Глава 44

Мила

Я не могла сдерживать его напор и стремление овладеть и поцеловать одновременно каждый уголок моего тела. Герман, кажется, не мог решить, что именно его привлекает в данный момент больше: моя грудь, живот, губы, шея, ноги… Мне было его жаль. Но я наслаждалась этим метанием.

Понимать то насколько сильно мужчина любит тебя, что не может оторваться от ласк… это ли не счастье? Знать, что каждая частичка твоего тела любима им до сумасшествия? Чувствовать, с какой бережностью он относится к тебе?

— Мила… — шепчет моё имя, нависая надо мной полностью обнажённым.

Герман позволил мне самой его раздеть. Сначала я потянулась к его штанам, а затем к чёрным боксерам на нём. И если со штанами мне было легче управиться, то на нижнее бельё я потратила намного больше времени, собираясь с духом. Я понимала, что как только я сниму их с мужчины, то обратного пути не будет.

Тогда я точно стану его… А он моим. И нас никогда ничего больше не разлучит, и я была готова к этому. Поэтому как только я приняла эту мысль, то тут же сняла нижнее бельё с мужчины, изучающим взглядом принявшись рассматривать эрекцию Германа, которая была результатом моих стараний и это несказанно радовало не только меня, но и самого мужчину.

Пока я снимала с него одежду, Герман внимательно наблюдал за мной, дал время рассмотреть его член. Затем взяв мою руку в свою, помог сделать то, на что мне не хватало смелости. Мужчина накрыл моей рукой его достоинство, заставив, обхватит ствол и тактильно изучить его половой орган.

И лишь после этого мы продолжили поцелуй, ласки и наслаждение друг другу. К слову, моя стеснительность и скованность куда-то исчезла, оставив в моей голове лишь страсть и безумие. Любовь к этому красивому, идеально сложенному мужчине.

Туманным взглядом, пытаясь сфокусировать взгляд, наталкиваюсь на довольное, но сосредоточенное выражение лица любимого, нависающее надо мной. Несколько минут назад ласкавший мою шею, срывая нескончаемые стоны.

— Что? — спрашиваю, моргнув несколько раз.

— Я люблю тебя, — выдыхает он.

— И я тебя, — отвечаю с расползавшейся по всему лицу улыбкой.

И тот момент, когда улыбка полностью нарисовалась на моих губах, я почувствовала, как член Германа медленно входит в меня, причиняя лёгкий дискомфорт своим размером. Но было не так уж и больно, как писали на форумах, поэтому я даже расслабилась от осознания, что меня минуло болезненное лишение девственности. Но, как оказалось, что не про этот момент говорили женщины в интернете.

Резко качнувшись, Герман наполовину пошёл в меня, а из моего рта вылился неожиданный крик, который возник из-за обжигающей боли внутри влагалища. Чувство, что тебя резануло ножом изнутри, продолжая держать лезвие около пореза. Одно неловкое движение и нож продолжит резать. Хотелось тут же прекратить и убрать эту боль, но мужчина не спешил не выйти из меня, ни даже качнуться вперёд.

— Мила? — обеспокоенно позвал меня Герман, вглядываясь в моё лицо.

— Больно…

— Потерпи, любовь моя. Всё пройдёт.

— Да. Пройдёт, — соглашаюсь, чувствуя, как слеза катится по щеке. — Поцелуй меня. Сильно!

Мужчина тут же склоняется и целует, успокаивая меня, всё так же находясь во мне. Углубляюсь в поцелуй, полностью отдаваясь ему, решив немного потерпеть, ведь все женщины рано или поздно это проходят.

Как только я перестаю плакать, Герман делает несколько плавных толчков, ловя мои, вновь возникшие, всхлипы поцелуем. Не обращая на мою слёзы, мужчина начал медленно входить и выходит из меня, с каждым разом входя всё глубже и глубже, пока в один момент входит полностью.

Медленно, но боль начала утихать, замещаясь на приятные ощущения от близости с моим любимым. Герман был нежен и аккуратен, давая мне привыкнуть к себе, растягивая под свой немаленький размер, придерживаясь одно ритма.

— Быстрее, — попросила его в какой-то момент, когда поняла, что боли практически нет, а желание нарастает с каждой минутой и тот ритм, которого придерживался Герман был недостаточен для меня. Мне хотелось больше и быстрее. Да, и Герману, видимо, тоже этого хотелось, но он сдерживался ради меня.

Повиновавшись мне, любимый начал овладевать мной так, как я просила. Мужчина прислушивался к моим просьбам, желаниям и ощущениям. Я могла не говорить, а он смотря в глаза понимал, как именно и чего я хочу. А я хотела многое… Да, я чувствовала себя нимфоманкой, которая, распробовав новую вещь, пришла в восторг! И теперь хотела этого постоянно.

Но я и сама пыталась, что-то сделать, помочь, но не знала, что именно, поэтому просто отдалась мужчине и страсти между нами, позволив им вести нас.

— Как же давно я мечтал об этом, — шепчет Герман в перерыве. — Моя, — прижимает к себе. — Моя! Моя! Моя!

— Твоя, — с довольной улыбкой на губах, подтверждаю его слова.

Любимый доводил меня до изнеможения, высасывая все соки, но всё же щадил, понимая, что в первый не стоит меня перенагружать и выматывать до нитки, поэтому часто давал перерыв. Герман совсем не ожидал, что я сама буду приставать и просить снова взять меня.

— Ты очень устал? — деликатно интересуюсь, лёжа на его груди.

— А ты? — спросил в ответ и притянул для поцелуя.

— Самую малость, но думаю, во мне ещё есть силы продолжить, — произношу, медленно опуская глаза в пол.

Да, я до сих пор стеснялась, но ведь это естественно хотеть любимого мужчину, наслаждаться и любоваться его телом. Хоть самой мне было немного неловко быть обнажённой перед ним. Думаю, здесь мне понадобится несколько дней, но, а пока нужно больше практики.

— Может, хватит, — рассмеявшись, задал вопрос Герман.

— Ну ладно, — печально выдохнула. — А может ещё разок? — с надеждой в голосе попыталась ещё раз, чем ещё больше рассмешила собственного мужа. — Ничего смешного! Ты сам говорил…

— Я помню, что я говорил, — промурлыкал мужчина и в следующую секунду, подмяв меня под себя, вошёл во всю длину, заслужив громкий и страстный стон.

Пусть и не всю ночь, но большую её часть мы любили друг друга. Сближаясь как никогда раньше. Вконец обессилив, Герман ушёл в душ, якобы сполоснуться, но у меня были мысли, что там он искал спасения от меня. Зря… я уже сама устала и мои глаза слипались при каждом моргании. Чуть позже я тоже собралась в душ, но попытавшись встать, поняла, что мои ноги… Они меня не слушают.

— Герман, — позвала мужа охрипшим голосом.

— Что? — отозвался он, доставая для себя нижнее бельё из комода.

— Я хочу в душ, а мои ноги… они устали.

— Ещё бы, — рассмеялся Герман, надев боксеры и подойдя ко мне. — Иди ко мне. Давай я помогу тебе, если приставать больше не будешь.

— Ну я попробую, но обещать не буду, — ослепила его уставшей улыбкой.