Глава 14
От возмущения. Всё, купленное мне Лорэном бельё, а ещё нашедшийся таки халат были... изрезаны едва ли не в лапшу!
— Это что такое?! — вскричала в гневе, вытащив на свет то, что раньше являлось бюстгальтером. Точнее, бюстье.
— Ты чего верещишь, придурочная?! — сонно вякнула Гюрза. Но тут, видимо, заслышала доносившиеся из холла голоса. — Ой, девочки, мы, кажется, проспали!
Остальные две змеи тоже открыли глаза.
— Я спрашиваю, что это такое?! — повторила я, потрясая бывшим предметом гардероба.
— Нам-то откуда знать, что за лохмотья валяются на твоей полке, оборванка?! — презрительно сощурилась Огнёвка.
— Это вы сделали! — бросила обвинение им в лицо.
— Мы?! Да ты совсем оборзела! — прямо-таки возмутилась Кобра. — Мы ночью спали.
— Зато весь вечер находились с моими вещами наедине!
— Мы ещё не чокнулись копаться в твоём мерзком тряпье! — воскликнула она в праведном гневе. — Была охота руки об него пачкать!
— А весь вечер мы, между прочим, в читальне уроки делали, — заявила Огнёвка. И добавила с ехидцей: — Это тебе кто хочешь подтвердит.
— Меньше надо по мужикам таскаться – тогда и шмотки целы будут! — гаденьким тоном выдала Гюрза.
Вот сука!
— Кроме вас, этого никто не мог сделать! — отрезала я.
— С чего такая уверенность? — злоехидно осведомилась Кобра. — Зря ты думаешь, будто не нравишься только нам.
— И кто же ещё ненавидит меня до такой степени? Кому могло прийти в больную голову изрезать мои вещи?!
— Подстилке Лорэндаля, например, — ухмыльнулась она.
— Или Данриске – за то, что отбиваешь у неё Брандвига, — подвякнула ей Огнёвка.
А мне, признаться, и возразить на это было нечего. Насчёт Данрисы, правда, категорически не верилось. Но вот на что способна Лорэнова брюнетка, я понятия не имела. А ведь всю изрезанную одёжку покупал именно он – в том числе, и халат. Я, кстати, помнила, что вчера утром оставляла его на кровати, однако его тоже уничтожили.
Отлично, а на занятия-то мне теперь что, вовсе без белья идти?! Моё-то абсолютно мокрое! С вечера оно обычно успевало высохнуть, но сегодня я, понадеявшись на обновки, смело выстирала его с утра.
В расстройстве опустилась на кровать.
Довольные как сто китайцев змеи оделись и ушуршали куда-то.
А я так и не знала, что мне делать, – ходить без белья как-то совершенно не привыкла.
— Стелла, ты чего сидишь – не собираешься? — вдруг прозвучал от порога голос Лорэндаля. — Я тебе, кстати, твою сумку принёс – ты её у нас вчера забыла.
— Спасибо, — понуро поблагодарила я.
Мужчина вдруг присел передо мной на корточки и взял за запястья.
— Стелла, да что опять-то стряслось? — спросил, заглядывая в глаза.
Молча высвободила одну руку и продемонстрировала ему остатки бюстье, которые до этого бросила рядом на кровать.
— Ну всё, эти твари нарвались! — прорычал он. — Но ты-то не расстраивайся из-за такой ерунды.
— Мне надеть нечего, — поделилась я. — Своё бельё только недавно постирала.
— Сейчас высушим, — подмигнул Лорэн, уже самостоятельно отыскав глазами фронт работы.
Подошёл к спинке кровати, поставил ладони над вещами. И уже через минуту, если не меньше, выдал мне их абсолютно сухими.
— Одевайся.
А сам вышел.
Судорожно принялась собираться.
А когда наконец двинулась в холл к дожидавшимся меня друзьям, в дверях столкнулась с Вороном и Ванмангрейсом.
