Глава 32

Финн

На старом складе ― обычном месте сбора моих помощников ― пока еще темно, когда мы туда приезжаем. Я и трое спецназовцев. Я быстро забираюсь на верхнюю балку и располагаюсь так, чтобы меня никто не видел. Настраиваю винтовку и откладываю ее в сторону. Когда Диггс с Томпсоном приедут, их охранники наверняка обойдут периметр и посветят фонариками, чтобы проверить, что здесь чисто. Поэтому вначале мне придется улечься так, чтобы меня не заметили. Мой выход будет, когда я услышу все, что нужно. Отключаю телефон, возвращая его в карман. Внутри все переворачивается от волнения, потому что я точно знаю, что сегодня Адриан доставил к Мишель телефон без прослушки. Я так сильно хочу позвонить ей, что у меня подрагивают кончики пальцев. И я обязательно сделаю это, как только закончится бардак на складе.

Спустя примерно час сквозь заколоченное окно я слышу шум автомобильных покрышек, шуршащих по гравию. Потом глохнут моторы, хлопают дверцы. Тихо переговариваясь, на склад входят четверо: Диггс и его охранники. Как я и предполагал, они осматривают периметр, пока Бен вальяжно разваливается на обшарпанном металлическом стуле. Сейчас он не похож на того испуганного мужика, который едва перебирал ногами в моем саду. Именно в эту секунду я вижу настоящего Диггса: подонка, на руках которого десятки, а то и сотни смертей. Лживого, коварного, грязного алчного ублюдка, который ни перед чем не остановится в погоне за властью.

Как только осмотр помещения окончен, охранники рассредоточиваются по углам. Раз уж Диггс приехал первым, значит, я буду снимать охранника Томпсона. Мне плевать, кого из кровавых ублюдков лишать жизни, главное довести начатое до логического завершения. Но так будет правдоподобнее подставить Диггса. Томпсон наверняка подумает, что тот усадил снайпера до приезда своего сообщника. Подъезжает еще одна машина, а уже через минуту на склад входит Томпсон со своей «свитой», которая осматривается по сторонам. Они не позволяют себе открыто проверить помещение, потому что это будет расценено как проявление недоверия в адрес Диггса. Так что Томпсон с охранниками более напряжены, чем люди Диггса.

– Бен, ― приветственно зовет его Томпсон. Они пожимают друг другу руки. ― Почему мы здесь?

– Хочу поговорить с тобой о клубах в Бостоне и новом боссе.

Диггс всматривается в лицо своего оппонента.

– Ну, давай поговорим.

– Мне не нравится, что ты играешь против меня. Мы же, кажется, договорились, что будем играть все вместе против Фоули.

А вот это уже интересно…

– Не пойму, в чем ты меня обвиняешь, Бен. Если есть что предъявить мне ― я весь внимание. Не сотрясай зря воздух, выкладывай все дерьмо, которое ты сюда с собой притащил.

– Ты настраиваешь нового босса против меня, и я не в восторге от этой ситуации.

– Что за хуйня, Диггс?! ― резко выплевывает Томпсон. ― Мы, блядь, в детском саду? Будем выяснять отношения?

Я плавно скольжу пальцем по винтовке и так тихо, насколько могу, передергиваю затвор. Сейчас наступит благоприятный момент, и я сделаю то, зачем пришел. По телу разливается адреналин, затекает в каждую клетку, наполняя ее жаром. Хочется вздрогнуть, но я сдерживаюсь. Позже смогу поощрить себя за хорошо сделанную работу и расслабить мышцы. А сейчас нужно сосредоточиться на цели. Палец плотно ложится на курок, сгибается, с характерным скрипом натягивая кожаную перчатку.

– Мы будем выяснять, какого хрена ты играешь не по правилам! ― выкрикивает подогретый мною Бен, вскакивая со своего места вслед за Томпсоном.

Они начинают спорить на повышенных тонах, Диггс успевает толкнуть Томпсона в грудь. Довольно проворно для своего веса, а потом я прицеливаюсь в голову помощника Томпсона и нажимаю на курок. Как только он, как мешок с дерьмом, падает на бетон, заливая тот кровью, я резко откатываюсь в сторону, потому что взгляды охранников начинают метаться по помещению в поисках снайпера. Умные люди объединились бы, чтобы найти его и наказать за дерзость. Но Диггс с Томпсоном, как и их тупоголовые охранники, поступают ровно так, как я и ожидал: они достают стволы и игра начинается. Под грохот и крики под сводами склада я спокойно встаю и ухожу, никем не замеченный. Мне потом доложат, если кто-то останется в живых. В чем я сомневаюсь.

Я прыгаю в подъехавшую с другой стороны склада машину, бросаю рядом на сиденье винтовку, и водитель тут же отъезжает от здания. Я впервые забрал оружие с места преступления. Не потому что боялся, что его найдут, а потому что это было для меня как вызов: не просто свалить, а прихватить с собой игрушку.

Поглаживаю темный экран телефона. Так чертовски сильно хочется позвонить Мишель и сбросить с ней напряжение, которое буквально гудит в каждом уголке тела. Но не дрочить же мне при водителе. Хотя мне было бы насрать. Но я хочу видеть свою девочку. Хочу слышать ее стоны в наушниках. Они будут затекать мне в уши, как теплая карамель, лаская изнутри. Я поправляю ширинку и пытаюсь думать о произошедшем на складе. Но это все ухудшает, потому что от этих мыслей адреналин еще быстрее всасывается в кровь и растекается по венам. Я нервно барабаню пальцами по колену, с нетерпением ожидая, пока окажусь в уединении своей спальни.

Приехав домой, я передаю одному из спецназовцев винтовку. Тот удивленно изучает ее взглядом. Да, я тоже в шоке, что так сегодня сработал. Киваю ему, давая понять, что все прошло хорошо, и бегу на второй этаж в спальню, в которой до сих пор пахнет Мишель. Влетаю в ванную и принимаю супер-быстрый душ, борясь с каменным стояком, который мешает трезво рассуждать. Выбираюсь из душа, запираю дверь и падаю на кровать в одном полотенце на бедрах. Подключаю наушники, набираю Мишель по видео и впервые за несколько дней искренне улыбаюсь, глядя в ее сонные глаза.

– Привет, сладкая, ― произношу низким голосом, стаскивая с себя полотенце.