Глава 2

Софи с тоской посмотрела на свою девочку и в ее больших, добрых глазах заблестели слезы, да, она прекрасно знала какие слухи ходили о лорде. Он был блудливым псом, не пропустившим ни одной юбки в своих владениях.  Имевшим к своим годам не один десяток детей, которых прижил от своих любовниц из числа рабынь, да смазливых служанок. Поговаривали так же, что он был просто ненасытен и мог за ночь не в одну койку прыгнуть, и что был скор на расправу, да тяжел на руку, а нрав у него был крутой. Да, не такого мужа хотела Софи для своей девочки, не такого. А надеяться на то, что это чудовище возьмет, да исправится ради любви к своей прекрасной, юной невесте, было просто глупо. Ничего он не исправится. Скорее всего, ему нужен наследник, а своих бастардов признать он не мог, или просто не хотел. Да и кровь драконью нужно было разбавить, так как долгие родственные браки между тремя кланами крылатых уже начинали сказываться — два младших брата лорда были ненормальными.

Дверь в покои порывисто раскрылись, заставив девушку и ее няньку повернуть головы.

— Элис! — гневно вскричала красивая, молодая женщина, быстрой походкой направляясь в их сторону. — Я хочу говорить с тобой!

— Ну, сейчас начнется. — чуть слышно проворчала девушка поднимаясь навстречу. — Да, матушка? Я слушаю вас.

Княгиня Джоан была второй женой князя и матерью девушке не являлась. Но строгий отец настаивал, чтобы дочь называла мачеху своей матерью.

Шелестя темно-синим шелком платья, расшитого золотом, так удачно подчеркивающий бронзовый цвет длинных волос, собранных в высокую, замысловатую прическу, Джоан подошла к падчерице и, стиснув руки в кулаки, чтобы не сорваться, да не нахлестать дерзкую девчонку по щекам, прошипела сквозь плотно стиснутые белые зубы.

— Что ты себе позволяешь, маленькая негодница?! Ты как себя вела в присутствии лорда Сэвиджа? Ты же всех нас чуть не опозорила!

— Прости, — кротко вымолвила Элис, а у самой черти в глазах заплясали. — Я не хотела.

— Черта два ты не хотела! — зло вскричала мачеха, сверля падчерицу потемневшим от гнева взглядом. — Все ты хотела, дрянь.

Элиза вздрогнула, словно ее ударили, устремив удивленный взгляд на мачеху. Да, особо доверительных и дружеских отношений с новой женой отца у нее никогда не было, но и открыто они не враждовали. Элис не хотела расстраивать отца, а Джоан и так была довольна своей жизнью. Молодая жена получала подарков с лихвой, а с рождением маленького наследника муж практически боготворил ее.

— Джоан… — удивленно вымолвила Элис.

— Что Джоан? Что Джоан? — зло сверкала взглядом жена отца, упираясь тонкими белыми руками в талию, не ставшей толще после родов. — Я из кожи вон лезла, чтобы заполучить лорда тебе в мужья! Знаешь, сколько я подарков раздарила его сестрам? А у него их пять! Пять! А ты плюешь на выгодную партию! Да ты, ты просто неблагодарная дрянь!

— Ах, так это ты решила, что сей неприятный лорд, будет мне лучшей партией? — Элис, чуть не задохнувшись от возмущения, смело посмотрела в зеленые глаза мачехи. — А я-то все гадала, отчего батюшка решил меня выдать за знатного потаскуна и пьяницу. А это оказывается, ты решила выдать меня замуж, чтобы я покинула отчий дом!

— Пора уже, — холодно ответила мачеха. — Тебе не пятнадцать лет, уже переступила ту грань, когда можно носик задирать, выбирая себе суженого.

— Я еще молода, — усмехнулась зло Элис. — Мне только на днях исполнилось семнадцать.

— Вот именно, уже семнадцать, того и гляди старой девой останешься.

— Ну, что же, значит такая моя судьба. На крайний случай найду себе вдовца с маленьким ребенком, как ты. Тебе же тоже было не пятнадцать, когда ты вышла замуж за моего отца? Почти двадцать, ведь так? — сладко улыбнулась девушка.