— Доброе утро, магистры, — поздоровалась я, несколько оторопев.
Хотя и догадывалась, кто призвал сюда ректора. А вирг, видимо, будет вынюхивать следы преступниц?
— Для кого-то добрым оно точно не будет, — мрачно посулил Влад. Однако потом добавил с тёплой улыбкой: — Но тебе – доброе.
Серпентария я на завтраке так и не увидела. Ворона тоже не было.
Может, он их совсем отчислит? Впрочем, не будем загадывать.
И правильно – потому что на занятиях три змеи хоть и голодные, но появились. Зыркали на меня просто с лютой ненавистью.
Первой парой у нас была лекция по зельям и снадобьям. Читала её магистр Розовская. Но чаще преподавательницу, как и других эльфов, называли по имени – магистр Элливиэль. Хотя ничего сложного в её фамилии не было. Но, видно, дело было именно в заведённой лорвейнцами традиции. Правда, она родом была вовсе не из Лорвейна, а из ещё одного соседнего мира – Элайвэ. Чисто эльфийского, кстати. Оказывается, бывают и такие, правда, крайне редко.
Всё это, естественно, поведал мне Лорэндаль. А ещё пояснил, что Розовская она, потому что замужем за Лео – тем самым, который вкладывал мне кордакский язык. Сам он, к слову, тоже преподаёт в Блонвуре – драконологию. Только у нас этот предмет будет ещё нескоро – лишь на четвёртом курсе.
Как эльфиечка (очередная чистейшая блондинка) подавала материал, мне очень понравилось. Её увлечённостью предметом просто невозможно было не заразиться! Сама Элливиэль тоже закончила Блонвур, а позже сменила ушедшую на пенсию преподавательницу. Правда, когда здесь училась она, говорят, предмет мало у кого становился любимым, однако эльфийку он всё же захватил как раз в годы учёбы. Впрочем, созданием зелий и снадобий она увлекалась ещё у себя на родине.
На второй паре нас ждало практическое занятие по алхимии. Вёл его не Капульвахер, а магистр Моррил – также бывший студент Блонвура. И даже учился он в своё время в одной группе с Элливиэль.
Ещё один весьма привлекательный шатен. Да что ж за сборище красавцев у них тут!
Свой предмет Элан – так его звали – тоже явно очень любил. А главное, в отличие от Капульвахера, не зверствовал на занятиях – напротив, общался со студентами очень по-доброму. Если кому-либо было что-то непонятно – охотно подходил и объяснял во всех подробностях.
Я так увлеклась опытами – пока они были, скорее, чисто химическими, практически без применения магии, которой мы ещё особо-то и не владели – что конец занятия подкрался незаметно. Даже немного расстроилась, когда прозвенел звонок.
Ну а третьей парой был мой ночной кошмар – да-да, ферлланский.
И магистр Ки-Чжян как пить дать являлся его носителем. Правда, по-лимерански он говорил вполне чисто, но по-китайски... извините, по-ферллански наверняка тоже.
В общем, под конец от всех этих «сяо», «мяо», «мунь», «пунь», у меня всё-таки разболелась голова. Нет, мой мозг под данный язык явно не заточен!
Блин, как же его сдавать-то буду?!
А сразу после занятия Данрису вызвали к ректору. Гадюки всё же не забыли её оклеветать?!
К ректорским апартаментам мы отправились все вместе. Однако нас Ворон оставил за дверью – с Даной беседовал наедине. Но потом позвал и остальных.
— Данриса вчера весь вечер была с нами, — с порога решительно заявил Силениас.
— К сожалению, соседок Стеллы тоже видело в читальне много народу, — со вздохом сообщил Влад.
— Ну а что сказал Дэллоиз? — спросил Эльрон.
— Никаких посторонних следов ему обнаружить не удалось, — ректор помрачнел ещё больше.
— Здрасьте приехали! — раздражённо бросил Брандвиг.
