Любит

–

не любит

Когда Вячеслав вышел, девочки остались одни. Ангелина горько плакала, больше от обиды, чем от причиненного ущерба.

– Почему он ко мне так жесток? Что я ему плохого сделала? – жаловалась она своей близкой подруге.

– Солнышко, он просто такой человек, ты же знаешь этих мужчин! Когда дело касается члена, то мозг совершенно не функционирует! Не надо обижаться, просто прими, как факт.

– К тебе он по-другому относится… – с обидой добавила Ангелина, – я же вижу, как он на тебя смотрит, как он тебе руки целует… а ко мне он относится, как к тряпке! – она снова завыла и уткнулась в подушку.

Майя долго не могла ее успокоить, но в итоге, пообещала поговорить серьезно с Вячеславом о его отношении к подруге.

Их мужчина вернулся слегка озадаченный, встреча с боксером ничего толком не прояснила. Вопрос с выкупом Майи, так и оставался открытым, но как это самостоятельно грамотно организовать, он просто не знал.

Боксер долго рассказывал ему о каких-то проблемах, о тайне неразглашения, об уважении к собственности клуба, о правилах и множестве бесполезной ерунды, не дающей нужной Вячеславу информации: “как вызволить любимую из плена”.

Он молча зашел и сразу же налил вино. Выпил его почти залпом, но без удовольствия.

Майя подошла к нему и присела на колени, положив голову на его ноги. Он погладил ее волосы и грустно улыбнулся. Он не знал, как сказать ей, что ее заточение продлиться еще на неопределенный срок, пока он не придумает, что ему делать. Он хотел выть и биться головой об стену от отчаяния. Больше всего в жизни, он ненавидел это чувство беспомощности, которое унижало его достоинство.

Он хотел плакать, но в присутствии своих дам, он не мог себе позволить проявление слабости, поэтому ему оставалось только, как следует, напиться и забыться.

Он посмотрел на Ангелину, он все также лежала уткнувшись в подушку, но уже не ревела.

– Она спит? – спросил он Майю.

– Нет, господин, просто переживает…

– А что случилось? – удивленно спросил Вячеслав.

Майя поднялась с колен и нежно обняла его за шею, присаживаясь к нему и прижимаясь всем телом.

– Господин проявил грубость и она теперь считает, что ее не любят, – тихо прошептала она ему на ухо.

Вячеслав почувствовав ее дыхание на своем лице ощутил легкое головокружение. Она сводила его с ума, он чувствовал, что снова заводится и хочет продолжения их безумных игр. Но нужно было что-то решать с расстроенной Ангелиной.

Он подошел к ней и лег рядом, гладя по телу.

– Куколка, не злись на меня, я не хотел доставлять тебе моральные страдания, извини, если оскорбил, впредь постараюсь держать себя в руках. Я тебя очень люблю и не хочу, чтобы ты дулась, – он повернул ее заплаканное лицо и нежно посмотрел на нее, – ну что, мир?

Она улыбнулась ему и помотала головой в знак согласия.

– Отлично! Ты же знаешь, что дорога мне! Вы обе мне дороги и я обеих вас люблю!

Он схватил ее в охапку и смял в своих сильных объятиях, заставив ее засмеяться.

– Майя, иди к нам! – позвал он вторую подругу.

– Мои девочки, я мне так хочется, чтобы этот вечер продолжал быть таким траурным, мы здесь, чтобы развлекаться, так давайте развлекаться! Я закажу еще вина и мы продолжим наши игры!

Через несколько минут принесли еще одну бутылку вина, Вячеслав разлил красный напиток по бокалам и произнес короткий тост: “Чтобы мы жили долго и счастливо и все у нас получилось, что задумали!”

Они выпивали и весело болтали, снова строили планы на жизнь. Ангелина была почти счастлива, но что-то, все-равно, тревожило ее и не давало покоя. Слишком все на словах было идеально, но на деле, как оно все повернется?

Вячеслав подошел к ней и заглянул в глаза.

– Крошка, ты опять загрустила? Что опять не так?

– Все в порядке, я просто задумалась, – улыбнулась ему Ангелина, снова растворяясь в пучине его страстных глаз. Она ощутила тепло, исходящее от его тела и его волшебную энергетику, заставляющую сердце биться быстрее.

“Да плевать! Ну будет у нас странная семья из трех человек, пусть я не о том мечтала, но ведь я люблю их обоих, они оба дороги мне! Пусть все развивается так, как должно быть, я не буду вставлять палки в колеса”.

Вячеслав стал ласкать ее языком, прикусывая мочку уха, спускаясь по ее шее вниз. Затем взял ее на руки и положил на кровать, залезая на нее сверху.

