Глава 76. Олаф

В звенящей тишине мы все уставились на книгу, но прошла минута, потом вторая, и ничего не произошло.

— Лекси, милая, ты ошибаешься. Олаф мёртв, — мягко обратился ко мне Ли. — Я сам видел, как его останки хоронили в одной могиле с Мириэль.

— Это он, Ли, поверьте мне, — у меня не было ни тени сомнений. — Он умер на сильнейшем магическом артефакте во время мощного выброса энергии, которая окутала проклятием всю планету. Это наделило душу Олафа, его сущность, нереальной силой. Ведь каждый из нас — это не только тело, понимаете? — мои притихшие мужья и Алекс синхронно кивнули. — Вышло так, что он застрял между мирами. Он проклял целый мир, но сделал это не со зла, а от отчаяния и сильнейшей, невыносимой боли. Сам по себе он был очень добрым эльфом, любил помогать другим, и при жизни сделал много всего хорошего, иногда даже в ущерб себе. Я поняла это, прочитав утром его автобиографию, которую он показал мне в «Книге надежды». Так что ада он избежал, а в рай — не попал: тех, кто проклинает всю планету, туда наверняка не пускают. Вот и болтается он в подвешенном состоянии и полном одиночестве уже тысячу лет, наблюдая последствия своих слов. С каждым годом тоска по Мириэль всё усиливается, не так ли, Олаф? — спросила я, но ответом была по-прежнему тишина. — И твой единственный шанс воссоединиться с возлюбленной, которая сейчас, несомненно, в раю, это снять проклятие. И для этого тебе нужна я, — в глазах мужчин начало светиться понимание.

— Думаешь, это он переместил тебя сюда? — внимательно посмотрел на меня Ли.

— Нет, скорее всего, это сделал Шейд, но без Олафа тут явно не обошлось, — усмехнулась я. — Когда я сейчас поняла, что он может затуманивать мозг и внушать любые мысли, мне всё стало ясно. Все кусочки паззлов сошлись, и я увидела картину целиком. Олаф обладает даром предвидения, и пытается повлиять на ход событий. И вполне успешно, надо сказать. Присутствуя в этом мире в бестелесной форме, он видел, сколько боли и страданий принесло его проклятие. Ты сделал больными уродинами всех женщин, Олаф, но не учёл, что в этом мире очень много таких, как Мири — милых, нежных и добрых. Например, Надин. Ты чувствуешь свою вину перед ними и пытаешься хоть как-то её загладить. А ещё — ты тот ещё романтик и сводник, — улыбнулась я.

— Похлеще тебя? — улыбнулся Ли.

— О да, — рассмеялась я. — Олаф мог изложить все детали по снятию проклятия в одной единственной книге, в библиотеке Лайтинерисов. Я бы сделала всё по инструкции, в этот мир вернулась бы красота, и Олаф наконец-то попал бы в рай, к Мири. Но вместо этого он устроил мне целый квест, заставил побегать. Вопрос — зачем? И я поняла. Во второй «Книге надежды» Олаф дал мне чёткую подсказку, что я на правильном пути, и Иви с Тео совершенно верно мне её объяснили: главное — это путь, а не текст. Конечно, всё это было испытанием для меня, но самое главное — цель, которую Олаф в итоге достигнул. А именно — сводить пары, помогать двум половинкам обрести друг друга. Итак, Син сказал мне искать все ответы в трёх библиотеках: в замке Лайтинерисов, в поместье Ватиэля и во дворце. Не знаю, как он сам это понял; может, Олаф ему это как-то внушил, — предположила я.

— Нет, он увидел это во сне, он мне рассказывал, — уточнил Ли.

— Понятно, — кивнула я. — Значит, Олаф добрался до разума Сина через сновидения, и дал ему подсказку. Син поделился ею со мной, и сначала я отправилась в свою домашнюю библиотеку. Напомнить вам, к чему это привело?

— Кай с Нантом подрались, ты сбежала из дома и мы поженились, — ответил Ли.

— Вот именно — мы поженились, — выделила я главное в этой истории. — Это было первой целью Олафа: сделать тебя моим мужем, — улыбнулась я Ли. — Второй его целью было свести Надин и Микаэля, и он провернул это, направив меня в замок Ватиэля с мыслью о том, что я должна посетить библиотеку князя. И третьей целью были догадайтесь кто?

