33

Обычно так тихо в замке было, кажется… да всегда так и было. Просто я прислушивалась ежеминутно к своим ощущениям и ждала Арагора. Он должен был вернуться еще прошлой ночью, но его не было и моя тревога нарастала с каждой минутой все больше и больше. Под утро я забылась сном. Мне снова ничего не снилось. Видения больше не приходили ко мне, но этому я даже была рада.

Я почувствовала в комнате чье-то присутствие и резко открыла глаза. Повернула голову и увидела Арагора. Он смотрел на меня пристальным взглядом, но это был не он! Я чувствовала это всем своим существом. Мужчина медленно приблизился ко мне и присел на край кровати.

— Завтра я отвезу тебя в деревню, — сказал он тихим голосом, но в нем не было и капли прежней чувственности.

Как будто он и вовсе больше ничего ко мне не питал, смотрел как на пустое место, и меня так задевала его холодность.

— Зачем? Твои люди ведь будут против… Они никогда не примут меня.

— Мы едем в деревню. Тебе пора на костер, — его голос стал жестче, а лицо вдруг стало темным безликим пятном.

Я резко открыла глаза и закричала. Тело сотрясала сильная дрожь и слезы покатились из моих глаз. Лишь когда осознала, что это был всего лишь сон я немного пришла в себя.

— Беатрис, я тут… Тише. Все хорошо, — услышала голос Арагора и повернула голову в сторону, откуда доносился звук его голоса.

Мужчина стоял в дверях своей спальни и смотрел на меня. Кажется он был только что с дороги, а этот сон был ничем иным как воплощением моих страхов и сильного напряжения, какое я испытывала все эти дни. Я так боялась оставаться в замке одна с колдуном и теперь, с появлением Арагора чувствовала себя немного спокойнее.

— Ты вернулся? Это не сон? С тобой все хорошо? Ты нашел Люция? — я вскочила на ноги и подбежала к нему.

Лицо Арагора было хмурым и уставшим, он покачал головой. Сделал шаг мне навстречу и заключил меня в свои объятия. Прижался сухими губами к виску и втянул в себя аромат моих волос.

— Нет, Беатрис. Люция я не нашел. И в деревне его не появлялось.

— Что это означает? С ним что-то случилось?

Прежде чем сказать он с шумом выдохнул:

— Я не знаю… — разочаровано сказал он. — Мои люди отправились на его поиски. Эрик был с ним…

— Что? — сердце снова беспокойно забилось.

— Я не хотел говорить тебе, чтобы не расстраивать раньше времени, но и обманывать не вижу смысла, — я с отчаянием заглянула в его глаза.

— Но ведь они же найдутся, Арагор? Куда они могли исчезнуть?

— Если бы я знал ответы на эти вопросы… — он дотронулся рукой до моего лица и провел пальцами по скулам. — Как ты себя чувствуешь?

— Я не знаю… Что-то изменилось. Но не могу с уверенностью сказать, что это беременность, но со мной что-то не так, — упавшим голосом ответила я.

Тучи сгущались над нами и все эти видения и мои страхи лишь добавляли волнений. Арагор поцеловал меня в макушку головы и отошел к окну, снимая с себя походную одежду.

— Я приму ванну и вернусь, — бросил он через плечо, пока я наблюдала за ним.

Он медленно снял свою кольчугу, разделся по пояс и вышел из комнаты больше не взглянув на меня. Я опустилась на кровать и прижала колени к груди. Обхватила их руками и раскачивалась взад и вперед, думая о… колдуне. Именно с его появлением начались все эти неурядицы. Вдруг он что-то замышлял против двух братьев? Не сказать, чтобы я стала чувствовать себя как-то иначе отказавшись от его трав, но где были гарантии того, что он не подсыпал эти травы тайком в мою пищу и еду, которую приносила мне Зеним?

Арагор вернулся в комнату спустя полчаса, его тело было холодным, а глаза не блестели привычным красным огнем. Он опустился на кровать и обнял меня, крепко прижал к своему твердому телу. Никто из нас не произнес больше ни единого слова. Я чувствовала его напряжение и отчаяние, и потому не хотела донимать ненужными вопросами, на которые он сам вероятно не знал ответов. Обняла его и лежала с закрытыми глазами долгое время, не в силах заснуть.