— Ах, ты дрянь! — прошептала Джоан, в глазах ее полыхнуло зеленое пламя. — Да будет тебе известно, что за Рассела я вышла по большой любви!

— Ну да, конечно, — кивнула Элис. — А до этого сидела и ждала, когда он посватается.

Джоан резко замахнулась на падчерицу, та в испуге отшатнулась, но удара не последовало. Тяжело дыша, мачеха, гордо вскинув голову, выдохнула.

— Вот именно, что терпеливо ждала, когда мой возлюбленный призовет меня замуж.

Развернувшись, она величественно направилась к дверям покоев, оставив Элис и Софи смотреть ей вслед. Возле самых дверей княгиня повернулась и, осклабившись, показала свои жемчужные зубы в кривой усмешке.

— Уже в конце этого месяца сыграем свадьбу, и ты навсегда покинешь эти стены.

— Только через мой труп! — выдохнула Элис чуть слышно, но мачеха услышала.

— Ну что же, долго ты с Сэвиджем не проживешь, — горячо пообещала Джоан. — Нрав у него крутой, даже самые норовистые кобылки у него по струнки ходят как шелковые. Так что мой тебе совет, не перечь будущему мужу — целее будешь.

— Свадьбы не будет! — отчаянно вскричала Элис. — Лорд покинул стены замка.

— Ошибаешься, свадьба состоится. — усмехнулась мачеха. — Лорд покинул замок, не от того, что ты дерзила ему, он мужчина, а не мальчик, его не обижают глупости какой-то мелкой девчонки. От тебя он не отказывался.

— Что… — пролепетала, холодея Элис, нервно стискивая кулачки.

— Мало того, он попросил Рассела ускорить подготовку к свадьбе, так как в следующем месяце у него планируется военный поход в соседние земли, и вернется он только через два года, поэтому супруг мой дал согласие на скорый брак.

Элис почувствовала, как ноги стали слабеть, а горячие слезы брызнули из глаз.

— Нет… нет! Я не хочу! Не хочу замуж за лорда!

— А твоего согласия никто и не спрашивает, — ответила Джоан выходя из комнаты в сопровождении двух служанок, поспешно раскрывших перед ней двери в коридор, откуда тянуло тяжелым запахом гревших факелов и масляных светильников.

Как только мачеха покинула покои, Элис бросилась на кровать и, зарывшись лицом в пуховые подушки громко, с отчаяньем разрыдалась. Софи тут же захлопотала над ней.

— Милая! Девочка моя! — запричитала она, то с одной стороны забегая, то с другой. — Да не слушай ты ее, она же со зла все это…

— Угу, со зла! — согласилась девушка с няней. — Значит свадьбу все равно сыграют! Ох, Софи! Да по мне лучше смерть, чем брак с нелюбимым.

Женщина аккуратно присела на краешек кровати и тихонечко погладила подопечную.

— Мы все не по любви выходим. Даже матушка твоя ныне покойная, точно так же лежала на кровати в своей комнате и рыдала, клялась, что лучше в пучину бросится со скалы, чем выйдет замуж за нелюбимого мужчину.

Элис притихла, затем подняла от подушки мокрое от слез лицо.

— Как так? — проскрипела она противным от рыданий голосом. — Мама же любила отца.

— Любила, — подтвердила нянька. — До безумия любила.

— Но тогда что, же ты такое говоришь? — Элис села, на кровати подобрав под себя ноги.

— Я же на то время была личной горничной твоей мамушки, и вот как на духу тебе говорю, она точно так же билась в истерике, выкрикивала проклятья в адрес твоего отца, поливала его помоями, за то, что рискнул посвататься к ней. Два раза она сбегала из дома, но ее отлавливали. Потом и вовсе решила отрезать свои косы, чтобы было стыдно выдавать ее замуж, но твой отец тогда рассмеялся и сказал, что возьмет ее замуж даже лысую. И она смирилась. Свадьбу отыграли, молодые переехали в этот замок, а через год у нее родилась ты, моя девочка и меня в срочном порядке вызвали нянькать тебя, так как у матушки пропало молоко. Так вот, когда я приехала, это уже была совершенно другая женщина! Счастливая и до безумия обожающая своего мужа.