— Иви и Теодор, — озадаченно пробормотал Кай.

— Верно, родной, — подтвердила я. — Вы все знаете, что представляет из себя Иви — это хрупкий одуванчик, обросший шипами кактуса, которому с пелёнок приходилось за себя бороться. Отец-психопат, постоянные казни друзей и знакомых, и каждый день как тест на выживание. У неё очень сложный характер, но одно только то, что она день за днём рисковала собой, спасая брата — приносила ему еду и пыталась исцелить от ран, — достойно уважения. Вполне логично, что, кроме Дина, она никого к себе не подпускает. Тео влюбился в Иви с первого взгляда, и может стать для неё отличным мужем — спокойным, верным, любящим, но он далеко не дамский угодник, и ему было бы очень трудно завоевать эту принцессу, добиться её доверия. Олаф решил им помочь. Когда я этим утром пошла в нашу библиотеку, чтобы найти «Книгу надежды», Иви с Тео давно ждали нас там. Принцесса уже успела проверить Теодора на детекторе лжи, то бишь артефакте правды, а Тео смог продемонстрировать ей свой ум и начитанность. К моему приходу они уже кучу книг на стол перетаскали, и Тео наверняка рассказал Иви, что хорошо знает библиотеку и любит проводить в ней время, и принцесса увидела в нём интересного собеседника, а не тупого воина с грудой мышц. А то, что Олаф устроил сейчас, в императорской библиотеке, окончательно расположило Иви к Теодору. Пришёл большой и страшный пьяный мишка, который оказался до жути похож на её насильника, и очень её напугал. Но отважный воин Теодор примчался на помощь и наказал обидчика. В её глазах светилось восхищение, когда она воочию увидела, как он дерётся — не просто на тренировке, а в реальном бою. Она прошептала: «Мой гладиатор!» — вот именно ради этих слов всё и затевалось.

— И через Портал они ушли уже в обнимочку, — задумчиво отметил Нант.

— Да, верно, — улыбнулась я. — И обратите внимание, как чётко всё рассчитал Олаф. Он дождался, когда де Бир прикоснётся к принцессе, чтобы её ужас подскочил до верхней планки, и радость от появления защитника будет максимальной. И только тогда выпустил Тео из прозрачной ловушки, позволив ему проявить себя.

— И что, ты думаешь, теперь Олаф находится рядом с нами? В этой книге? — Кай растерянно кивнул на фолиант.

— Нет, через книги он просто со мной общается и даёт подсказки, — пояснила я. — Ну же, Олаф, заканчивай играть в прятки и покажись. Квест закончен, я прошла все уровни. Пора отправлять тебя к Мириэль.

Лежащая на столе книга дрогнула и раскрылась посередине. И все увидели, как на чистых листах красивой эльфийской вязью появляется золотистая надпись: «Умница!».

Потом страничка перелистнулась, и Олаф добавил: «Красивая и умная. Я рад, что не ошибся в тебе».

— Восприму это как комплимент, — мягко усмехнулась я. — Всё это время я была твоей марионеткой. Этаким спецагентом на правах волонтёра. Ведь ты не только соединил судьбы Надин и Микаэля, Тео и Иви, мою и Ли. Ты приложил все усилия, чтобы спасти Дина и Лисантиила. Ты очень уважаешь императора, и решил помочь ему, зная, что он умирает.

— Правда? — сильно удивился вампир.

— Ты очень мудрый и справедливый правитель, Ли. Олаф видел, как много ты делаешь для своих подданных. Ты лично разработал вакцину, которая остановила эпидемию, и пытался бороться с рабством. И ты щедро делился своей кровью со всеми, кто в этом нуждался, несмотря на то, что сам уже был болен, и каждое такое исцеление забирало у тебя несколько лет жизни, — отметила я.

Страничка книги снова перелистнулась, и там высветилось слово: «Подтверждаю», а Ли озадаченно потёр переносицу.

