Глава 27. Кузя

Гигантский паук сразу меня услышал, словно только и ждал моего зова. Прискакав к нам бодрым гарцующим шагом, он уселся на попу и выжидательно уставился на меня.

Мне понравился шок в глазах Олдина и изумление на лицах ребят.

Сейчас я уже не понимала, почему так панически отреагировала на этого мохнатого паучка в первый раз. Если к нему хорошенько присмотреться — он был довольно милым. Десять выпуклых чёрных пар глаз забавно хлопали ресничками, а рот был растянут в отдалённом подобии улыбки.

— Син, помоги мне, прошу тебя, — обратилась я к этому существу. — Я знаю, что ты меня слышишь. Кузя ведь может найти и принести сюда того кертинга, который Олдина к столбу привязал, да?

Паук с важностью кивнул, а потом изобразил лапой движение, которое было похоже на воздушный поцелуй.

— Так ты поможешь? — уточнила я, видя, что Кузьма не двигается с места.

Гигантское насекомое снова поднесло лапу ко рту и с тихим причмокиванием послало мне ещё один воздушный поцелуй. А потом ещё. И ещё. И до меня дошло.

— Ты сделаешь это в обмен на мой поцелуй? — потрясённо воскликнула я.

Паук энергично затряс головой. Вот же паразит пушистый! То есть, лысый. В общем, они оба.

— Син!!! Это нечестно!!! — выразила я свой протест.

Кузя неопределённо развёл две лапы в стороны, мол, хозяин-барин: либо соглашайся на моё условие, либо сама бегай по рынку и ищи кертинга, а я на это посмотрю.

— Ладно, — процедила я сквозь зубы. — Хорошо. Но только через неделю! Сейчас мы и без того слишком задержались в этом кошмарном месте.

Подскочив, Кузя радостно пустился в пляс, а потом рванул куда-то со скоростью запущенного шаттла.

— Я даже представить не могу, как ты это мужу объяснять будешь, — озадаченно посмотрел на меня Микаэль.

— Я и сама не знаю, — вздохнула я. — Впереди ещё несколько дней. Доживём — увидим. И не удивлюсь, если он отреагирует на это совершенно спокойно. Ты же сам говорил, что он тех, кто ниже его по званию, как соперников не воспринимает.

— На него с каждым днём всё сильнее магический откат действует, Лекси. За неделю всё очень сильно может измениться, — обеспокоенно отметил он.

— Ладно, — обречённо махнула я рукой. — Я не знаю, что будет через минуту, а что может случиться через семь дней — даже гадать не буду. Посмотрим. И потом, какой у меня сейчас выбор? Бросить Олдина умирать и уйти домой или бегать по всему рынку в поисках иголки в стоге сена — нарываться на неприятности, вас снова под удар подставлять. Уж лучше поцелуй с Сином и разборки с Каем. Из двух зол я выбрала меньшее.

— Смотрите, а Кузьма-то уже с уловом! — улыбнулся Лонгерин, разглядев скачущего к нам паука с трепыхающимся телом, зажатым в пасти. — Надо же, как быстро! — одобрительно воскликнул рыжик.

Доставленный военнопленный протестующе вырывался, нервно икал и тихо матерился в попытке вырваться из паучьего рта.

Подскочив к нам поближе, Кузя с презрением выплюнул работорговца прямо мне под ноги.

— Имя, возраст, звание? — сурово приступила я к допросу, вспоминая просмотренные когда-то фильмы про КГБ и гестапо. Кажется, в такие моменты надо ещё настольной лампой в глаза светить, но обойдёмся тем реквизитом, что есть в наличии.

Поднявшись с земли, обмусоленный и взъерошенный кертинг ошалело хлопал на меня глазами.

Он оказался именно таким, как нам описывал Олдин: высоким, худощавым, коротко стриженным шатеном. Гармоничные черты его лица были словно высечены из камня, и его можно было назвать очень красивым, если бы не чёрные глаза, в которых отражалась безжалостная пустота его души. Просто поразительно, как такой симпатичный мужчина может быть одновременно таким мерзким и отталкивающим.

— Какое ещё звание? — удивился этот тип. — Да кто ты вообще такая, и как ты смеешь отдавать мне команды, женщина? — презрительно скривился он, и тут же получил жёсткий удар в нос от Лонгерина.

Умничка, рыжик.

— Вопросы здесь задаю я, — мой голос прозвучал как надо: холодно и угрожающе.

— Сайрус я. Сто пять лет. И нет у меня никакого звания, — огрызнулся кертинг, прикрыв окровавленный сломанный нос ладонью.