— Значит, это однозначно сделали три мерзавки! — заключил Лорэн.
— На изрезанных вещах вообще только запах Стеллы и продавщицы из «Магазина», — поведал Ворон.
— Как же такое возможно?! — поразился Силь.
— Либо у них хватило ума действовать, скажем, в перчатках, либо... Третья подозреваемая, правда, тоже всё отрицает, но, сам понимаешь, — ректор выразительно посмотрел на Лорэндаля, — к пятому курсу можно было уже и научиться затирать запах.
— И всё же не думаю, что это она, — после краткого размышления покачал головой мой куратор. — Просто уверен, что шмотки изрезали три стервозы.
— Ты веришь, что у этих куриц хватило мозгов действовать в перчатках? — с явным пессимизмом вопросил Брандвиг.
— Не нужно недооценивать противника, — усмехнулся Лорэн. — Они, конечно, клинически самовлюблённые идиотки, считающие, что подселить к ним допустимо разве только принцессу, но отнюдь не полные дуры. И что в Блонвуре есть вирги, уже знают доподлинно.
Хм, выгораживает свою пассию или действительно числит наиболее вероятными виновницами моих соседок? А его брюнетка-то, оказывается, уже на пятом курсе учится – то есть, считай, почти готовый маг. Значит, на её ревность мне точно лучше не нарываться. Не то пристукнет где-нибудь в тёмном закоулке и скажет, что так и было.
Но, в общем-то, я тоже склонна подозревать именно серпентарий. В конце концов, откуда брюнетке вообще было знать, что там купил или не купил мне Лорэндаль? Если только сведениями с ней не поделились всё те же змеи.
А впрочем, есть ещё один вариант – продавщица из «Магазина». Вдруг они хорошо знакомы?
— Ладно, идите обедать, — отпустил нас Ворон.
Мы поспешили в Трапезную.
Эх, как видно, на этот раз три гадюки так и останутся безнаказанными. Жаль, конечно, но ничего не попишешь, раз никаких неопровержимых улик нет.
Взяв обед и сев за стол, я неожиданно обнаружила, что где-то по пути потерялся Лорэндаль. Пошёл всё же прочистить мозги своей пассии? Или оправдаться перед ней, что его покупки ничего такого не означают – простая благотворительность?
Правда, внимательно оглядев зал, я обнаружила брюнетку за одним из столов в другом конце Трапезной. А куда же тогда подевался мой куратор? Причём, обед друзья ему взяли – поднос с тарелками стоял на столе справа от меня.
— А где Лорэн? — поинтересовалась-таки я вслух.
Брандвиг стрельнул на меня ревнивым взглядом. А вот Эльрон ответил вполне благожелательно:
— Попросил нас взять ему что-нибудь и сказал, что подойдёт попозже.
Правда, его слова не прояснили ровным счётом ничего.
Лорэндаль появился лишь в 15:06. Умудрился сосредоточенно смести весь обед минут за пять. И, поскольку четвёртая пара у нас была в Главном корпусе, мы успели вбежать в аудиторию ещё до звонка.
Лекции по теоретическим основам магии нам читала Фортейл. Если учесть, что на неделе только у нашей группы по три практики, которые тоже ведёт декан – это какая же у неё нагрузка? Ведь есть ещё вторая группа. И, как я понимаю, их по две на каждом курсе Арда. Плюс остальные факультеты. Причём, на том же Вэде народу учится, кажется, не меньше, чем у нас.
Если всё это умножить на семь курсов – нет, даже при нагрузке в пять пар ежедневно учебных часов на неделе категорически не хватает. Или практику Фортейл ведёт отнюдь не везде? Либо же на старших курсах количество практических занятий резко сокращается?
Между делом размышляя об этом, я, конечно же, не забывала записывать всё, что рассказывала декан. А вот задать друзьям вопросы по теме её нагрузки уже не было никакой возможности.