— Кай, ты помнишь, как в день, когда мы поженились, ты повёл меня на невольничий рынок? — спросила я у своего эльфа, и тот растерянно кивнул. — Сейчас я уже знаю тебя достаточно хорошо, чтобы понять, что такое поведение для тебя не свойственно. Ты ведь очень милый и добрый на самом деле, и весьма странно, что ты так шокировал свою невесту в день свадьбы. Помню, я даже заикаться начала, — отметила я.

— Прости, Лекси, я сам не знаю, что на меня тогда нашло, — очень виновато посмотрел на меня Кай. — Я потом сильно ругал себя за то, что испортил тебе праздник и омрачил светлые воспоминания об этом дне.

— Ты не виноват, Кай, тут тоже Олаф постарался. Это он внушил тебе мысль переместить меня на рынок, а не ограничиться устными заверениями, что, если мы не поженимся и наш ребёнок не получит метку, то станет рабом, — пояснила я.

— Но зачем? — с недоумением воскликнул генерал.

— По замыслу Олафа, я должна была узнать, что это за место и понимать, что оно из себя представляет, чтобы вернуться туда на следующий день — получить от Сина инструкции насчёт библиотек и спасти Олдина. А ещё именно тогда меня впервые увидел Дин. Правда, он решил, что на мне морок, но он всё равно был потрясён тем, с каким сочувствием и шоком я смотрела на невольников. Показав мне ужасы этого мира, Кай унёс меня через портал на регистрацию нашего брака, а Дин тем временем заступился за рабыню, которую кертинги тащили в Палатку для пробы товара, за что его обрекли на смерть: сильно избили, привязали к столбу и несколько раз пырнули ножом. То есть, Дин ценой своей жизни попытался защитить женщину — незнакомую ему рабыню, и для Олафа это было веской причиной, чтобы помочь этому молодому эльфу. Так он убил двух зайцев сразу: спас благородного принца, и подарил наследника Лисантиилу. И все в шоколаде.

Странички книги внезапно перелистнулись назад и остановились на слове: «Умница!».

— Спасибо, Олаф, — улыбнулась я.

— Я помню, что ты сказала, когда увидела Олдина на столбе, — задумчиво подал голос молчавший до сих пор Алекс.

— Что мы все здесь из-за него, и без него не уйдём, — кивнул Нант.

— Да, верно, — подтвердила я. — Когда мы были в Экселенте, Олаф стал внушать мне мысли, что я должна срочно купить полог тишины и отправиться для этого на невольничий рынок. Я понимала, насколько это опасно, и какому риску я подвергаю своих телохранителей, но, несмотря на их возражения, я всё же настояла на своём. Вдобавок, возможно, я каким-то образом улавливала мысли Дина: умирая, он думал обо мне.

Странички книги перелистнулись вперёд, и на чистом листе высветилось: «Верно».

— И это благодаря Олафу Микаэль познакомился с императором и получил от него почётную должность, титул герцога и замок, — продолжила я.

— Почему? — не понял Кай.

— Именно Олаф подстроил всё так, что у меня из руки вылетел нож и поранил щёку Микаэля, и мне пришлось просить императора его исцелить. Сами подумайте: эльфийский клинок Лонгерина — это же шедевр оружейного искусства, у него очень удобная шершавая рукоятка, которую я сжимала довольно твёрдо. Я долгое время не понимала, как нож мог выскользнуть из руки и прилететь в Микаэля. А теперь мне всё ясно, Олаф постарался, — объяснила я.

— Он не только изменил судьбу Микаэля, но и помог мне разобраться с предателями с помощью телепата, — озадаченно пробормотал Ли. — Спасибо, Олаф…

«Пожалуйста», — высветилось на очередной перевёрнутой страничке.

— А ты уже догадалась, какое слово надо написать твоей кровью на камне? — с интересом посмотрел на меня Кай.

— Сначала я думала, что это имя — «Мириэль». Потом стала склоняться к имени «Олафниэль». Но недавно до меня дошло, что это слово «надежда». Не зря же Олаф мне подсказки именно в «Книге надежды» оставлял.

Странички снова перелистнулись назад, открыв слово: «Умница!».

— И что теперь? — выжидательно посмотрел на меня Нант.

— А теперь я хочу задать уважаемому Олафу три вопроса и получить чёткие ответы. Я это заслужила, ты согласен? — обратилась я к магу.

«Спрашивай» — написал в книге Олаф.