мышку. Таврида прожила среди нагов семь лет и довольно неплохо говорила по – наагатински, но все равно бывали моменты, когда она вставала в тупик. Библиотека рода Онсаш была не очень богата. Сказывалось то, что этот род был преимущественно военной направленности. Нет, за многие века, конечно, там накопилось достойное собрание книг. Но посвященных особенностям языка нагов было прискорбно мало.

Неожиданно дверь резко распахнулась, и в библиотечный зал влетел незнакомый наг. Он напряженно осмотрел коридор, словно за ним гнались, закрыл дверь, повернулся к ним и вздрогнул от неожиданности, обнаружив женщину и ребенка. Таврида ощутила, как в ее сердце появляется страх. Что-то ей в этом наге не понравилось.

Бейшан, четвертый сын наагариша Жейша, после смерти своего брата в Карийских болотах ставший третьим, совсем не ожидал увидеть человеческую женщину. Женщина смотрела на него со страхом. А потом наг посмотрел ниже, почувствовав еще один взгляд, и увидел девочку. Сердце его пропустило удар. Нагиню. Маленькую нагиню. Наг возликовал. Наагашейд не посмеет рискнуть жизнью будущей женщины своего народа. Это идеальная кандидатура в заложники.

Бейшан опустился ниже, чтобы стать одного с ребенком роста, и, улыбнувшись, поманил ее.

– Эй, малышка, подойди ко мне.

Таврида судорожно прижала девочку к себе. Райшанчик испуганно стиснула ее ноги ручками. Бейшан тяжело посмотрел на Тавриду.

– Женщина, уйди, – велел он.

Та испуганно вздрогнула, но не пошевелилась. Наг поднялся и угрожающе двинулся к ним. Таврида быстро расцепила руки Райшалаш и толкнула ее в проход между стеллажами.

– Райшалаш, беги, – приказала она.

Девочка шмыгнула вперед, но почти тут же остановилась, не желая оставлять свою воспитательницу. Ее глазки были круглыми от страха, а губы дрожали.

– Райшалаш, живо, – рявкнула Таврида не хуже самого Вааша.

Взбешенный Бейшан взмахнул хвостом и ударил женщину в грудь. Таврида вскрикнула и отлетела в проход, упав на пол. Райшанчик тут же подползла к ней и, уже плача, попыталась поднять. Таврида отпихивала ее за свою спину и даже не пыталась подняться, отползая от приближающегося нага и закрывая девочку собой.

Дверь в библиотеку слетела с петель и с грохотом приземлилась на пол. Бейшан резко развернулся. На пороге стоял Вааш. Он, не отрываясь, смотрел на плачущую дочь и перепуганную Тавриду. Лицо его исказилось от бешенства. Он наклонился так быстро, что Бейшан даже не успел сообразить, что тот хочет сделать. А Вааш поднял дверь и со всей силой опустил ее на голову Бейшана, вбивая его в пол. Сын Жейша тут же свалился лицом вниз. А Вааш, отбросив дверь, обвил его хвостом и сжал. Таврида только успела закрыть глаза Райшанчику, а сама продолжала смотреть. Раздался жуткий хруст, Бейшан даже не смог закричать. Менее чем через минуту его изломанное тело упало на пол. А Вааш бросился к Тавриде и дочери.

– Где, что болит? – обеспокоенно спросил он.

Райшалаш разревелась еще сильнее и прижалась к его груди. Таврида почувствовала, что тоже больше не может держаться, и шмыгнула носом. А потом горько расплакалась.

– Я так испугалась, – выдавила она сквозь слезы.

– Ну-ну, – Вааш обнял их обеих и утешающе погладил по спинам. – Все уже закончилось. Я рядом.

Ссадаши и Дедери не успели вернуться в покои принцессы. Когда парень увидел мчащегося по коридору нага, то даже сперва не поверил, что это неприятель. Больно уж быстро добрался до них. Но совершенно безумное лицо заставило Ссадаши напрячься, и он, не мешкая, отбросил принцессу за свою спину и угрожающе оскалился, предупреждая нага, что ему лучше сюда не соваться. Противник расхохотался и взлохматил свои белые волосы. Ссадаши окончательно убедился, что перед ним действительно сумасшедший, и напрягся. Учитель всегда ему говорил, что психи – самые опасные противники. Никогда нельзя предугадать их следующее движение. Он не жалеют ни себя, ни других. Если есть возможность, то такого противника лучше убить сразу.