Однако в перерыве я это всё же сделала.
— На первых трёх курсах учебная программа факультетов особо не отличается, — просветил меня Лорэндаль. — Вот дальше уже начинается разделение по специализациям – соответственно, и программа начинает сильно разниться. Однако и у первых трёх курсов на Биде, Гире и Доре магическую практику ведёт Гриндор. Но народу там априори немного, так что практические занятия у них обычно строенные.
Последней парой у нас была вампирология. Вёл её магистр Виктор Логинов – русский, как я уже знала. Впрочем, об этом и по фамилии догадаться несложно.
Материал предыдущих лекций я вчера прочесть так и не успела. Ну да ладно – с основными постулатами меня ознакомил мой куратор. Остальное прочитаю при первой же возможности. Не исключено, что прямо сегодня – если останется время.
— Магистр Логинов, можно вопрос? — подняла руку какая-то девушка, едва преподаватель зашёл в аудиторию и встал за кафедрой.
— Да, конечно, Миллиса́нта, — кивнул он.
— В конце прошлой лекции вы рассказали, что при желании вампиры могут прятать крылья и клыки.
Ох, мать твою, маги магами, а клыки-то у них, оказывается, тоже есть!
— Это что же получается, — продолжала студентка, — внешне их от людей вовсе никак не отличить?!
— Да, именно так, — улыбнулся магистр, снова кивнув.
— То есть я могу повстречать вампира где угодно и даже не узнаю, что это опаснейший хищник, пока он не вопьётся мне в горло?! — откровенно запаниковала Миллисанта.
— Нет, конечно, — покачал головой Виктор. — Ты явно забываешь о договоре Норбернта – вампиры его неукоснительно соблюдают. А любое нападение стало бы однозначным нарушением оного.
— Что за договор? — вопрос как-то сам сорвался у меня с языка. Но, по счастью, задала я его шёпотом.
— Людские государства платят Бордгиру дань, — на этот раз Брандвиг успел опередить Лорэндаля. — Отправляют на корм вампирам наиболее опасных преступников – как правило, смертников, а бордгирцы в ответ не трогают никого из законопослушных граждан.
— Вообще изначально Норбернт предлагал два варианта договора, — добавил Силениас, сидевший от меня через два человека. — Второй – поставлять в Бордгир донорскую кровь. И Лорвейн, например, платит дань именно в такой форме. Но...
Договорить он не успел, потому что сидевший впереди нас одногруппник поднял руку.
— Слушаю тебя, Тагрум, — сказал Логинов, посмотрев на него.
— Магистр, а это правда, что людям тоже предлагали такой договор, как у эльфов?
Как видно, чтобы услышала я, наш эльф шептал слишком громко.
— Ты про поставки донорской крови? Да, — кивнул вампиролог. — Однако людские правители выбрали тот вариант, который действует и по сей день.
По аудитории прокатился ропот – некоторые начали возмущаться решением правителей прошлого.
А вот лично я была согласна с теми правителями. Донорская кровь пригодится для спасения чьих-то жизней. А вот убийцы – туда им и дорога! И будь на Земле вампиры – я бы посоветовала нашим точно такое же решение. А ещё присовокупить к убийцам грабителей и мошенников всех мастей. Глядишь, их количество наконец бы поубавилось.
Но, кстати, здесь тоже многие поддерживали мою точку зрения, и возмущавшихся вскоре переубедили.
— Ещё вопросы есть? — спросил преподаватель.
— Да! — выкрикнула Миллисанта. — Где гарантии, что вампиры действительно выполняют договор?!
— А зачем им рисковать? — задал Виктор встречный вопрос. — Преступность на людских землях не иссякает, и караваны с кормом регулярно отправляются в Бордгир.
— Но никогда ж не знаешь, в какой момент вампира обуяет жажда! — продолжала паниковать неугомонная студентка.
