22−2

Хотя я и предупреждал их о предстоящем знакомстве.

Впрочем, оказалось, что удивились они не присутствию здесь Вэйды, а нашему жаркому спору, уже грозившему перейти в ссору.

— О чём так яростно дискутируете? — поинтересовался Майкл раньше, чем я успел обнять их с Мэри.

— Да так, об одном эксперименте, — махнул я рукой, стараясь избежать всякой конкретики. Потому что если метода создания переходов попадёт в Полярную Звезду — не в Северную, которую уже давно возглавляет Сергеев, а именно в Полярную, где как раз и остались все оборотнененавистники и в которой по-прежнему состоит Никита Рогов (правда, скорее, уже чисто номинально) — Элестайл меня не то что не помилует, он мне вовсе голову открутит! А детям Никитка всё-таки дед — кто сказал, что они ничем-ничем с ним не поделятся? — Проходите и знакомьтесь. Это моя Вэйдэлин. Я вам о ней рассказывал.

— Майкл. Рад знакомству, — протянул руку сын, изучая девушку таким взглядом, что я чуть не заревновал.

— Я тоже рада. Мэри, — представилась и дочь.

Вэйда также выказала свою радость.

— Вы случайно вина с собой не прихватили? — поинтересовался я у детей наудачу. Просто подумалось, что знакомство было бы неплохо отметить.

— Нет, — виновато развёл руками Майкл.

— Я прихватила, — сообщила ненаглядная. — А ещё испекла пирог с мясом и торт.

— Сама испекла? — поразилась Мэри.

Вэйда кивнула, доставая из сумки всё перечисленное и ещё четыре серебряных бокала.

— А ваша мама нечасто готовит? — спросила она, похоже, уже уверенная в ответе.

— Правильным будет ответ — никогда, — усмехнулся сын. — Готовить мать умеет разве что коктейли. И исключительно для себя.

— Какие у вас-то с ней отношения? — поинтересовался я, раз уж зашла речь. Обычно об Инке мы никогда не говорили.

— Сносные — если учесть, что пересекаемся мы нечасто, — опять ухмыльнулся Майкл.

— То есть вы уже не живёте с дедом? — уточнил я.

— Нет, мы-то как раз живём. Зато мать появляется дома лишь набегами — в основном, за тем чтобы в очередной раз вытянуть из деда деньги. Недавно вот выставила его на кругленькую сумму — по пьяни разбила и свой автомобиль, и чей-то ещё дорогущий.

— Мда… — протянул я, не зная, что тут сказать. Разве только… — Простите, дети, что так подсуропил вам с матерью.

— Ничего, — махнула рукой Мэри. — Зато нам повезло с родственниками с твоей стороны. Эйприл нам всегда была и за мать, и за бабушку. Хотя по крови мы ей вообще никто. Элис с Зоргеном нас, кстати, навещают в каждое открытие портала. Да и их родня тоже. И мы у них бываем. Так что жаловаться нам совершенно не на что.

— Эйприл — это жена Нистэмпа? — уточнила Вэйда для полной ясности.

— Да, — ответил я. И добавил. — А Элис [1] — их дочь. Она вышла замуж за дракона с Соктавы и живёт там. Кстати, Зорген — младший брат Андрея Розовского. Так что, по идее, с ним мы тоже родственники в некоторой степени.

— А твоей матерью, значит, была первая жена Нистэмпа? — спросила она утвердительным тоном.

Я нервно хохотнул и помотал головой:

— Нет, по-нормальному в нашей семейке в те времена вообще ничего не бывало. Я — сын Шевады, сестры Хиртаны.

Ненаглядная удивлённо распахнула глаза, однако комментировать не стала.

Зато меня уже понесло:

— К слову, если захочешь посмотреть, как плюётся ядом Кронсталл — упомяни при нём Шеваду. Она была его первой женой.

Вэйда нахмурилась:

— Та самая, что натравила на Олинию какого-то зверя?

Надо же, а я и не подозревал, что весь Бордгир, оказывается, в курсе той истории [2].

Тем не менее утвердительно кивнул. От истины, что моя мать была отпетой тварью, уже никуда не деться.

— За знакомство, — решила Мэри провозгласить тост. А заодно, наверное, и разрядить обстановку. — Мы с Майклом очень рады, что тебе, пап, повезло встретить такую замечательную женщину.

— Ты уверена, что я прямо-таки замечательная? — с улыбкой вскинула бровь Вэйда.

— Конечно, замечательная, — поддержал сестру сын. — Раз не побоялась всех трудностей.

— И мы очень надеемся, что когда-нибудь отца всё-таки выпустят из Бозуира, — добавила Мэри.

— Я тоже живу этой надеждой, — призналась возлюбленная.

В общем, мы отлично пообщались под вино и Вэйдины кулинарные шедевры. Мэри, кстати, не забыла попросить у неё рецепты и пирога, и торта. Ненаглядная обещала скинуть ей их в Небе.

Никакого ревнивого негатива по отношению к моей возлюбленной со стороны детей близко не наблюдалось. А я-то, признаться, всё же опасался, что он может быть — обычно отпрыски не любят, когда родители заводят новые отношения. Достаточно вспомнить себя. Уж я-то, эгоист паршивый, точно не был в восторге, когда отец женился на Эйприл. Но, видно, дети выросли куда лучше меня тогдашнего.

Ох, только бы Вэйда никогда не узнала, что помимо всех прочих преступлений я ещё и Эйприл зарезал! Потому что этого, боюсь, она уже не переварит.

В районе пяти часов за Майклом с Мэри явился Вайлд, и они улетели. А Вэйда оставалась со мной до самого вечера. Периодически вновь начинали спорить по теме экспериментальной проверки нашей разработки.

Но больше всё-таки просто общались о том о сём и целовались. Всё жарче и жарче…

В конце концов в какой-то момент я чётко понял, что от желания у меня уже едет крыша. Ненаглядная тоже явно хотела меня. И, честно говоря, единственное, что останавливало — в Бозуире невозможна магия, а привязать девушку к себе ещё и беременностью мне совершенно не хотелось. Точнее, может и хотелось, но совести хватало так не поступать — помилуют ли меня хоть когда-нибудь, вилами на воде писано.

Но тут…

[1] История Элис и Зоргена рассказывается в моём цикле «Пламя в моей крови».

[2] А вот история легендарных бордгирских вампиров рассказана в моём цикле «Суженая из другого мира».