Ссадаши метнулся вперед. Для Дедери его движение слилось в смазанную линию, которая двинулась к безумному нагу. Эта линия метнулась ему за спину, что – то мелькнуло перед лицом мятежника. А затем он выпучил глаза и булькнул. Дедери в ужасе прижала ладони ко рту, смотря, как из разорванного горла хлещет кровь. Безумец покачнулся и упал на пол. Ссадаши брезгливо отряхнул руку и направился к девушке.

– Живо за мной.

Дедери на подгибающихся ногах последовала за ним. Ссадаши остановил двух стражников, спешащих к лестнице, и ткнул пальцем в девушку.

– Это принцесса Давридании, – сказал он. – Ее необходимо сопроводить в покои и проследить, чтобы с ней ничего не случилось.

Наги кивнули и, почтительно подхватив девушку под руки, повели ее прочь. А Ссадаши развернулся в сторону лестницы.

– Стой, подожди. Ты куда? – закричала ему вслед обеспокоенная Дедери.

Но Ссадаши даже не обернулся, продолжая стремительно уползать. Его распирал страх. Ведь там, внизу, находятся его родители, слабая мать и беспомощный отец.

Дариласа, продолжая держать в руке алебарду, бежала по коридору. Она чувствовала, что Жейш вырвался из кухни и теперь стремительно ее нагоняет. Поэтому девушка держала направление к холлу. Да, там враг, но там же и защитники. Дариласа трезво оценивала свои силы и понимала, что справиться со взрослым, опытным нагом у нее мало шансов, поэтому, пока есть возможность, лучше избегать боя.

Когда Жейш опять увидел девушку, ликование наполнило его. Не уйдет. Хотя бежит довольно резво. Наагариш только один раз запнулся, когда неожиданно увидел мелькнувшее в окне лицо Чанвашара. Бог указал ему на одну из дверей там, где коридор расширялся, образуя круглую площадку, и исчез. Жейш возликовал. Их не бросили. Но тут же забеспокоился: он не знал, где сейчас были его сыновья. Решение пришло в голову быстро. Он просто заберет девчонку с собой, а потом обменяет ее на своих детей. Точнее, он сделает вид, что хочет обменять. Вряд ли Чанвашар упустит такую возможность покончить с этой маленькой занозой.

Дариласа поняла, что ей уже не убежать, поэтому остановилась, развернулась и отвела оружие в сторону, готовясь нанести удар. Неожиданно на Жейша сбоку налетел Роаш, и наги покатились по полу. Взбешенный Роаш, слегка обезумевший от своей злости, схватил Жейша за горло и от души приложил его затылком о каменный пол. Дариласа шагнула было к нему, но тут же напряглась, услышав отчаянный женский крик. Обернувшись, она увидела Руазу, которая медленно сползала по стене под взглядом какого-то нага. У ее ног без чувств валялась ее придворная дам. Чуть в стороне изломанными куклами были разбросаны тела ее охраны.

Дариласа мысленно выругалась и бросилась к ней, решив, что Роаш и без нее справится. Наг перед Руазой медлил. Было видно, что он испытывает сильные сомнения. Перед ним была женщина. Он не мог ее тронуть. Прежде, чем Дариласа успела подбежать к нему, из-за угла выполз Доаш. Наг сразу увидел ее, перевел взгляд на замершего противника и бросился к нему со спины. В руке его блеснул кинжал. Мгновение, и Доаш обхватил нага за горло и засадил лезвие ему между лопаток.

Дариласа оказалась около Руазы и, схватив ее за руку, потащила к ближайшей комнате. Нужно укрыться. До слуха Дариласы донеслись бессвязные бормотания.

– Я…я в парк собиралась… Только спустились… И тут…

Руаза, казалось, была слегка не в себе. Она даже не плакала. Дариласа потянула дверь комнаты на себя и замерла, увидев перед собой горбатого. Она впервые видела его лицо так четко. Брови Чанвашара чуть удивленно приподнялись: он ожидал Жейша, а не ее. А Дариласе хватило одной секунды, чтобы решить, что делать дальше. Она вскинула руку и метнула алебарду. Вспыхнул рой серебристых искр, и оружие вонзилось в стену. Кольца на лезвии звякнули, а Дариласа зарычала. Ушел, поганец. Опять. Руаза испуганно посмотрела на нее.