– Моя маленькая куколка, такая обиженная, такая расстроенная, – он стал целовать ее живот, водя языком по кривоватым изгибам операционных швов, которые грубо рассекали ее тело на две части.

Вячеслав снова залюбовался этим зрелищем. Ощущение своей причастности к ее увечьям, заводило его с новой силой. Он рассматривал ее живот, на котором сохранился еще и отпечаток от его веселых игр с кислотой. Когда он вспоминал, как она шипела и корчилась от боли, его член набухал и превращался в камень, за считанные секунды.

– Майя! – крикнул он, – принеси пакет с игрушками, он возле стола.

Девушка послушно принесла пакет с эротическими приблудами. Ангелина сглотнула, предвкушая, что сейчас он опять будет пытать ее, но за это она получит от него величайшую награду – он позволит ей кончить. Ради этого, она готова была терпеть все, что ему сейчас придет в голову.

– Майя, – снова крикнул он, – найди там маленький фаллоимитатор для нашей куколки.

Девушка послушно подала ему нужный предмет. Мужчина повернулся к Ангелине и спокойно произнес:

– Я знаю, что тебе нельзя заниматься анальным сексом, но я буду предельно осторожен, обещаю!

– Нет, нет! – запротестовала Ангелина, испугавшись, что снова окажется в больнице и целый месяц его не увидит.

– Милая, я же сказал, что буду осторожен! Ты мне не доверяешь?

– Не надо, прошу вас! У меня еще не до конца все зажило после операции! – взмолилась Ангелина, перепугавшись не на шутку за свою жизнь и памятуя, как он вытрахивал ее мученическую прямую кишку, когда она была, в беспомощном состоянии, в красной комнате, совершенно не заботясь о ее самочувствии.

– Хорошо, давай поступим по-другому, я попрошу Майю, чтобы она просто засунула тебе эту игрушку в задницу, так пойдет?

– Хорошо, – согласилась Ангелина, не совсем понимая, под чем она опять подписывается, но отказать ему, она не могла, его характер менялся моментально и в любой момент, он из нежного и любезного мужчины, мог превратиться в жестокого зверя.

Вячеслав, довольный, что смог убедить ее уступить ему снова, ощутил сильную эрекцию.

– Майя, – обратился он вновь, к ожидающей его указаний девушке, – вставь в нее, пожалуйста, этот приборчик, – он передал ей фалоимитатор и цинично пошлепал Ангелину по плечу. Майя послушно взяла игрушку и смазав предварительно свой слюной, стала, осторожно, вводить не очень большой предмет в узкий анус.

– За месяц твоя попка уже забыла меня! – прокомментировал Вячеслав, – нехорошо… Сейчас я не буду тебя прорабатывать, я дам твоему организму время, чтобы он восстановился после операции, но через два месяца, готовься, буду драть в три шкуры! Будешь снова плакать и просить пощады! – увидев испуганные глаза Ангелины, он смягчился и добавил уже более тихим голосом: – Поэтому, чтобы не было сильно больно, нужно постоянно разрабатывать этот проход, я это делаю для твоего же блага, понимаешь?

Ангелина утвердительно кивнула ему и тяжело вздохнула. Он подмигнул Майе и она? вытащив инструмент, стала водить им по влагалищу подруги.

Она нежно поглаживала живот, помогая успокоиться и сконцентрироваться. Вячеслав склонился и стал целовать грудь лежащей, слегка покусывая, все еще слегка опухшие, после предыдущих игр, соски.

Ангелина сладостно содрогнулась и застонала, начиная возбуждаться.

– Подними ноги, милая, – нежно произнесла Майя и та послушно подняла ноги. Вячеслав одобрительно погладил инициативную Майю за помощь и стал наблюдать за дальнейшей игрой.

Майя набрала в рот слюней и плюнула на открытую промежность Ангелины, размазывая свою жидкость по всей поверхности и перемешивая ее с выделениями подруги. Смочив хорошенько игрушку, она стала вводить ее снова в анальное отверстие. Игрушечный член был достаточно маленький и не особо длинный, но несчастной показалось, что в нее засовывают что-то большое.

Воспоминания о том, как ее насиловали в задний проход, как ее истязали тогда все, кто находился в красной комнате, больно ударили по ней и она снова занервничала. Она не доверяла Вячеславу, он часто обещал чего-то не делать, но в итоге, все-равно делал, и Ангелина после этого, сильно страдала. Она взглянула на него своими чистыми и полными любви глазами и стала внимательно всматриваться в его таинственное зеркало души.