— Ты явно невнимательно слушаешь мои лекции, — упрекнул её магистр. — Поэтому к следующему занятию напишешь реферат по теме вампирской жажды.
Как хорошо, что Лорэндаль успел растолковать мне данный момент, а то по незнанию на реферат могла бы нарваться я! – порадовалась про себя. Только персональных письменных работ мне к освоению пропущенного материала и не хватало!
Миллисанту нежданное задание тоже явно не порадовало – надулась как мышь на крупу.
— Кому-нибудь ещё что-то непонятно по поводу вампирской жажды? — осведомился Логинов, обводя аудиторию испытующим взглядом.
Больше желающих написать реферат не нашлось.
— Но чтобы покончить со всеми сомнениями, ответьте мне на такой вопрос, — продолжал он. — Как по-вашему, стало бы руководство рисковать вашими жизнями?
— Нет. Нет, — посыпалось с разных сторон.
— Тогда смотрите, — каким-то странным тоном произнёс преподаватель.
И вдруг у него за спиной выросли... крылья!
Да-да, самые настоящие крылья. Огромные, между прочим! Не оперённые, правда, а кожистые. Ну, в общем-то, как и во многих наших фильмах. Однако сам магистр внешне нисколько не изменился – всё тот же человек, только с крыльями.
Мать вашу, так он – всё-таки вампир! Но он же... с Земли! Русский.
— И давно, интересно, Логинов стал вампиром? — вопросила я ошалело.
— Насколько мне известно, он им родился, — ответил Лорэндаль.
— Как это?! — окончательно обалдела я.
— А что тебя, собственно, так удивляет? — вскинул бровь Брандвиг. — Как и представители любой другой расы, вампиры тоже рожают детей.
— Думаю, шокировало Стеллу другое, — в голосе второго шатена явственно зазвучала ирония. — Да, на Земле тоже хватает и вампиров, и оборотней.
Охренеть! Лично у меня просто пропал дар речи.
Между тем, в шоке пребывала явно не я одна, а вся аудитория.
И кое у кого голос уже прорезался.
— Вампир! В академии! — истерично взвыла Огнёвка.
— Я сегодня же напишу папеньке! — подхватила истерику Кобра.
— Я тоже! — поддержала её Гюрза. — Пускай пожалуется королю, что творит ректор Блонвура! — она перешла практически на визг. — Что намерен скормить нас этому чудовищу!
И, кстати, запаниковали не только змеи – верещало и ещё несколько студентов. В том числе, Миллисанта.
Хм, теперь я понимаю, почему тот факт, что нас охраняют вампиры, тщательно скрывался. Похоже, боялись их здесь не меньше, чем на Земле.
Но тут отворилась дверь, и в аудиторию вошёл Ворон.
— Тихо! — рявкнул он так, что все моментом смолкли. — Желающие перевестись из Блонвура могут сегодня же подать мне прошения об этом. В других филиалах вампиры не преподают. Особых знаний вы там, правда, тоже не получите, зато сможете спокойно бездельничать за собственные деньги, не опасаясь, что вас вдруг с какого-то перепугу выпьют. А на ваши места найдётся масса более адекватных желающих с крепкой психикой. Его величеству Наэлю, кстати, можете не докучать своими истеричными писульками – он всё прекрасно знает. И, между прочим, с первых дней своего правления поддерживает добрососедские отношения с Бордгиром. Я уже молчу о том, что четверть века назад именно вампиры спасли Лимерану от некромантов с их полчищами зомби. Если бы не содействие бордгирцев тогда, большинство из вас, скорее всего, вовсе бы не появилось на свет – потому что ваших родителей давно бы не было в живых. Итак, до полуночи жду ваши заявления на перевод, — резанул на прощание ректор.
Развернулся и вышел в гробовой тишине.
— Ну что, будешь переводиться? — явно не без высокомерного сарказма спросил Лорэндаль, повернувшись ко мне.