– Надо же. Вот это встреча, – услышала Дариласа издевательский голос.

Круто развернувшись, она увидела перед собой сына Жейша. Она не знала его имени, помнила только, что он самый старший. Бросив взгляд в сторону, Дариласа увидела, что Доаш бьется уже с двумя. И откуда их столько. Еще дальше по полу катались Роаш и Жейш. Сынок, видимо, не узнал папашу, раз до сих пор не бросился ему на помощь.

Дариласа покрутила ладонью, и алебарда, исчезнув из стены, возникла в ее руке. Девушка выступила перед Руазой. Хвост сынка Жейша азартно взвился. Дариласа отметила, что в нем нет присущего нагам трепета перед жизнью женщины, и осознала, что этот гаденыш посмеет убить ее и даже не засомневается. А легкий безумный блеск в его глазах только подтвердил ее предположения.

– Я уже убивал таких, как ты, – с улыбкой сказал ей наг. – Она сама напросилась.

Неожиданно лицо его исказилось от ярости, и он зашипел:

– Сама. Она заслужила это.

А Дариласа неожиданно вспомнила рассказ Вааша о наге, который на войне с Нордасом убил женщину. Она была воином, и наг не мог пощадить ее. Но осознание того, что он убил женщину, медленно сводило его с ума. Похоже, здесь тот же случай.

Хвост нага стремительно, как хлыст, рванул к ней. Дариласа бросилась навстречу и, упав, проскользнула прямо под ним. Она почти тут же вскочила, оказавшись за спиной мужчины. Но тот не дремал. Не разворачиваясь, он опять махнул хвостом. Дариласа выпустила алебарду, та тут же исчезла, пропустила хвост сбоку и, схватив его обеими руками, коротко рыкнув, дернула на себя. Наг взмахнул руками и упал на спину. А Дариласа, не мешкая ни секунды, выпустила его конечность и метнулась к противнику, на ходу призывая алебарду. Вскинув ее, она приготовилась нанести удар нагу прямо в грудь.

– Нет, – раздался отчаянный крик Жейша, который увидел своего сына.

Это искреннее отчаяние сбило Дариласу, и лезвие воткнулось рядом с плечом нага. Хвост сильно ударил ее в спину, и она пролетела вперед, оставив свое оружие торчать в полу. Дариласа почти тут же вскочила, но и ее противник уже был на хвосте. Правда, недолго.

Черная молния мелькнула рядом с сыном Жейша, и он полетел на пол. Дариласа, широко распахнув глаза, смотрела на окровавленного и жуткого наагашейда. Взгляд у него был слегка безумным. Черный хвост обвил ее за талию и бросил за спину повелителя. Дариласа упала, больно ушибив колени, но тут же встала, полная решимости не стоять в стороне. Наагашейд повернулся к ней и прошипел:

– Не лезь.

А затем тон его стал умоляющим.

– Я прошу тебя, пожалуйста, не лезь.

И Дариласа замерла. Вспышкой мелькнул в памяти разговор с Делилонисом о праве мужчины защищать. Дариласа зажмурилась, сжала зубы… и сдалась. Она только лишь призвала свою алебарду назад и осталась за спиной наагашейда. Просто осталась стоять. В то время как вокруг кипел бой. Ее помощь была бы нелишней. Но она продолжала стоять, переламывая себя и чувствуя, что от собственного бездействия ей становится все паршивее и паршивее. Она не привыкла быть такой бесполезной.

В ее локоть вцепились пальцы, и Дариласа чуть не ударила Руазу под дых. Взгляд у принцессы был полубезумный, и она прижималась к Дариласе так, словно та могла защитить ее от всех опасностей.

А наагашейд тем временем стремительно обвил сына Жейша хвостом, поднял его вверх, перевернул и что есть силы ударил головой о пол. Зажмурилась даже Дариласа, не в силах смотреть на то, что стало с противником наагашейда. Руаза тихо вскрикнула и вжалась лицом в спину Дариласы. До слуха девушек донесся горестный крик Жейша.