Такой красивый и такой жестокий. Что она в нем нашла? Почему он имеет такую власть над ее душой? Он как настоящий дьявол-искуситель, контролирует ее, повелевает и держит в рабстве, а она боится ему перечить и боится от него уйти.

Майя, ввинчивающими движениями, вогнала уже половину прибора, а Ангелина и Вячеслав смотрели друг другу в глаза, не отрываясь.

Ангелина плакала и думала о их странной и страшной любви, а он наслаждался ее унижением и слезами. Его член, уже давно оживший и требовавший к себе внимания, слегка подергивался от каждого всхлипывания Ангелины, когда Майя проталкивала искусственный инструмент, все дальше и дальше.

Было не больно, размер был не такой большой, чтобы причинить ей боль. Она плакала, потому что ей было обидно. Она так хотела поверить в сказку, хотела жить с ним вместе, любить его всем сердцем, она даже готова была делить его с Майей и смириться с тем, что он любит их подругу гораздо больше, чем Ангелину. Но постоянное стремление унизить ее достоинство, она никак не могла стерпеть. Для нее были неприемлемы все эти игры: она не хотела постоянно сосать его член и давиться его спермой, каждый раз сражаясь за глоток воздуха.

“Я знаю, что есть такие женщины, которым это действительно нравится, но я никогда не смогу полюбить эти игры, никогда!” – она посмотрела виновато на Вячеслава и еще больше разрыдалась. Майя остановилась и удивленно посмотрела на нее. Инструмент уже давно был полностью внутри и подруга просто крутила им из стороны в сторону, чтобы Вячеслав мог насладиться этим зрелищем в полной мере.

– Тебе больно? – осторожно спросила Майя.

– Нет, не больно, – рыдая ответила Ангелина, – извини, просто накатило, продолжай, не обращай внимания.

Как она могла рассказать Майе, что у нее на душе твориться, если сама не могла толком ничего понять? Ей так хотелось, с кем-нибудь поделиться своими страхами и своими мыслями, но у нее никого не было, а эти два, ее самых близких создания, не смогли бы понять ее душевную боль.

– Хорошо, теперь моя очередь, – произнес Вячеслав и отодвинул Майю. Он схватился за грудь Ангелины и стал ее грубо вытягивать и крутить, зажимая в ладонях огромные пространства кожи. Девушка стонала, но терпела эту пытку. Когда он вошел в нее, она словно провалилась в бездну. Волна наслаждения накрыла ее и ей, в одночасье, стало глубоко наплевать на все душевные страдания.

Важно было только то, что происходит сейчас внутри нее. Мощный поршень Вячеслава входил в нее, задевая матку и доставляя неземное наслаждения, а торчащий из ануса фалоимитарор, добавлял какие-то странные ощущения.

Мужчина отчаянно терзал ее грудь, насаживая ее на свой ствол, Ангелина кричала от удовольствия и боли, извиваясь под ним и подмахивая ему в такт.

Ловкие пальчики Майи ласкали яички Вячеслава, увеличивая его эрекцию, второй рукой она поглаживала его анус, имитируя движения языка.

– Всунь туда пальчик! Чуть-чуть! – крикнул разгоряченный мужчина, вспоминая свои ощущения, когда она просовывала в его задний проход язычок.

Майя облизала палец и стала осторожно вводить его в анус, двигающегося в быстром ритме, мужчины. Он громко застонал, усиливая нажим на Ангелину и зажмурился от охватившего его нового чувства.

Ему стало так хорошо от действий ее пальчика в его прямой кишке, что он протяжно стонал и еще больше раздвинул ноги, позволяя ей проникать еще глубже. Ангелина кончила первой, Вячеслав слегка задержался, чтобы продлить эту безумную оргию и в итоге кончил с громким криком, залив раскрасневшуюся Ангелину своей обильной жидкостью.

Майя вытащила палец и припала к его промежности, как только он вытащил свой член из Ангелины. Она жадно вылизывала его, а мужчина схватившись за голову лежал на кровати и тяжело дышал.

– Майя, ты сумасшедшая! – восторженно заявил он дрожащим голосом, – Что ты со мной вытворяешь?

Она кокетливо улыбнулась ему и, словно кошка, начала ползти к его лицу.

– Знаешь, я никому бы не позволил этого делать, только тебе! Но то, что ты делаешь, божественно! У меня никогда не было такого интересного ощущения! Ты так разнообразила мою сексуальую жизнь, я просто в восторге! Иди ко мне, моя сладкая!

Он обнял ее и стал жадно целовать. Ангелина смотрела на них со стороны и испытывала двоякое чувство: с одной стороны, она была рада за них, с другой, чувствовала себя лишней в этой странной семье.

“И все-таки, ее он действительно любит… Ко мне он не относится с такой нежностью…”