— Если я не рванула писать заявление на перевод ещё вчера – с чего ж мне теперь-то бежать?! — ответила ему в тон.
— Я в тебе и не сомневался, — улыбнулся он вдруг совершенно по-другому – я бы даже сказала, тепло.
— А что было вчера? — тут же ревниво поинтересовался Брандвиг.
— Потому расскажу, — пообещала я.
Что он тоже в курсе по поводу вампирской охраны, нисколько не сомневалась, но не могла же я говорить о ней здесь, когда вокруг столько любопытных локаторов.
Кажется, Лорэн посмотрел на меня с одобрением. Опасался, как бы мне не вздумалось объяснять всё Бранду немедленно? Ну я же дала слово не болтать. Кстати, надо будет всё-таки уточнить у него, действительно ли Брандвиг тоже посвящён в данную тайну. Если вдруг нет – придётся как-то выкручиваться.
Меж тем аудитория уже отмерла и вновь оживилась.
— Все кто опасается, что я его выпью прямо на уроке, может немедленно покинуть аудиторию, — громко произнёс Виктор.
К слову, крыльев у него уже не было.
К сожалению, валить из аудитории не спешил никто. В том числе, и серпентарий. Оставалось надеяться, что до полуночи заявления три змеи всё-таки напишут.
— Магистр Логинов, а можно ещё раз посмотреть, как вы выпускаете крылья? — неожиданно поспросил тролль с салатовым «ирокезом».
Его соплеменники не замедлили присоединиться к просьбе.
Вот кто уж наверняка не побежит из Блонвура, так это тролли!
Зато я заметила, что гномов опять сдуло с первой парты. Но заявления на перевод вряд ли станут писать и они – потрусят немного и смирятся.
— Можно, — кивнул преподаватель с благосклонной улыбкой.
Повернулся к нам спиной, и из разрезов на спинке рубашке теперь неспешно выросли крылья.
Кстати, интересно, почему раньше никто не задумывался над вопросом – зачем вообще там эти разрезы?
— Магистр, а подойти поближе, чтобы рассмотреть получше, позволите? — раздался тут голос тролля с ярко-голубым «ирокезом».
— Можете даже пощупать, — милостиво разрешил Виктор.
Едва ли не через секунду все четверо троллей уже были внизу.
— Если есть ещё желающие – присоединяйтесь, — сказал вампир.
Стоит ли говорить, что моих друзей не нужно было приглашать дважды? Да и меня тоже – разглядеть сие диво вблизи жуть же как любопытно.
А спустя какое-то время я и прикоснуться решилась. Крыло оказалось удивительно бархатистым на ощупь и... холодным. Выходит, вампиры не теплокровны? Или, может, всё-таки не совсем живые?
Я обнаглела до того, что пощупала и плечо преподавателя. Нет, оно, даже через рубашку, всё же было немного тёплым. Однако не настолько, как моё собственное.
— Температура тела у нас обычно немного ниже человеческой, — пояснил Виктор, очевидно, заметив мои изыскания. — Что, к слову, тоже способствовало появлению мифа о том, будто мы – нежить. Что же касается крыльев – в них очень мало кровеносных сосудов. Поэтому они и вовсе кажутся холодными.
— Понятно, — удовлетворённо кивнула я.
— Кстати, представься. Ты ведь новенькая?
— Да. Стелла Вейден.
Ладно, пожалуй, пора уступить место другим – желающих вокруг собралось уже немало.
Я развернулась, намереваясь отойти. И тут увидела прямо перед собой обоих гномов. Ну надо же, уже перебороли свой страх. Молодцы!
Роста они и правда были совсем невысокого – ниже меня. Однако весьма крепкого, коренастого телосложения.
К моей радости, серпентарий по-прежнему сидел на своих местах и подходить изучать вампира явно не собирался.
Надеюсь, прошения о переводе они пойдут писать прямо после пары, и Ворон не станет их отговаривать?