20.3

Придерживая нежно-сиреневую ткань, я спустилась в столовую. Вот тебе и целительница из пригорода. Муж, уже ожидавший внизу, не сказал ничего, но посмотрел так, что я поняла - всё-таки попала.

Верх платья облегал, словно вторая кожа, а юбки, наоборот - свободно ниспадали долу. Из украшений на мне были только аметистовые капельки в ушах и ещё одна такая же капелька на груди. А вот новой прическе я практически не изменила, попросив горничную собрать волосы на затылке в пучок.

Всё.

- Ты прекрасна, - его руки легли на мою талию.

- Ты тоже, - улыбнулась я, ловя ответную улыбку.

Дознаватель, облаченный в серый форменный костюм, волновал. Очень.

- Ну что, ты готова? - в его руке мелькнул Кристалл Перехода.

- Нет, - помотала головой, чувствуя, как какой-то непослушный локон всё-таки выскользнул на свободу, - но пойдем.

Перед нами мигнула вспышка портального перехода, и Аверис, подхватив меня на руки, шагнул вперед.

***

Ну, конечно же, они знали. Иных объяснений устроенным нам овациям я подобрать не могла. Здесь были абсолютно все: и отец, и сестры, и Королевский Советник. И ещё полсотни приглашённых гостей. Я на мгновение представила, что было бы, если бы я отказала Лою ещё раз, и тут же зажмурилась от ужаса.

Нет уж, хватит с меня кошмаров.

Уже поздно ночью, устав от бесконечных поздравлений и тостов, я сбежала от гостей на балкон. Сбежала, чтобы тут же натолкнуться на мужа. Лой стоял, опершись на каменный парапет, и выглядел уставшим. Не выдержав, я тихо подошла и обняла его сзади. Прохладный ночной ветер с запахами свежескошеного сена ласкал разгоряченную кожу.

- Устал? - тихо спросила, уже зная ответ.

- Нет, - тут же ответил он, а я улыбнулась.

То, что он не признается в своей слабости, я поняла ещё полгода назад, в сырой тёмной камере.

- Раз ты не устал, - я специально выделила отрицание, - то, может, убежим от всех?

Он повернулся вокруг своей оси, заключая меня в объятия.

- Ты так хочешь сбежать из отчего дома?

- Ну мы же вернёмся, - я провела пальцами по его щеке, - ведь так?

- Так, - он серьезно смотрел на меня.

- Что такое? - я отстранилась. Попыталась отстраниться, но мне не дали.

- Ты ничего не хочешь мне сказать? - вкрадчиво поинтересовался мой муж.

- Что?

- Ну, я не знаю, - Лой задумчиво поднял глаза к потолку, - что-то такое, необычное.

Ах вон оно что!

Я запоздало залилась краской. Тоже мне жена, называется. Замуж вышла, а вот чувства…

С другой стороны, я ведь чистую правду собираюсь сказать.

Я улыбнулась и, привстав на носочки, потянулась к Лою. Приблизила свои губы к его уху и еле слышно, на грани фола, выдохнула:

- Больше жизни...

Оторваться от него я не успела. Меня подхватили на руки и закрутили в портальной вспышке.

Упали мы сразу на кровать, - уж не знаю, как так получилось, - а губы Лоя сразу нашли мои. Я не сопротивлялась, наоборот - запустила руки в волосы…

И тут же отпрянула, услышав, как внизу заколотили в дверь.

- Кто это? - голосом мужа можно было замораживать воду.

- Не знаю, - я пожала плечами, - может, кто-то из пациентов?

- Сейчас разберемся, - Лой встал с кровати и, распахнув окно, свесился вниз, - кого там нелегкая принесла?

- Простите, пожалуйста, - голос Поббира я не спутаю ни с каким другим, - а госпожа целительница дома? Тут моя жена, кажись, рожать надумала!

- Твою ж… - ругательство непроизвольно вырвалось из моего рта, а я стягивала платье, заметив, что шнуровку уже распустили чьи-то ловкие руки.

- Дара? - муж недоуменно взирал на меня. - Ты куда?

- Ты, кажется, сам звал меня разделить тяготы и лишения бедного дознавателя? - не удержавшись, я хихикнула. - Так вот, знай - у бедной целительницы тоже есть, что разделить.

Лой хмыкнул.

- Тогда я пойду с тобой!

Вот теперь настал мой черед удивляться.

- Зачем?

- А вдруг ты опять захочешь сбежать? - лукаво посмотрел он на меня.

Я оставила в покое пояс, который завязывала, и подошла к мужу. Посмотрела ему в глаза, положила руку на грудь.

- От тебя я уже не сбегу, - прошептала, чувствуя, как сильно бьется его сердце.

Как сильно бьются наши сердца.

А на исходе нашей первой брачной ночи Сайта, жена лавочника, родила троих здоровых сыновей. Поббир пил агорку и плакал от счастья, Лой тщетно пытался напоить его успокоительным зельем. А я… а я смотрела на это с улыбкой и понимала: жизнь, кажется, удалась.