18−2

Но тут прямо на ходу мой рот накрыли жаркие губы, и я поняла, что всё это мне совершенно неинтересно.

— От объяснений по поводу беззастенчивого применения магии тебя это всё равно не спасёт, — тем не менее заявила, улучив момент.

— Как скажешь… — и снова этот невозможный многообещающий тон.

А ещё руки, гулявшие, казалось, сразу по всему телу. И нестерпимый жар его желания. Всё, я полыхнула спичкой!..

Климинелла

Если Алин сейчас прекратит меня целовать, я просто умру! — промелькнуло в голове.

Хотя губы уже горели от поцелуев. Или это я сама вся горю?

Каждое прикосновение мужчины отзывалось во мне нестерпимым желанием, настоящим пожаром. И мозги плавились вместе с телом. Это просто безумие какое-то! Я даже не заметила, как расстегнула рубашку на груди вампира, ладонь заскользила по крепкой рельефной груди.

Алинвир хрипло застонал.

Меня накрыло окончательно. Не знаю, каким образом рубашка исчезла и с его плеч, но, кажется, это тоже сделала я.

Ещё одна серия безудержных поцелуев…

Алин тоже начал расстёгивать блузку на мне. И вдруг… резко отстранился.

— Всё, Климми, иди спать, — тяжело дыша, прошептал, держа меня за плечи на расстоянии от себя.

— Я не хочу спать, — заявила ему чистую правду.

Не усну я теперь совершенно точно ни за что.

— А я слишком хочу тебя, чтобы продолжать, — не остался он в долгу по части откровенности.

— Тогда зачем же нам мучить друг друга дальше? — спросила напрямую.

И нежно провела пальцами по его щеке. В окончательно потемневших серых глазах натурально полыхнуло.

Однако мужчина не дрогнул.

— Но у людей же буйное помешательство на девственности, — заметил он как-то отстранённо.

— Значит, сам ты на мне не женишься? — сердце сжалось до физической боли.

Показалось, что пол уходит из-под ног. А перед глазами помутнело от запросившихся наружу слёз.

— Я-то, конечно же, женился бы, потому что люблю тебя, — услышала я сквозь шум в ушах, и сердце зашлось уже от радости. — Только твои родители ни за что не отдадут тебя за меня.

— Наплевать, — с трудом выдавила, потому что горло натурально перехватил спазм. — Я тоже люблю тебя, Алин. И убегу с тобой в Бордгир. Там родители меня не достанут. Да и не нужна я буду им, обесчещенная. Они…

Кажется, на нервах поток слов мог литься из моего рта ещё долго, но тут меня жадно стиснули в объятиях.

— Значит, выйдешь за меня? — спросил вампир, заглядывая мне в самую душу.

— Да. Только я хочу закончить Блонвур. Ты же не будешь против?

— Нет, естественно, — тепло улыбнулся мужчина. И пообещал: — Я буду рядом.

— Продолжишь служить в охране все шесть с половиной лет? — удивлённо уточнила я.

— Ну а почему, собственно, нет? Зато отработаю службу вперёд на ближайшие десятилетия, — засмеялся он.

— Это вообще замечательно, — обрадовалась я. — Но свадьбу тоже придётся отложить, потому что после побега родители точно не станут платить за моё обучение.

— Я сам способен за него платить, — решительно заявил Алин. — Поженимся летом. Согласна?

— Конечно.

Но тут же испугалась:

— А после свадьбы ты точно не передумаешь разрешать мне учиться?

Вампир улыбнулся:

— Я не смогу что-либо запретить тебе или разрешить, даже если бы вдруг возникло такое желание. В Бордгире женщина не вещь. У неё ровно столько же прав, сколько и у мужчины. Но чтобы тебе было спокойней, перед свадьбой мы внесём плату за твоё обучение до конца седьмого курса.

— Спасибо! — радостно взвизгнула я и повисла у любимого на шее.

Какой же он у меня замечательный!

И как же я благодарна Коруну за приглашение на свою свадьбу — иначе бы никогда не познакомилась с лучшим мужчиной на свете! Пусть они с Вэйдой тоже будут очень-очень счастливы!

Рот снова накрыли мягкие чувственные губы. А мои ладони опять заскользили по потрясающему рельефу его мускулов. Нет, честное слово, Алин — само совершенство! Мне хотелось без остатка впитать ощущения от каждого изгиба, каждой выпуклости, каждого участка бархатистой кожи.

Но в теле уже с новой силой разгорался нестерпимый пожар.

Алинвир подхватил меня под пятую точку и понёс в спальню. Кстати, когда и как осталась без одежды, я вообще не поняла. Неужели скоро, уже вот-вот всё произойдёт? На мгновение даже стало как-то страшновато.

— Я буду очень осторожен, — заверил мужчина, словно бы почувствовав моё состояние.

И вдруг хохотнул.

— Ты чего? — опешила я.

— Потом расскажу, — пообещал он, кладя меня на кровать и опускаясь сверху. — Я люблю тебя, Климми, — повторил, принимаясь целовать мою грудь.

Я едва не задохнулась от наслаждения…

Марида

Да что ж Эльрону прямо как мёдом намазано возле этой остроухой вампирши!

Стоило всем остальным удалиться, как он уселся на кровать рядом с ней и принялся о чём-то еле слышно ворковать.

Ещё и отвод внимания, похоже, поставил, зараза такая, — я не могла разобрать ни слова, сколько ни пыталась.

Да что ж мне так не везёт-то⁈ Лорэндаля Стелка прямо из-под носа увела. Ну чем, спрашивается, она лучше меня⁈ Даже чисто внешне — я бы ещё поспорила. Или просто у него на блондинок лучше стоит?

Ладно, после той моей глупой выходки там уже без вариантов.

Однако полоса моего невезения и не думает заканчиваться. Только начало казаться, что у меня есть шансы обратить на себя внимание Эльрона. Так нет, надо было свалиться нам на голову этой деве в беде! И у Рона тут же включился синдром спасателя!

А разве я хуже этой бледной немочи⁈ И ведь если бы нужно было отогревать остроухую сексом — можно даже не сомневаться, кто бы вызвался на роль грелки. Весь в папашу, бестии Тени его раздери!

Ну что мне тоже, что ли, с каким-нибудь кхулфом обняться, чтобы мужчины меня заметили⁈

Правда, один уже заметил… на мою голову. Вот только лесного тролля мне и не хватало! Нет уж, на такой экстрим я не подписывалась! Да и отец меня точно прибьёт.

Хорошо хоть, Сэн’Тир спровадил Варса спать. Кстати, а сам-то он что тут забыл?