Ссадаши прошмыгнул по лестнице, удачно избежав стычек, и метнулся через весь холл, не пытаясь поучаствовать в сражении. Тем более мятежников почти смяли. Оказавшись у лекарского крыла, Ссадаши забарабанил кулаками в дверь.

– Кто там? – недовольно спросил Эош.

– Это я, Ссадаши. Мои родители… – торопливо начал парень.

– Ссадаши? – услышал он обеспокоенный голос матери. – Впустите моего мальчика, – потребовала она.

– Ссадаши, извини, дверь не открою, – очень спокойно сказал Эош.

– Что? – возмутилась его мама.

На губах Ссадаши появилась улыбка облегчения, и он поспешил успокоить маму.

– Здесь уже все хорошо. Обо мне можешь не волноваться.

Ему понадобилось время, чтобы успокоить свою недоверчивую мать, которая считала, что все ее обманывают. Успокоившись по поводу родителей, Ссадаши бросился искать госпожу. Пока он успокаивал мать, мятеж действительно подавили. Госпожу он нашел в холле, за спиной наагашейда. Сам повелитель разъяренно метался из стороны в сторону. На полу лежали связанные наги. Рядом стаскивали и складывали тела убитых мятежников. Ссадаши с грустью отметил, что и с их стороны есть потери. В глаза ему бросился связанный Жейш. Взгляд нага был пустым, он как будто постарел. А перед ним лежали тела двух молодых нагов, в которых Ссадаши с трудом опознал его сыновей.

Здесь же он увидел Роаша, который отдавал приказы страже. Чуть в стороне были Миссэ и Доаш. Миссэ держался за разбитую голову, а Доаш виновато крутился рядом с ним. Во время боя он вырвал деревянную балку у своего противника и случайно огрел собственного брата по голове.

– Спасибо, что хоть не убил, – ворчал Миссэ.

Ссадаши подполз к госпоже. Наагашейд один раз очень недовольно посмотрел на него, а потом опять вернул все свое внимание мятежникам. За спиной госпожи Ссадаши обнаружил испуганную принцессу Руазу. А она здесь что делает? Взгляд парня привлекла нагиня, появившаяся в сопровождении зеленохвостого нага из одного из коридоров. Но наг, увидев трупы, тут же развернул девушку обратно. Нагиня показалась Ссадаши смутно знакомой.

– Госпожа, как вы? – тихо спросил он Дариласу.

Та напряженно посмотрела на него. Чувствовала себя девушка препаршиво. Вместо того чтобы хоть как – то помочь, она стояла за спиной повелителя. Просто стояла и смотрела, как повелитель разъяренно мечется перед ней. После того, как он убил сына Жейша, они переместились сюда, в холл. Бой закончился. Бунт заключенных подавили очень быстро. Правда, для Дариласы до сих пор оставалось загадкой, в чем именно обвинялся целый род.

Стража в этот момент начала втаскивать в парадные двери оставшихся в камерах представителей рода. Те не сопротивлялись. Взгляды у них были обреченные. Дариласа дернула Ссадаши за рукав и вопросительно посмотрела на него.

– Пособники мертвого бога, – неохотно объяснил он. – Наги, что пытались убить нас на Карийских болотах, из их рода.

Дариласе рассказывали о том, что произошло на болотах, но сама она не помнила из произошедшего ни секундочки.

Девушка поймала потемневший взгляд повелителя. Ей казалось, что наагашейд сейчас немного безумен. Он был в бешенстве и рвался мстить. Порой казалось, что он хочет выползти из дворца, чтобы лично притащить оставшихся нагов из тюрьмы. Но удалялся от нее на какое – то расстояние и возвращался, словно был не в силах покинуть ее. И опять начинал метаться из стороны в сторону.

– Дел? – тихо спросила она Ссадаши.

– Он еще с утра уехал в город, – успокоил ее парень.

Девушка облегченно вздохнула. А то она уже подумала, что с ним что – то случилось, раз он до сих пор не рядом с наагашейдом.

К повелителю подполз Роаш и начал ему что-то говорить. Дариласа беспомощно посмотрела на Ссадаши, и парень начал ей тихо переводить.