— А теперь, Сайрус, быстро подошёл к столбу и освободил моего друга, — кивнула я на Олдина, который наблюдал за всей этой сценой с немым изумлением.

— И не подумаю! — заносчиво парировал кертинг. Ещё не понял, с кем связался, наивный юноша.

Я посмотрела на него как на мерзкого таракана.

— Кузенька! — повернулась я к пауку. — Как видишь, задержанный категорически отказывается от сотрудничества, не собирается идти нам навстречу и очень далёк от деятельного раскаяния. Не мог бы ты пожевать его немного, для сговорчивости?

Кертинг сильно побледнел, а Кузя поднёс лапку ко рту и смачно причмокнул.

— Что, ещё один поцелуй? Да ты бессовестное насекомое! — возмутилась я.

Паук был совершенно со мной согласен. Дерзко ухмыльнувшись, он активно закивал головой.

— Ладно! — недовольно проворчала я, поражаясь нахальству лысого эльфа.

— Ты будешь целоваться с ЭТИМ? — кертинг явно был в шоке.

— Да ты меня просто без морока не видел, — фыркнула я. — Ещё неизвестно, кто из нас страшнее. И вообще, не смей ко мне на «ты» обращаться! Для тебя я госпожа, понял?

— Понял! — затравленно посмотрел на меня работорговец и попятился назад от надвигающегося на него паука: — Ладно, ладно, я всё сделаю! — истошно завопил он, стоило только Кузеньке приоткрыть рот. — Всё равно эта ушастая сволочь живым отсюда не уйдёт! — кинул он злобный взгляд на Олдина.

— Это мы ещё посмотрим, — криво усмехнулась я.

Подойдя к столбу, Сайрус руками разорвал толстые верёвки так, словно они были ниточками, и развернулся ко мне со злобной гримасой:

— Теперь довольна?

— Ещё нет. Мы только начали, милый, — проворковала я, и мой обманчиво ласковый тон заставил кертинга позеленеть от злости.

— Это тебе за ушастую сволочь, — врезал ему под дых освобождённый Олдин. — А это — за то, снова посмел обратиться к госпоже на «ты», — добавил он хорошо поставленный удар в висок. Могу поспорить, что он отличный воин.

— Кузенька, зафиксируй, пожалуйста, этого несознательного элемента, — я кивнула сначала на Сайруса, потом на столб, и уже через пять секунд кертинг трепыхался на месте Олдина, только связанный не верёвками, а сетью из прочной паутины.

— Да что вам сейчас-то от меня надо? — возмущённо воскликнул работорговец, не в силах разорвать тонкие на вид путы. — Я же сделал, что вы сказали — освободил его!

— Всё просто: мы пригласим сюда нотариуса, и ты оформишь на меня договор дарения Олдина. Подаришь мне этого раба в качестве моральной компенсации за проявленное неуважение, — заявила я.

— Да не вопрос, — неожиданно легко согласился этот гад. Кажется, я где-то просчиталась. — А взамен ты мне скажешь, где взяла такой качественный морок. Ой, то есть, взяли… госпожа, — быстро поправился он после того, как Лонгерин заехал ему в солнечное сплетение.

— Он лжёт, Лекси, — покачал головой Микаэль. — Это рынок, и здесь не предусмотрена передача рабов в дар. Это запрещено законом. Нотариус нам откажет.

— Всё равно пригласи его! — я была непреклонна.

Он озадаченно на меня посмотрел, но просьбу выполнил. Вытащив из кармана камзола кольцо с серым камнем, Микаэль надел его на указательный палец.

— Всё, через две-три минуты нотариус будет здесь, — пояснил мой друг и тихо добавил: — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

Я коротко кивнула и только сейчас заметила, с каким шоком смотрит на меня Сайрус.

— Что, привидение увидел? — усмехнулась я.

— Поверить не могу… Лекси!!! Та самая Лекси!!! Бли-и-и-н, вот я попал! — неожиданно взвыл кертинг.

Я с изумлением переглянулась со своими охранниками, но парни были так же удивлены, как и я.

— Шейд меня на мелкие кусочки порвёт только за то, что я косо на вас посмотрел, госпожа! — сокрушался Сайрус с таким отчаянием, словно жить ему осталось всего ничего. — Я сделаю для вас всё, что угодно, только не говорите ему, что я вас огорчил, ладно? — взмолился он.

Ух ты как. Неожиданно.

— Посмотрим на твоё поведение, — ледяным тоном заявила я.

