Глава 42 · Мед

Дверь захлопывается за Рагнаром, снова наступает тишина. А у меня перед глазами всё ещё стоит тёплая улыбка князя. Я понятия не имела, что он умеет так улыбаться.

Чувствую, что та, что внутри меня, очень недовольна тем, как прошёл разговор. Она будто ворчит и ворочается, что Рагнар ушёл. Кажется, что, по её мнению, я должна была пойти с ним наверх и… В общем-то, ясно, чем мог закончиться этот вечер, если бы я не заартачилась. Хотя ледяной обещал вернуться.

Я иду к камину и усаживаюсь на шкуру. Тепло и спокойно. Я бы даже сказала, уютно. И снова мыслями уношусь в фантазию, где я вот так же сижу, но в обнимку с Рагнаром. Видимо, есть всё же что-то в этой его истинности. Иначе бы уже постаралась его забыть. Да и тело моё не реагировало бы так остро…

Проходит час или два, я успеваю задремать, пригревшись у камина. Открываю глаза и вижу ЕГО. Такого домашнего, уютного. Такого, к которому хочется прижаться и довериться.

Но внутренний страх говорит, что это всего лишь внешнее впечатление. Хотя та, что внутри меня, одобрительно рычит и будто подталкивает осуществить это желание. Ну уж нет.

Рагнар сидит с вытянутыми ногами рядом, откинувшись на руки и внимательно рассматривает меня, будто любуется. Мне становится неловко, я сажусь и подтягиваю к себе колени, обхватывая их руками.

— Ты вернулся? — просто чтобы нарушить неловкое молчание спрашиваю я. Ответ и так очевиден.

— И не один, — улыбается он.

Я хмурюсь. Рагнар вместо ответа пододвигает ближе ко мне пиалу, наполненную золотистым мёдом и тарелку с блинчиками.

— Нашёл вот это. Мёд огненных пчёл. Хорошо, что они спят, иначе без ожогов его не добудешь.

Я с сомнением кошусь на пиалку. Но всё же решаюсь свернуть блинчик в трубочку и обмакнуть его в мёд. Пробую, и по языку растекается невероятная сладость и аромат цветов. Невероятное сочетание. Как на цветущем лугу летом…

Не могу сдержать стон:

— М-м-м… — медленно прожёвываю. — Действительно вкусно. Спасибо…

Взгляд Рагнара темнеет.

— Надо было найти его для тебя раньше, — немного хрипло говорит он.

Он отводит взгляд и смотрит на камин. Он немного напряжён и, кажется, специально переводит тему.

— Мы, когда были совсем мелкими, — начинает он, — любили с братьями залезать в ульи этих пчёл и соревноваться, кого меньше покусают.

— А потом дрались, не в силах решить, кто же победил? — усмехаюсь я и снова окунаю блинчик.

— Не-е-ет, — с лёгкой улыбкой Рагнар качает головой. — Это было до того, как наши пути разошлись. Тогда мы, наоборот, шкодили всегда только вместе. И получали от отца тоже вместе.

Рагнар пододвигает ближе ко мне чашку с чаем и магией слегка подогревает её. Он откидывает назад волосы, а я невольно любуюсь его чётким, немного грубоватым, но очень мужественным профилем.

Когда я беру в руки чашку, он следит за ней взглядом и замирает:

— У тебя… губы испачкались.

Я замираю и автоматически облизываю их. И понимаю, что сделала это зря… Рагнар шумно выдыхает и закрывает глаза на миг.

— Всё ещё не вытерла. Помочь? — он наклоняется ближе.

Но останавливается сантиметрах в двадцати от моего лица. У меня перехватывает дыхание, а по спине разбегаются мурашки. Чувствую ликование второй половины меня, а сама затравленным зайцем смотрю на Рагнара.

Если он поцелует — я не смогу ему сопротивляться. Рагнар внимательно изучает моё лицо, словно сомневаясь. Склоняется ниже и нежно касается губ. А потом, не в силах себя держать, сгребает в объятия и целует глубоко, жадно, отчаянно.

Внутри меня всё содрогается от возрастающего удовольствия. Та, что внутри, готова толкнуть меня дальше. Но меня настолько переполняют эмоции, что я чувствую, как по щекам начинают течь слёзы.

Рагнар останавливается и озадаченно отстраняется. На его лице мелькает удивление. Он кладёт ладонь мне на щёку и мягко подушечкой большого пальца стирает дорожку от слезы.

— Что такое? — обеспокоенно спрашивает он.

Закусываю губу, стараясь подавить всхлип, и мотаю головой.

— Я устала, Рагнар, — шепчу я. — Устала.

Утыкаюсь лбом в его грудь и чувствую, как он прижимается щекой к моей макушке.

— Я отнесу тебя наверх. Там очень удобная кровать.

Не дожидаясь возражений, Рагнар встаёт, берёт меня на руки и поднимается по ступенькам.