Среди ночи я ощутила, как Арагор выбрался из кровати. Он двигался очень аккуратно, будто боялся меня разбудить, но я и так не спала. Тревога окутала меня после его признаний, наполнила каждый миллиметр моей души. Он подобрал одежду и вышел из нашей спальни, а я поднялась с постели и подошла к окну. Вот уже на протяжении нескольких дней я совсем иначе ощущала холод. Я по-прежнему боялась умереть, но страх этот становился другим. Не таким паническим. И эти красные переливы в моих глазах… Наверное это что-то да означало.

Месячных не было почти месяц и ровно столько же я жила в покоях властелина. Мысли вернуться в Кронисвар посещали меня все реже и реже. Да и кто меня ждал в нем кроме тети Джены? Кому я там была нужна? А мужчина относился ко мне с теплом и нежностью, защищал… Но иногда я ловила себя на том, что он мог притворяться ради возможного наследника и снятия проклятия с его рода. Только я старалась не думать об этом.

С наступлением рассвета в дверь постучали и на пороге появилась Зеним.

— Повелитель приказал собрать тебя на прогулку, — сказала она встревоженным голосом.

— Что? А где он сам? — сердце гулко забилось в груди.

Арагор мне что-то недоговаривал, почему он ничего не сказала мне об этом сам? Почему не вернулся в комнату?

— Они полночи провели внизу.

— Они? — уточнила я.

— Да, Пилат и Арагор. Твои грязные дни так и не пришли и есть только один способ узнать, что с тобой происходит.

— Нет, я против! Может быть наоборот не стоит сейчас устраивать никаких прогулок?

Как бы я не противилась чужой воле, но материнский инстинкт и здравомыслие у меня было развито так же и как у большинства людей. Я конечно не была уверена в своей беременности, но отлично помнила, что едва не замерзла при нашей последней прогулке.

— Тебе лучше говорить об этом с Арагором. Я против этой поездки к Священному Алтарю, но Пилат уверен, что только он покажет беременна ты или нет.

В Кронисваре я бы сходила на УЗИ, на крайний случай, купила тест на беременность, а тут… Вдруг это была длительная задержка на фоне перестройки организма под их климат и последствие распития всех этих трав, которыми пичкал меня колдун?

— Я помню, что ты мне говорила, что у ваших женщин какая-то связь с этой землей и они с первых дней зачатия чувствуют в себе новую жизнь. Но я ничего не чувствую!

— Потому что ты не одна из нас. А глаза… и все остальное это лишь магия и воздействие внешних источников. Ты по-прежнему не одна из нас. Ты никогда не станешь полностью женщиной хладной крови…

— Я и не хочу ей становиться! Но что если камень ничего не покажет? Откуда такая уверенность?

— Пилат уговорил Арагора проверить твою реакцию на холод. Это опасно. Я услышала и вмешалась в их разговор, за что получила строгий выговор. Меня никто не захотел даже слушать…

— Почему Арагор ему так доверяет? Ты тоже веришь ему?

— Я верю только себе и своему предчувствию, и будь моя воля, а я имела вес слова, никуда бы не выводила тебя из замка. Через месяц или два твой живот сам покажет беременность это или нет. А рисковать я бы не стала! — Зеним покачала головой. — Но мы не можем ослушаться воли властелина.

Впервые я не знала как мне поступить. Но ведь недомогание и тошнота и в самом деле могли быть спровоцированы зельями и травами, которую я принимала.

— Почему Арагор не поднялся и сам мне не сказал о прогулке?

— Я не знаю. Мне лишь велено помочь тебе одеться… — тихо проговорила Зеним.

— Хорошо, — спокойно ответила я и принялась за сборы.

Я отчетливо помнила те ужасные ощущения после нашей последней прогулки, когда под кожу будто загоняли множество острых иголок — так сильно я замерзла. В этот раз я взяла с собой много теплых вещей и попросила Зеним приготовить мне горячее питье с собой, пока я облачалась в кучу одежек.