Глава 2

Вита

Я испуганно вздрогнула и закрыла глаза. Неосознанно вжалась в Глеба теснее. Почему-то казалось, что только он способен меня защитить от разъярённого жениха. Парень же никак не отреагировал на голос за спиной. Он коротко чмокнул меня в губы, лизнул языком верхнюю, из-за чего я задрожала и на несколько мгновений забыла о своём женихе.

Глеб подмигнул мне, после чего лениво и неторопливо развернулся к Саше. Я с ужасом смотрела на то, как мой жених направляется в нашу сторону, угрожающе сощурив глаза и сжав кулаки. Чёрт. Я знала этот взгляд, он не предвещал ничего хорошего.

— Ты кто такой, уродец? — Саша с презрением выплёвывал слова.

Боже. Никогда не думала, что окажусь в такой ситуации. Растерянно переводила взгляд со своего нового знакомого на жениха. Саша резко размахнулся, намереваясь ударить парня по лицу. Глеб ловко увернулся, но нападать в ответ не стал. Только усмехнулся лениво и выгнул тёмную бровь, пересечённую шрамом. Отошёл, засунул руки в карманы джинсов.

— Не пыли, женишок. За невестой своей лучше следи, чтобы ночью одна по паркам не ходила.

— Пошёл вон отсюда, — Саша с презрением и ненавистью выплюнул каждое слово.

— Прощай, Золушка, — Глеб криво и насмешливо усмехнулся. — И ты не хворай, пёс.

Парень неторопливо развернулся и пошёл по тротуару прочь. Я смотрела ему вслед, не имея сил оторвать жадного взгляда от широкой спины и длинных ног. Почему-то хотелось броситься вслед, догнать и… поцеловать. Снова почувствовать жадный поцелуй парня на губах. И с каждым новым шагом парня, мне казалось, что внутри что-то дрожит и надрывается. С треском лопается, причиняя боль. Будто всего за десяток минут я успела всей душой прикипеть к этому парню. Обаятельному и забавному.

— Я не понял, Виталина, это кто такой? — Саша сомкнул пальцы на моём локте, заставив меня вскрикнуть от боли. — Какого чёрта ты с ним лизалась?

Мужчина щурил серые глаза и цедил каждое слово сквозь зубы. Запах его одеколона проник в нос, вызывая во мне волну отвращения. До чего омерзительно он пахнет! Он и раньше мне не нравился, но сейчас казался особо неприятным. Особенно после того, как я распробовала все оттенки запаха Глеба.

— Мне больно, Саша. Отпусти меня, — я говорила тихо и спокойно, смотря на него сквозь ресницы. — Я не знаю этого парня. Он просто проводил меня до дома, потому что ко мне пристал пьяный мужик в парке, — я солгала, прекрасно понимая, что Глеб исчезнет из моей жизни, а вот Саша останется.

Не стоит лишний раз портить отношения. И так Саша контролирует каждым мой шаг.

— Так нечего ночью шляться, — мужчина ещё сильнее сжал пальцы, из-за чего я заскулила от пронизывающей до костей боли. — Я говорил тебе, чтобы ты не опаздывала.

— Отпусти меня, Саша. Мне больно, — я говорила холодно, хотя хотелось рыдать. — Я не подчиняюсь тебе. Я не твоя собственность и игрушка. Я не обязана следовать твоим порядкам. Отпусти.

— Смотрю, ты стала слишком наглой, — теперь рука моего жениха сжала мои щёки.

Во рту разлился вкус крови, а в глазах потемнело. Слёзы всё-таки покатились из глаз. Я ладонями попыталась отпихнуть жениха, надавив ладонями на грудь.

— Руки от девушки убери, пёс, — я никогда в жизни не могла предположить, что услышав чужой и немного ленивый голос, испытаю такое облегчение.

Такой прилив счастья. И какого-то непонятного мне трепета.

Саша взял меня за ворот платья, которое тут же затрещало, и просто отшвырнул в кусты, как щенка. Мне повезло, что куст оказался мягким и смягчил падение.