Элис шумно всхлипнула, вытирая кулачком слезы.

— Я это к чему тебе говорю, что лорд вполне может быть хорошим мужем.

— Софи, ты сама-то веришь в то, что только что сказала? — горько усмехнувшись, спросила княжна. — Лорд не исправим. Как был мерзавцем, так им и сдохнет.

— Элис! — всплеснула руками няня.

— Вот если бы он и, правда вдруг умер, то тогда мне не пришлось выходить за него замуж.

Прошептала мечтательно Элис, и глаза ее засверкали сапфирами.

Остаток вечера девушка провела, свернувшись под большой пушистой шалью из тонкой белой пряжи, размышляя, да предаваясь мечтаниям. В ее мечтах лорд Сэвидж внезапно падал с высокой скалы и ломал себе шею, или погибал от рук разбойников, или от острой сабли врагов. Но, увы и ах, лорд слыл опытным воином и в одиночку мог сразиться с десятком вооруженных до зубов солдат, да и под ноги всегда смотрел.

Тяжко вздохнув, Элис перевернулась на другой бок и открыла глаза. Слез в них уже не было, так как все были выплаканы. Обессилив от рыданий, девушка посмотрела на свою верную няньку, та хлопотала возле камина, разогревая на горячей мраморной плите кастрюльку с супом и чайник.

— Принесла тебе поесть, — проворковала та ласково, видя, что любимица уже не дремлет.

Элис медленно покачала головой.

— Я не хочу.

— Нужно покушать, — пожурила ее Софи поднося суп упрямой княжне. — Ты и так у меня маленькая, да худенькая.

— Думаешь, если я разжирею, то лорд откажется от меня? — с надеждой спросила Элис, принимая миску из рук служанки.

Покачав головой, Софи присела на скамеечку возле камина и принялась вязать, что-то светлое, ажурное и пушистое.

И как подозревала Элис, вязалось часть ее приданного.

— Почему так выходит? — печалилась она, вяло хлебая суп, выуживая из него кусочки мелко порезанного мяса и овощей. — Живешь себе, живешь, никого не трогаешь, а тут раз, мачеха решает выдать тебя замуж, а отец в этом согласен с ней? И что самое обидное, вместо молодого, красивого парня, тебе достался старый, мерзкий, отвратительный лорд?

— Лорд, конечно свинота еще та, но вот насчет возраста это ты погорячилась. Некоторым гораздо старше мужья достаются, — вздыхая проговорила няня. — Взять хотя бы твою кузину, вот ей-то точно старик достался!

— Хочешь сказать, что мне еще повезло? — Элис на секунду перестала есть, застыв с ложкой возле самого рта.

— С возрастом лорда — да, — кивнула Софи и добавила скорбно. — А вот с самим лордом — нет. Загубит он тебя, моя девочка, как пить загубит.

Элис с трудом проглотила ложку супа, затем отставила миску на прикроватную тумбу. Ей и так тошно было, а от слов няньки еще хуже стало. Озноб пробирал до самых костей. Набросив на плечи шаль, и натянув на колени нижнюю сорочку из мягкой хлопковой ткани, девушка, мелко стуча зубами, обхватила себя за плечи.

— Знобит чего-то, — жалобно протянула она, силясь согреться, кутаясь в шаль.

Софи тут же среагировала, отложив свое вязание, она быстро подошла к кровати и прикоснулась теплой, сухой ладонью ко лбу подопечной.

— Хм, температуры вроде нет, — задумчиво пробормотала она. — Наверное, это нервное.

Вытащив из прикроватного сундука большое, стеганое одеяло, набросила его на плечики Элис. Одеяло словно кокон окутало хрупкую фигурку девушки.

— Так будет теплее, — по-доброму улыбнулась Софи, возвращаясь к скамеечке у камина.

— Ты права, — согласилась девушка, все еще мелко стуча зубами. — Это нервное.

— До свадьбы еще есть время, мы обязательно что-нибудь придумаем, — пообещала няня, яростно работая спицами.