– Жейш с сыновьями каким – то образом смогли выбраться из темницы, отомкнув цепи и выломав окно и часть стены, – докладывал в это время Роаш. – Я успел допросить тех заключенных, что остались в своих камерах, и они сказали, что к ним пришел Жейш с ключами и освободил их. Стража в коридоре не двигалась и не реагировала на них. Жейш еще запрещал прикасаться к ним. Думаю, без мертвого бога здесь не обошлось. После освобождения Жейш отдал приказ напасть на дворец. Часть его родичей этому приказу не последовали, оставшись в камерах. Повелитель, среди них у очень многих имеются проблемы с рассудком. Похоже, они начали сходить с ума, вынужденные идти против своих инстинктов и участвовать в заговоре против вас. Я не исключаю и длительное ментальное воздействие на разум. Возможно, имели место быть и другие противоречащие нашей природе поступки…

– Довольно, – прошипел наагашейд, прожигая Роаша взглядом. – Казнить всех.

Лицо Роаша напряглось.

– Всех? – повторил он.

– Да, – безапелляционно заявил повелитель. – Они посмели зайти так далеко. Она могла пострадать…

Он сбился и плотно прикрыл глаза, пытаясь взять себя в руки. И уже более спокойно добавил:

– С женатыми провести ритуал разрыва брачной связи. Самое большее через два часа их всех должны казнить.

Сказав это, он круто развернулся и подполз к Дариласе. Обхватил ее руками и бесцеремонно вырвал из рук Руазы. Принцесса потерянно вцепилась в локоть Ссадаши. А повелитель поднял Дариласу, прижал к своей груди и пополз вверх по лестнице. Роаш недовольно зашипел, но проявил благоразумие и к такому повелителю лезть не стал. Ссадаши тоскливо посмотрел на испуганную Руазу. Везет ему в последнее время на принцесс.

А Дариласа смотрела поверх плеча наагашейда на обреченных нагов, и в голове ее стучала одна-единственная фраза: «Казнить всех».

Вааш спускался вниз по лестнице, держа на руках Тавриду и дочь. Одна сидела на одной руке, другая на другой. Лица обеих были заплаканными и красными. Сейчас Таврида казалась едва ли старше Райшанчика. Увидев связанных мятежников внизу и трупы, Вааш резко затормозил. Таврида и его дочь закрыли глаза и прижались к нему плотнее.

– О, Вааш, все свое ношу с собой? – пошутил кто-то из нагов.

– Не все, – мрачно отозвался Вааш, с беспокойством осматриваясь. – Дариласки не хватает.

И покрутил в воздухе кончиком хвоста, показывая, чем именно ее понесет.

– Госпожу забрал наагашейд, – просветил его Ссадаши.

Парень поддерживал под руку принцессу Руазу. Та все никак не могла прийти в себя и просто испуганно смотрела перед собой.

– Он такой… нервный был, – тихо добавил парень.

Вааш выругался и развернулся, видимо, вознамерившись ползти за девушкой.

– Не рискуй, – донесся до него мрачный голос Роаша.

Вааш развернулся и посмотрел на рыжего нага. Вид у того был очень недовольный. Раздражение и злость ярко отражались на его лице. Но тем не менее даже он, помешанный на своей дочери «папаша», не посмел остановить наагашейда. И советовал Ваашу не делать этого.

– Настолько плохо? – нахмурившись, уточнил Вааш.

Роаш кивнул, а потом пожал плечами, словно не был уверен в своих предположениях.

– Очень сильно разозлился, – тихо поведал он. – И испугался. За нее.

Вааш припомнил себя в те годы, когда инстинкты раздирали его сильнее всего, и согласился с Роашем. Пусть остынет. В такие моменты наги особенно рьяно заботятся о безопасности дорогих им женщин. Вред причинить не должен. Хотя все равно Ваашу было беспокойно.

– Руаза, – раздался дикий крик.

По лестнице бежала, спотыкаясь, королева Арония. Глаза у нее были дикими, щеки мокрыми, руки тряслись. За ней ползли наги из стражников. Вид у них был недовольный. Похоже, они пытались остановить ее, но разве встревоженную мать остановишь?

Увидев ее, Руаза отцепилась от локтя Ссадаши и со всех ног бросилась к матери. И уже у нее в объятиях наконец-то разрыдалась.