Я приподнялась на локтях, наблюдая за тем, как мой жених набросился с кулаками на Глеба, просто колотя того, как боксёрскую грушу. Я не могла понять, почему парень не защищается. Он только руки вскинул и голову закрывал, пока Саша ревел от ярости и всё сильнее распалялся. Я слышала звуки ударов и вздрагивала каждый раз, жмурилась от страха.

— Прекрати! Саша, немедленно прекрати! Ты убьёшь его сейчас! — я поднялась и тут же взвыла от боли в лодыжке.

Оказалось, что подвернула ногу, когда падала. Но времени на то, чтобы жалеть себя не было. Куда больше волновало то, что заступившегося за меня парня сейчас избивают.

— Прекрати это, Саша! — я заорала так громко, что у соседей залаяла собака.

— Что, беспокоишься за своего любовника? — мой жених, держа парня за ворот футболки, обернулся ко мне. Оскалился, сверкнул почти прозрачными глазами. Один Бог знает, как я ненавидела его глаза. Как меня постоянно передёргивало от его взгляда. — Пошла в дом. Сейчас же. Позже поговорим.

Меня передёрнуло от угрозы в его голосе. Даже щёки снова заныли, будто Саша снова сжал мои щёки

— Со мной поговори, герой, — Глеб выпрямился и ухмыльнулся разбитыми губами.

А дальше я могла только стоять с открытым ртом и хлопать глазами. Я не поняла, что и как произошло. Просто парень резко выкинул руку, и Саша страшно захрипел, упав на колени на дорожку. Пачкая свои идеальные выглаженные штаны со стрелками. Глеб намотал галстук мужчины на правую руку, левой же оттянул волосы жениха, запрокидывая его голову. Саша хрипел, краснел и жадно хватал ртом воздух.

— Послушай сюда, напомаженный голубец, девушек обижать нельзя. Своими наманикюренными пальцами причинять им боль тоже. Даже махать кулачками не стоит. Ты меня понял? А? Не слышу?

— Ты пожалеешь!

Дальше посыпались угрозы в сторону Глеба. И такое количество нецензурных слов, что мои уши свернулись в трубочку.

— Значит, не понял, — мой новый знакомый страшно улыбнулся и склонил голову на бок. — Туповатый у тебя женишок, Золушка. Русский язык не понимает. Попробуем иначе.

Я не поняла, что именно сделал Глеб, но Саша заорала так громко, что у меня по коже побежали ледяные мурашки. Уже от страха. Что парень сделал?

Глеб брезгливо оттолкнул Сашу, тот упал на землю, корчась и стоная. Взгляд карих глаз резко сместился на меня. Я почему-то попятилась от страха. Парень был непредсказуемым.

— Боишься? — Глеб криво усмехнулся. — Я вроде защищал тебя от этого урода. Серьёзно, Золушка? Ты собираешься замуж за него?

— Спасибо, конечно, за помощь, — я окатила парня ледяным взглядом. — Но это не твоё дело.

— Варианта лучше ты не нашла? — Глеб склонил голову к плечу, сощурил глаза.

Я больше не видела в нём того добродушного парня. Опасный. Злой. Пышущий яростью. Он сделал ко мне три стремительных шага, схватил за руку, провёл пальцами по коже предплечья, на которой остались синяки от пальцев Саши. Моя кожа тут же покрылась мурашками, низ живота свело странной судорогой. Пульсирующей и почти болезненной.

— Ты хоть понимаешь, что если он сейчас уже распускает руки, до свадьбы, то дальше будет хуже?

— Я пойду, — я слишком неловко себя чувствовала рядом с парнем.

Под его испытывающим и слишком умным взглядом я чувствовала себя неразумной девчонкой. Хотелось закрыть лицо руками, спрятаться, только бы не видеть этого снисхождения в его глазах. И переживания за меня.

— Золушка, ты хоть туфельку мне оставь на память, — парень вновь беззаботно и широко улыбнулся.

Вскинул руку, провёл пальцами по щеке, скользнул на нижнюю губу и немного оттянул. Вокруг моего дома была хорошая подсветка, поэтому я увидела, как резко почернели глаза Глеба. Как резко расширились зрачки. Парень криво улыбнулся и одёрнул руку. Снова спрятал в карманы джинсов.