Кертинг послушно притих, молча пожирая меня глазами котика из Шрека, мои охранники о чём-то резко призадумались, а Рокси решила поиграть с паучком и покусать его за лапки. Кузя уже не знал, куда деваться от пантеры, но мужественно оставался с нами.

Микаэль подошёл к Санти и тихо дал ему какие-то указания, показав при этом на голый живот и босые ноги Олдина, и оборотень быстро скрылся из виду.

— Я и не знал, что ты такая знаменитость, — мягко улыбнулся мне Олдин.

— Да я сама в шоке, — глядя на него, мой рот сам расползался в улыбке. — Слушай, ты не против, если я буду звать тебя сокращённо — Дин?

— Как тебе будет угодно, моя милая Александра, — благосклонно кивнул он головой.

— Отлично, Дин, — с довольным видом отозвалась я, и моё богатое воображение тут же нарисовало мне Дина Винчестера.

А что: если Олдина чуточку постричь, наложить немного грима — да он будет вылитым Дженсеном Экклзом! Ну, ушастым, конечно, но всё же. А потом найти бы красавчика, похожего на его брата-напарника — Сэма, раздобыть где-нибудь видеокамеру, и можно кино снимать! Вот было бы круто! Я бы им такой сценарий могла придумать — закачаешься!

Кажется, я слишком долго и пристально буравила Олдина мечтательным взглядом, поскольку, вынырнув из своих киношных фантазий, обнаружила, что мои охранники отвернулись и тактично отошли в сторону, а сам Дин был явно доволен моей реакцией на его голый торс.

Повисшую в воздухе неловкость развеял возникший словно из ниоткуда блондинистый эльф на вид лет пятидесяти, с длинными, почти до пояса, волосами и в белом шёлковом кимоно.

— Нотариуса вызывали? — не столько произнёс, сколько пропел он мелодичным голосом. — Всем приятного дня, меня зовут Эль Ландри, и я явился зафиксировать вашу сделку. Но я не вижу здесь покупателя, — обвёл он удивлённым взглядом нашу разношёрстную компанию, и шарахнулся в сторону, обнаружив за своей спиной гигантского паука.

Надо отдать ему должное — выдержка у этого нотариуса оказалась что надо, и он даже не пискнул, хотя по перекошенному лицу было видно: испугался сильно.

— Это что, шутка такая? Ложный вызов? На штраф нарываетесь? — разозлился он.

— Спокойно, Эль Ландри, вызов настоящий, и хорошо оплачиваемый, — заверила я его, поймав себя на мысли, что даже не знаю, как к нему обращаться. Сэр? Мистер? Господин? Как-то иначе?

— Не волнуйтесь, мессир Ландри, этот паук не опасен, а госпожа Лайтинерис сейчас вам всё объяснит, — уловив мои мысли, пришёл мне на выручку Микаэль.

Ясненько, значит, «мессир». Учтём.

— Генерал женился? — удивлённо вскинул бровь Ландри, быстро сменив гнев на милость. — Что ж, примите мои поздравления, — заулыбался он, пытаясь разглядеть моё настоящее лицо под мороком. — Чем могу быть полезен?

— Я изымаю раба Олдина для нужд армии, и прошу составить для этого соответствующий акт о его передаче в мою собственность, — сделав лицо понаглее, заявила я.

— Чего??? — сильно удивился нотариус, и не только он. Кажется, у всех присутствующих отвисла челюсть. Даже у Кузи.

— Вы слышали. Составьте акт о передаче этого раба в мою собственность по причине его изъятия для нужд армии, — терпеливо повторила я.

— Но это невозможно! — Ландри растерянно хлопал ресницами. Ещё немного — и ловить придётся: взлетит. — Нет такого закона!

— Закона нет, — невозмутимо согласилась я. — Но есть прецедент.

— В смысле? — не понял нотариус.

— Мой муж создал прецедент, изъяв раба Микаэля у его хозяев для нужд армии. А сейчас я хочу изъять раба Олдина у его хозяина Сайруса для нужд армии. Или вы хотите сказать, что генерал Лайтинерис нарушил закон и превысил свои полномочия? — грозно сверкнула я глазами так, что нотариус даже скукожился и стал меньше ростом.

— Нет, ну что вы, конечно нет, — он достал из кармана белоснежный платочек и вытер им пот со лба. Аж взмок бедолага. — Но ведь это же генерал! А вы — женщина! И вы не состоите в армии!

— Я состою замужем за генералом, а ещё — обладаю властью отдавать приказы от лица Лисантиила, — продемонстрировала я ему свой королевский браслет, и нотариус потрясённо раскрыл рот, словно выброшенная на берег рыба.

Всё, это был шах и мат.