– Моя девочка, – королева плакала и целовала лицо дочери. – Живая… целая… Мать-богиня, спасибо тебе.

– Пустите меня, – раздался возмущенный вопль.

Роаш тут же раздраженно прищурился, узнав голос короля Дорина. Король сбежал вниз по лестнице и остановился, осматривая холл горящими глазами. Увидев Руазу, он охнул и бросился к ней.

– Руаза, с тобой все хорошо? – обеспокоенно спросил он.

– А ты не видишь? – взбешенно закричала королева. – Это по твоей вине она пережила этот ужас. Из-за тебя. Я просила, я умоляла оставить Руазу в Нордасе. Но ты, плюнув на все разумные доводы, не послушал меня. И в итоге ее чуть не убили.

Король помрачнел, но упрек проглотил. Он развернулся к нагам, посмотрел на них, словно ища кого – то, а потом увидел Вааша и решительно двинулся к нему. Таврида испуганно всхлипнула, и Вааш тут же напрягся.

– Где Тейсдариласа? – дрожащим от ярости голосом спросил король. – Где моя дочь?

– Дариласа с повелителем, – мрачно ответил Вааш, – а ваша дочь у вас за спиной.

Король вздрогнул, обернулся и увидел плачущую Руазу. Смысл фразы дошел до него, и он взбесился еще сильнее.

– Я думал, что во дворце наагашейда нам ничего не угрожает. Я верил в его защиту. А в итоге чуть не погибла вся моя семья.

– Так не погибли же, – не проникся его гневом Вааш. – Защитили.

Наги старательно скрывали смешки. Король выглядел немного забавно, крича на монументального Вааша, на руках у которого сидели женщина и ребенок. Вааш рядом с ним выглядел таким серьезным и солидным мужчиной.

– Я выскажу все это наагашейду, – презрительно выплюнул Дорин, поняв, что этого нага ему не смутить. – Где он?

– Уполз куда-то, – Вааш позволил себе легкую улыбку, которая еще больше разозлила короля.

– Я видел повелителя на втором ярусе, – сказал стражник, который спустился в холл вместе с королевой. – По-моему, он с госпожой в Дубовой гостиной.

Король бросился вверх по лестнице.

– О, я провожу, – воскликнул Ссадаши и метнулся за ним.

Вааш с укором посмотрел на разговорчивого нага, хотя осудить его не смог. Сам бы с удовольствием толкнул нордасского короля под горячий хвост наагашейда.

А Роаш улыбался, не скрываясь. Улыбка его была скорее усмешкой, коварной такой, зловредной. Мысленно он даже подгонял короля двигаться быстрее, чтобы как можно скорее оказаться в разъяренных руках повелителя. В этот момент он даже простил наагашейду то, что он утащил у него Дариласу. И выходку с побегом, о которой ему сегодня рассказал Вааш, тоже простил.

Ссадаши обогнал короля прямо у дверей Дубовой гостиной и почтительно придержал за локоть. Дорин разъяренно посмотрел на него. В ответ парень одарил его самым любезным взглядом.

– Я доложу о вас, ваше величество, – учтиво произнес он. – Понимаю ваш гнев, но все же, думаю, не стоит врываться вот так.

Дорин прикрыл глаза и глубоко вздохнул. Да, не стоит с таким пренебрежением относиться к манерам. Этот мальчик прав.

– Да, хорошо, – уже спокойнее согласился он.

Ссадаши скользнул за дверь, прикрыл ее… и задвинул засов.

– Что такое? – в голосе короля зазвучало недоумение.

А Ссадаши окинул взглядом пустую гостиную и хмыкнул. Он – то знал, что наагашейда и госпожи здесь нет. Их запах сосредоточивался в совершенно ином месте. Но король-то об этом не знает.

В дверь глухо бухнул кулак.

– А ну открывай немедленно, гаденыш, – заорал взбешенный король. – Наагашейд, мне нужно с вами поговорить.

Долго будет биться. Ссадаши подполз к подушкам, разложенным рядом с низеньким столиком, и растянулся на них, приготовившись хорошо провести время. Король бил кулаками в дверь и угрожал ему разными карами. А Ссадаши понадеялся, что повелитель и госпожа наконец-то смогут нормально поговорить друг с другом.