— Так что? Оставишь? — Глеб склонил голову к плечу.

— Что? Ты про что?

Это нормально, что от пары прикосновений, от близости этого парня я теряю голову? Просто забываю все свои мысли.

— Туфельку одолжишь?

— Тебе зачем? Носить собираешься? — я всегда стеснялась шутить, боясь выглядеть глупой.

— Нет. Надеяться, что снова случайно тебя встречу и… — я не дала ему заговорить, завопив во весь голос:

— Глеб!

Парень резко обернулся и успел перехватить руку Саши, с зажатым в ней камнем. Снова я не успела ничего понять — мой жених лежал на земле, лицом собирая всю пыль и грязь, рукой лупя по асфальту.

— Я полагал, что тебе ниже падать некуда. Хм… Ошибся. Нападать со спины, — Глеб цокнул. — Какая мерзкая ты сопля. Пнуть бы тебя, но улица научила, что лежачих не бьют.

Парень вновь оказался возле меня. Быстро и практически незаметно. Обхватил обеими ладонями лицо и вновь поцеловал. Жадно проникая языком в рот. Ноги подкосились, а перед глазами всё поплыло.

— Иди домой, Золушка. Не стоит тебе на это смотреть.

— Что ты собираешься делать?

— Не имеет значения. Беги.

Парень развернул меня за плечи и подтолкнул в сторону дома.

— Потолкую с твоим женишком.

Постоянно оглядываясь, я пошла в дом. Я не имела понятия, что мне делать. Как себя вести. Калитка захлопнулась. Я не дошла до лестницы, как на меня налетела мачеха. Бледная и злая.

— Где ты была?

— Оставь меня в покое! Отвали. Ты мне не мать, я отчитываться не должна.

Я оставила мачеху за спиной, открывать и закрывать рот. Мне было плевать на последствия. Я не хотела портить этот вечер разговорами с мачехой. Впервые за последние годы за меня заступились.

Я взбежала вверх по ступеням. Слышала, что мачеха за спиной начала вопить. Я только ускорила шаг, желая поскорее оказаться за дверью своей комнаты. Щёлкнула замком, перевела дыхание. Услышала приближающиеся громкие шаги.

— Дрянная девчонка, открой сейчас же. Тебе же хуже будет! — голос мачехи срывался на противный визг.

В этот момент я ненавидела её больше, чем обычно.

— Уйди, Жанна. Я не хочу с тобой разговаривать.

— Что? — я услышала весь спектр недоумения в голосе мачехи, которой никогда не смела дерзить.

Я даже отвечать не стала, тут же двинулась в ванную, которая, к моему счастью, прилегала к моей комнате. Вошла. Закрыла плотно дверь и включила воду, чтобы заглушить вопли мачехи. Взглянула на своё отражение в зеркале. Что меня ждёт завтра? Грустные глаза отца? Лживое и полное тоски лицо Жанны? Её плаксивые рассказы о том, что я её не слушаюсь? И вздохи отца о том, что он разорён и его будущее зависит от Саши? И меня. Что этот брак нужен ему, чтобы спасти от тюрьмы?

Я всё это слышала сотни раз.

Мой взгляд опустился на губы, которые припухли от поцелуев Глеба. Я грустно улыбнулась и коснулась пальцами абриса. Мой первый настоящий поцелуй. Который не забрали насильно, удерживая и проталкивая язык в рот. Не вызывающий отвращения. Я поняла, что хочу запомнить этот вечер. Этого парня. Его поцелуи.

Я знала прекрасно, что мы никогда не будем с ним вместе. Никогда. Я не смогу отказаться от брака, не смогу сбежать от пут Саши. Он увидел меня однажды в университете и захотел себе. Как игрушку на витрине. И он купил меня. Просто купил у отца. Оказывается, что люди вот так просто продаются. А Глеб просто будет сладким воспоминанием. Принцем на белом коне, который спас меня. Защитил. Сделал то, что до этого не делал никто. А я просто буду хранить в памяти этот момент.