В голове на бешеной скорости проносятся мысли. Кровать, поцелуй, истинность… Нет больше сил сопротивляться. Но простить себя и Рагнара, если что-то сейчас случится, я не смогу. Неправильно. Коряво. Не как у людей…

Хотя какие мы люди. Драконы, которым истинность застилает глаза и омрачает рассудок.

Рагнар откидывает магией одеяло и кладёт меня на простыни. На миг он замирает, скользя взглядом по моему лицу и фигуре. Но следом укрывает меня по самый подбородок и быстро отворачивается.

— Спокойной ночи, — глухо говорит он. — Если что, я буду внизу.

Погасив магический светильник, который зажёгся сразу, как мы вошли, Рагнар бросает на меня жаркий взгляд и уходит. Вот так просто. Меня накрывает разочарование — не моё, а драконицы. Я так поняла, дай ей волю, и она бы отдалась прямо там в храме.

Я ухмыляюсь, понимая, что помимо Рагнара мне придётся искать общий язык ещё и со своей второй половиной.

Прохлада шелковых простыней, тепло одеяла, морозная свежесть чистого белья и тихое завывание ветра за окном убаюкивают, укачивают, и я очень быстро отключаюсь.

А когда просыпаюсь, комнату уже заливает чистый яркий солнечный свет, в котором кружатся мелкие пылинки. Какое-то время нежусь в кровати, мысленно соглашаясь с Рагнаром в том, что она действительно очень удобная.

Я смогла отдохнуть и выспаться. И, на удивление, Рагнар не воспользовался моментом и не тронул меня.

С улыбкой выбираюсь из кровати, закутываюсь в одеяло и спускаюсь на первый этаж. Наверное, надо будет сказать ему спасибо.

Но говорить некому… Домик пуст. На диване скомканный плед, в камине догорают угольки. Выхожу на кухню — на столе лежит небольшой листок, исписанный красивым ровным почерком.

'Мира, я надеюсь, ты не увидишь этой записки, потому что я успею вернуться. Я улетаю к замку. Чувствую энергию Хаоса рядом с крепостью и подозреваю, что без меня не справятся. Потеряв своего шпиона, они решили отыграться. Но не волнуйся, я в любом случае вернусь к тебе как можно скорее. Дом полностью безопасен, оставайся здесь. Дождись меня.

Люблю тебя, Мира. Твой Рагнар'.

Я озадаченно перечитываю записку и что-то внутри холодеет. Он же… Он же не успел восстановиться! Он говорил, что ему нужно ещё два дня!

Не понимаю почему, но меня берёт злость. Опять он решил всё сам! Хочу я тут оставаться или не хочу. Может, я хотела с ним лететь помогать? Или вообще… Мне в этом домике не нравится.

Плюхаюсь на стул и нахохливаюсь как птичка. Смутно понимаю, что он просто хотел дать мне отдохнуть. Но… я же теперь переживаю. За него. Чёрт. Я его уже простила.

Весь день провожу за готовкой. Это хоть немного отвлекает от волнения. Несколько раз выхожу на улицу, всматриваясь в прозрачно-голубое небо. Я, блин, даже заниматься не могу, потому что все мысли только об одном: когда же уже вернётся этот невыносимый ледяной.

Он говорил, что я могу его просто позвать. Выхожу на крыльцо и громко, с упоением ору его имя. Но меня слышат только заснеженные вершины гор.

Солнце скрывается, и очень быстро опускаются сначала густые сумерки, а потом ночь. Я забираюсь с ногами на диван и укутываюсь в плед, от которого пахнет свежестью хвойного леса. Рагнаром.

Не знаю, сколько я так лежу, но вскоре мне мерещатся шаги по снегу. Поднимаю голову и прислушиваюсь. И за секунду до того, как открывается дверь домика, я уже знаю. Знаю, что мне не показалось, это он.

Рагнар входит, и во мне внутри всё словно урчит от радости. Но я не показываю это открыто, даже недовольно хмурюсь.

— Ты долго, — бурчу я.

И замечаю, что что-то не так. Рагнар улыбается и подходит ко мне, к диванчику. Всё это время он держит руку на животе. Он садится на пол рядом со мной, прислоняется спиной к дивану. Смотрит с теплотой.

— Ты звала меня, — довольно говорит он.

— Покажи руку, — начинаю я беспокоиться.

— Зачем? Всё в порядке.

Рагнар не меняет позы и теперь я уверена, что он скрывает от меня ранение. Вопрос только в том, насколько серьёзное.

Я соскакиваю с дивана, сажусь на пол напротив него и давлю на плечи, чтобы он откинулся назад.

— Показывай! — настаиваю я и беру его за руку.

Небольшого усилия хватает, чтобы оттянуть ладонь от живота. Рагнар тут же прижимает её обратно. Но я успеваю разглядеть что-то алое на его руке и края порванной рубашки в чём-то мокром и бордовом. Сколько крови он потерял?